Dear God

Dear God Hope you got the message         — Как же ты мне надоел! Когда ты начнешь слушаться?!       Бьянка с громким стуком захлопнула дверь. Нико остался в одиночестве на кровати. Он вздохнул и прижал коленки к груди, укладываясь в позу эмбриона. Очередная ссора с сестрой из-за его выходки. Ну разве он виноват, что не может сидеть на месте? Ему же скучно! Ну что здесь делать? Ему надоели все эти казино, автоматы, дискотеки! Это все ужасно утомляет.       Нико вздохнул сильнее. Он любил книги. Любит читать. Но в Лотосе читать элементарно нечего. А его книжка с детскими мифами осталась дома. Ну точнее, в одном из домов, где он был. Они с Бьянкой нигде долго не задерживаются. И вещи с ними надолго не задерживаются. Как будто даже неодушевленные предметы тоже отвергают их.       Нико сморгнул подступившие слезы. Мужчины не плачут. Даже дети. Папа всегда ему говорил, что печаль нужно держать глубоко в себе, не выплескивая наружу. Но разве это правильно? Он как-то раз видел человека, который, терпя боль, не обрабатывал свою рану несколько дней. И что в итоге? Ему чуть не ампутировали всю конечность. Его кисть, точнее кожа на кисти, была покрыта подсохшим слоем гноя и какой-то грязи. Когда ему обрабатывали рану, они кричал. А если сдерживая боль, Нико приведет свою душу к такому же гниению? Ну нет уж! Но если плакать нельзя, что же делать?       Ребенок сел на кровати, серьезно смотря в окно. Там бушевала сильная гроза. Последние дни это было привычно. Видимо, что-то случилось в мире, раз Зевс так сильно бушует.       Мальчик подошел к стеклу, завороженно глядя на отблески молний. Одна женщина ему сказала, что если у него какая-то беда или проблема, а он не может ни к кому обратиться, то можно помолиться богу. Возможно, его слова будут услышаны, и небеса выполнят его желание.       Надежда подобно птице окрылила мальчика. Нико, не раздумывая, вышел на балкон, сразу же попадая под ливень. Молния ударила сильнее чем в прошлый раз. Ди Анджело вздрогнул, но упрямо последовал к парапету, не отрывая глаз от неба. Его пятилетнее тельце тряслось от холода, но он все же встал на колени, складывая руки так, как показывали по телевизору. Правда, там тетенька молилась некой Марии, но какая разница, если все равно обращаешься к богу?         — Уважаемый Зевс, — тихо и серьезно начал Нико, смотря на бурю. — Я очень надеюсь, что вы меня слышите. Я понимаю, у вас наверняка много дел, и очень сожалею, что отвлекаю вас. Но у меня есть просьба. Я… Sorry to disturb you, but I feel that I should be heard loud and clear       Он немного поколебался, не зная, как правильно сформулировать желание.         — Понимаете… Я и Бьянка сироты. Она моя старшая сестра и всегда за мной присматривает. Я очень ей благодарен, правда. Но я…немного… Неспокойный ребенок. — Нико стало стыдно. — Понимаю, это звучит, как оправдание. Понимаете, я не хочу доставлять проблем своей сестре. С тех пор как с мамой случилась беда, папа нас не навестил ни разу. Честно говоря, я его даже не помню. И мы нигде долго не задерживаемся. Мне не так тяжело, как ей. Ведь именно она принимает все удары за меня. Я понимаю, что, скорее всего, обуза, поэтому…       Нико снова захотелось плакать. Но он сдерживался, как мог, потому что плакать при молитве, наверное, было невежливо.         — Дорогой Бог, — всхлип все же вырвался из маленького горла. — Простите, я не умею молиться, но я прошу. Не могли бы вы мне послать какую-нибудь книгу? Желательно с мифами и очень-очень толстую. Чтобы я не мешал своей сестренке лишний раз. Пожалуйста. — совсем тихо договорил мальчик. — Я очень прошу.       Дождь стих. Тучи начали медленно расходиться, давая дорогу солнцу. Ди Анджело с каким-то удивлением смотрел на капли дождя, похожие на маленькие камушки, которые он видел в украшениях женщин. На балкон внезапно прилетела маленькая птичка и что-то ему прочирикала красивым тоненьким голоском.         — Наверное, это значит да, — прошептал мальчик.

***

На следующий день мальчик в одиночестве бегал по залу. Было раннее утро, поэтому народу было крайне мало. Все веселье начиналось вечером с наступлением темноты. А пока никто ему не мешал оббегать все мало-мальски знакомые закоулки, где можно было спрятаться и наблюдать за людьми.         — Ой! — он с разбегу в кого-то врезался и отлетел. — Извините.         — Ничего, малыш, — ответили ему красивым баритоном. — Не ушибся?       Нико с любопытством смотрел на высокого блондина в черных очках. Таких людей он видел тут крайне редко. Обычно здесь были толстые мужики, которые заказывали себе пиво и уходили к диванам смотреть на танцпол.         — Нет, — пролепетал он, принимая протянутую руку.         — Хорошо, — мужчина засунул руки в карманы. — Слушай, малец, а как ты относишься к мифам?         — Древнегреческим? — деловито спросил он, надеясь, что его глаза не выдадут дикий восторг. — очень хорошо!       Мужчина усмехнулся. Кажется, глаза его все же выдали.         — Тогда возьми. — протянул он ему толстую коробочку с изображением богов. — Мне она не нужна, а тебя может позабавить.         — «Мифы и магия», — прочитал Нико, щуря глаза. С его зрением тоже были проблемы. Буквы расплывались.         — Тут не только книжка о мифах, — мужчина улыбнулся. — Карточки, фигурки, карты. Если не ошибаюсь, фигурок около двухсот…         — Двухсот?! — Нико подпрыгнул. — Спасибо вам огромное! Я сейчас же посмотрю!       Он остановился у выхода из зала и, обернувшись к гостю, робко улыбнулся.         — Знаете, я не умею молиться, — сообщил он. — Но, кажется, меня все же услышали.       И сразу же убежал к себе в номер, показывать новую игрушку сестре. Он уже не мог видеть, как неизвестный снял очки с лица и смотря ему вслед задумчивым взглядом синих глаз, сказал:         — Услышали, мальчик. В этом можешь не сомневаться.