Порочный круг

 - Вы признаете себя виновным в совершении тяжкого преступления? - Нет! Я не делал этого! Клянусь! Зачем мне убивать собственную мать?! - Вы не отрицали свою вину, когда вас задержали, а теперь утверждаете, что невиновны? Вас нашли на месте преступления с уликами, указывающими на вашу вину, Бен. Бесполезно отрицать очевидные вещи в течении долгого времени, дело и так надолго затянулось. За отсутствием чистосердечного признания вердикт вынесен: подсудимый Бен Соло виновен в тяжком преступлении. Увести его. - Решение судьи поставило окончательную точку в сложном деле о нашумевшем в маленьком городке преступлении, поставившего на уши всю прессу в Штатах. "Подросток зверски убил свою мать накануне Дня Благодарения в состоянии аффекта, нанеся женщине несколько десятков ранений острым ножом для разделки мяса." - Самый распространённый заголовок во всех печатных изданиях по тем временам. Слухи по городу ходили всякие, даже доводили до абсурда, мол, в семье этой было все не просто так. Говорили, что матушка изначально имела серьёзные недопонимания с сыном, закрывала глаза на подростковый максимализм, слепо заметала следы очередной ссоры, сделала карьеру в сенате и на этом все. В их доме часто звучали слова оскорблений, летали тарелки из кухни в гостиную и никто не хотел признавать себя неправым. Он изводил её до истерик, вызывая слезы на румяных щеках. Лея ничего не могла с этим поделать. Что бы сделала на её месте другая женщина? Вызвала полицию решить маленькие семейные дилеммы? До абсурда Лея подобных ситуаций не доводила. Это ведь были её проблемы и ей было решать как поступать. Какой же это был день? День, когда люди отпускают свои обиды ради того, чтобы посидеть в шумной компании родственников и завести милую беседу за семейным столом среди ароматных овощей, украшающих главное блюдо дня - индейку под золотистой корочкой. День, когда светит холодное солнце в чистом голубом небе меж голых крон старых вековых дубов, что возвышаются почти на каждом семейном участке маленького городка в глуши. День, когда случилась трагедия. Прошло не так много времени, когда по новостям показали сюжет длиною в один час. Не многие видели участников преступления, поэтому сообразительные люди отсняли небольшой фильм о нашумевшем деле, наняли актеров, воссоздали сцену убийства. Соседи смотрели кадр за кадром и содрогались от каждой эмоции, каждого деяния молодого актера, немного похожего на Бена. Все случилось как в замедленной съемке фантастического блокбастера, недавно вышедшего на экраны. Нож встречался с белоснежной тканью футболки и исчезал в красном размазанном пятне на рёбрах под громкие влажные звуки распоротой кожи. Жертва не сопротивлялась скорой кончине, тихо кряхтя на полу маленькой кухоньки, пока под ней растекалась лужа алого цвета. Тумбы, ножки столов и стульев запачканы каплями гранатового цвета, орошающие поверхность мебели узорной россыпью прямых линий с крапинками. Жертва не кричала, чтобы не вызвать панику у соседей, она спокойно принимала исход праздничного дня. Глаза женщины наполнились пустой радостью во мраке четырёх стен, под тенями на участке многовековых деревьев, ниспадающих в пустое помещение, где сын спокойно расправлялся с последней привязанностью в своей никчемной жизни. Зрелище совершившего казнь безумца, что расплатился за свое рождение с создателем, оказалось выше любых похвал. Она знала конец истории своей долгой одинокой жизни. При живом сыне жертва оставалась круглой сиротой без семьи и права её обрести. Вот так умирают одиночки без семьи, - их находят по запаху в доме. Он не хотел причинять ей боль, в планы входил разговор, пусть не совсем тихий. Бен давно решил для себя оставить мать жить одной и больше не причинять ей боли после смерти отца. Хан - единственный, кто всегда её поддерживал в начинаниях и был опорой. Это он был достоин любви доброй женщины, а сын только умел делать вид, что ему ровным счетом плевать на маму. Этого не должно было случиться. Не таким образом Бен хотел исчезнуть из её жизни. Сына убитой нашли в паре километров по течению реки, что простиралась недалеко от дома семьи Соло, - место, где семья становилась семьёй на пару быстрых часов в далёком прошлом. Бен измазан кровью, руки трясутся в попытке прекратить случайную резкую дрожь, держась за футболку в кровавых пятнах. А этот его взгляд... Шериф не опознал в нем ни капли сознания или сожаления убийцы. Взгляд загнанного в клетку кролика, молящего не причинять ему мучения. С него хватило на сегодня праздника в кругу семьи. Приговор судьи собрал вне зала как положительные отзывы, - чего было мало, - так и отрицательные. Знающие убитую женщину воистину сопротивлялись окончательному решению судьи упечь мальчика за решетку на никчемные пять лет - мало для раскаяния и осознания содеянного им, граждане рвались чинить правосудие своими руками, покарать виновного. Однако Соло понимал не хуже тех, кто хотел его наказать иными способами, - что он натворил с любимым человеком. Город кишит ненавистью пустых манекенов, именуемых себя людьми, кто не видел юнца, не знал причины его поступка. Пресса изводит толпу случайными фактами от полицейских, пишет неимоверную чушь, вплоть до матери-тирана и бедного послушного сыночка. Только старый дом знает правду про именитых членов семьи древнего рода Скайуокеров. Слухи о скелетах в шкафу ходили разные, и не один десяток лет жители крутили шарманку про женщину с душою божества, положившую начало этому всему, и её сумасшедшего мужа, любившего доводить беднягу до белого каленья денно и нощно под любым предлогом. На заседании суда прокурор упомянул былую славу знаменитых Скайуокеров, ссылаясь на плохую генетику подсудимого. Отсюда пресса начала черпать информацию, придумывая самые изощрённые варианты, послужившие причиной убийства. И, честно признать, зеваки верили каждому слову в газете. Одно было неясно: почему никто не верил подсудимому? Он со слезами на глазах твердил, что не делал этого. Бен любил мать, да, они ссорились, да, кричали друг на друга. Но не будем забывать главный факт, что все содеянное произошло в состоянии беспамятства. Тощая рука со множеством родинок непроизвольно потянулась к пластиковой рукояти ножа, а дальше мозг отказался функционировать на добрые полчаса. Все из-за любопытной прессы: "Знаменитый Энакин Скайуокер под псевдонимом "Дарт Вейдер" стал серийным убийцей и первой жертвой безумия стала его жена, любившая своего мучителя до безумия. Пошел ли Бен по его стопам?" Или: "Первой жертвой пал Хан, муж дочери Скайуокера, Леи, живший опасной и азартной жизнью под властью злостного алкоголя или это первая жертва Соло-младшего?" Шериф рассуждал о подстроенной смерти мужчины, чья машина влетела в кювет из-за неисправности тормозов. Знал бы тогда, чьих это рук дело, давно бы избавил город от мучительных тайн родословной загадочной семьи, но ни улик, ни свидетелей тогда не нашли. Да не затронуло пропащего желание остаться одним на белом свете без семьи, в оранжевой робе с руками в алюминиевых тисках и такими же игрушками Сатаны, похожими один на другого в точности как Бен. По прибытии в тюремную камеру он ни с кем не разговаривал, держал все время голову опущенной, не отрывая остекленевшего взгляда от тяжёлых ботинок. Для него поднять голову, все равно, что дать прочитать себя как открытую книгу порочности и грехов за последние семнадцать лет жизни на земле. Бен не был примерным сыном, часто пакостил назло другим, пытался показать себя таким, каков он есть на самом деле. И вот к чему это привело: к кандалам и тюремной робе. Если бы тогда он не хотел последнего разговора, то мама бы осталась рядом. Наверняка, семейные скандалы по сей день преследовали бы их двоих, мать и сына, но заканчивались бы в разных комнатах молча и никто бы не пострадал. А сейчас ему хочется услышать тихое "Я рядом, мой маленький", ощутить шершавую тонкую руку на взъерошенных кудрях. Зачем продолжать существовать и пытаться оправдать себя в одиночной камере? Что-то осталось там, внутри, на задворках души - желание продолжать жить и чего-то ждать. А чего ждать, Бен так и не понял. За пять лет, проведённых в клетке из четырёх стен - трёх бетонных и одной решётчатой, он понял одну простую вещь - привязанность - твоя слабость. Не смей поддаваться чувствам душевных мимолетных порывов, если хочешь жить дальше. Он хочет, хотел заставить себя отрешиться от простых гуманных, питающих чувств: любовь, ласка, нежность, к другим, более слабым, чем он сам, нежным Божьим созданиям - девушкам. Тюрьма с её уставами заставила пересмотреть взгляды на жизнь. Поначалу было невыносимо, каждый провоцировал его слабостью к умершей, постоянно напоминал о том, что его уже не исправить, - отсюда возникло первое негласное правило - стать безразличным ко всему живому. Если бы не попал Бен сюда, как могла сложиться дальнейшая жизнь? С громкими скандалами, пока он не нашёл бы для себя другого объекта для срывов. Создать семью с любящей девушкой у него бы не получилось, она могла сразу убежать, не дожидаясь помолвки. Большие стены дома не позволяли бы выносить сор из избы, конечно, ведь он - главная фигура в политической партии, а значит должен держать себя в узде. К глубокой старости, похожий на своего отца, с рюмкой виски в одной руке и почти пустой бутылкой в другой. До жути страшно и смешно рассуждать о таких нелепых, скучных вещах, лёжа в своей одиночной камере. Иногда Бен перебрасывался парочкой фраз с соседом через стену. А того за что повязали? Ах да, за умышленное убийство и угон машины у богатенького "белого воротничка". Кажется, парниша резвился с его дочуркой в той машине, занюхивая серую жизнь порцией запретного порошка, когда его повязали копы с трупом на руках. Ну, тому ещё не скоро выходить, к нему собственная мать отказалась приходить навещать хотя бы раз в месяц. Даже такой пропащий малолетний наркоман никому не нужен, не говоря о его соседе Соло. У того вообще никого нет. Один из вариантов будущего Бен себе представил - несуществующий вариант. Затем второй, третий... Пока не заснул на помятой скрипучей койке в бурном потоке выдуманных историй. Одной из таких была действительно счастливая жизнь с любимой. Не так давно одна такая начала посещать Бена по ночам. Не красавица, не идеал с обложки голливудских глянцевых журналов. У неё толком нет груди, обласканная загаром кожа с солнечными поцелуями-веснушками на носу-уточке и плечах, её улыбка с ямочками могла влюбить в себя с одного взгляда. Впервые в жизни Бену захотелось видеть кого-то рядом с собой, захотелось вырваться на свободу ради неё и достать из-под земли цветок жарких стран и фантазий. Он мог делать с ней во снах все, что душе угодно: от светских разговоров на природе до гляделок в потолок на мягкой широкой кровати. От Бена ускользали фрагменты бурного единения по ночам, оно и не нужно было видеть или ощущать её, достаточно простых разговоров по душам. Дни до освобождения падали по крупице к общей массе песка в часах- перевертышах, а она все приходила в солнечном блеске неземной красоты, дарованная жалкому грешнику терзать себя желанием ощутить её загар на бледной коже, давно не видевшей солнца, дать волю нежным чувствам, припрятанным для неё в самых укромных уголках его души. Бен не знал имени незнакомки, но в сознании отмечал каждый контур её лица, каждый изгиб её стройного тела. За пять лет она стала единственным другом, в кучерявой голове давала подсказки, как правильно поступить и как не следует делать, и она не врала. Серьёзным минусом было то, что девушка была лишь порождением его больного воображения. Когда Бен выйдет на свободу, она где-то будет его ждать, ведь она никогда не обманывает и не желает ему зла. Конечно, и он изменился за такой большой промежуток времени. Окреп, даже слишком, подрос до шести футов в длину. Он больше не тот эмоциональный подросток, любивший разбрасываться чувствами направо и налево, теперь он сдержанный, скупой на эмоции и проявления внимания. Заключённые шептались между собой, что Бен способен одной левой уложить противника, не применяя особо физической силы. Но слухи слухами, а драк мужчина избегал.