2
17 июня 2018 г., 02:02
Отец Чимина всегда говорил, что сын пошел в тетю. Это, может, и звучало беззлобно и шутливо, но его выражение лица всегда выдавало, насколько постыдным он считает этот факт. Чимин никогда не думал, что он такой же эксцентричный, как Еын, но она понимала его лучше родителей. Она поддерживала его интерес к искусству. Она всегда защищала Чимина, когда родители жаловались на всякие «проблемы с поведением». Хотя в последний год он редко видел ее, и не особо разговаривал ни с ней, ни с бабушкой, он все равно чувствовал себя комфортно в ее обществе. Ему бы хотелось, чтобы она жила поближе, или это ему надо жить ближе к ней. Он бы не виделся с Чихеном и друзьями, но, может, было бы лучше, если бы он остался с Еын и бабушкой и доучился последний год в местной школе.
На деле из этого ничего бы, наверное, не вышло. Он потом поговорит с Еын. Прямо сейчас бабуля внимательно следила за ним и заставляла доедать все, что выставлено на стол. Она была готова поставить перед ним новую тарелку с едой сразу же после того, как он заканчивал свою порцию.
– Как тебе комната, Чимин-и? – спросила Еын, набивая рот водорослями. Она была совсем не похожа на его отца, но Чимин видел, что именно от нее он унаследовал знаменитые паковские щеки. – Я знаю, она поменьше, чем спальня в старом доме, но все равно уютная, правда? Тебе понравилось?
Чимин поморщил нос, посмотрев на горку водорослей в своей тарелке:
– Все в порядке, комната хорошая. Тут тише, чем в старом доме.
– Конечно. Теперь-то мы не живем напротив клуба, – пробурчала бабушка, ставя перед Чимином вазочку клубники.
Еын кивнула, улыбнувшись:
– Здесь совсем не так, как в Ульсане и Пусане. Город намного меньше. Но и мне, и маме нужно было сменить обстановку. Я устала от всех проблем в Ульсане. К тому же, над домом хорошо поработали. Его закончили обновлять всего лишь в прошлом году, и мебель поменяли на новую. Кроме стола с зеркалом в твоей комнате.
– Это зеркало немного вычурное… Бабушка, я не люблю клубнику, – застонал Чимин.
– Ой, все будет в порядке, – сказала Еын, украв ягоду из его тарелки. – И еще кое-что, Чимин. Обустраивай комнату, как тебе угодно, только если это не включает в себя ее тотальную перестройку. Это твоя комната, и твой дом. Хорошо?
Чимин слабо улыбнулся, заставив себя проглотить одну ягоду. Ужин прошел как обычно, с разговорами о предстоящих летних фестивалях, планами Еын насчет дома, вопросами об успехах Чимина в танцах и о том, в какой университет он собирается поступать. На какое-то время он даже перестал чувствовать, что утром родители выставили его из дома. Он мог обмануть себя и заставить поверить, что это всего лишь летние каникулы с любимыми тетей и бабушкой.
Чимин допоздна болтал с Чихеном по видеочату. Он не спрашивал о родителях, а Чихен их не упоминал. Только сказал:
– Без тебя здесь так странно.
– Наслаждайся ощущением того, что ты единственный ребенок, – усмехнулся Чимин, на что Чихен шутливо сложил ладони в молитвенном жесте и ухмыльнулся.
На часах телефона высвечивалось 2:12, когда они попрощались и пожелали друг другу спокойной ночи. Чимин не планировал ничего на утро, но, зная бабушку, она все равно придет и разбудит его, если он попытается поспать до полудня. Зевнув, он подключил телефон к зарядке, выключил свет и нырнул под одеяло. Единственным источником света в темной спальне осталась луна, сияние которой пробивалось сквозь занавески. Чимин не отрывал взгляда от серебристых лучей, пока не провалился в сон.
Он не знал, сколько проспал, когда услышал тихий стук. Стук повторился еще несколько раз к моменту, когда Чимин высунул голову из-под одеяла и тихо спросил:
– А?
Тишина длилась секунду, а потом стук послышался снова, на этот раз громче. Чимин откинул одеяло и позвал:
– Да?
В комнату никто не вошел. Чимин открыл глаза и присмотрелся к двери, думая, что это стучала бабушка или Еын. Ничего не происходило.
Он поднялся с кровати, когда стук опять повторился. Потирая глаза, он открыл дверь.
– Что за…
Никого не было.
– Так, ладно. Иногда мне мерещится всякое, когда я засыпаю, – сказал он, закрывая дверь. – Все нормально. Да. – Ему всегда требовалось время, чтобы привыкнуть и спокойно спать на новом месте. Эти несуществующие звуки наверняка исходили из его подсознания, как часть сна. Вот только Чимин еще не успел вернуться в кровать, как опять услышал громкий стук. Он подошел к окну и отдернул занавеску, думая, что это ветка дерева задевает стекло. Дерево за окном было, но только через дорогу.
Чимин закрыл глаза руками и глубоко вдохнул, а затем медленно выдохнул. Он настолько устал? Это сон, по любому… Но он всегда осознавал, что спит, когда видел сны, а сейчас такого ощущения не было. Может, это трубы шумят в стене, или еще что-то снаружи.
Следующий стук послышался со стороны зеркала.
Какая-то часть Чимина хотела уйти на остаток ночи спать в гостиную, или притащить в комнату Еын под предлогом «Мне кажется, в стене застряла крыса или кто-то еще.» Хотя его плечи все еще были напряжены, и он чувствовал, как по спине начинают бегать мурашки, Чимин встал перед зеркалом и сжал край куртки.
Он задержал дыхание и сорвал ее.
Чимин был не уверен, что именно он ожидал увидеть: свое отражение или монстра, выпрыгивающего прямо на него, как в фильмах ужасов. Ощущение холода поползло от вспотевшей шеи вверх к черепу, превратившись в головную боль.
То, что смотрело на него, освещаемое лунным светом, было парнем. Он прижимался ладонями к поверхности зеркала, его яркие глаза уставились на Чимина так, будто это он был здесь аномалией. Но это и не важно, потому что Чимин потерял сознание.
Может, он среагировал слишком сильно, но ему было абсолютно плевать. Он пробыл в отключке где-то с минуту, и, когда пришел в себя, сначала подумал, что лунатил, и вся эта Зеркальная Жуть ему привиделась. И эта теория его бы вполне устроила, вот только когда он поднял взгляд, незнакомец все еще пялился на него изнутри зеркала.
Чимин взвизгнул и стал отползать назад, пока не уперся спиной в кровать. Сердце от шока было готово выпрыгнуть из груди.
– Ч-что? Как? – Чимин тер глаза, думая, что если достаточно раз сказать себе проснуться, то это поможет. Это бы сработало, если бы сцена перед его глазами была и вправду воображаемой. – Что за черт, – прохрипел он.
– Ты меня видишь, – поразился парень. Его голос был громким и реальным. Чимин силой воли заставил себя не закричать. – Ты же меня видишь?
Лучше бы не видел. Чимин не хотел давать родителям еще один повод задумываться над нормальностью его поведения. Опираясь на кровать, он поднялся с пола и сел на нее.
– Я не сплю? – спросил он.
Губы незнакомца дернулись, будто он хотел улыбнуться. Он, должно быть, одного возраста с Чихеном. Выглядел очень юным.
– Надеюсь, что нет, – сказал парень, убирая руки с зеркала; его глаза все еще были широко раскрыты. – Я очень, очень надеюсь, что не спишь, потому что ты первый, кто смог увидеть меня. – В конце его голос затих, наполнившись чем-то мрачным. Чимин не знал, паниковать ему или волноваться.
Он закрыл глаза и глубоко вдохнул, прежде чем опять открыть их. Парень все еще был здесь.
– Что ты, черт возьми, такое?
