Запретные чувства

—Ребекка, это ссора на пустом месте,—пытался успокоить девушку Марсель. —На пустом говоришь? По твоему это на пустом?—подлетев к мужчине Бекка начала тыкать в его лицо телефон, на котором была переписка с некой Одри. В которой невооруженным глазом было видно что кареглазая брюнетка открыто флиртовала с Марселем. —Это просто переписка,—выхватив свой телефон мужчина отошёл от девушки пылающей гневом.—Между нами нечего не было, хорошо? Мы просто обсуждали покупку здания близ Французского квартала, можешь считать ее моим деловым партнером. —Если пожелаешь, она может стать для тебя не только "деловым" партнером,—Подойдя к дивану она схватила сумку.—А я ухожу. —Слушай, давай ка успокоимся, ладно.—Взяв девушку за руку он поймал ее взгляд полный разочарования.–Куда ты уходишь? —К Нику, и лучше бы тебе отпустить меня.—вырвавшись из цепких рук, Ребекка в миг исчезла из пентхауса Марселя Жерара. Оставшись в гордом одиночестве он тут же разнес телефон о ближайшую стену. И отправился на так называемую “деловую” встречу. На выходе он обернулся и оглядел все помещение. Огромное окно на все комнату, с видом на дом Майклсонов и Французский квартал. В одной стороне комнаты дубовый стол с шестью стульями, в другой белый кожаный диван. Большие зеркала. И одиночество. Без неё. *** Бежав меж двухэтажных домов с украшенными балконами, и железными бортиками по Французскому Кварталу, Ребекка пыталась сдержать слёзы, но все попытки были четными. Дойдя до особняка под местным названием “Скотобойня”, который Майклсоны звали родным домом, девушке стало легче. Солёные капли льющиеся по её щекам в миг прекратились. Зайдя внутрь и вдохнув родного воздуха девушка полностью успокоилась. Но. Не успела она дойти до своей комнаты, как тут же повстречала Клауса. —Ах, сестренка!—заметив в прихожей Бекку, Клаус тут же повел её наверх,—хорошо что мы столкнулись, мне нужно поговорить с тобой, сейчас. —Ник, неужели это не может подождать?—Остановившись у лестницы взвыла девушка,—Я хочу в душ, мы можем поговорить минут через двадцать к примеру? *Двадцать минут? Я прождал тебя все утро, моё терпение не безгранично!* —Нам. Надо. Поговорить. Прямо. Сейчас. —Черт, хорошо. Веди. Пройдя в комнату Клауса, он дошел почти до середины, и остановился возле холста, между рабочим столом и диваном, на том холсте был нарисован живописный сад, с колоннами, фонтанами, и белыми лавочками, картина была практически законченной, оставалось добавить лишь пару штрихов. —Ну же, Ник, ты ведь не молчать меня сюда притащил. *Как же корректнее выразиться…* Клаус из всех сил пытался подобрать слова. —Ник, в чем дело?—Сбросив пальто Ребекка села на диван, и плеснула в стакан скотча. —Меня беспокоит моя дочь.—Повернувшись к сестре сказал он.—Она ведет себя очень странно, и это не из-за Хейли, и не из-за Элайджи. —А из—за кого тогда? Ник, она потеряла мать, и практически живет в одном доме с её убийцей, тебе не кажется что странной она будет еще долгое время, тем более ее поведение, отлично подходит к ситуации. Успокойся. —Ты не понимаешь, она ведет себя странно по отношению..—выждав минутную паузу которая показалась Ребекке годом, он продолжил.—ко мне, по отношению ко мне, ясно? —Не совсем. Что ты имеешь ввиду? Бекка стала наливать второй стакан, который тут же выпила, а следом и третий. *Я и сам плохо понимаю, а ты и вовсе особыми гениальными навыками не отличаешься* Подумал Клаус. —Вчера, когда я пришел к ней в комнату, она нервничала, просила остаться с ней рядом. —Ты ее отец, что в этом странного? —Это не так странно, чем то, что было потом. Клаус сел на журнальный столик, рядом с диваном на котором расположилась Бекка. —И что же было потом?—передав стакан брату спросила девушка. Он выглядел встревоженным и поэтому она решила что ему не помешало бы расслабиться, как и ей. *** Передвигаясь по красочному Бурбон-Стрит, сквозь оживленную толпу туристов, Марсель шёл на встречу к длинноногой деловой партнерше, англичанке по имени Одри. —Ало, Джош ,сейчас не время, я подхожу к Руссо, встретимся позже.—Время на часах подходило к 11, открыв дверь ведущую в бар мужчина заметил Одри, сидевшую за крайним столиков, возле окна. С кареглазой красавицей он познакомился когда решал продажу одного старинного здания на юго-западе города, пару месяцев назад. Она предложила купить полуразвалившуюся рыхлеть, за не плохие деньги. Грех было не согласиться. —Одри, рад тебя видеть, извини, я немного припозднился.—Марсель сел напротив девушки. Вытянутое лицо, длинные каштановые волосы, прямой нос, и игривый взгляд. —Нечего страшного, я взяла на себя смелость заказать тебе джамбалайю с ветчиной и сосисками. —Замечательно, я с утра еще не завтракал,—посмотрев на блюдо, Марсель заметил что себе девушка абсолютно нечего не заказала.—А ты я вижу не голодна? —Нет, хотя бокал вина не помешает.–Подняв руку вверх она призвала официанта, которым к слову был Деклан. —А я не пожалуй не откажусь от пива. *** С террасы, комнату обдувал легкий, летний ветерок. А музыканты с улицы напевали "Terrible love", что возвращало Клауса в ту ночь, где возле картины на модной выставке он встретил Камилл. Будь она сейчас рядом с ним, было бы намного проще, ведь её присутствие приглушало звуки, мир становился терпимее. —Ник, ты все сделал правильно, у твоей дочери должно быть личное пространство, и ни к чему его нарушать,—к концу разговора Ребекка уже опустошила целый графин. —Я и не думал его нарушать, но меня мучает это незнание. Что ей снилось? Почему она выкрикивала именно моё имя?—Смешивая тёмный бирюзовый с обманчивым синим, Клаус заканчивал своё произведение искусства. —Ради всего святого, о чем твои мысли? Ты не последний человек в её жизни, это нормально, что ты ей снишься. Но Никлаус будто и не слышал нравоучений сестры. —Между прочим, как там Элайджа? Хоуп сильна на него зла? Я не видела его с того момента как он вернул память. Ребекка искала подходящую бутылку в мини-баре Никлауса. —Она жаждет его смерти. Удовлетворительный однако ответ. —А мне вот интересно, что заставляет тебя опустошать мои запасы?—Оторвавшись от рисунка, Клаус подошел к тумбочке, в которой ковырялась Ребекка—Не уж то с Марселем повздорили? —Нечего особенного. Достав наконец и откупорив нужную бутылку, Ребекка приземлилась прямо на полу, после выпитого, ковер казался вполне мягким. —Точно! Вижу ты надеешься в скором времени помирится с женишком. —Ник, прекращай язвить. Я сама в состоянии разобраться со своей личной жизни. —Какая уверенность.—Почти пропел Клаус перед тем как сесть на диван. —Слушай, хватит, давай я поговорю с Хоуп, если тебя так беспокоит ее состояние. Ребекка встала и пошла по направлению к двери. —Я ее отец. Меня всегда будет беспокоить ее состояние. —Хорошо, тогда я пойду к ней, а ты.. —Что я? Хочешь найти и мне занятие? —А ты поговори с Элайджей, меня беспокоит его самочувствие. —Как скажешь. —Меня оно тоже беспокоит, меня вообще в последнее время слишком много чего беспокоит. *** Все то время что Марсель с огромных удовольствием уплетал национальное блюдо, они с Одри не обмолвились не словом. —Фух.. Откинувшись на спинку стула, Марсель огляделся по сторонам, голова кружилась, в глазах темнело. —Что..—язык перестал слушать своего хозяина —Думаю, ты хотел спросить что происходит?—Протянула девушка, не спеша допивая вино. Она выглядела более чем спокойна. Марсель попытался встать, но потерпел неудачу, и рухнул на пол, можно было подумать что он потерял сознание, но он все понимал, и слышал все происходящие. Но вот досада, не мог пошевелить и пальцем. —Пора! Девушка встала, а за ней в ту же секунду из-за двух соседних столиков поднялись четверо мужчин, все крепкого телосложения, афроамериканцы. Разбив бокал, из которого Одри только что пила вино, об стол, она наклонилась к Марселю. —Вкусно было? Думаю даже очень, раз ты не заметил яда, который я тебе туда подмешала. Выпить успел?— Девушка посмотрела на стол, стакан с пивом был практически пуст. —А теперь захлебнись своей кровью. После чего подняла самый большой осколок, и перерезала ему горло. —Берите его, и тащите в машину. Во всем баре ни один человек не заметил того, что происходит, видно на всех действовало внушение, потому что все присутствующие были людьми, кроме тех Амбалов, которые уже тащили Марселя к выходу с заднего двора. И невесть куда собирались его увезти. Буквально через 3 минуты от них не осталось и следа. *** По пути в комнату племянницы, Бекка встретила Фрею, женщина была крайне обеспокоена чем-то. —Фрея,—догнав сестру Ребекка бросилась ей на шею. —Здравствуй сестра, я рада что ты вернулась, правда, но я сейчас немного тороплюсь, поговорим после?—Уже на выходе прокричала Фрея. *Кавардак* Зайдя в комнату Хоуп, с бутылкой "Jim Beam" в руках, тетушка заметила племянницу возле зеркала, видимо девушка её не заметила. —Привет милая! —Тётя,—Хоуп подбежала и обняла родственницу—рада тебя видеть. —Поболтаем?—Помотав бутылкой улыбнулась Бекка. —Мне семнадцать, папа с меня кожу не сдерет?—Засмеявшись Хоуп начала доставать стаканы из тумбочки, интересно что они там забыли.. —Мы ему не расскажем. Девушки прошли на террасу, на которой находились два кресла, а между ними небольшой столик на котором стояла ваза с цветами. *** Придя в себя, и открыв глаза, Марсель огляделся по сторонам и понял что находится на той самой птицефабрике от которой всем сердцем пытался избавиться. Вокруг нечего было, лишь вонь, обшарпанные стены, и старые, неисправные лампы на потолке. —Эй, уроды! Я очнулся! Но в ответ лишь тишина. —Вот чёрт.. Сидя привязанным к стулу, в заколдованном круге, он нечего не мог сделать. Лишь задавался одним единственным вопросом. *Какого черта задумала Одри?* *** День сменялся вечером, на дворе уже смеркалось, люди начали выползать из своих домов, в каждом баре заиграла своя музыка. Когда бутылка была наполовину пуста Ребекка решила задать тот самый вопрос ради которого собственно и напоила племянницу, подумав что если есть что то о чем она хочет рассказать, но боится, то ей будет легче поделиться этим в подвыпившем состоянии. —Хоуп, ты нечего не хочешь мне рассказать? Ребекка отставила стакан, и с теплой улыбкой посмотрела на племянницу. *О, ну почему бы и нет, я влюблена в собственного отца, дашь совет?* Что за глупые вопросы? —Нет, мне нечего рассказывать. Хоуп замотала головой. —Дорогая, я слышу твоё сердце, его не обманешь. Ребекка взяла племянницу за руку, ладошки были влажными, и немного тряслись, девушка явно чего то боялась. —Хоуп, мы семья, ты можешь мне доверять. Но Хоуп молчала как партизан. —Никто тебя не осудит.. И тут на тебе. —Осудит! —Хоуп вырвала свою руку из рук тети.—Ты нечего не знаешь, и ты меня не поймешь. *Ни кто не поймет.* —Это связано с твоими чувствами к Нику? И вдруг. *Что? Как она узнала? Как она могла узнать? Я никому об этом не говорила. Никто не мог знать. Что теперь будет?* –Что? Это не правда, о чем ты вообще говоришь? Замешкавшись и встав с кресла Хоуп зашла в комнату, ну как зашла, забежала, свет начал моргать, бедняжку затрясло. —Хоуп, успокойся, — Ребекка вмиг оказалась напротив девушки, —Все хорошо, ясно? —Нет, нечего не хорошо, кто тебе сказал? Хоуп заплакала и опустилась на колени. —Никто, мне просто показалось что в его присутствие ты ведешь себя немного странно, и все. Ребекка села рядом с девушкой. —Никто об этом не узнает, слышишь? Я никому не скажу. Но Ребекка прекрасно знала, что Ник должен об этом знать. Она должна ему сказать. Когда уже Майклсоны заживут спокойно?