Глянец

      Тони ещё долго потом пыталась осознать, что произошло. Шерил пригласила её на вечеринку, а она согласилась. Конечно, это может стать хорошей рекламой, там будет много влиятельных людей.       Остаток вечера Топаз редактировала фотографии. Девушка записала их на флэшку и отправила заказчикам смс, что фото готовы и они могут их забрать завтра с десяти утра до семи вечера. Девушка надеялась, что за час успеет переодеться и накраситься. Мысль о завтрашнем дне заставила Тони подойти к гардеробу в полной уверенности, что она не сможет найти ничего подходящего. Однако Антуанетта откопала в шкафу наряд со своей последней выставки. Платье-карандаш цвета горячего топлёного молока до колен. Верх украшали тонкие аккуратные кружева, а толстые лямки были усеянны блёстками. Как только девушка получит первую зарплату от Estee Lauder, она купит себе несколько платьев, подходящих для подобных случаев. А пока и это подойдёт.       В студии тихо и одиноко. Даже слишком одиноко. Иногда Тони кажется, что она устала от самой себя, но единственный человек, от которого ты никогда не сможешь сбежать, это ты сам. Вот такой парадокс. А ведь пока ещё не придумали механизм, который способен убирать ненужные мысли в голове. Запирать их в клетку, как бездомных животных. Горькое чувство одиночества порой душило девушку, оно селило в её голове стойкое убеждение, что она навсегда останется одна, что она никому не будет нужна; оно отравляло её мозг. Топаз не могла уже больше слушать музыку, смотреть фильмы, даже книги читать не могла. Везде красивая история любви. Только вот в жизни этого не видно. Она вспомнила свои последние отношения с девушкой, которые закончились сразу после постели. Оказалось, что та не была готова к этому, а Антуанетта не испытывала к ней никаких романтических чувств, кроме обычной симпатии, поэтому с лёгкостью отпустила. До этого она встречалась с парнем. С очень хорошим парнем, но не смогла ответить на его чувства взаимностью. Сон незаметно забрал девушку в своё царство, укутывая её одеялом из грёз и мечтаний.       Утром Топаз проснулась от звонка в дверь. И кого принесло в такую рань? Но, взглянув на часы, девушка подскочила как ошпаренная. Сейчас уже полдень. Наверное, заказчики пришли за фотографиями. И она оказалась права. Хорошо, что вчера после душа Тони натянула спортивные штаны и футболку, поэтому смогла открыть сразу же. Отдав заказ, девушка со спокойной душой занялась своими делами. Сегодня никаких фотосессий у неё не намечается. Антуанетта набросала список самых красивых мест в Нью-Йорке, но вот идея концепции у неё так и не появилась. Хотелось чего-то мрачного, мистического, пугающего, но в то же время утончённого, чарующего и манящего.       Девушка закрыла глаза и в голову пришла мысль о четырёх стихиях, а потом она задумалась о Шерил. Эта модель смогла бы идеально воплотить все стихии. Огонь — её волосы. Вода — её гибкое тело. Земля — её твёрдый характер. Воздух — её невесомая стройная фигура. Тони даже придумала несколько снимков. Только ей казалось, что Блоссом никогда на это не согласится, а работать с кем-то другим не доставит фотографу такого удовольствия.       Вечер подкрался незаметно. Антуанетта получила ещё несколько заказов. Она собралась даже быстрее, чем планировала. Ещё и осталось время побродить по пустой студии, слушая музыку, от которой уже тошнило. Шерил приехала ровно в восемь. У неё есть личная машина и водитель. Большой чёрный джип сверкал даже в тусклом освещении фонарей. — Здравствуй, Тони, — модель улыбнулась своими идеальными бежевыми губами, а в глазах светились хитрые огоньки.       Топаз поздоровалась в ответ и заметила, что модели гораздо больше шли светлые оттенки помады, нежели яркие красные. Зато на Блоссом был надет бордовый, цвета венозной крови комбинезон. Какое-то время они просто ехали молча, но в конце концов Шерил заговорила: — Знаешь, мне очень приятно с тобой работать, — Топаз внимательно слушала, не понимая, к чему ведёт девушка. — Ты не говоришь мне, что делать, куда повернуть голову, как оголить грудь, чтобы заинтересовать мужскую половину, — на последних словах Блоссом поморщилась от отвращения. — Зачем тебя направлять? — негодующе спросила Антуанетта. — Работать с тобой — одно удовольствие. Я ещё не встречала человека, так хорошо чувствующего камеру.       Шерил улыбнулась, но на этот раз улыбка вышла искренней и доброй, в глазах не плясали хитрые лисята. А ведь фотограф сказала лишь правду.       Приехали они быстрее, чем думали. Вспышки фотокамер повсюду. Синяя ковровая дорожка под ногами. Тони ещё никогда не ходила по ковровой дорожке под линзами десятков фотоаппаратов. Она даже начала волноваться из-за этого, но Блоссом взяла её под руку и, уверенно шагая в туфлях на высоченной шпильке, повела внутрь.       Громкая музыка, но при этом позволяющая слышать собеседника и не давящая на голову заполнила каждый миллиметр пространства. Собралось уже много людей, оживлённо разговаривающих друг с другом. — Я принесу нам выпить, — Шерил отпустила руку своей спутницы и направилась к бару.       Вдалеке девушка заметила Веронику, болтающую с высоким красивым парнем с кудрявыми тёмными волосами, на которых отражались блики от диско-шаров. — Лучшее шампанское, которое они смогли найти, — поджав губы, Блоссом протянула прозрачный бокал с игристым золотым напитком. — Спасибо.       Шампанское действительно оказалось очень вкусным. Шерил рассказывала о том, что ей предложили ещё один контракт с Estee Lauder, когда к ним подошёл тот высокий парень, ранее составлявший компанию Лодж. — Никки, — обрадованно воскликнула Блоссом, после чего они чмокнули друг друга в щёку. — Знакомься, это Тони Топаз — мой фотограф. Точнее, не мой, но она работает со мной. А это Ник Сент-Клэр — редактор Vogue. — Приятно познакомиться, — Топаз юноша показался слишком молодым, чтобы занимать такой высокий пост. — Значит, Вам удалось покорить нашу капризную вишенку? — улыбнулся Ник, дразня Шерил.       Антуанетта пожала плечами: — Я просто пришла и сделала свою работу. — Ответ настоящего профессионала, — похвалил её юноша.       К их компании подошла Вероника и ещё какая-то женщина средних лет с тёмными волосами, собранными в сложную причёску. Чёрный строгий костюм подчёркивал подтянутую фигуру незнакомки, которая оказалась какой-то главой в Estee Lauder. — Здравствуйте, — улыбнулась женщина. — Шерил, Вероника, я хочу вам сообщить, что мы не сможем заключить контракт с вами двумя, поэтому через неделю вам сообщат, кого мы выбрали.       Женщина, объявившая такую новость, развернулась и с улыбкой на лице спокойно пошла дальше. Топаз внимательно наблюдала за реакцией девушек, боясь, что они могут вцепиться друг другу в глотки. — Я пойду ещё закажу выпить, — с этими словами Блоссом снова отправилась к бару. — Я, пожалуй, тоже пойду, — ушла Лодж, тряхнув головой, словно пыталась привести мысли в порядок.       Тони наблюдала за Шерил, которая опустошала уже второй бокал шампанского. — Знаешь, я бы на твоём месте увёл её отсюда, — тихо, так, чтобы услышала только Антуанетта, произнёс Ник. — Почему? — Шерил опасно быть на подобных мероприятиях. Ну знаешь, с алкоголем и кое-чем похуже, — Сент-Клэр пальцем провёл по носу, намекая на наркотики. — Уведи её отсюда, пока не поздно.       С этими словами парень ушёл, оставив Топаз, пытающуюся лихорадочно сложить пазлы. Но ведь она не может просто так увести девушку с этой вечеринки.       Тони весь вечер приглядывала за Блоссом, но все опасения Ника оказались напрасными. Девушка хорошо проводила время и много общалась с разными людьми. Улыбка не сходила с её лица до конца вечера. Шерил даже, наверное, забыла о своей «плюс один».       Ближе к часу ночи Блоссом подошла и извинилась, что не может уделить своей явно скучающей спутнице внимание и предложила услуги своего водителя. Топаз приняла предложение, потому что действительно больше не могла находиться на этом мероприятии.       А затем посреди ночи ей позвонила перепуганная Купер, сообщившая, что Шерил попала в больницу.