Невеста поневоле

Через полчаса, а точнее через тридцать с половиной минут, Маринетт уже бежала вниз по широкой лестнице. Когда холл оказался в её поле зрения, она поняла, что…не опоздала! Выдохнув, она продолжила спускаться, но уже совершенно спокойно. Адриан стоял у входа и с кем-то разговаривал по телефону. Закончив диалог, он положил трубку и, наконец, поднял голову на Маринетт. На ней было синее платье чуть выше колен, волосы были забраны в высокий пучок и лишь несколько прядей выбились из него, обрамляя лицо. Лёгкий румянец на щеках, выразительные, подчёркнутые макияжем глаза и покрытые бесцветным блеском губы. «Боже, она прекрасна! Стоп, о чём я опять думаю?!» — пронеслось у него в голове, но вслух, чуть прокашлявшись, он сказал: — Они уже подъезжают, скоро будут! — И, как по заказу, раздался звонок в дверь, которую тут же открыл стоящий рядом швейцар. — Адрианчик, братишка! — Высокая голубоглазая блондинка, волосы которой были собраны в конский хвост, накинулась на парня с объятьями. Вслед за ней вошёл высокий рыжеволосый парень, которого Маринетт сразу узнала, держа за руку маленькую, лет четырёх, девочку, с такими же рыжими волосами и выразительными голубыми глазками. — О, так это ты его невеста! — Не без удивления сказал рыжий, а потом обратился к Адриану. — А ты боялся, что она будет некрасивой! — Но в ответ он получил строгий взгляд зелёных глаз. — Привет, меня зовут Хлоя! — блондинка, наконец отлипнув от брата, подошла к Маринетт и протянула руку для знакомства. — Очень приятно! Маринетт! — Брюнетка протянула руку в ответ. — Адель, подойди сюда! — Девочка отлипла от своего отца, за которого держалась, как за спасательный круг, и подошла к матери. — Мари, знакомься — это моя дочь Адель! Адель — это Маринетт! — Очень приятно! — Тихо проговорила девчушка и сделала реверанс. — Мне тоже! — Брюнетка мило улыбнулась малышке. — Она у Вас безумно милая! — Ой, вот только не начинай обращаться ко мне на Вы! — Возмутилась Хлоя. — Тебе сколько лет? — Восемнадцать… — А мне двадцать четыре! Разница небольшая, так что без выканья, просто Хлоя! — И, взяв дочь за руку, а Маринетт подхватив под локоть, блондинка направилась в гостиную, где на журнальном столике уже стояли чайнички с чаем, чашки и вазы со сладостями и фруктами… Парни тоже направились в гостиную, обсуждая последние бизнес-новости. Но тут Адриан поинтересовался: — Слушай, Нат, а где Феликс? — У него рейс задержали, — ответил рыжеволосый, — будет только завтра утром. — Блондин кивнул, показывая, что его удовлетворил этот ответ. Когда они вошли в гостиную, девушки уже что-то оживлённо обсуждали, а точнее они разговаривали об Адель, которая пристроилась между своей мамой и Маринетт и спокойно жевала печеньку, поблёскивая глазками то на одну, то на другую девушку. -…Я прибежала на грохот и увидела такое: это чудо сидит на полу, повсюду мука, и она вся в муке с самым невозмутимым видом ест печенье! Уж что-что, но печенье у неё самое любое лакомство! — Девушки дружно рассмеялись. Адриан невольно завис, наслаждаясь звуками звонкого, как колокольчик, голоса Маринетт. В реальность его вернул тычок в бок и недовольный голос друга: — Ты меня слушаешь вообще? — Блондин рассеянно кивнул, отрывая взор от брюнетки. А в глазах Куртсберга уже бегали чёртики: свершилось! Его друг влюбился! А то рыжий уже начинал думать, что тот до гроба останется бабником… *** Утро в доме Агрестов было наполнено звонким смехом и звоном различных кухонных приборов. Дело в том, что Маринетт проснулась рано, не смотря на то, что легла спать достаточно поздно, и, поговорив с подругой и поняв, что все ещё спят, решила приготовить завтрак, а заодно и освоиться на кухне, где ей предстояло, пусть и редко из-за обилия прислуги, но хлопотать. Девушка, тихонько напевая себе под нос какую-то мелодию, мешала тесто для печенья. Попутно делая омлет и обжаривая бекон. За всем этим она не заметила, как в кухню прошмыгнула главная воришка печенья — Адель! Девчушка подошла к Маринетт и…просто дёрнула её за край футболки. — А, Адель, это ты! А что ты так рано встала? — Я кушать хочу! — Сказала малышка и погладила свой животик. — О, милая, потерпи, завтрак скоро будет готов! — Ласково сказала девушка и потрепала девочку по волосам. — А десерт? — Малышка лукаво сверкнула глазками. — А десерт, только после того, как съешь тарелку каши! — Маринетт тихонько щёлкнула девочку по носу, отчего та захихикала. — Хорошо!.. Через некоторое время завтрак был готов и Адель сразу стала уплетать его за обе щеки, так как уже увидела тарелку полную её любимого печенья — овсяного с шоколадом. — Всё! — Малышка показала пустую тарелку. — Умница! Держи! — Маринетт протянула ей печеньку. — Это мало! — Воскликнула девочка. — А ты заслужи ещё! — Лукаво предложила брюнетка. — Догонишь, — она взяла в руки тарелку с печеньем, — получишь ещё! — И с радостным смехом побежала прочь с кухни. Адель сразу же с визгами кинулась за ней. Весь дом уже был поднят на уши. Казалось, даже мёртвый проснётся от такого шума, который образовывали в сочетании визг маленькой девочки и звонкий смех девушки. Обе ещё долго бегали бы по дому, если бы Маринетт не врезалась в чью-то широкую грудь. Послышался звук, издаваемый разбитой тарелкой. Девушка медленно подняла голову вверх, и её чуть голубые глаза, в которых читался лёгкий испуг, встретились с взглядом пронзительных серо-голубых глаз…