Мир настоящего солнца

    Ннойтора был в бешенстве. Однако он прекрасно понимал, что если начнёт крушить всё подряд, это выйдет ему боком. Как сказал тренер, если он по-прежнему будет допускать вспышки ярости, то ему запретят посещать спорткомплекс. А это то, чего он допустить никак не мог. Если он хотел стать сильнее, то спортзал и занятия пропускать ни в коем случае было нельзя. Поэтому он вымещал свой гнев через физические упражнения. Выплёскивал энергию, так сказать, с пользой.     На спарринговых занятиях, будь то боевые искусства, кендо или борьба. Учителя, видимо помня опыт первого урока, больше не позволяли студентам самим выбирать себе пару и всегда назначали партнёров сами. И никто не удивлялся тому, что Ннойтору и Нелл больше в пару не ставили, но Ннойтора этому не особо огорчался. Его время ещё придёт, а пока он всё свободное время посвящал наращиванию силы и мастерства.     А иногда после усиленных занятий он любил, как и раньше, забираться куда-нибудь, где было видно небо. Он сам не мог понять до конца, почему. Почему каждый раз смотрел на небо так, будто надеялся увидеть там что-то другое? В конце концов, он смирился с этой привычкой и просто наслаждался свежим воздухом. Поэтому довольно быстро облюбовал второй этаж спортзала. Там была то ли площадка для прогулок, то ли некий балкон, он точно не знал. Скорее всего зона отдыха с деревьями в горшках и невысоким парапетом, с которого был прекрасно виден внутренний двор и даже оба общежития. Ннойтора любил это место особенно сильно потому, что каким-то странным образом там почти никого никогда не было, и он мог развалиться на одной из скамеек, что тут стояла, и расслабиться. Настолько, насколько это было возможно, учитывая, что ему как всегда приходилось сгибаться в три погибели из-за маленьких размеров этих самых скамеек.     Однако его место отдыха довольно быстро спалил Гриммджо, который нередко к нему присоединялся. Ннойтора был не против, тот часто и в школьные годы его находил, поэтому знал в каких местах искать. Хуже было то, что вскоре к ним присоединился и Улькиорра, к счастью, не отличающийся такой же болтливостью как его друг.     — Так и думал, что ты здесь, — сказал Гриммджо, подходя к другу и скептически его рассматривая. Ннойтора как раз лежал в тени одного из деревьев и насаждался ветерком, приятно холодившим тело после изнурительной тренировки.     — Чего тебе? — спросил он, открывая глаза.     — Да просто хотел проверить, не окочурился ли ты случаем. Ухайдакаешь себя с такими нагрузками.     Ннойтора приподнялся, хмуро глядя на него. Гриммджо стоял, перекинув свою сумку через плечо, и хмуро смотрел на него в ответ.     — А, может, это тебе стоило бы больше времени уделять наращиванию силы.     — Наращиванию? — усмехнулся Гриммджо — Ты, кажется, забыл. Мы больше не на войне. Не убиваем и не грызём друг другу глотки.     — Возможно, я поспешил, сказав, что ты не настолько слаб, как раньше, — заметил Ннойтора, осуждающе глядя на друга, но Гриммджо расхохотался, одарив его взглядом, полным вызова.     — Я не говорил, что нужно расслабиться и жить жизнью слабака, я надеру тебе зад, Ннойтора, как только захочешь, — сказал он и даже слегка пригнулся, словно готовясь к прыжку, но потом выпрямился и, усмехнувшись, заметил: — Я лишь хотел сказать, что мы тут хотим порезаться в картишки. Выходной же. Ты с нами?     Ннойтора удивлённо посмотрел в сторону, где стоял Улькиорра и держал в руках пакет из магазина. Может, это и не такая уж и плохая идея...     — С каких это пор вы вдвоём стали таким закадычными друзьями? — спросил Ннойтора, глядя на то, как они достают из пакетов банки с напитками и разнымы закусками.     — С тех пор как ты стал злобным и нелюдимым монстром, — ответил Гриммджо, бросая свою сумку прямо на пол и усаживаясь на неё, словно на подушку. — Как я говорил, тебе нужно чаще расслабляться.     Ннойтора хмыкнул, но ничего не ответил. Что он мог сказать? Поэтому молча присоединился к их незамысловатому пикнику. Тем не менее, игра в карты была довольно весёлой. Гриммджо очень смешно и бурно реагировал, когда оказывался в проигрыше. Ннойтора же каждый раз не забывал его подстёбывать. А Улькиорра, которому везло больше всех, делал вид, что так оно и должно было быть, но явно делал это со специально напускным пофигизмом. Словно пародировал себя же из прошлой жизни. А когда, наконец, Гриммджо повезло, а Улькиорра проиграл, тот не упустил возможности расхохотаться на всю округу.     — Ну и кто теперь король?! — смеялся он. — Я победитель! А ты неудачник, Улькиорра. Всего-то нужно было не сбрасывать девятку. Лошара!     Улькиорра со сдержанным лицом выслушивал всё это и молча и тасовал карты. Крики Гриммджо его нисколько не задевали.     — Уймись, — усмехнулся Ннойтора, которого бешенная радость друга только забавляла.     — Вы чего орёте тут? — послышался голос и все втроём повернули головы, чтобы понять, кто говорит.     Возле парапета стоял Ямми и удивлено на них смотрел.     — Ты как там оказался?     — Как-как? Поднялся, — ответил бугай, пожав плечами.     — На второй этаж запрыгнул? — спросил Гриммджо, оценивающе посмотрев на расстояние до земли.     — Тоже мне высота, — хмыкнул Ямми, глядя на то, что осталось от еды. — Весело у вас тут.     — Было гораздо веселей до того, как этот придурок выиграл, — сказал Улькиорра кивнув на Гриммджо.     — А ну повтори! — возмутился тот.     — Да слышал я, — махнул рукой Ямми и, подцепив последний онигири, отправил его в рот. — Ты, кстати, уже вернулся? Я думал, тебя до вечера не будет.     — Как видишь, — ответил Улькиорра, просто пожав плечами.     — Откуда вернулся? — переспросил Ннойтора, который не особо радовался ещё одному человеку в его месте отдыха.     — Так он за пределы нашего студенческого городка ходил.     — Все это могут, — добавил Улькиорра. — Хотя я не уверен на счёт тебя, может, как раз тебе и запрещено.     Ннойтора саркастически ухмыльнулся.     — Опять в ту школу за рекой таскался? — продолжал зубоскалить Ямми. — Не надоело тебе?     — В школу? — вмешался Гриммджо. — Ностальгия, что ли, уже замучила?     — Да он там втрескался в одну рыжую. Вот и нахаживает.     — Ямми! — резко одёрнул его Улькиорра, глянув на товарища угрожающим взглядом.     — Что, не правда что ли?     — Из-за девчонки? — недоверчиво скривился Ннойтора.     — Только вот рыжуха эта отшила этого многострадальца, — продолжал Ямми, никак не прореагировав на молчаливую угрозу. — Она там запала на какого-то одноклассника.     — Я тебя предупреждал! — Улькиорра, резко подскочив с места, заломил здоровяку руку за спину таким образом, что тот не мог никак вырваться и только зарычал от боли.     — Мелкий крысёныш, отпусти!     — Не умеешь ты рот на замке держать!     Гриммджо усмехнулся, глядя на этих двоих, а Ннойтора продолжал сверлить взглядом Улькиорру.     — Она тебя унизила, а ты продолжаешь к ней ходить? Нафига? — скривился Ннойтора, откинувшись на лавочку. — Отомстить хочешь?     Улькиорра же перевёл на него свой грозный взгляд.     — Она меня не унижала.     — Тем не менее. Нахрена к ней таскаешься через весь город?     — Ты, друг, ничего не понимаешь, — философски протянул Гриммджо. На его лице появилась улыбочка, которая так и говорила: «я знаю то, что тебе неведомо».     Ямми, немного упокоившийся после того, как Улькиорра ослабил хватку, грустно вздохнул.     — У нас здесь девчонок мало, да и те что есть, скорее накостыляют... — сказал он. — Вот и приходиться подружек искать в других местах.     — Да ему бесполезно, — махнул рукой Гриммджо. — У него миссия помереть девственником.     — Тебе не надоело? — скривился Ннойтора. — Достал уже своей озабоченностью.     — Ну, серьёзно, чувак. Ты всегда был странный, но сейчас... — продолжал Ямми, всё ещё безрезультатно стараясь вырваться из захвата Улькиорры. — Вот, например, Нелл-чан. Да у любого встанет, стоит только взглянуть, как она в своих обтягивающих штанишках начинает делать растяжку, а ты всё черепушку пробить ей хочешь.     — О, она ещё в школе была штучкой, — добавил Гриммджо, мечтательно улыбнувшись.     — Слышь, Ннойтора, может ты не только псих, но ещё и из «этих» самых, которые не по бабам? — заржал Ямми, но уже через секунду послышался какой-то хруст, и он взвыл от боли. Так что Ннойтора не успел даже подумать о том, что стоило бы ему врезать за такие слова, как тот уже валялся на полу, корчась от боли.     Улькиорра же поднялся, отпуская его руку, и посмотрел на Ннойтору своим будничным бесстрастным взглядом.     — Не благодари, — сказал он и направился к выходу.     — Ого. Вывих, — усмехнулся Гриммджо, глядя на неестественное плечо товарища.     — Ааа! Твою мать, Убью!     — Прекрати орать, придурок, — сощурился Ннойтора, глядя на Ямми. Он считал, что тот получил по заслугам.     — Ну, в чём-то он всё-таки был прав, — сказал Гриммджо, вставая рядом с другом. — Ты, Ннойтора, действительно, словно всё ещё в младшей школе. Пора бы уже понять, что девчонки нужны не только для того, чтобы их ненавидеть.     — Ты тоже руки хочешь лишиться. Опять? — злобно уставился на него Ннойтора.     — Спокойно, — тот, ухмыляясь, поднял ладони. — Я хочу отвести этого здоровяка в медпункт вот и всё.     — Улькиорра, крыса ты недобитая. Убью нахер! — продолжал орать Ямми, пока Гриммджо помогал ему подняться.     Когда они оба ушли, Ннойтора остался один. С некой отстранённостью он глядел на небольшой беспорядок, что остался после них. Раз все ушли, видимо убирать придётся ему. К счастью, не так уж и много. Может, в другое время он бы и возмутился тем, что приходится заниматься такой ерундой, но сейчас мысли его были далеко. Выкинув всё в ближайшую урну, Ннойтора присел на лавочку и, вытянув ноги, уставился на небо.     Он любил смотреть на большие воздушные облака. По крайней мере с ними небо не казалось фальшивым. Ему многое в этой жизни казалось фальшивым или странным. Он сам слишком отличался от остальных. И до недавнего времени не мог понять в чём дело. Потом, когда он узнал о прошлом, он понял — всё потому что он арранкар.     Этот грёбанной сэнсэй распинался о том, что это идеальное для них место. Но Ннойтору здесь удерживало только то, что все здесь такие же как он. И был удивлён и особенно разочарован тем, что даже те, кто состояли в эспаде, вели себя... как и все обычные люди. Почти любой разговор сводился к девчонкам и сексу. Ннойтора никак не мог понять, как те, кто может и умеет оценить настоящий бой и схватку, размениваются на бестолковое спаривание. Как можно было променять на это всё свои боевые инстинкты?     А когда Гриммджо в прошлом упоминал об этом, он думал что это всего лишь шутки и попытки его подразнить. И потому он эти поддразнивания не воспринимал всерьёз.     Невольно мысли его вернулись к средней школе и девчонке-янки, которую непонятно каким образом занесло в его школу. Она была довольно худой, небольшого роста и с длинными высветленными волосами, а он уже тогда выделялся своим ростом и был выше большинства учителей. Скорее всего, увидев его в спортивном костюме, она приняла его за старшеклассника. Ему же не было дела ни до неё, ни до её заигрываний. Когда она начала более агрессивно к нему приставать, он собирался послать её куда подальше, но задумался.     Уже тогда мальчишки принялись тихо, между собой, обсуждать девчонок и сам секс. Ннойтора слышал некоторые из этих разговоров, и невольно проснулось любопытство. Что в этом такого, что все с таким трепетом и секретностью это обсуждают?     Поэтому Ннойтора сделал вид, что его заинтересовали её намёки и жеманные гримасы, а когда девчонка потянула его к складу за спортзалом, просто пошёл за ней. Он мало что знал и потому был несколько рад, что янки взяла инициативу на себя. Она моментально засунула руки ему в штаны и полезла целоваться.     Поцелуи Ннойтора считал мерзким занятием. И убедился в этом, когда она начала водить своим языком по его губам. Он тут же выпрямился во весь рост, чтобы она банально не доставала до его рта. А когда она опустила глаза к его штанам, и вовсе вытер губы рукавом.     Девчонка же не особо переживала и сосредоточила всё своё внимание на том, чтобы спустить штаны. После чего её руки принялись ласкать его член. Позже к рукам присоединились и губы. Не сказать, что это тоже было противно. Вовсе нет. Ощущения были вполне приятными. Ннойтора стоял и с интересом наблюдал за тем, что и как она делает. Она даже достала презерватив и сама надела на него. Наконец, янки, хитро улыбнувшись, посмотрела ему в глаза, и, сделав пару шагов назад, уселась на сложенные маты. Он думал, что она и дальше продолжит свою жеманную игру, но она просто задрала юбку до пояса и раздвинула ноги, призывно маня его к себе.     Ннойтор знал, в чём именно состоит секс. У девочек дырка, у мальчиков палка. А секс в том, чтобы палку засунуть в дырку. Что он собственно и сделал. Точнее сделала она. Схватив его восставший орган, она ещё раз провела ручкой по его длине и начала нетерпеливо направлять его в себя. Всё что оставалось ему, это только двигаться туда-сюда. Вперёд-назад. Снова и снова. Это было приятно. Это практически всё, что он запомнил. Помимо того, что девчонка никак не хотела лежать спокойно, то и дело извивалась, чем раздражала его и сбивала с ритма. Её худые ноги с острыми коленками всё никак не хотели лежать спокойно. Она то задирала их, то вытягивала, то пыталась обхватить поясницу Ннойторы. Это раздражало. Он тогда схватил её под колени и прижал к себе, но она начала извиваться всем телом, выбешивая его ещё сильнее.     Он же старался сосредоточиться на том, чтобы ритмично двигать бёдрами, пока, наконец, не достиг некого освобождения. Тело содрогнулось, и наступило приятное расслабление.     Ннойтора не помнил точно, получила ли девушка удовольствие. Он только помнил, как она соскочила с матов и попыталась опять его поцеловать. Он же, глубоко задумавшись о том, что произошло, даже не обратил на это внимания. Она, кажется, ещё сказала что-то про то, что придёт как-нибудь ещё раз. Хотя больше ни разу не появлялась. Впрочем, он не расстраивался.     Она ушла, а Ннойтора растерянно стянул презерватив и надел штаны.     Это и есть секс?     В тот день он всё пытался понять, почему о нём так много говорят, а некоторые даже бредят. Конечно, это приятно, но не настолько, чтобы сходить с ума. В боях он получал гораздо больше и волнений, и адреналина. Удовольствие от хорошей драки не сравнить с удовольствием от монотонных движений туда-сюда.     Он тогда решил, что просто мало кто из его одноклассников испытал настоящий секс и просто не понимают, о чём говорят. Он решил, что просто сам чем-то отличается. Вспомнив своё прошлое, решил, что нашёл причину всего. Но оказалось, что даже среди таких как он есть те, кто так же желает этих так себе удовольствий...     Он прикрыл глаза и, сощурившись от яркого солнца, опять посмотрел на облака.     Неужели все разом могут так ошибаться?     Или это он чего-то не понимает?               Ннойтора весь день ходил задумчивый, полностью погружённый в свои мысли. Мысли о том, что он что-то упустил, не давали ему покоя. А на следующее утро, во время тренировки, вдруг вспомнил слова Ямми про Нелл.     Она как раз делала разминку, растягиваясь. Глянув по сторонам, он действительно заметил, что многие взгляды других парней либо украдкой, либо безо всякого стыда смотрят на неё или на Чируччи, которая, в отличие от Нелл, как будто специально красовалась, принимая позы поэкстравагантней.     Собственно, в зале были и другие девушки, и он впервые заметил то, на что раньше просто не обращал внимания. Не только парни засматривались не девчонок, но и те бросали заинтересованные взгляды на парней. А его друг Гриммджо, оказывается, притягивает к себе большинство таких взглядов.     Его внимание тут же полностью переключилось на Нелл. Неужели и она такая же?     Но девушка совершенно не смотрела по сторонам. Сделав разминку, она принялась отрабатывать удары на боевом манекене, не обращая внимания ни на кого вокруг. Лишь один раз она повернулась и бросила взгляд на него. И когда их взгляды встретились, он усмехнулся, а она, нахмурившись, отвернулась и продолжила упражняться.     Она его опасается. Это хорошо. Пусть не забывает то, что он наступает ей на пятки. Сколько бы она не тренировалась, он всё равно тренируется больше. И однажды он сотрёт с её лица этот высокомерный взгляд. Даже в школе она выбешивала его тем, что вела себя как королева, относясь к нему как к ничтожеству. Так что пусть теперь поволнуется. Придёт день, он её растопчет и плевать на все угрозы Кото-сэнсэя.     Улыбнувшись своим мыслям, он ещё раз посмотрел на Нелл. Она продолжала отрабатывать удары, а он вдруг вспомнил слова Ямми. Окинув её взглядом с головы до ног, он не заметил ничего необычного. Да костюм у неё был довольно облегающим, но если вспомнить, что он и так в прошлой жизни видел её почти обнажённой. А если ещё вспомнить... да он толком и не помнит... Тогда его совершенно не волновал её внешний вид. Будь то форма арранкара или обрывки балахона, в котором она появилась вновь.     Он задумался. Но всё что смог вспомнить это то, что она была босиком. И то только потому, что она голой ступнёй посмела отбить его меч. Стерва! Но всё же никак не мог вспомнить, насколько она была одета... или раздета. Вот же чёрт. Вообще ничего не вспоминается. Интересно, на сколько она похожа на ту янки, с которой он занимался сексом. Хотя уже и так видно, что не сильно. Та девчонка была ниже ростом, худая, и волосы другие.     Интересно, а если на её месте была бы Нелл? Она бы точно так же себя повела? Вертелась бы перед ним, намекая на секс? Засунула бы руки ему в штаны и попыталась бы поцеловать? Она бы улеглась на пыльные маты, задрав перед ним юбку? Но почему-то такая картина в голове не желала складываться. Она совершенно не похожа на тут янки ни внешностью, ни поведением.     Если бы он занялся сексом с Нелл, это было бы похоже на сражение, где она бы не просто сидела перед ним с задранной юбкой. Он бы не успокоился, пока не уложил бы её на обе лопатка так, чтобы она, полностью поверженная, стонала бы под...     Чёрт!     Ннойтора дёрнулся, забыв даже течение своих мыслей, от которых в теле начало нарастать уже знакомое напряжение. Но в прошлый раз оно появилось, когда янки во всю лапала его. А тут от одних мыслей. Он подскочил и быстро скрылся в раздевалке.     У него что, в штанах стало тесно? Встал? От мыслей? Из-за Нелл?     Отодвинув резинку штанов, он посмотрел вниз с таким видом, словно впервые видит свой прибор. Собственно он действительно впервые видел его в таком состоянии. В первый раз его как-то не тянуло разглядывать себя. Ему потребовалось некоторое время, чтобы «успокоиться» и прийти в себя. С одной стороны он негодовал из-за того, что оказался таким же как и большинство парней, с другой стороны в голове вдруг начала вырисовываться некая картина, которая ему была неприятна и одновременно нравилась всё больше и больше.     Все занятия и тренировки он украдкой, а иногда в упор смотрел на Нелл. Это было странно, но он словно видел её впервые. Смотрел совершенно по-другому. А в сознании всё чаще и чаще появлялся образ того, как она обнажённая под ним. И каждый раз этот образ дополнялся новыми оттенками.     К концу занятий у него созрел план.               Нелл вышла из душевой в одном полотенце и подошла к своему шкафчику. День сегодня был отвратительный, и ей не терпелось поскорее дойти до дома и отдохнуть. Может позвать Пеше и посмотреть какой-нибудь фильм...     Этот Ннойтора всегда всё портит. Он явно что-то задумал. Весь день за ней наблюдает. Неужели опять, как и в прошлом потребует устроить поединок. Или будет просто доставать и отравлять ей жизнь?     Этого ей ещё не хватало.     Но стоило ей только открыть шкафчик, как вдруг в раздевалке послышались крики девчонок. Тут же напрягшись, она начала осматриваться, чтобы понять, что происходит. Взгляд её тут же упёрся в Ннойтору, который зашёл внутрь, совершенно не обращая внимания ни на крики, ни на проклятия.     — Ннойтора, урод, ты что тут забыл?!     — Немедленно проваливай!     — Это женская раздевалка, олух.     Девушки прикрывались, чем могли, шипя в его сторону, но он и бровью не повёл ни на одно из высказываний и продолжал стоять у входа. А когда ему надоел весь этот шум, просто гаркнул:     — Захлопнитесь, курицы, кому вы, блин, нужны? — демонстративно скривившись, он, нисколько не смущаясь, пошёл вперёд, в то время как девушки, похватав свои вещи, спешили где-нибудь спрятаться. В конце концов, большинство скрылось обратно в душевые, чтобы переодеться там.     Сам же Ннойтора, подойдя к Нелл, прислонился к стене напротив её шкафчика. Их разделяло где-то три шага, но Нелл чувствовала себя так, словно он стоит у неё прямо над душой. В голове тут же всплыл предыдущий эпизод, после которого на её шкафчике до сих пор красовалась вмятина.     В отличие от других девушек, Нелл стояла на месте, словно вкопанная и только сверлила чужака ледяным взглядом.     — Ты чего тут забыл? — спросил она, крепко держа полотенце на груди. — Это женс...     — А то я не понял по всем этим крикам,— перебил он её, скрестив руки на груди, продолжая сверлить её взглядом.     — Так что тебе надо?     — Дело есть к тебе.     Дверь в душевую распахнулась, и в раздевалке послышался очередной крик.     — Ннойтора, клянусь, если ты сейчас же не свалишь, я разобью тебе башку! — голос Чируччи был наполнен такой яростью и злобой, что это было даже забавно.     — Да у тебя кишка тонка! — крикнул ей Ннойтора. — Сама свали и не беси меня.     Бессильная что-то сделать, девушка ответила только надменным взглядом. После, уже успевшая наспех переодеться, схватила свои вещи и выбежала из раздевалки в комнату отдыха. Ещё несколько последовало за ней.     На фоне всего этого только Харрибел совершенно никак не реагировала на Ннойтору и спокойно переодевалась у своего шкафчика. А когда закончила пошла к выходу и, остановившись рядом с Нелл, участливо посмотрела на неё.     — Хочешь я могу закрыть тебя или вышвырнуть этого вон? — спросила она спокойным, даже будничным голосом.     — Отвали, Харрибел, — раздражённо сказал Ннойтора, которому совершенно не хотелось отвлекаться на эту «телохранительницу».     — Всё в порядке, — ответила Нелл, хотя очень хотелось воспользоваться её предложением. Но она не хотела показаться слабой, поэтому сделала вид, что её так же не волнует его присутствие. — Можешь идти. Сделать мне он всё равно ничего не сможет, пусть лучше выскажется и уйдёт сам.     — Ну как знаешь, — сказала Тия и, бросив на Ннойтору предупреждающий взор, направилась к выходу.     Проводив её разражённым взглядом, Ннойтора вновь повернулся к Нелл, которая по прежнему не двигалась с места и настороженно смотрела на него.     — Чего ждёшь? — спросил он, ухмыляясь. — Давай переодевайся.     — Я подожду, пока ты уйдёшь, — холодно ответила девушка.     — А я не уйду, пока всё не увижу.     — Что? — спросила она растерявшись.     — Я пришёл посмотреть. Так что давай раздевайся.     — Что? — повторила Нелл настолько обескураженная, что её невозмутимоё лицо дрогнуло. — Ты вообще нормальный?     — Раньше ты не стеснялась, — пожал плечами Ннойтора, не отрывая от неё глаз. — Помнишь наше последнее сражение? Ты была почти голой. Жаль, что я ничего не запомнил. Я пришёл восстановить воспоминания. Поэтому давай уже раздевайся.     — Зачем тебе это? — спросила она, пытаясь выглядеть безмятежной. Махнув рукой, она заглянула в свой шкафчик, пытаясь сообразить, чем занять трясущиеся руки и заодно придумать, как перевести всё хотя бы в шутку. — Неужели вдруг заметил, что я девушка?     — Да, заметил, — просто ответил Ннойтора, и Нелл почувствовала, как сердце забилось так громко, что в ушах зазвенело.     Медленно повернувшись к нему, она недоверчиво посмотрела на Ннойтору.     — Издеваешься?     — Я просто подумал... — он слегка наклонил голову, как бы разглядывая её, и Нелл плотнее сжала ту руку, в которой были концы полотенца, словно опасаясь, что оно упадёт. — Есть много способов победить тебя, Неллиэль. Стереть с твоего лица это высокомерие. И убить тебя было лучшим решением... до недавнего времени. Но тут я подумал... а что, если вместо этого просто тебя трахнуть? — Его лицо исказилось в хищной улыбке. — Мне любопытно, смогу ли я получить такое уже удовольствие от секса с тобой, как, например, от того, если бы я убил тебя. Как ты думаешь?     Нелл стояла обескураженная. У неё еле получалось стоять на ногах. Внутри у неё всё переворачивалось. Что произошло? Откуда у него такие мысли. Он что-то узнал? Он не мог ничего знать. Почему он это ей говорит? От всех этих вопросов голова шла кругом.     — Ну, что скажешь? — спросил Ннойтора, наслаждаясь её оцепенением. Её холодная маска слетела, и это не могло не радовать. Один этот разговор уже маленькая месть ей за всё.     — Я скажу, — она сглотнула и опять отвернулась, — что меня это совсем не интересует. Если хочешь со мной сразиться, я так уж и быть сражусь с тобой... как-нибудь.     — О, так теперь ты согласна сражаться? — рассмеялся Ннойтора. — Но я ещё не решил, какой из вариантов предпочесть, Неллиэль.     Она по-прежнему стояла к нему в пол-оборота и что-то рассматривала среди своих вещей, но Ннойтору было не обмануть. Она была по-настоящему растеряна и обескуражена. Он отстранился от стены, у которой стоял и сделал шаг вперёд, с удовольствием отметив, что девушка вся напряглась. Ему нравилось то, что ему удалось её растормошить.     — Убить тебя было бы осуществлением давней мечты... — сказал он, направляясь к выходу. — Но трахнуть всё же будет интересней... Что же выбрать?.. Что же выбрать?..     Открыв дверь, он вышел из раздевалки. Он так и не смог увидеть её голой, но не беда. Он увидел нечто гораздо интересней. Он и не надеялся лицезреть такую реакцию на свои слова.     Как только дверь за ним закрылась, Нелл испуганно осмотрелась, чтобы убедиться, что он действительно ушёл. Её пробивала мелкая дрожь. Какая муха его укусила? И что вообще произошло? Он что, только что предлагал ей с ним переспать? Или угрожал? Или что... ставил перед фактом? Или это было предупреждение, что он хочет её изнасиловать? Или всё же это было приглашение?     О, боже.     Она быстро оделась и дрожащими руками собрала влажные волосы в хвост. Заняться с ним сексом? От одной этой мысли её опять начала бить дрожь, а запретные воспоминания стали пробиваться в память.     Она замотала головой.     Нет, нельзя об этом думать.     Она повторяла и повторяла сама себе, что он просто издевается, что он настоящий маньяк, что он безумец. Надо просто его игнорировать. Делать вид, что это простые угрозы, для того чтобы её напугать. Всё точно так же как и раньше. Он просто сменил тактику. А вот ей надо своей придерживаться. Не обращать внимания и всё... Главное никогда не смотреть ему в глаза.     В эти разноцветные, но такие притягательные глаза...