Жизнь это комедия, сочиненная писателем садистом

Чимин сжимает крепче руку Юнги, смотрит в окно. В машине тишина, даже радио не играет. Намджун кажется что-то спрашивает, но ему никто не отвечает. Прошло пару дней. Юнги и Пак уже вернулись в Сеул, и в данный момент, направляются на кладбище. Тэхен всё организовал. Но после того как он приехал в морг за телом, его никто не видел. Скорее всего, он просто всё оплатил, а кто-то другой организовал мероприятие. Юнги чувствует себя просто ужасно. Думая только о том, что всего этого бы не было, если бы он не уехал. Он толком не разговаривал, после звонка Намджуна. Чимин бы злился из-за этого, если бы сам не был в таком же состоянии. Намджун выглядит более непринуждённо. Хотя он находился в центре событий, он вёл себя сдержано и, несмотря на то, что с Чонгуком они не были близки, ему было действительно сложно принять то, что его больше нет. — Тэхена нигде нет, — оглядывается Ким, когда они проходят под белый навес возле уже вырытой ямы. — Не думаю, что он придёт. Это же Тэхен, — вздохнул Чим. — А это Чонгук. Не думаю, что ему всё равно. — Ну, посмотрим, — пожал плечами. *** Тэхен не собирался ехать на похороны. У него даже нет сил на появление там и смотреть на то, как гроб буду погружать в землю и закапывать. Он не хочет даже смотреть на это. Ким приехал в студию к Чону. Когда-то они вдвоём проводили в этом месте много времени. Это было первое жилье, которое они начали снимать. Позже они его выкупили, и Чонгук его обустроил под свою студию. Диван, что стоял в студии, остался еще от прошлых хозяев. Ким снял с себя пиджак и кинул на диван, а сам устроился на привычном месте Чона, спрятанный за холстом. Ким осмотрел уже законченную картину, на которой был изображен Юн. В студии всё осталось прежним, как будто ничего не случилось. Это злило, очень злило. Ким резко поднялся с места, со всей силы кинул стул в стену. Ему нужно было дать выход эмоциями. Он так долго всё держал в себе. Злость, радость, ненависть, любовь. Он закрылся ото всех и от Чонгука. Почему? Он сам не знает, а сейчас пожинает плоды своего безразличия. Ким раскидывает законченные картины, что аккуратно стояли вдоль стены, рвёт листы с набросками, переворачивает банки с красками. Эта студия уже никому не нужна. И Тэхен больше никому не нужен. Возможно, Ким этого не признавал. Но Чон был тем, кто держал его на плаву. Он поддерживал и помогал и, хоть порой казалось, что Ким пропускает эти слова мимо ушей, это было не так. Ким переворачивает диван, подушки падают, а с ними и оставшиеся запасы порошка и рисунки, Ким садиться на пол и видит портреты со своим изображением. Тэхен помнит, как и где был нарисован каждый. Листы помяты, разрисованы, некоторые порваны. Тэхен осматривает каждую деталь рисунка. Хочет вернуться назад, когда они сидели в кафе, в одну из встреч, когда еще даже не были парой. Чонгук его тогда рисовал, а Тэ просто пил кофе и рассказывал очередной бред, что происходил в университете. Гук совершенно не слушал увлеченный рисунком. Эти времена были настоящими, более живыми и искренними. С каждым годом их отношения становились всё хуже. Ким этого даже не замечал. А у Чонгука внутри росла большая дыра, и наполнялась она чаще всего иглой наполненной героином. Ким не знает, как упустил это. В какой момент он потерял его, он не знает и не узнает больше никогда. Тэхен аккуратно ладошкой пытается выровнять портреты. Он видит в них не себя, а Чонгука. Воспоминания, связанные с ним. В каждой линии, в каждом изгибе он чувствует боль, и он её заслуживает. По сравнению с тем как он поступал, это даже слишком мелкое наказание. Ким поднимается, забирая рисунки и свой пиджак, идёт к выходу и, перед тем как выйти, осматривает студию. Теперь она выглядит, так как должна. В ней нет той чистоты, и картины не расставлены так идеально, как это делал Чонгук, который всегда уважительно относился к своим работам. Студия разгромлена. Уже даже не похоже на то, что здесь, когда-либо была идиллия, которую Чон всегда поддерживал. Теперь состояние этой студии соответствует внутреннему состоянию Тэ. Он не хочет оставлять все, так как было. Ведь как было, уже никогда не будет. Он уходит, даже не закрывая дверь на замок. Это уже никому не нужно. Ведь единственный кто дорожил этим помещением, мёртв. *** Юнги стоит у зарытой могилы, смотря на надгробную плиту. Чимин всё так же сжимает его ладошку. Намджун стоит рядом. Он хочет побыстрее уйти, вся эта атмосфера угнетает, но он ждёт Юнги с Чимином. Большая часть пришедших разошлась, остались лишь близкие родственники. Намджун порой поглядывает в их сторону и искренне соболезнует. — Он так и не пришел, надеюсь, что Чон этого не видит, — бубнит Пак. Юнги что-то ему отвечает, но Ким отвлекается на подъехавшую машину, из которой вышли двое мужчин в костюмах и направились в их сторону. — Чимин, — напрягся Ким, схватил Пака за запястье и, развернувшись, столкнулся лицом к лицу с мужчиной в таком же костюме. — ФБР, — мужчина показал свой значок.- Ким Намджун и Пак Чимин вы арестованы за преступление совершенное против государства Соеденённых Штатов Америки. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажите, может и будет использоваться против вас в суде. На Пака и Кима надели наручники, и повели к машине. — Подождите, что происходит, куда их везут? — Мы отправляем их в Америку на суд, — сказал мужчина, удаляясь к машине.