Неизменная вера

Он внимательно посмотрел на часы и презрительно усмехнулся. Привычка губ от которой он почти успел избавиться… Почти. Только в подобные моменты усмешка помимо воли появлялась на лице, словно напоминая, что не всё так просто в его жизни. А когда было иначе? Ужасное детство, юность, да и вообще вся жизнь. Что он видел за свои сорок лет? Кровь, боль, издевательства, насилие, страх… Как же сложно после этого привыкнуть к другой новой, неизвестной жизни. Вновь взгляд на часы — раздражение. Ну сколько можно?! Только ради фарса можно было уже вернуться домой. С негромким рыком он встал с кресла и заходил по комнате, кидая злобные взгляды на ни в чём неповинные часы и входную дверь. Ждал, но в тишине, нарушаемой лишь звуком шагов, ничего не изменилось. Буквально через пять минут терпение лопнуло, и он резко развернувшись, подошёл к бару, собираясь налить себе немного виски. Не судьба. Как назло, едва рука потянулась к бутылке, дверь открылась, и на пороге появились смеющиеся Джинни и ЕГО Гарри! — Да ничего, ты бы видела его лицо, когда мы только вошли, — смеясь, проговорил Поттер, но посмотрев на мужчину, нахмурился. — Ты что, пьёшь? — Северус, — сдержанно кивнула головой Джинни в знак приветствия. Она знала, что будет чувствовать себя здесь неуютно, но Гарри так настаивал, что их планы можно обсудить дома, и она всё-таки согласилась, но, посмотрев на Снейпа, девушка об этом пожалела. — Миссис Поттер, — ответный кивок головы с холодным сарказмом в голосе. Как бы он ни старался делать вид, что вся эта ситуация ему нравится, в последнее время это выходило из рук вон плохо. Просто надоело. Мужчина перевёл колючий взгляд на Гарри и, усмехнувшись, произнёс. — Нет, избавляюсь от пыли. — Я пригласил сюда Джинни, чтобы… — начал было Поттер, но замолчал, услышав детский плач. — Мне неважно, зачем ты её сюда пригласил, это не моё дело, — равнодушно отозвался Северус, направляясь к лестнице. — И не стоит, я справляюсь сам. Займись своей гостьей, — холодно бросил он, глядя на попытку Гарри пойти наверх к ребёнку. Не дожидаясь ответа, Снейп через две ступеньки быстро поднялся по лестнице, сворачивая направо, где находилась детская спальня. Когда он слышал детский плач, внутри у него что-то сжималось и заставляло ещё быстрее, буквально бежать к малышу, который проснулся и видимо испугался, когда не заметил никого из своих родителей. Северус вошёл в комнату, осматриваясь вокруг — привычка прошлого постоянно осматриваться на возможность присутствия врагов. Мысленно чертыхнувшись, что никак не может изгнать ушедшие кошмары, он подошёл к кроватке, в которой плакал малыш. — Ш-ш-ш, Альбус, всё нормально, я с тобой, рядом, не бойся, — мягко произнёс он, аккуратно взяв мальчика на руки. Улыбка. Он сам чувствовал, как по его лицу медленно расползается улыбка при виде того, как малыш успокаивается, глядя на него. Нежность. Такая новая, неизведанная, щемящая. Ещё никогда он не испытывал подобных чувств, которые вызывал в нём ребёнок. Альбус перестав плакать, увлечённо что-то угукал, ухватившись своей маленькой ручкой за одну из многочисленных пуговиц Северуса, отчего мужчина тихо рассмеялся. Тревоги, обиды, напряжение от ожидания, злость, ненависть, вся эта чушь испарялась, когда он держал на руках свое сокровище. Как можно испытывать что-то негативное, когда малыш вовсю улыбался беззубым ртом, пускал слюни на его мантию, пытался оторвать от неё пуговицы и так доверчиво смотрел зелёными глазами? Невозможно. Северус тихонько начал качать на руках малыша, что-то негромко напевая, чтобы тот поскорее уснул. Гарри неслышно вошёл в комнату, прислонившись спиной к стене. Открывшаяся перед ним картина демонстрировала ему, что счастье существует. От вида Северуса, мерно укачивающего малыша, сердце заполняла щемящая нежность и радость от того, что это всё у него есть. Мерлин, он даже боялся подумать о том, что в той треклятой битве кто-то из них мог не выжить — это невозможно. Иначе было бы просто незачем жить. Гарри улыбнулся — такого Снейпа можно увидеть только в редкие моменты. Мягкая улыбка, счастливое выражение лица и глаза… Мерлин, его глаза сияли такой любовью и заботой, что Гарри впору начать ревновать, но у него лишь перехватило дыхание от переизбытка эмоций. Как же он обожает наблюдать за Северусом, когда тот проводит время с сыном. Именно в такие моменты все трое счастливы. Кажется, что комнату окутывает ощутимая, мягкая, тёплая аура любви и защиты. Гарри долго не выдержал и, неслышно ступая, подошёл к любимому человеку, крепко обняв его со спины. Сейчас Поттер чувствовал себя виноватым, он прекрасно понимал, почему Северус так холодно их встретил — сегодня они с Джинни поздно вернулись с очередного приёма у какого-то высокопоставленного лица, а Снейпу не нравится, когда он проводит слишком много времени с Джинни и слишком долго не возвращается домой. — Прости меня… — Гарри едва слышно выдохнул извинения, чтобы не разбудить Альбуса, который уже начал засыпать. — Если бы не министр я давно был бы дома рядом с тобой и нашим малышом. Нам с Джинни никак не дали там поговорить, и поэтому я пригласил её домой, чтобы обсудить дальнейшие планы. Северус продолжал улыбаться и, опустив заснувшего сына обратно в кроватку, негромко спросил: — Мне пойти разобраться с министром? — немного насмешливо произнёс Северус, не отрывая сияющего взгляда от малыша. — Нет, тебе только простить меня и не злиться… Ты не представляешь, как там скучно… Я бы лучше провёл этот вечер с тобой и Альбусом. Он хорошо поел? — спросил Гарри, чувствительно целуя его в шею. — Не меняй тему, Гарри Поттер, — почти убедительно ворчливо произнёс Снейп, прижавшись спиной к парню, — но Альбус поел с аппетитом. Итак? Поттер ухмыльнулся, и, чуть прикусив мочку уха Северуса, прошептал: — Если ты всё же захочешь воскреснуть из мёртвых, в которых ты числишься, то я с удовольствием буду ходить на эти скучные, пафосные вечера вместе с тобой, Сссеверуссс, — томно протянул Гарри, бесстыдным образом расстёгивая пуговицы его мантии и забираясь руками под одежду. — Поттер, ты применяешь психологические методы рядом с ребёнком, имей совесть, — прошептал Снейп, пытаясь выглядеть недовольным, но интонация голоса выдавала. — Ты прекрасно знаешь, что лучше ты будешь считаться мужем Джинни Уизли и иметь двоих детей, чем я объявлю себя живым. Не хочу лишней шумихи вокруг своей персоны и уж тем более не горю желанием оказаться в Азкабане. Несмотря на весьма серьёзные вещи, которые он говорил, Гарри никак не мог отделаться от дикого желания, когда от одного только прикосновения по телу скользнула дрожь удовольствия. — Я давно продал Вам свою совесть, профессор Снейп, — мурлыкнул он и, пытаясь сдержать себя, просто обнял Северуса, положив подбородок ему на плечо. — Знаешь, в какие-то моменты я жалею, что помог Джинни с её ситуацией, но не могу отказать в помощи сейчас, когда прошло так мало времени. Ты же знаешь, что по чёртовым правилам общества ребёнок должен родиться в законной полной семье. Гарри негромко вздохнул, и чуть прикрыв глаза, вспомнил с чего началась вся эта кутерьма. Стоило спастись Северусу, устроив пожар в Визжащей хижине, и вовремя принять противоядие, как его сочли мёртвым, а он, придя в себя через несколько дней, не стал возражать против такого статуса, получив долгожданную спокойную жизнь. Гарри после Битвы поступил на аврора и, благодаря званию Национального Героя, оказался на весьма высокой должности. Джинни, втайне от родителей, встречалась с Дином Томасом, но когда она от него забеременела, парень превратился в такое чудовище, что начал поднимать руку на беременную женщину, изводя её ревностью. И в один не прекрасный день, Джинни оказалась на пороге их с Северусом дома в далёкой заснеженной Болгарии. Зарёванная, трясущаяся от страха и с новостью, что она убила отца своего ребёнка. Именно тогда они втроём решили совместить почти приятное с полезным: Гарри оформляет свадьбу с Джинни и ее ребёнка на себя. На самом же деле, он продолжил жить с Северусом, а миссис Поттер жила одна в своё удовольствие. Это был весьма долгий и болезненный процесс уговора Снейпа на афёру, но позже, через полгода, и Гарри, и Северус буквально были счастливы, что сложилась такая ситуация, ведь Поттер собирался подарить Северусу их общего, первого, и от того особенно желанного, ребёнка. Всё пришлось переиграть: чета Поттеров ждала второго ребёнка и уехала на юг, чтобы «Джинни могла спокойно выносить второго ребёнка», но вместо этого, ребёнок, который считался также Поттером по праву, родился в законной семье. Теперь Джинни жила в одном доме с Джеймсом, а Гарри и Северус со своим ребёнком Альбусом. Иногда Гарри и Джинни выходили в свет как пара, чтобы поддерживать видимость счастливой семьи. — Ты знаешь, что этот фарс нужен нам всем. Я считаюсь мёртвым, мисс Уизли — честной чистокровной ведьмой, и ты национальный герой с женой и двумя детьми, — усмехнувшись уголками губ произнёс Северус, любуясь своим сыном. Гарри чувствовал осадок горечи в его голосе, но ничего не мог поделать. Единственное счастье, которое затмевало всё в их жизни, это был их сын: зеленоглазый малыш, который своим смехом мог разогнать все печали и страхи не хуже патронуса. — Я обещаю, что когда-нибудь нам не придётся скрываться, но главное, что наш сын всегда будет знать, кто его настоящие родители, это я тебе обещаю, — горячо прошептал Гарри, разворачивая Северуса за плечи к себе. — Обещаю. На мгновение посмотрев в глаза любимому человеку, Гарри медленно, чувственно его поцеловал, стараясь передать всё, что чувствует сейчас. Тягучее, сладкое ощущение, когда весь мир сужается до размера этой комнаты. — Я верю тебе, Гарри, когда-нибудь, всё изменится, — согласился Северус, вновь посмотрев на Альбуса. — Ты мне скажи, эти идиоты и впрямь поверили, что ты своего второго ребёнка назвал в честь погибшего профессора Зелий, которого ты ненавидел столько лет? — саркастично спросил Снейп, посмотрев в глаза Гарри. — Ни одному даже в голову не пришло, что второе имя является прямым свидетельством отцовства? Поттер облизнул губы и с ухмылкой покосился на звуконепроницаемый барьер вокруг кровати малыша. — Конечно нет. Все, кроме Гермионы, поверили в моё запоздалое раскаяние и возникшее уважение к твоей светлой памяти, — в тон ему ответил Гарри. — Ну, ты же не думал, что мы сможем обмануть Герми? В ответ Гарри получил лишь жаркий, властный поцелуй, который заставил подчиниться без остатка, сейчас и только ему. — Единственное, о чем я сейчас думаю, так это о том, что нам сильно не хватает ещё и девочки, может быть подумаем над этой проблемой в спальне, пока Альбус сладко спит? — многозначительно произнёс Снейп, кинув взгляд на безмятежно спящего ребёнка. — Я только за, — выдохнул Гарри, взяв мужчину за руку. — Я хочу девочку с твоими глазами, Северус. С этими словами он утащил Снейпа из комнаты, прекрасно зная, что если Альбус проснется, об этом узнает весь дом. У них же есть время побыть наедине, и возможность Гарри загладить свою вину перед ревностью Северуса, правда?