no accidents.

      Замерев на том же месте, на коем и стояла, я повиновенно ждала пока последний ученик покинет класс, дабы узнать, зачем меня задерживают. — Эва? — прошептала Сатре, проходя мимо меня. — Я догоню, — отрезала, провожая подругу взглядом, что после хлопка двери о проём, потупила в пол. — Вы что-то хотели, Кристофер? — тихонько произнесла, стараясь не подавать вида об испытываемой неловскости. Облокотилась о край парты, и сложила перед собой руки, как бы невзначай разглядывая недавно сделанный маникюр. — Хотел, — разбавил тишину, а мне оставалось только злиться за его крайнюю немногословность и неправильность в распределении не только своего, но ещё и моего драгоценного времени. Кратко вздохнула, кинув взгляд на учителя, что как оказалось, не успускал возможности, и без всякого стеснения разглядывал меня. Его глаза прожигали во мне тысячу отверстий, а я могла увидеть их ещё ближе, нежели каких-то двадцать минут назад. И только сейчас я заметила его необычайную особенность, не виданную мною прежде – цвета его глаз. Они были поразительно красивы и привлекательны, и совершенно не похожи друг на друга. Я старалась смотреть из под ресниц, но даже так мне была отлично видна тёмно-каряя радужка левого глаза, отличная от светловато-изумрудной правого, что сменялась цветом корицы, стоило мне остановить на ней взгляд. Мать честная, я прежде никогда такого не видела – его глаза не звались близнецами. — Мисс Томпсон просила уделить внимание твоему сочинению, она уверена в твоих способностях, — он и сам в этом не сомневался. — И я хотел бы его увидеть, — чего таить, не только его. Дело ведь совсем не в этом, не так ли, мистер Шистад? — Сочинение? — удивилась рыжеволосая, под подтверждающий кивок Кристофера. Девушка никак не ожидала подобных отзывов со стороны сварливой женщины, которую без сомнения остерегался каждый. Мисс Томпсон была живым примером строгости и раздражительности, что неоднократно демонстрировала на всеобщее обозрение, и дождаться от неё похвалы за старания – высшая из наград. Мун наконец-то выдохнула, понимая, чем заслужила столько внимания со стороны нового преподавателя, всего-то необходимостью увидеть её не самую достойную работу, не более. И это несомненно радовало, потому что непреодолимая боязнь быть объектом заинтересованности Кристофера совсем в ином ключе отходила на задний план, казалось бы, полностью покидая разум девушки, и не оставляя там подобных мыслей. А зря. Ведь поспешные выводы чаще являются ложными. — Так, что? — улыбнулся шатен, не забыв приметить совершенную потерянность рыжеволосой. Про себя, конечно же. — Ах, да, вот оно, — всплеснула руками, выудив из сумочки белёсый лист бумаги, и протянула мистеру Шистаду, — правда, оно не совсем мне нравится, — замялась, чувствуя прикосновения его пальцев к своей руке, что следом вздрогнула. Девочка, ему в любом случае понравится. — Надеюсь развеять твои сомнения, — ухмылка играет на его лице, а Мун не придаёт ей никакого значения. Напрасно. — Я могу идти? — одернула руку, ссылаясь на необходимость заправить выбившуюся прядь за ухо. — Конечно, можешь быть свободна, — блеснул глазами Кристофер, и ими же проследовал за Эвой до самой двери. Пока что. На самом деле, я не знала, что чувствовала на данный момент, точнее, я не могла это описать. Быть может, это небывалая лёгкость, но сравнимая разве что с непомерной тяжестью и волнением. Ничего не понимаю. Выйдя из душного строения на улицу, я тут же отыскала Сатре, что по всей видимости ждала меня столько времени. Хоть я и пробыла там от силы минут десять, то по ощущениям прошла целая вечность. — И что этот красавчик хотел от тебя? — налетела с расспросами белокурая, как только я показалась в зоне её видимости, продолжив лепетать что-то вновь не ясное мне. — Всего лишь заданное сочинение, — равнодушно пожала плечами, под растерянный вид подруги. Всего лишь, правда?