Юки: Новая история.

Ничто не способно испортить твой новый день: ни громкий будильник, орущий прямо в ухо, ни раннее утро, когда на часах всего пол седьмого, если ты просыпаешься с хорошими мыслями и с готовностью принять этот день таким, какой он есть. Конечно, не всякий способен на такое, и большинство считают, что доброго утра никогда в жизни не бывает. Они просыпаются, едва разлепляют глаза и, даже не проснувшись окончательно, заставляют себя делать то, что не хочется, и идти туда, куда не хочется. Увы, такое утро присуще многим, но только не нашей счастливой паре: Рэю и Юки, которые в столь ранний час уже не спят, а готовятся к предстоящей рабочей неделе. Умывшись, позавтракав и одевшись, двое были готовы покинуть дом, что они и сделали, когда попрощались с детьми и попросили их сегодня быть осторожнее, ведь Оливер и Джесси на этот раз останутся дома одни. Дети пообещали вести себя хорошо, отчего пара отправилась на работу без опасений за их жизни, ведь раз они дали слово, значит так и будет. Их смена началась как обычно в восемь утра. Посетители заглядывали в кафе не так часто, поэтому день был нагружен не сильно, чем радовал пару. У них было больше времени на разговоры и посиделки за свободным столиком в самой отдалённой части помещения. Они были так увлечены своей беседой и время от времени перерывами на клиентов, что не заметили очень важную деталь: сегодня к ним обоим не приставал Джек. Чёрно-белый работал молча, не заговаривая ни с Рэем, ни с Юки. Он держался подальше, наблюдая за ними со стороны и то лишь краем глаза, дабы не пялиться в открытую. Его поведение могло показаться странным, однако пара этого не замечала до тех пор, пока их смена не завершилась. Решив дождаться Юки на улице, Рэй вышел через служебный выход и оказался на заднем дворе кафе, где отошёл от двери на несколько шагов в сторону. Свежий снег громко хрустел под его лапами, и волк от долгого ожидания и скуки стал расхаживать туда сюда и наслаждаться этим звуком, с невозмутимой мордой пиная снег, оставляя на нём свои следы и рисуя носком ботинка всякие непонятные каракули. Рэй ждал долго, и вскоре дверь кафе наконец-то открылась. Зверь отвлёкся от своего занятия и повернул голову, но, к своему разочарованию, увидел не Юки, а Джека. Чёрно-белый вышел на свежий воздух и сразу заметил коллегу, который после перевёл взгляд обратно на землю с сугробами. Джек быстро сообразил, почему Рэй стоит здесь и не уходит: он ждёт кошку, которая сейчас переодевается в раздевалке. Юки выйдет сюда не скоро, отчего Джек подумал об интересной вещи, гласившей, что сейчас кошка не имеет возможности видеть их с Рэем вдвоём и слышать их разговор, который хотел начать Джек. Из памяти чёрно-белого не выходил вчерашний вечер, когда он встретил заплаканную Юки в парке на одинокой скамейке. Загадку о том, что с ней произошло, волк отгадать не смог, поэтому Джек захотел узнать правду прямым путём. Но начать зверь всё же решил издалека: — Как прошли выходные? — наивно спросил он, смотря, как Рэй, совсем не обращая на Джека внимания, продолжает топтать снег. — Отлично. — буркнул белый зверь через шарф, закрывающий его шею и часть пасти. — У вас с Юки… всё было хорошо? Рэй в курсе, что вчера вечером кошка попалась волку на глаза, и тогда Джек понял, что с Юки произошло что-то плохое. Правда, что кошка успела ему рассказать о своей проблеме — Рэй не знал. — Потому что я видел её в парке совсем одну и, как мне показалось, не просто так. — продолжил он, даже не дождавшись ответа собеседника, — Вы поссорились? — Да, но быстро помирились. — сухо отозвался Рэй, не имея желания оправдываться перед Джеком. — Неужели… — протянул волк с ярым недоверием. Голос его стал немного грубее, и Рэй, уловив это, признался себе, что ещё ни разу не слышал от Джека такую интонацию, — Что-то верится с трудом. Юки была почти что в истерике, когда я её увидел. Она не стала говорить, что с ней такое, но легко дала мне понять, что это случилось из-за тебя. Белый волк обернулся к Джеку и наткнулся на недобрый, даже злой взгляд. Рэю сразу стало понятно, почему чёрно-белый начал говорить с ним. — Я не собираюсь тебе ничего рассказывать. — ответил Рэй, — Наши проблемы касаются только нас и никого больше. — Да, знаю. Просто, увидев её вчера, я не смог пройти мимо и сделать вид, будто меня это не волнует. Я первый раз видел Юки такой… подавленной. А ведь в её слезах был виноват ты. Белый не сводил взгляд с глаз Джека, в которых читалось плохо скрытое отвращение, выдающее отношение черно-белого к нему со всеми потрохами. Он ненавидел Рэя, особенно после увиденного вчера вечером. Джеку нравилась Юки, и волк всеми силами хотел расположить кошку к себе, но ему в этом мешал этот белый зверь. Глядя на него, Джек никогда не мог понять, что в нём нашла Юки. — Да, был виноват, я не отрицаю. — Рэй спокойно выносил на себе этот взгляд, — Но потом всё исправил и за всё извинился. Тебе только какое до нас дело? — Просто если я однажды ещё раз увижу Юки в слезах, то пеняй на себя, Рэй. — коротко и ясно предупредил он волка, едва сдерживаясь, чтобы не привести свою угрозу в действие прямо сейчас, — Она заслуживает лучшего зверя рядом с собой, а не такого, как ты. Теперь Джек высказал всё, что хотел. На такое заявления Рэй сразу ответить не смог, почувствовав, как ненависть к черно-белому волку в один момент возросла в несколько раз. — А теперь мне пора. До завтра. — Джек наконец сдвинулся с места и пошёл своей дорогой, больше не проронив ни словечка. К своему стыду, Рэй не смог ему ответить, поэтому всё, что он сделал — это проводил спину чёрно-белого ошарашенным взглядом, пока она не скрылась за углом забора. Волк стоял, как вкопанный, молча таращась перед собой и прокручивая в голове услышанные слова. Сперва в Рэе всё так и кипело от злости, но сейчас мнение Джека показалось ему вполне себе адекватным, ведь и сам Рэй порой задумывался, как в него вообще мог кто-то влюбиться, и чем таким хорошим он сумел влюбить в себя девушку. Его знакомство с Юки началось совсем не с хорошей ноты: волк вёл себя как сволочь, даже не представляя, что необдуманными словами может ранить чувства этой доброй девушки, которая даже несмотря на грубость и чёрствость Рэя относилась к нему по-хорошему, до последнего веря, что в нём есть добро. И Юки не ошиблась, правда для того, чтобы это выяснить, ей пришлось пройти и вытерпеть многое, за что волку до сих пор, спустя год, становилось стыдно. Кошка несмотря ни на что разглядела в нём хорошие качества и полюбила волка, совсем не взяв во внимание все его многочисленные недостатки. Рэй не понимал, как Юки удалось это сделать, ведь до неё ни одному зверю было не по силам увидеть в волке хорошую, добрую и милую сторону, которую он скрывал ото всех под маской злости на весь мир и на каждого его обитателя. Даже сейчас, когда они живут вместе уже больше года, Рэй продолжает копаться в себе и думать, действительно ли вместе с ним Юки счастлива. Ведь волк по большему счёту так и остался прежним, изменив в себе лишь отношение к жизни и близким друзьям. А во всём остальном он ни капли не поменялся: также ворчал иногда, ленился и не любил, когда вокруг слишком быстро происходили события. — А вот и я! — внезапно кошка появилась за волком и радостно накинулась на его спину, крепко обняв, отчего Рэй вздрогнул от неожиданности, — Что, напугала? Волк быстро взял себя в лапы, откинув прежние мысли подальше и сосредоточившись на том, что Юки наконец-то оказалась рядом. — Ты тихо подкралась. — шутливо оправдал он свой испуг. — Прости, что долго ждал. — извинилась она за свою скорость переодевания после окончания смены, — Но теперь я готова! Пошли домой, а то уже так хочется пообедать и отдохнуть… Юки взяла его за лапу и пошла в нужном направлении, и волк двинулся следом, но ничего не сказал. Рэй долго молчал, только слушая весёлую речь кошки о том, какой сегодня хороший день. Да, с этим не поспоришь, но волку, к сожалению, уже успели изрядно подпортить настроение, поэтому теперь он не мог быть таким же радостным, как Юки. Рэй продолжал думать, и его мысли только больше усугубляли положение. — Ты чего такой задумчивый? — с улыбкой заметила кошка, не догадываясь, что сейчас творилось у него внутри. — Да так… думаю насчёт работы. — ответил он тем, что первое пришло в голову. — Ты про свою подработку? — предположила Юки, а когда волк кивнул, она крепче сжала его мохнатую ладонь и мягко попросила: — Останься сегодня дома. Ты всегда приходил такой уставший, что мне было тебя жалко. Побудь сегодня вместе со мной. Кошка легко уговорила Рэя, что тот наконец-то улыбнулся ей и сказал, что не против. Юки обрадовалась такому скорому соглашению, поэтому весь оставшийся путь она озвучивала все варианты того, чем им можно заняться. Волк снова замолчал, но приподнятые уголки рта не давали повода для подозрений, и Юки больше не обращала внимания на его вид. Но Рэй не забыл свои переживания, которые остались при нём до самого конца пути. Пара добралась до дома быстро, не заметив этого из-за разговора. Радость кошки стала сильнее, когда впереди них уже виднелся родной подъезд, около которого Юки неожиданно увидела знакомый силуэт. Она прищурила глаза и заметила в отдалённой фигуре знакомые черты, однако кошка никак не могла вспомнить, на кого был похож этот самец. Когда взгляд кошки остановился на полосатом сером хвосте, на ум ей пришёл только один хорошо знакомый зверь, которого Юки, подойдя ближе, узнала за секунду. — Смотри, это же Харви! — удивилась она, вспомнив, что енот все эти месяцы был в длительном отъезде, — Рэй, он вернулся! Кошка ускорила шаг и отпустила руку волка, оказавшись возле лучшего друга всего в паре метрах. Енот, услышав шаги, повернулся, и на его морде мгновенно возникла счастливая улыбка. Харви увидел, как Юки подбежала нему, а потом, не стесняясь радостных эмоций, накинулась на того с крепкими объятиями. Енот обхватил её тело лапами и даже позволил себе на мгновение оторвать подругу от земли, подняв в воздух. — Ты приехал! — улыбалась Юки. Через миг она уже уверенно стояла на ногах, ведь Харви отпустил кошку, когда ближе к ним подошёл Рэй. Волк тоже был рад встретить друга, хотя белый очень удивился, потому что енот не предупредил никого о своём скором возвращении. Друзьям казалось, что Харви приедет в город только в Рождество или ещё позже. Но это удивление было приятным, ведь и кошка, и волк соскучились по еноту, которого не видели больше трёх месяцев. — Автобус приехал утром. — принялся рассказывать Харви, когда обменялся рукопожатиями с Рэем и услышал от него и Юки много вопросов, — Я решил первым делом встретиться с вами, ребята, потому что ещё ни по кому так не скучал, как по вам! — И мы по тебе! — ответила кошка, — Я уже начинала бояться, что не увидимся до Рождества. — Что ты делал там столько времени? — подхватил Рэй, которого также волновала история друга. — Так… работал понемногу и решал свои проблемы. Но сейчас всё хорошо, поэтому я здесь. — Харви не хотел грузить друзей всеми подробностями, поэтому позже перевёл тему так, чтобы теперь на вопросы отвечали они, а не он: — А как ваши дела? Не терпится послушать последние новости! Новостей для енота было предостаточно, но парочка не знала, стоит ли Харви знать всё о ново-старой проблеме, касающейся людей и двух миров, равновесие между которыми сейчас трещит по швам. Это долгая история, и чтобы её рассказать — нужна другая обстановка. Не такая, как сейчас, когда друзья впервые за три месяца наконец-то увиделись. Было бы неприятно начинать разговор с плохих вестей, и Рэй с Юки это понимали. Они хором ответили, что живут прекрасно и счастливо, а Харви, улыбнувшись, порадовался за них. — Ладно, я забежал не надолго. — сказал енот через пару минут, — Так, просто повидаться захотелось. У меня ещё полно дел здесь, в городе, но я не прощаюсь! Ещё увидимся на днях. Он уже собирался уходить, но, сделав шаг, вспомнил кое-что важное. То, о чем обязательно должен был сказать вслух, особенно в присутствии Рэя, ведь эта новость напрямую была связана с волком. — Кстати, Рэй, — обратился он к волку, который после фразы друга навострил уши, — у меня для тебя хорошая новость. Эшли тоже приехала сюда вместе со мной. — Ты серьёзно?.. — он этого не ожидал. — Да! Она соскучилась по тебе, поэтому приехала и, кажется, останется в городе аж до Рождества. Так что готовься к встрече! После последней фразы Харви подмигнул, а затем уже точно решил, что ему пора идти. Он попрощался с влюблённой парой и ушёл, оставив после себя много новых впечатлений у обоих зверей. Они остались стоять на улице, смотря уходящему еноту вслед. Рэй не находил слов от своей радости, представляя, как вскоре снова увидит Эшли. Их последняя встреча состоялась несколько месяцев назад, да и то длилась не так долго, как хотелось бы, ведь тогда сестра решила увидеться с братом перед своим отъездом, который, получается, завершился сегодня. С тех пор Рэй общался с ней только по телефону, потому сейчас волк был искренне рад. Он хотел поделиться своими чувствами с Юки, но, повернувшись, увидел её напуганные глаза. Рэй нахмурился и спросил, что случилось, и кошка стала неумело говорить о новой, как ей подумалось, проблеме: — Это, конечно, очень здорово, что твоя сестра вернулась, но… — тихо произнесла Юки, смотря в глаза Рэю, который явно не понимал, что могло вызвать такую реакцию у кошки, которая всегда относилась к его сестре по-хорошему. — … но что? — спросил волк в момент неловкой паузы. — Просто Харви знает о людях, и, если он вдруг увидит детей, то отнесётся к этому спокойно… а Эшли? Она же совсем не знает, как я появилась в твоей жизни и откуда. Поэтому другой мир и другие существа — это дикость для неё. Ей ни в коем случае нельзя знать нашу тайну! Рэй бы никогда не подумал, что она станет всерьёз переживать из-за того, что Эшли, будучи самым родным зверем для волка, может случайно узнать, кем Юки является на самом деле. Неужели кошка боится, что в случае раскрытия правды Эшли изменит своё мнение и решит, что кошка совсем не подходит для её брата? — Она ничего не узнает. — успокаивающе ответил Рэй, — Эшли видела тебя всего раз в жизни, но этого ей хватило, чтобы понять, что ты — замечательная. Мне кажется, даже если вдруг она случайно увидит что-то, что не должна видеть, то сможет принять это и поверить нам. — Знаешь, я бы с трудом приняла тот факт, что с моим братом встречается сущность из параллельной реальности, запертая в теле зверя. — Согласен, это звучит дико, но я уверен, что Эшли не будет осуждать нас и тем более в чём-то обвинять тебя. Ты ей нравишься, а к моему выбору она относится с уважением. Думаешь, я был рад, когда узнал о её отношениях с Харви? Нет, конечно. Я думал, что дальние родственники не могут быть вместе, пока не узнал её страшный секрет. Сейчас я не имею никаких претензий, потому что вижу: они счастливы вдвоём, как и мы с тобой. Выслушав рассуждения Рэя, которые помогли кошке избавиться от преждевременных опасений, Юки улыбнулась, ощутив в районе груди что-то приятное и тёплое. Зверь заметил, как настроение кошки мигом поднялось, и поэтому всё его внимание было полностью приковано к радостным глазкам Юки. Рэй даже не заметил, как к ним почему-то снова вернулся Харви. — Вот голова дырявая, я совсем забыл вам сказать! — подбежав, он неловко засмеялся от мысли, как глупо выглядит в их глазах, — Я заезжал к Дастину, пока был там. Хотел проверить, как у него обстоят дела. И я убедился, что с ним всё в порядке. Он спрашивал у меня о вас, особенно о тебе, Юки. Мне показалось, что он тоже скучает и хочет увидеться.

***

Пока Рэй и Юки были на работе, Джессика убивала время за экраном работающего телевизора. В доме было убрано, а Оливер спал на диване, поэтому у девочки не осталось других занятий, кроме просмотра мультиков по любимому каналу. Похозяйничав на кухне, Джесси вернулась в гостиную с полной чашкой хлопьев, которые взяла с нижней полки кухонного шкафчика. Юки специально убрала сладкое угощение вниз, чтобы во время поисков дети не переворачивали всю кухню и не имели возможности больше ничего разбить. Девочка кинула на пол подушку, поставила чашку рядышком со своим удобным местом и, найдя пульт, включила телевизор, который сразу показал ей нужный канал. Она села на ковёр, обняла мягкую подушку, а свободной рукой стала закидывать хрустящие шарики в рот. Со стороны Джессика напоминала хомяка, ведь её пухлые щечки всего за пару секунд оказались набиты шоколадными хлопьями. Спустя время, когда чашка была опустошена наполовину, девочка отвлеклась от просмотра, повернула голову и посмотрела на спящего Оливера. Мальчишка не шевелился. Сегодня ночью он почти совсем не спал из-за бессонницы, поэтому утром, сразу после ухода пары на работу, Оливер лёг сюда и быстро отошёл в мир снов. Он спит здесь уже долго, отчего Джесси не смогла сдержать в себе желание подойти к брату и посмотреть на его лицо. «Интересно, что ему сниться?» — думала Джессика, смотря, как периодически вздрагивают его веки и ресницы. Ребёнок склонился над ним, внимательно всматриваясь в четры лица, как будто таким образом пытаясь понять, что же сейчас видит Оливер в своём сне. Джесси догадалась, что ему снится что-то плохое, когда подросток нахмурил брови, что-то промычал сквозь сон и поёзрал на месте. Он поменял положение головы на подушке, а потом ещё раз и ещё, словно стараясь с помощью этого перестать видеть то, что перед глазами. Девочка смотрела на него взволнованно, а когда Оливер в очередной раз, жмурясь, что-то раздраженно произнёс, она положила руку на плечо брата и потрясла со словами: — Оливер, проснись! Она трясла парнишку до тех пор, пока тот не вернулся в реальность и не открыл глаза. Сперва подросток ничего не понял, но обо всём догадался, разглядев рядом сестру. После пробуждения он на короткое время забыл, что только видел, как это обычно бывает, поэтому спросил у Джесси, почему она его разбудила. — Тебе снился кошмар! Ты даже разговаривал во сне… — Разговаривал? — он поверил не сразу, — А что говорил? — Не знаю. Как будто звал кого-то по имени. Оливеру потребовалось время, чтобы прийти в себя. Он поднялся, сел и оглядел комнату хмурым, недовольным взглядом. Спустя секунду он всё вспомнил: как стоял в той же самой тёмной воображаемой комнате, но на этот раз один. Во сне Оливера пугала эта темнота, поэтому он принялся звать кого-то на помощь. На языке крутилось только одно имя, но сейчас, в мире реальном, мальчишка его уже не помнил. Знал только, что это имя принадлежит девушке. А какой девушке? Это он тоже вспомнить не может. Оливер поднялся с дивана с мыслью, что больше он лежать на нём не будет. Он откинул одеяло в сторону, поправил подушку и ушёл в ванную, где умыл лицо прохладной бодрящей водой. О сне он думать перестал, потому что не хотел, чтобы кошмары преследовали его и наяву. Время к этому моменту было уже далеко не раннее: послеобеденное, а это значило, что скоро пара зверей придёт домой. Так и случилось. Рэй и Юки вернулись через полчаса после пробуждения Оливера. Джесси, по традиции, первая побежала их встречать, а подросток вышел следом. Он поглядел на зверей. Сначала на Рэя, чья морда показалась парню немного другой, отличающейся от обычного вида волка. Он был какой-то угрюмый в этот раз, в отличие от кошки. Юки встретила детей с улыбкой, обняв Джесси и поздоровавшись с Оливером. Мальчишка ответил ей тем же, но неожиданно, встретившись с ней взглядом, остолбенел, и в памяти опять возник кошмарный сон. Вернее, одна из его подробностей: знакомые глаза. Оливер готов был поклясться, что видел их, но в то же время Юки в его сне не было. Что это могло значить — подросток не понял, и, к счастью, никто рядом не заметил его странное выражение лица. А вот, что творилось с Рэем, не могло не привлечь внимание. Дети хоть и заметили, но промолчали и вернулись к своим делам, а Юки увидела его недовольную морду с самого начала. После обеда кошка нашла его в спальне и спросила, что случилось, ведь настрой волка она игнорировать не могла. Ещё до того, как задать вопрос, кошка подозревала о возможной причине, но надеялась, что всё-таки дело будет касаться другого. Но нет, Юки как всегда попала в самую точку. — Увидеться он хочет… — передразнил Рэй слова Харви о Дастине. Было очевидно, что любое упоминание о лисе могло с лёгкостью избавить белого зверя от хорошего расположения духа, — Целый год сидел там один, никуда не рыпался, а теперь неожиданно захотел повидаться! Неужели он правда считает, что это возможно? — А это разве невозможно? — удивилась кошка, — Почему бы нам и вправду не съездить к нему? Юки быстро пожалела о сказанном. Рэй повернулся в её сторону, и кошка прикусила язык от его взгляда. — Я надеюсь, ты сейчас пошутила. Кошка не знала, как продолжить этот разговор. Ей хотелось сказать Рэю многое, но от глаз зверя она терялась и поспешно думала о бессмысленности своей будущей речи. — Дастин уже год держится от нас на безопасном расстоянии, и это хорошо. — сказал Рэй, пока кошка собиралась с мыслями. Волк хотел навсегда закрыть эту тему, — Он вполне может звонить и писать, если захочет, поэтому нам нет смысла куда-то ехать. — Да, но он никогда не звонит сам. — решилась ответить Юки, — Потому что он всё ещё чувствует вину и не может смириться с тем, как мы относимся к нему после случившегося. Но он наш друг, и в своём городе Дастин совсем один. Ему нужна поддержка, поэтому, мне кажется, нам можно съездить к нему перед Рождеством хотя бы на денёк. Рэя её слова ни капли не обрадовали, и Юки поняла это только при одном взгляде на сердитую морду зверя. Кошка смущённо опустила глаза, чтобы вид волка не заставил её начать сомневаться в собственном мнении. — Я против. — твёрдо произнёс Рэй. Он старался говорить спокойно, хотя вся его злость, рождающаяся от мыслей о лисе, так и рвалась наружу, — Мне больше не хочется подпускать его к нам… то есть, к тебе. И я совсем не понимаю, как у тебя могли остаться положительные чувства к нему после всего, что он мог с тобой сотворить. Вспоминать тот ужасный день Юки хотелось меньше всего. Она ничего не забыла. Кошка помнит, как Дастин загнал её в угол: дождался, пока девушка окажется на кровати, потом закрыл дверь этой самой спальни, затем полез к ней и, схватив Юки за руки, прижал к постели. Дальше могло произойти непоправимое, если бы девушку не спас Рэй, что вернулся домой раньше обещанного времени. Юки бросало в дрожь, когда перед глазами мелькали картинки того злополучного утра. — Я не могу делать вид, будто ничего не было. — продолжил волк, — Даже после его извинений. Они не имеют никакого смысла, ведь если бы Дастин успел сделать задуманное до моего возвращения, то ты бы лишилась… Рэй осёкся на середине фразы, потому что взглянул на Юки и увидел то, что ему никогда в жизни видеть не хотелось: прижатые к голове ушки и влажные глаза, готовые вот-вот наполнится слезами. В последнее время кошка плачет часто, а видеть её слёзы для Рэя — это словно удар ниже пояса. Он замолчал и тут же подавил в себе весь гнев на лиса, чтобы подойти к ней и заговорить спокойно. — Эй, человечек, ты чего? — ласково спросил волк и наклонился, стараясь смотреть в глаза Юки, ведь та опустила голову, дабы не показывать своё состояние Рэю, — Только плакать мне тут не надо. Кошка не ответила и совсем не изменилась в мордашке, поэтому Рэй обнял её. — Прости, я не хотел напоминать тебе об этом. — волк осознал ошибку и понял, что ни в коем случае не должен дать Юки заплакать по своей вине вновь, — Только не плачь, пожалуйста. «Джек был прав» — подумал он, гладя голову кошки, — «Я опять всё испортил». Когда Рэй начал разговор о Дастине, он хотел совершенно не такого результата. Волк не видел лиса уже больше года, а последняя их встреча состоялась в тот день, когда Дастин, не зная об исчезновении Юки, вернулся в город, повидаться. Потом, так и не свидившись, лис уехал обратно и больше не объявлялся. О том, что Юки превратилась в зверя, он узнал благодаря короткому сообщению, что пришло ему на телефон. Дастин был шокирован и первое время часто интересовался, как дела у кошки и волка, но потом, когда волнения поутихли, лис перестал звонить каждую неделю. В лучшем случае он общался с парой раз в месяц. Такой расклад нравился Рэю, ведь волк больше не хотел, чтобы этот зверь лез к Юки. Только поэтому он сейчас со злобой реагировал на слова кошки о возможной встрече, но зверь не подумал, что его резкие слова могут задеть Юки за больное. — Рэй, я понимаю, что ты до сих пор зол на него. — наконец подала голос кошка, прижавшись к зверю, — Но ведь благодаря тебе в тот день ничего плохого не произошло. Каждый из нас в своей жизни ошибается, причём не один раз. Дастин тоже ошибся и главное, что он понял это. Он имеет право на второй шанс. Рэй не отвечал, держа кошку в объятиях и думая, что на самом деле Юки в чём-то и права. Зверь молчал долго, не находя слов, потому что не хотел ни соглашаться, ни отказываться. — Иногда я поражаюсь тобой, Юки. — честно признался Рэй, — Как тебе удается замечать в зверях хорошее, даже если они подло поступают с тобой? — Это не так уж и сложно, и иногда мне это очень помогает. Я бы вряд ли смогла полюбить тебя, если бы обращала внимание только на недостатки. Волк усмехнулся, полностью соглашаясь с этим. У Рэя было полно «минусов», на которые кошка закрывала глаза, чем постоянно удивляла зверя. Наверное, это помогло не только Юки, ведь и сам волк вскоре после сближения с девушкой впервые в жизни ощутил для себя что-то новое: симпатию к другому существу. — Юки, ты правда хочешь увидеть Дастина? — спросил волк прямо, выждав немного времени после её слов. — Да, потому что мне кажется, ему будет приятно увидеться с нами перед Рождеством. Но раз ты против, то… — Я согласен. — Правда? — от неожиданности Юки отстранилась и, подняв голову, уставилась на волка, — Но ты же не хочешь с ним общаться. — Ради тебя я могу потерпеть. — улыбнулся Рэй, но затем слегка прищурился, намекая на одно условие, которое зверь озвучил тут же: — Но надолго мы у него не задержимся. Погостим денёк, а потом сразу домой. Хорошо? — Хорошо! — от былых слёз у кошки ничего не осталось. Грусть сменила радость, которая заставила Юки снова накинуться на шею зверя, что тот аж пошатнулся, чуть было не потеряв равновесие, — Ты самый лучший!