Юки: Новая история.

О грустном известии детям стало известно утром следующего дня. Звери рассказали обо всём Оливеру, испытывая тяжесть на душе от предстоящей разлуки. Мальчишку шокировали слова пары. Он не ожидал, что они решаться на это так скоро. Оливер задумывался о возвращении домой каждый день, гадая, когда же наступит этот нежеланный миг, и постоянно останавливался на мысли, что не хочет покидать пушистый мир. В нём у него и Джессики было всё, чего не хватало в человеческом, и юноша не хотел терять связи со зверями, которые дали им возможность почувствовать детство. Рэй и Юки сделали для ребят немало добра, и Оливер не знал, чем их можно отблагодарить. Мальчишка впервые повстречал тех, кто обращался с ним и Джесси по-хорошему, словно брат с сестрой были для них родными детьми. Конечно, поначалу всё было не так гладко, но Оливер изменил мнение, увидев однажды глаза Джессики, которыми она смотрела на зверей. В них было столько счастья, восторга и радости, сколько прежде у девочки не было никогда. Она полюбила пушистых, впрочем, как и Оливер, хоть подросток и не показывал этого. Поэтому рассказать маленькой девочке о скором прощании получилось не просто. Оливер был мягок и постоянно упоминал, что они прощаются не навсегда, но слабые утешения ребёнку не помогали. Джесси была готова заплакать в любой момент, но этого, пока что, не происходило благодаря стараниям зверей, изо всех сил пытающихся веселить девочку играми, которые она так любит. Весь день Джесси не отходила от Рэя. Она ходила за волком по пятам, иногда хватаясь за белый хвост или запрыгивая на его ноги. Ей было настолько весело с ним, что грустные мысли о последнем дне вместе не задерживались в голове ребёнка. Однако зверь перестать думать о расставании не мог. Его привязанность к Джессике была сильна, и Рэй, представляя, что скоро девочка исчезнет, становился мрачнее обычного. Волк совсем не хотел отправлять её и Оливера в родной мир, где судьба детей будет зависеть от тех, кто увидит их впервые. Зверь не сомневался, что Юки-девушка будет рада помочь, но факт, что она не знает о детях столько, сколько знает он с кошкой, напрягал Рэя. Девушка наверняка поможет двум сироткам, но будет ли она готова взять их под свою опеку надолго? Тем более, если сейчас та Юки живёт не одна, а с Рэем — парнем, который не имеет ни малейшего понятия о параллельном мире. Ему будет намного труднее объяснить, откуда взялись два ребёнка и почему им обязан помочь он и Юки. Но тем не менее, иного выбора ни у кого нет. Мереди узнала о готовности зверей возвращать детишек и согласилась поскорее прийти в их дом. Девушка возникла на пороге в обещанное время, когда за окном начинало смеркаться. Сейчас за окошком шёл мелкий снег, и Мереди, пронаблюдав за падающими хлопьями некоторое время, оповестила пару, что примерно через час безобидный снежок превратиться в жуткую метель. Значит, им всем стоит поторопиться. — Вы выбрали подходящий день. — сказала девушка, стоя лицом к окну, — Сегодня всё сходиться, и перескочить в тот мир станет намного легче, чем, допустим, завтра или… послезавтра. — Так ты можешь делать это в любой день? — Юки была единственной, кто находился в кухне и составлял Мереди компанию. Рэй тем временем сидел в комнате с детьми, до сих пор играя с Джесси, — Как тебе это удаётся? — За несколько лет практики я научилась делать невозможное. И, честно признать, мне до сих пор не понятно до конца, как я это делаю. Это словно… дар какой-то. Я необычный человек и понимала это с раннего детства. Мне подвластно то, о чём смертные и мечтать не смеют! — Мереди обернулась к сидящей и увлечённой беседой кошке, — В такие моменты я ощущаю внутри себя что-то непонятное. Словно загорается огонь, порой обжигающий меня до боли, но я быстро перестаю его чувствовать. Затем открываю глаза и вижу, что нахожусь в другом месте. — Ого… — только и смогла сказать Юки, выслушав объяснения Мереди. — Конечно же, я делаю это не одна. Мне нужны условия, а это, как ты уже знаешь, погода. И чем она опаснее, тем лучше. Шквалистый ветер, оглушительная гроза, ледяная метель, проливной дождь — всё это открывает мне путь в иной мир. Выпученные от удивления глаза кошки не остались без внимания Мереди. Глядя в них, она улыбнулась от забавной мысли, что всё сказанное — это только малая часть истины. Остальное покрыто завесой тайн, в которых и Мереди иногда путается, поэтому, наверно, сейчас она бы не смогла объяснить всё доступным языком. Да и незачем Юки столько знать. Мереди никому не пожелает хранить в голове столько, сколько ей приходится знать. Девушка оглядела кошку и почувствовала нутром нечто странное. Юки вскоре заметила внимательный взгляд собеседницы и смутилась, не поняв, отчего вдруг у Мереди к ней возник такой острый интерес. — Я всё никак не могу понять… — загадочно начала девушка, предугадав скорый вопрос кошки о причине её изучающего взгляда, — Когда ты находишься со мной рядом, я чувствую что-то, чего раньше не было. В первые дни нашего знакомства всё было обычным, а теперь в тебе будто поменялось что-то. Это… сложно объяснить, но… Мереди подошла к Юки и, нахмурившись, всмотрелась в её голубые глаза, бегающие туда-сюда от недоумения. Кошка поначалу не понимала, к чему она клонит, но очень скоро начала догадываться. — …но от тебя теперь идёт другая энергетика. — Правда? — растерянно спросила Юки, подумав об единственном изменении в организме — ребёнке. Девушка оказалась близка к разгадке и поэтому напрягла все свои силы, чтобы узнать ответ. Опустив взгляд с глаз кошки чуть-чуть пониже, на Мереди снизошло озарение, и от возникшего чувства по телу девушки словно прошёлся ток: — Господи, да ты беременна! У неё получилось сказать это громко, отчего Юки изменилась в мордашке и сердито шикнула на Мереди, когда та собралась воскликнуть об этом ещё раз. — Пожалуйста, говори потише. — попросила кошка, поднялась со стула и закрыла дверь кухни. — Ты беременна! — шёпотом повторила она, чтобы заставить себя в это поверить, — Ух ты… — А что такого? — Что такого? Ты хоть и кажешься зверем, но на самом деле ты — человек. И в твоём животе сейчас зарождается душа, смешанная с человеческой и звериной! Это… это… потрясающе! Юки опешила, не зная, радоваться услышанному или нет. Из уст Мереди это прозвучало как-то страшно. — А ты чего так испугалась? — девушка припомнила первую реакцию кошки и после своего вопроса быстро догадалась об ответе, — Рэй ничего не знает? — Не знает, пока что. Я скажу ему позже. — Чую, это будет самый неожиданный сюрприз в его жизни. — Мереди оправилась от кратковременного шока, сделала несколько шагов по кухне и вновь предалась радости: — Я знаю много историй о связях между людьми и зверями, но чтобы дело доходило до рождения ребёнка — это на моей памяти впервые! Я должна буду увидеть вашего малыша. Ради этого специально вернусь обратно! Паршивое настроение Юки, ставшее таким из-за мыслей о расставании, поднялось. Кошка улыбнулась словам Мереди и пообещала, что девушка обязательно увидит их ребёнка, когда придёт время. Юки, правда, немного расстроилась, подумав о важной вещи: она хотела, чтобы первым обо всём узнал Рэй, а уж потом все остальные. Девушка преждевременно узнала главный секрет Юки, и кошка попыталась смириться с возникшей ситуацией. Хотя она так и не поняла, как Мереди смогла узнать это. Девушка каким-то образом почувствовала беременность кошки, но Юки, вспомнив её нереальные возможности, перестала удивляться. — Нам пора, Юки. — изменив интонацию, сказала Мереди, увидев усиливающийся снегопад за окошком, — Мне нельзя слишком долго находиться среди вас, потому что я рискую неосознанно накликать беду на весь город. — Мы сможем когда-нибудь увидеть их снова? — прямо спросила кошка, не дав девушке выйти за дверь. — Конечно. — добродушно ответила Мереди, понимая, что дети заняли особые места в их сердцах. Потом она усмехнулась и уточнила: — Но только с моей помощью! Хоть немного, но Юки стало легче. Она бы тяжело пережила разлуку, если бы у них с Рэем не было ни малейшего шанса однажды встретиться с ними вновь. Кошка отошла от двери, давая Мереди пройти. — Только дай нам время попрощаться. — произнесла Юки, и девушка, задержавшись у выхода, понимающе кивнула.

***

В качестве места, в котором будет происходить нечто вроде обряда, была выбрана гостиная. Мереди заперлась в комнате одна, сказав паре, что перед выполнением скачка ей нужно время для подготовки. Тем самым она дала возможность паре проститься с детьми, поэтому, пока девушка занята неизвестными никому делами, звери стоят в коридоре и готовятся к скорому и неизбежному расставанию. Это было даже тяжелее, чем они себе представляли: смотреть в глаза беззащитным детям после всего, что они пережили вместе, просто невыносимо. Юки едва сдерживала слёзы, но успокаивала себя словами Мереди о возможном будущем, в котором они увидятся снова. Но Рэй в разговоре участия не принимал, поэтому не знал, что когда-нибудь они взаправду смогут воссоединиться. Пока Юки говорила с Оливером, на плечи Рэя легла непосильная ноша объясниться перед маленьким ребёнком и уверить Джессику, что расстраиваться не нужно. Волк должен будет сказать, что они прощаются не навсегда, но Рэй боялся наврать. Он не может смотреть в честные глаза девочки и нагло обнадёживать её тем, что, возможно, никогда не произойдёт. Джесси верит ему, и у волка от этого язык не поворачивается говорить с оптимизмом. Вздохнув, он решил был с ней честным. — Мы не можем остаться ещё хотя бы на денёк? — спросила она таким жалобным голоском, что в горле Рэя образовался огромный ком. — Нет, Джесси. — как можно мягче сказал волк, присел на корточки перед ней и взял девочку за руку. Маленькая ладошка тут же обхватила его лапу, и Рэй несильно сжал тонкие пальчики ребёнка, — Вам пора возвращаться. В глазах девочки поселилась грусть. Она была готова заплакать, но Рэй помнил, что не должен этого допустить. Зверь видел, как девочка опустила голову, поэтому дотронулся лапой до затылка ребёнка и провёл пальцами по волосам. — Джес, ты уже взрослая девочка. — шутливо заговорил он, чтобы она улыбнулась, — А взрослые девочки не плачут и не расстраиваются. Он пощекотал шею ребёнка кончиками когтей, и Джессика засмеялась, рефлекторно наклонив голову так, чтобы спастись от щекотки. А когда Рэй закончил, она взглянула на него совсем другими глазами, в которые вернулась её детская радость. — А мы ещё сюда вернёмся? — задала очередной вопрос она, которого волк опасался. — Вернётесь. — ему хотелось верить в это так же, как и ей, — Мы обязательно увидимся, я обещаю. Раз зверь дал обещание, значит, как подумала девочка, он его точно сдержит. Но от данного волком слова Джесси не почувствовала себя лучше. Ребёнку не хотелось расставаться с Рэем, который стал для неё самым близким другом. — А скоро? — с надеждой спросила Джессика, не замечая, как изменялся настрой волка. Рэй был не из тех, кто показывает эмоции, но сейчас зверь думал, что ещё немного и он не сдержится. — Я не знаю. — честно ответил волк и грустно улыбнулся, поводив пальцами по ладошке девочки. Честность дала результат: Джесси снова печально понурила глаза и весёлый блеск из них пропал. Ещё чуть-чуть и девочка сделает то, чего опасается Рэй — заплачет. — Но Мереди умеет телепортироваться! — девочка с трудом выговорила последнее слово и своей неумелой речью вызвала у зверя улыбку, — Если она поможет сейчас, значит и потом тоже! Да? Зверь кивнул, и девочка обрадовалась, но не надолго. Заметив грусть на его морде, она посчитала нужным сказать: — Рэй, не грусти. — Джессика обхватила щеки волка и натянула края пасти, чтобы создать подобие улыбки, — Когда я вернусь, мы снова будем веселиться весь день! Мне понравилось с тобой играть! — Мне тоже. — ответил он, и девочка сделала шаг к волку, чтобы обнять. Прежде ребёнок ещё не заключал его в такие крепкие объятия. Джесси спрятала обе ладошки в мягкой шерсти, коснувшись кожи. Рэй обхватил девочку двумя руками, ощущая, как она гладит его загривок и постепенно перемещает ладошки выше. Волк поджал уши от нахлынувшего печального и одновременно приятного чувства. — Я буду скучать по тебе, Джесси. — с горечью произнёс Рэй, признавая, что будет сильно тосковать по их с девочкой играм и её звонкому смеху. — А я по тебе. — прозвучавший возле уха тоненький голосок едва не выбил из волка пару слезинок, но он сдержался. Неожиданно Джессика повернула голову так, чтобы поцеловать зверя в щёку. Когда она это сделала, Рэй ослабил хватку, посмотрел на неё и услышал: — Я тебя люблю. Трогательные слова девочки удивили белого. Он никогда бы не подумал, что однажды услышит это от ребёнка, но не растерялся. Рэй ответил ей тем же, больше не скрывая свою привязанность к Джесси. Девочка улыбнулась, не представляя, насколько сильно было её влияние на чувства зверя. Вскоре она отпустила шею волка и увидела, как Рэй запустил руку за спину, откуда через секунду вытащил обратно, держа в лапе плюшевого мишку — того самого, однажды найденного в кладовке. Джессика с радостью схватила игрушку, и Рэй осчастливил её новостью, что она может взять медведя себе навсегда, чтобы, играя, вспоминать его и Юки. — Расти большая. — напоследок перед тем, как девочка отправиться обнимать кошку, Рэй положил лапу ей на макушку и потрепал, услышав после её весёлый смех. Девочка подбежала к Юки и крепко обняла её ноги. Кошка вскоре наклонилась, дабы быть с Джессикой наравне. В отличие от Рэя, Юки сдерживала слёзы из последних сил. Глаза наливались ими на протяжении всего времени, которое они проводили в коридоре, прощаясь друг с другом. Девочка прошептала что-то на ушко Юки, и та, улыбнувшись, обняла ребёнка покрепче. Прощаясь с ней, кошка ощущала, что у неё будто бы забирают собственного ребёнка — настолько сильно Джесси запала Юки в душу. Они обнимались несколько минут, после которых кошка чмокнула розовую щёчку ребёнка и нехотя отпустила к брату. Джесси подошла к Оливеру и встала рядом, подняв взгляд и оглядев им обоих зверей. Но больше девочка ничего не сказала, так как сейчас голос подал мальчишка: — Вы не представляете, сколько сделали для нас. — Оливеру говорить было ничуть не легче, — Спасибо за всё. С Юки подросток уже попрощался, услышав несколько наставлений внимательно приглядывать за сестрой и не давать её никому в обиду. Юноша пообещал кошке всегда быть рядом с Джессикой и оберегать её от дурных людей или обстоятельств. Оливер ещё не говорил с волком, поэтому захотел немедленно сказать ему кое-что важное. Не успел подросток и рта открыть, как зверь протянул ему лапу для чисто мужского рукопожатия. На него мальчишка ответил без замедлений, пожав мохнатую ладонь, но ограничиться только этим себе не позволил. Неожиданно для всех Оливер подошёл и обнял волка, сказав: — Мы никогда вас не забудем. Во избежания неловкости, подросток отпустил зверя уже через пару секунд после сказанного. На этом и завершился тяжкий момент этого вечера, так как дверь гостиной вдруг открылась. Мереди выглянула в коридор и оповестила всех, что готова к перемещению. Она обратила внимание на печальные взгляды каждого, но не стала вмешиваться и добавлять что-то от себя. В прощальных речах девушка была не сильна. Она попросила детей войти в комнату, а пару отойти как можно дальше от двери ради безопасности. Её указания выполнили без возражений. Юки почувствовала, как из глаз без её воли вырвались слёзы. Она удерживала их слишком долго, поэтому сейчас сил сопротивляться не осталось. Кошка наблюдала за детьми и, когда двое ребят остановились в центре комнаты, улыбнулась им на прощание. — Берегите себя. — пожелала Юки. Джесси взяла брата за руку, а Оливер что-то тихо произнёс кошке в ответ. По губам она прочитала «и вы себя тоже». Мереди не стала нагнетать атмосферу: она и так в квартире стояла напряжённая до предела. Девушка сказала короткое слово прощания и закрыла дверь, вместе с этим лишив зверей возможности видеть детей. Когда Мереди это сделала, Юки отвернулась от двери гостиной и прижалась волку. Она не знала, каким образом будет происходить перемещение, поэтому притихла на всякий случай. Её успокаивало только, что главное условие держаться от комнаты подальше она с волком выполняла, а значит, ничего плохого произойти не должно. Рэй обнял Юки за плечи, тем временем смотря только на закрытую дверь и гадая, что же сейчас за ней происходит. В доме стояла тревожная тишина, вызывающая подозрения, но звери не шевелились и выполняли указание Мереди не приближаться к комнате. Юки тихо заплакала, донося до слуха зверя свои едва слышные всхлипы. Рэй молчал, играя пальцами с распущенными волосами Юки, тем самым успокаивая. Прошло несколько минут, и волк осмелился заговорить: — Не плачь, Юки. У них всё будет хорошо. Кошка не ответила, но в слова белого поверила, потому что и сама была в этом уверена. Мереди не бросит детишек в беде и поможет отыскать надежную крышу над головой во что бы то ни стало, потому что дала слово. Пара простояла в коридоре ещё несколько мучительных минут, и Рэй рискнул проверить гостиную. Юки отговаривала волка, напоминая об опасности, но зверь настоял и с предельной осторожностью приблизился к закрытой двери. Он прислушался и не уловил ни единого звука. Собравшись с духом, Рэй прикоснулся к ручке и повернул так, чтобы открыть проход в комнату. От образовавшейся щели не произошло ничего страшного, так что волк без страха открыл дверь пошире. Оглядев гостиную, он никого в ней не увидел.

***

После разлуки прошло пару часов, но атмосфера в доме ни капли не улучшилась. Юки сидела в кухне за столом и смотрела в пустоту безжизненным взглядом. Из мыслей не выходили дети, за судьбу которых кошка сейчас переживала больше всего на свете. Рэй находился рядом, по другую сторону стола, и молча пил кофе. Мысли его совсем не отличались от переживаний Юки. Волк волновался не меньше, но не хотел позволить разыгравшимся нервам сделать конец дня ещё хуже. Он уже пытался подбодрить Юки, но всё в бестолку. Кошка себе места не находила от волнения и бесконечно думала о своей альтернативной копии, которая должна будет помочь сиротам обрести новый дом. — Без них стало так пусто. — сказала Юки, чтобы тишина больше не давила на слух. — Ничего не поделаешь. — волк не допил кофе и поставил любимую кружку на стол, — Рано или поздно это должно было случиться. Волк прав, но, к сожалению, правда не способна их утешить. Юки по-прежнему держала взгляд в одной точке, вспоминая глаза детей в последний миг. — Я уже по ним скучаю. — кошка поджала рыжие уши и постаралась отогнать счастливые воспоминания, из-за которых она могла снова заплакать, — Рэй, мы же всё сделали правильно? — Даже не сомневайся в этом. Они больше не будут жить в интернате. Уверен, та Юки позаботиться о них и полюбит так же, как ты. — И тот Рэй тоже. — улыбнулась кошка, представив удивленные лица человеческой пары, когда к ним в дом постучит Мереди. В голове проносилось множество мыслей, и если усердно обдумывать каждую, то так можно легко сойти с ума. Поэтому Юки вздохнула, чтобы расслабиться и постараться забыть всё негативное. Она должна верить в хороший исход, потому что дети в надёжных руках. Кошка помнила, что излишнее волнение сейчас для неё крайне вредно, так что стала думать о хорошем. Например, о сегодняшнем разговоре с девушкой, который сумел на время поднять ей настроение. Думая о ребёнке в животе, Юки становилось легче. Возможно, справляться с тоской по двум детям станет проще, когда у них с Рэем родится свой малыш. Кошка взглянула на Рэя, когда он устало потёр морду лапой. Было видно, что зверь с трудом переживает расставание и оправится от него не скоро. Но у него ещё хватало сил успокаивать Юки, чем кошка восхитилась, вспомнив тут же его прощание с Джессикой. То, как он обнимал девочку, не оставило кошку равнодушной и помогло понять, что зверь наверняка будет рад узнать о пополнении, когда придёт время раскрытия всех тайн Юки. Чуть погодя волк опустошил кружку с кофе, правда бодрее от этого чувствовать себя не стал. Обоим зверям немного полегчало позже, когда зверь покинул кухонный стол, и Юки сделала то же самое. Кошка подошла к волку и в который раз за день обняла, почувствовав спокойствие на душе только благодаря прикосновениям Рэя. Их вечер постепенно налаживался, но спустя десять минут пара, всё ещё находясь в кухне, услышала посторонние звуки из прихожей, нарушившие покой и тишину. Уши Юки повернулись в сторону стука, и кошка испугалась, подумав грешным делом, что за дверью сейчас стоит Питер с жаждой мести за вчерашнее. От этого зверя можно было ожидать что угодно, и Юки не стала молчать о своих страхах насчёт него. Рэй напрягся, но пообещал во всём разобраться. Он выпустил кошку из объятий, быстро поцеловал в лоб и отправился открывать дверь незваному гостю. Стоять на месте Юки не захотела, поэтому пошла за волком, но остановилась в дверном проёме кухни. Вежливый стук не прекращался, и он внушил паре, что по ту сторону сейчас находится не бурый. Рэй отворил дверной замок и выглянул в подъезд. Того зверя, который стоял перед ним, белый совсем не ожидал увидеть. Секундная растерянность лишила волка дара речи, а у гостьи, стоявшей на пороге, наоборот прибавилось сил, которых сперва было недостаточно. Юки не видела виновника вторжения, но реакция Рэя была в поле её видимости. Кошка выжидающе смотрела на зверя, ожидая, кто заговорит первым: он или гость. Но состояние волка прямо говорило, что из его уст в ближайшее время не вырвется ни одно слово. Юки хотела подойти, но раздавшийся малознакомый голос удержал её на том же месте. — Привет, Рэй. — сказала волчица, глядя в глаза брату с улыбкой. Конечно же, за дверью стояла Эшли, — А я тебе сегодня звонила, но твой телефон, кажется, был выключен. Сестра не виделась с ним так давно, что сегодня при встрече заметила некоторые изменения во внешности волка. Он будто бы стал выше. На морде Рэя, которая сейчас выдавала его приятное удивление, Эшли разглядела новые детали, которых в их последнюю встречу не было. В их число вошёл незаживший рубец, рассекающий бровь, но волчица, к счастью, не допустила мысли, что брат заработал его в драке. — Привет… — выдавил он из себя от мысли, что молчит неприлично долго. Прозвучавшие в его голосе растерянные нотки рассмешили Эшли, и волчица, больше ни о чём не думая, шагнула навстречу брату и сделала то, ради чего пришла сюда — обняла Рэя так крепко, что зверю стало труднее дышать. Но больше белый не медлил. Он соскучился по сестре не меньше, отчего обхватил её спину с теми же чувствами, что испытывала Эшли. Юки тем временем стояла в стороне и теперь могла понять причину замешательства Рэя. Кошка заметно расслабилась и сейчас смотрела на объятия брата и сестры с улыбкой, несказанно радуясь за Рэя, ведь она знала, как долго зверь ждал этой встречи. — Я так соскучилась по тебе, братишка! — не убирая улыбку с мордашки, Эшли вскоре вытянула руки и стала тискать Рэя за щёки. Ему это никогда не нравилось, но зверь терпел, хоть и недолго, — Когда ты успел стать выше? Мне скоро понадобится табурет, чтобы смотреть тебе в глаза. — Я не виноват, что ты коротышка. — с усмешкой сказал он, и Эшли засмеялась вновь. Позже волчица заметила стоящую в проёме Юки и переключила всё своё внимание на неё. Кошка занервничала. Они виделись всего один раз в жизни, но первое знакомство продлилось несколько минут, и двое не успели узнать друг друга получше. Эшли сразу произвела на Юки хорошее впечатление, но кошка не знала, взаимна ли была эта симпатия. Кошке очень хотелось понравиться сестре Рэя, зная, как волк трепетно относится к ней и как дорожит их восстановленными отношениями. Но когда Юки нервничает, то порой неосознанно начинает нести всякую чушь. Именно этого кошка и боится при разговоре с Эшли. От волнения Юки становится неуклюжей и зачастую может ляпнуть какую-нибудь глупость, которую потом будет вспоминать каждую ночь перед сном и стыдиться её до конца жизни. Поэтому Юки бы не хотелось казаться чудно́й в глазах Эшли и портить первое сложившееся о себе впечатление. Волчица поздоровалась и обняла кошку. Из-за подобного жеста волнение Юки разыгралось, но она сумела пошевелить руками, чтобы ответить на объятия. Сердце кошки забилось чаще, и Юки взмолилась, чтобы Эшли не почувствовала этого. Когда она оказалась на свободе, её посетили новые переживания, касающиеся внешнего вида. Ни Рэй, ни Юки не знали о предстоящей встрече, так что волчица застала пару врасплох в такой непростой для них день. Юки запаниковала, вспомнив, что одета в растянутую домашнюю футболку и короткие шорты, открывающие вид на ровные голые ноги. Ей срочно захотелось переодеться, чтобы Эшли не подумала ничего неприличного, но было уже поздно. Волчица наверняка обратила внимание и, может быть, даже нафантазировала чего-нибудь лишнего, вплоть до соблазнения Рэя подобным видом. В голову к кошке полезло множество похожих мыслей, отчего паника усилилась. Жаль, что Юки не знала настоящие мысли Эшли, которые не затрагивали ничего подобного, что успела вообразить кошка. Первое, что подумала волчица, увидев её, так это то, какая она стройная и красивая. Из неловкой ситуации Юки спас Рэй, предложив сестре войти в кухню, где они выпьют по чашке чая. Волчица охотно согласилась и, избавившись от верхней одежды, прошла в комнату. Как только её фигура покинула пределы прихожей, Юки, не скрывая волнения, шепнула Рэю: — Но у нас даже к чаю ничего нет! Может, мне в магазин быстро сбегать? — Юки, не нервничай. — волк заметил её переживая в самый первый миг, когда Эшли обняла её, — Она всего лишь моя сестра. Тебе не нужно так суетиться. — Но вдруг… — Юки, — повторил он, пристально глядя ей в глаза, — просто будь собой. Волк знал, что кошка боится произвести плохое впечатление и вызвать у сестры Рэя массу недовольств по поводу выбора брата. Но Юки не подозревала, что ей вовсе незачем так переживать, ведь Эшли уже давно поняла, как Рэю повезло встретить в своей жизни такую милую и симпатичную кошку. Но к словам волка Юки прислушалась и постаралась взять себя в лапы, чтобы за разговором не смущать никого своим беспокойством. За полчаса душевной беседы кошка поняла, что Эшли приятна в общении. Нежный голос волчицы очаровывал Юки, поэтому от прежнего стеснения по поводу внешнего вида ничего не осталось. Разговаривать с ней было просто: Эшли легко поддерживала беседу и не важно, на какую тему. Дружелюбная улыбка волчицы внушала доверие, и Юки находиться в её компании стало намного спокойнее. Хотя опасения внезапно сказать глупость оставались при ней, поэтому кошка помалкивала, если не было необходимости встревать в разговор между братом и сестрой. Рэя интересовало всё, что касалось жизни Эшли, и волчице приходилось отвечать на все вопросы, которым, кажется, не было конца. У волка их накопилось великое множество, и даже спустя время он не смог задать их все. — Вы лучше скажите мне, какие у вас планы на праздники? — спросила Эшли после длительного, но безобидного допроса Рэя. Волчица имела в виду приближающееся Рождество, но в последнее время пара о нём и не вспоминала вовсе, решая обострившееся проблемы. А ведь на самом деле до праздника оставались считанные дни и пора было бы уже задумываться, каким образом его следует встречать. Теперь, когда решено несколько самых главных проблем, пара может себе позволить погрузиться в рождественскую суету. — Потому что если вы ещё об этом не думали, я могу подсказать вам неплохую идею. — хитро заговорила Эшли, видя переглядывания Рэя и Юки. — Я весь во внимании. — сказал Рэй за двоих. — Я предлагаю собраться в нашем стареньком коттедже. Вы, наверное, хотели бы встречать Рождество так, чтобы в сборе были все наши друзья? А это лучше всего сделать в одном месте, и для него идеально подходит наш большой дом! Услышав гениальную идею Эшли, Юки улыбнулась широкой улыбкой и посмотрела на Рэя в надежде, что ему предложение сестры тоже пришлось по душе. Но волк с ответом медлил, явно о чём-то размышляя. Задумчивая морда говорила сама за себя, что Рэя, кажется, в этой идее что-то смущает, но зверь не стал отказываться. Только один раз взглянув на счастливую мордашку Юки волк принял окончательно решение и дал добро, хотя в мыслях поселились сомнения. Озвучить их у Рэя язык не повернулся, да и вряд ли бы он смог объяснить, что его смутило в заманчивой затее Эшли. Зверю было проще согласиться, ведь иных вариантов не было. Одобрение идеи волком вызвало улыбки у двух самочек. Теперь всё было решено: Рождество они встретят все вместе под крышей загородного дома, когда-то давно служившего семье Рэя в качестве уютного гнёздышка. Ничего лучше этого Юки и представить не могла, поэтому с сегодняшнего дня она начнёт планировать скорый отъезд и воображать, как радостно им будет праздновать Рождество всем вместе — одной большой и дружной семьёй.