Юки: Новая история.

Тот день Рэй запомнил на всю жизнь. Напоминания о нём тревожили Рэя как в кошмарных снах, так и наяву. Несколько лет подряд волк жил, стараясь всё забыть, но попытки избавить память от обидных воспоминаний не венчались успехом и заканчивались глубокой депрессией зверя. Она мешала ему жить полноценной жизнью. Особенно сильно мысли мучили Рэя по ночам, когда сны волка омрачались кошмарами, от которых белый просыпался в холодном поту. Ради избежания этого зверь даже специально заставлял себя не спать, но более двух бессонных ночей выдержать не мог, сдавался. Подобный расклад сильно подкосил здоровье Рэя, но, к счастью, со временем кошмары стали тревожить его реже, но окончательно не пропали. И по сей день волк продолжает видеть во снах тот злополучный день, изменивший его судьбу, но никому о сновидениях не рассказывает, даже Юки. Её он в первую очередь не хочет грузить своими проблемами, поэтому если кошка просыпается, видит пустующую кровать, а волка обнаруживает в кухне за чашкой кофе или чего-нибудь покрепче, Рэй врёт ей о простой бессоннице. Волку хотелось бы однажды во всём признаться и прекратить страдать в одиночку, но у зверя не хватает сил объяснить то, что творится на душе. А произошло это примерно шесть лет назад. Рэй заканчивал школу и на тот момент ему было восемнадцать. Подростковая жизнь волка была испорчена тем, что из его жизни пропала сестра. Эшли поругалась с отцом незадолго до Рождества и сбежала из дома, оборвав связи со всеми, включая брата. Рэй надеялся, что она вернётся. Каждый день волк ждал, что сестра придёт домой и всё снова будет так, как прежде. Она и раньше ссорилась с родителями и убегала ночевать к друзьям, от которых возвращалась на следующий же день, поэтому Рэй не сомневался, что сестра вот-вот откроет дверь и наконец-то окажется в кругу семьи. Но Эшли не возвращалась. Шли дни, её комната пустовала, а сердце Рэя кровью обливалось от волнения и страха. Он пытался до неё дозвониться, отправлял ей десятки сообщений, караулил её в тех местах, где она может быть, но все старания проходили впустую. Волчица словно испарилась, не удосужившись сказать брату, что произошло и куда она сбежала. Рэй отчаялся и обратился за помощью к родителям, которые, правда, не дали сыну никаких ответов. Они молчали. Отец сурово приструнял сына и приказывал больше не задавать вопросов, когда Рэй осмеливался напрямую спрашивать о том, что произошло между ним и Эшли в день её побега. Рэя поражало равнодушие родителей к тому, что их дочь пропала. Он осуждал их и не сдавался, храня надежду однажды выпытать из отца хоть словечко о произошедшей ссоре. И в один день Рэю это почти что удалось. Один из самых ужасных дней волка начинался как обычно: утром он ушёл на занятия в школе, чтобы объявиться на уроках после многочисленных прогулов и избежать звонка от учителя родителям с просьбой принять меры. Нет, Рэй не боялся гнева отца. Ему просто не хотелось лишний раз слышать в доме ругань. Благополучно отсидев несколько нудных занятий, Рэй покинул территорию школы, но домой не пошёл. Тусоваться подростку было не с кем, поэтому белый, найдя в кармане рюкзака остатки карманных денег, отправился шататься по городу в поисках приключений на свой зад. После школы Рэй сразу домой не уходил, вот и сегодня он не нарушал традицию и пошёл куда глаза глядят, лишь бы не возвращаться туда, где каждый день случался скандал и чаще всего крайним делали Рэя. Но сегодня волк с прогулкой затянул и вернулся домой поздно вечером, когда полностью стемнело. Рэй тихо открыл дверь ключом и вошёл в темную прихожую с надеждой, что родителям будет всё равно, почему он задержался и где всё это время мотался. В доме было тихо, отчего довольный волк вздохнул с облегчением и, сняв кеды с лап и прихватив рюкзак, спокойным шагом направился к себе в комнату. — Стоять. — тишину разразил басовитый голос сердитого отца, когда силуэт Рэя промчался мимо гостевой. Волк замер, едва достигнув лестницы. Рэй прошептал какое-то проклятие, и ему пришлось сделать пару шагов назад. Оказавшись в дверном проёме гостиной, а заодно и в поле видимости родителей, Рэй повернулся к ним и увидел недовольный взгляд главы семейства. Похоже, избежать ссоры сегодня волку не получится. Отец явно зол, как и мать, что сидела на диване и смотрела на сына с упрёком. Волчица казалась спокойнее, но это не значило, что она не сердита на Рэя за его долгое отсутствие. — Твои занятия заканчиваются в час дня. — начал Ричард, он же отец Рэя, — Можно узнать, почему ты соизволил прийти домой в десять вечера? — Задержался. — сочинил волк, искренне удивившись заданному вопросу. Каждый день Рэй возвращался в разное время и ни разу не сталкивался с вопросами, где пропадает. Если он приходил в обед — мать молча накрывала стол и приглашала сына пообедать вместе. Приступая к трапезе, она спрашивала только о делах Рэя в школе. Волк успешно врал, скрывая частые побеги с занятий, и волчица Хелен, мама Рэя, верила сыну и больше не тревожила его вопросами. Ей, как и отцу, было важно знать, что Рэй учиться и зарабатывает хорошие оценки, которые в будущем помогут волку для поступления в высшее учебное заведение, заранее выбранное родителями даже без согласия Рэя. — Если ты опять шатался по городу и бездумно разбрасывался деньгами, то тебе лучше признаться сразу. — предупредил сына Ричард и по взгляду Рэя понял, что не ошибся в догадке. — Мы волновались. — подхватила Хелен, припоминая, как весь день пыталась дозвониться до сына, но тот будто нарочно не брал трубку, — Где ты был всё это время? Волнение матери перевешивало злость, отчего голос волчицы дрожал. В Рэе заиграла совесть, но её вскоре заглушили мысли о сестре. За неё родители, почему-то, совсем не переживают, как будто они всю жизнь ждали, когда же дочь наконец-то покинет семейное гнездо. — Это не имеет значения. — холодно ответил Рэй, не собираясь раскрывать им свои тайные места в городе, куда он уходит после школы. — Не имеет значения? — зарычал отец, сделав один шаг в сторону сына, — Мы обязаны знать, где ты находишься! Откуда нам знать, может, тебя сегодня даже на занятиях не было! — Вот именно: откуда вам знать? — Рэй повысил голос, — Вы никогда не интересовались моими делами, и волнует вас только моя успеваемость, что нужна для поступления в эту чёртову академию, о которой я даже слышать ничего не хочу! — Не смей так разговаривать с нами. — пригрозил Ричард, — Ты ещё совсем глуп, раз не осознаешь, насколько для тебя важно там учиться. — Это важно для вас. Вы давным давно всё решили за меня, даже не спросив, хочу ли этого я. А мне тошно становится, как только представляю учёбу в этой вашей… а, чёрт с ней. Махнув лапой, Рэй развернулся и пожелал уйти к себе в комнату. Продолжать разговор на эту тему было бессмысленно. — Рэй, вернись! — крикнула мать ему вдогонку. — Твоя учёба в академии не обсуждается. — сурово сказал отец, когда волк вернулся в гостиную с раздражённым видом, — Мы знаем, как лучше, поэтому твои капризы я больше слышать не намерен. Ты ведёшь себя, как щенок, и с этого дня я запрещаю тебе слоняться по городу! После школы ты сразу будешь идти домой и попробуй только задержаться хоть на пять минут! Рэя крайне возмутил отцовский запрет, отчего челюсть волка слегка отвисла. Мало того, что они с матерью не считаются с его мнением, так теперь ещё требуют от сына полный отказ от единственных развлечений в его жизни. А ведь Рэй уже совершеннолетний и не должен сидеть дома под строгим контролем родителей, когда у волка есть свои личные и взрослые дела. — Не удивительно, почему Эшли сбежала от вас. — вырвалось у Рэя в порыве злобы. — Что ты сказал? — отец дал сыну шанс забрать произнесённые слова назад, но Рэй им не воспользовался. — Я говорю, что Эшли правильно сделала. Вы довели её своими нравоучениями так же, как скоро доведёте меня. Теперь мне ясно, почему она не хочет возвращаться. Я бы тоже не вернулся! Характер Рэя достался ему по наследству от отца. Это становилось очевидно, когда оба зверя ссорились. Вот и сегодня, видя откровенную дерзость Рэя, Ричард не собирался молчать: — В таком случае, тебя никто не держит. — сказал он, не контролируя гнев, — Хочешь пропадать в городе днями напролёт? Пожалуйста! Только потом не возвращайся сюда, поджав хвост, если твои наивные мечты разобьются об реальность. — О, насчёт этого не переживай. Я больше никогда не переступлю порог этого дома! Рэй сорвался с места, чтобы всё-таки добраться до своей комнаты и прихватить оттуда несколько вещей. Преодолевая лестницу, он слышал голос отца, но не разбирал слова. Наверняка тот снова посыпает сына обзывательствами, говоря, что вырастил самого безответственного, упрямого и бестолкового зверя. Но Рэй уже не обращал внимания. За всё время жизни в этом доме он услышал о себе многое, поэтому перестал брать унижения близко к сердцу. Отец никогда не скажет о сыне хорошего слова, и Рэй с этим давно смирился. — Безмозглый щенок! — в сердцах воскликнул Ричард и обернулся к супруге, — Вырастили бездаря на свои головы. Всыпать бы ему ремня, как в детстве… Сразу бы стал шёлковым и заговорил по-другому! — Ричард, хватит. — попросила Хелен, взволнованная случившимся, — Останови его. — И не подумаю! — издал злобный смешок зверь, — Пусть идёт, куда хочет! Взрослым себя возомнил… — Что ты такое говоришь? — Хелен испугалась за сына, что собирался покинуть их так же, как недавно это сделала Эшли, — Ответь мне, кто из вас двоих взрослее? Рич, ты должен его остановить! Тем временем Рэй спустился вниз с рюкзаком, набитым необходимыми вещами. Он всерьёз собрался уйти, потому что больше терпеть это был не намерен. Волк пожалел, что вообще сегодня пришёл домой. На что он рассчитывал? Что родители наконец прислушаются к его мнению? Этого никогда не будет. Рэю было обидно до боли, поэтому волк всеми фибрами души пожелал уйти. — Рэймонд, стой. — жене удалось уговорить Ричарда пойти за сыном и задержать его в доме, — Ты никуда не пойдёшь! — Почему это? — бросил Рэй со злости, одеваясь теплее, — Эшли, значит, можно уходить и пропадать без вести, а мне нет? — Ты не знаешь, почему она ушла! — рявкнул отец, взбешенный наглостью Рэя, — И никогда не узнаешь, потому что она больше не вернётся! Новость о навсегда потерянной связи между родителями и дочерью шокировала волка. Несмотря на то, что Эшли до сих пор не подала о себе никакой вести, Рэй надеялся, что, когда свежая обида утихнет, она возвратиться. А оказывается, Эшли ушла навсегда. — Почему? — волк устремил на отца свирепый взгляд, — Что такого можно было сказать ей, чтобы она сбежала насовсем?! Ричард не стал отвечать. Он молчал специально, чтобы дать понять сыну: это тема не для его ушей. Отказ отца говорить правду взбесил Рэя ещё больше, и волку захотелось срочно покинуть дом. Отец теперь был ему противен. — Рэй, не уходи! — приказным тоном сказала Хелен, вышедшая в прихожую следом за супругом, — Прекрати упрямиться и возвращайся к себе в комнату! Волк успел надеть обувь и сейчас, закинув рюкзак на спину, был готов покинуть родителей. — Я вернусь только когда вы научитесь уважать наше с Эшли мнение. — сказал как отрезал Рэй, положив лапу на дверную ручку, — А до тех пор моей ноги здесь не будет. — Вот как? — с внезапным спокойствием произнёс отец, — Что ж, скатертью дорога. Осознав, что больше Рэя в этом проклятом доме ничто не держит, он открыл дверь, бросив отцу напоследок: — Жалею, что не ушёл от вас раньше. — А я жалею, что ты мой сын. Последние сказанные старшим волком слова Рэй запомнил навсегда. Именно они преследовали белого всю последующую жизнь и звучали в голове каждый раз, когда Рэй задумывался о прошлом. Раньше он надеялся, что у них осталась хотя бы капля любви к нему, и что однажды разногласия между ними прекратятся, отчего сердце волка вдребезги разбилось, когда стало ясно: им не нужна нормальная семья. Похоже, двум супругам стало легче, когда оба ребёнка упорхнули из укромного гнёздышка, ведь на протяжении шести лет они совсем не интересовались, как сложились их судьбы. В тот день Рэй покинул родной дом с клятвой никогда в него не возвращаться. Уходя от дома всё дальше и дальше, гнев волка сменялся на обиду и разочарование. Рэй едва перебирал ногами от эмоций, которые рвались наружу через слёзы. Как бы волк ни пытался смахнуть их с глаз, те возвращались и, вырываясь, текли по щекам. Прохожие провожали волка ошарашенными взглядами, от которых Рэю становилось ещё хуже. Они видели его слабость, но никто и не представить не мог, какую боль в тот миг испытывал Рэй. После этого зверь пообещал себе, что больше никто и никогда в жизни не увидит его слабину. Вот так он и приобрёл маску бесчувственного и равнодушного ко всему зверя, хотя в глубине души оставался прежним Рэем, мечтающим однажды вернуть былое, забыть случившееся и начать новую счастливую жизнь.

***

Свободный от работы день Эшли проводила дома, наслаждаясь компанией Харви. В его квартирке волчица обустроилась сразу же, как возвратилась в маленький город после длительного отъезда. Енот всегда мечтал жить с ней под одной крышей, поэтому, по возвращению их обоих в город, с радостью приготовил в квартире комнату для совместного проживания. Жизнь с ней оказалась для Харви высшим счастьем. Он никогда бы не подумал, что будет так сильно любить просыпаться рано утром, видеть спящую волчицу на другом крае кровати, затем тихо вставать, чтобы не разбудить, и идти в кухню готовить ей завтрак, который после енот приносил в постель. А особенно сильно Харви обожал дни, когда у них обоих нет никаких дел, потому что тогда у них появлялся шанс провести время только вдвоём. Утро парочки выдалось по-настоящему добрым. Они провалялись в постели лишний час, после чего встали, вместе умылись в ванной и ушли в кухню за завтраком. Готовку Харви взял на себя, пообещав своей любимой сладкоежке приготовить самые вкусные оладушки в мире. В предвкушении, Эшли уселась за стол и стала терпеливо наблюдать за енотом и вдыхать аппетитные запахи. Со своей задачей Харви справлялся умело, отчего завтрак оказался в тарелке спустя всего десять минут. Им обоим хотелось растянуть приятные мгновения утра подольше. Пара не каждый день может позволить себе такое удовольствие, как полная свобода от обязанностей. Каждый день кто-либо из них куда-то спешил, и времени на простые счастливые моменты не оставалось. Сегодня был как раз один из таких дней, в котором оба хотят наверстать упущенное. Харви с умилением смотрел, как Эшли уплетает тёплые оладьи и улыбается от их сладкого вкуса. Для енота её улыбка — лучшая похвала. Сам же он не торопился приступать к еде: полосатый хотел, чтобы волчица наелась приготовленным им угощением досыта. Харви глядел на неё с обожанием, ибо по-другому смотреть на Эшли не умел, но зверю вскоре пришлось отвлечься. В доме раздался протяжный звук дверного звонка. Волчица на миг перестала жевать, удивившись раннему визиту, и Харви вызвался во всём разобраться. — Я всё улажу, а ты доедай всё до последней крошки! — сказал полосатый, уходя в прихожую. Зевнув по дороге и подтянув резинку домашних штанов повыше, Харви подошёл к входной двери. Зверь повернул задвижку, чтобы отворить дверь и увидеть пришедшего гостя. У енота в голове не укладывалось, кто мог им являться, но вместе с тем зверь ни капли не нервничал. Если это друг, то ему всегда здесь рады, если незнакомец, перепутавший квартиры, то ничего страшного. Харви открыл дверь с приветливой улыбкой, готовясь увидеть их визитёра. Но енот не ожидал, что гость окажется не один: на пороге стояло двое зверей средних лет, и они оба являлись волками. Что ещё удивительнее — Харви их узнал, отчего опешил на месте. — Доброе утро, Харви. — выдержанно поздоровался волк, узнав в еноте, открывшем им дверь, родного племянника. — З-здрастье. — от потрясения полосатый начал заикаться. Его реакция легко оправдывалась тем, что на пороге, в полметре от него, стояли родители Эшли. Харви был готов увидеть кого угодно: Рэя с Юки, Сару, Даниэля… но только не их. У енота и в мыслях не было, что однажды эти звери решат наведаться в гости, особенно после стольких лет, за которые все успели привыкнуть к жизни врозь. Мысли Харви перемешались в кучу и в панике забегали по всем уголкам мозга от страха. Зачем они сюда пришли? — единственный явный вопрос среди множества других. — Эшли живёт с тобой? — донёсся до ушей растерянного зверя голос отца волчицы, пусть и не родного, — Можно нам с ней поговорить? — Да… одну минуту. — нервно улыбнулся Харви и прикрыл дверь, спрятавшись за ней же от глаз взрослых. Он впал в истерику и постарался придумать, что сказать Эшли, но путавшиеся от шока мысли были не в состоянии придумать разумное решение. Харви нельзя было медлить, поэтому он, всё ещё находясь в панике, отошёл от двери на пару шагов и возник в проёме кухни. — Кто пришёл? — беззаботно спросила волчица, мирно попивая чай из кружки. Беспокойный взгляд енота Эшли заметила секундой позже и заподозрила неладное. Волчица отставила кружку подальше и настойчиво повторила вопрос, не понимая причину волнения енота. — Там… твои родители. — выдавил Харви из себя, не сумев придумать, как сказать это помягче. Эшли не поверила ушам, допустив на секунду мысль, что это какая-то жестокая шутка. Но енот и не думал шутить. Волчица во всём убедилась сама, когда вышла из кухни в прихожую, в которую родители осмелились войти без особого приглашения хозяев. Эшли остановилась у стенки, уставившись на них растерянными глазами. Взгляды родителей ничуть не отличались. В них было всё: и боль, и сожаление, и раскаяние, и нежность — абсолютно всё, что терпели супруги все эти долгие годы. Не стоило спешить осуждать их, ведь целых шесть лет они не бездействовали. Тоска по детям вскоре после побега Рэя стала настолько сильной, что звери принялись отчаянно их искать, но поиски не увенчались успехом. В родном городе найти ни дочь, ни сына супругам не удалось, поэтому они пошли дальше: звери часто наведывались в старенький дом в лесной глуши, надеясь однажды застать в нём хоть кого-нибудь из детей, но надежды не оправдались ни разу. Опускать лапы они не торопились, поэтому вскоре отправились в маленький город, где сегодня им наконец-то стал известен адрес дочери. Они приехали сюда, чтобы всё исправить, чтобы извиниться за свои ошибки и чтобы сказать, что они любят Эшли, ведь отсутствие кровной связи не мешает волчице быть их дочерью. За немой сценой со стороны наблюдал Харви, ожидая, кто подаст голос первый. Ситуация была не из простых, но енот быстро догадался, зачем родители Эшли и Рэя приехали сюда, отчего расслабился и стал ждать. — Мама… — только лишь произнесла Эшли, сделав шаг к матери и обняв её, забыв в один миг все прежние обиды. Голос дрогнул из-за слёз, появившихся больше от радости, нежели от грусти. Едва не задушив Хелен в объятиях, Эшли после переключилась на отца и тоже не побоялась обнять его, — Папа… я так по вам скучала! Харви, следящий за происходящим, улыбнулся. Реакция Эшли на первую встречу после разлуки оказалась куда лучше, чем он себе представлял. Да и взрослые звери вели себя не так, как изначально воображал енот. Для него стало неожиданностью увидеть, как Ричард — его дядя, которого Харви всегда считал строгим и слегка побаивался — крепко прижал дочь к себе и поцеловал в макушку от нахлынувших чувств. — Прости нас, Эшли. — сказал отец, выждав время, и в голосе его прозвучало искреннее раскаяние. Он ласково прикоснулся к затылку дочери и тяжело вздохнул, — За всё прости. На протяжении долгих лет волчице их страшно не хватало. Первое тремя, когда воспоминания о ссоре были свежи, в Эшли жила обида, но спустя время от неё не осталось ничего, кроме тоски. Дочь скучала по своим родителям, но не находила сил вернуться. Она боялась, что произнесённые ранее разгневанным отцом слова являлись правдой, и что её больше никто не желает видеть в родном доме. К счастью, на самом деле это было не так. Оказывается, родители тоже скучали по ней и искали дочь в течение всех шести лет и до сегодняшнего дня. Столько лет оказалось упущено из-за нелепых обстоятельств: каждый почему-то был уверен, что никто не хочет мириться. А ведь если бы кто-нибудь осмелился сделать первый шаг намного раньше, то сейчас бы не было так тяжко. Эшли больше не хотелось злиться на них за былое. Их ссора давно в прошлом, а чувство любви к родителям намного сильнее обиды. Волчица согласилась забыть плохое и простить их, ведь теперь они снова вместе. Эшли мечтала об этом с того самого дня, когда поняла, что хочет возвратиться домой. Сейчас, обнимая отца, ей хотелось стереть себе память, чтобы больше никогда не вспоминать злополучный миг его жуткого признания. Эшли не желала слышать ничего о том, что в них течёт абсолютно разная кровь, ведь это, по большему счёту, было совсем не важно. Ричард и Хелен — её единственная семья, и роднее них у волчицы никогда и никого не будет. Эшли долго ждала эту встречу и часто грезила о будущих словах, которые скажет родителям при встрече, но сегодня, по вине удивления и шока, забыла ранее придуманные речи. Опомнилась волчица только спустя время, с радостью пригласив мать и отца в дом, чтобы те больше не стояли в пороге одетые и обутые. Состояние Эшли было трудно считать нормальным, поэтому Харви помог волчице в приготовлении скромного семейного чаепития, которое должно было стать началом их жизней с чистого листа. — …поэтому сейчас я решила пока что остановиться здесь. — Эшли заметно нервничала, ведя подробный рассказ о своей жизни и посвещая родителей в свои дальнейшие планы, — Город маленький, зато спокойный. Нам с Харви здесь хорошо. Эшли разлила горячий чай по чашкам и по памяти кинула в них несколько кусочков сахара. Волчица помнила, что отец всегда клал в чай три кубика, а мать — только два. — Я много думала о том, чтобы остаться тут насовсем, и до сих пор надеюсь воплотить это в реальность. Честно признаться, маленькие города всегда нравились мне больше. — Это хорошая идея. — дала добро Хелен, выслушав рассказ дочери с охотным интересом, — Если ты этого хочешь, то почему бы не попробовать? Эшли было немного непривычно слышать нечто подобное от мамы, но волчица подумала, что пора к этому привыкать. За шесть лет родители изменились до неузнаваемости, потому что осознали все соверешённые ошибки и переосмыслили многое, о чем раньше даже не задумывались. Слушая их, Эшли хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. — Эшли, можно спросить тебя ещё кое о чём? — вежливо и осторожно задал вопрос Ричард, будто бы боясь произнести вслух последующие слова. Но озвучить их всё-таки пришлось, когда волчица кивнула и приготовилась дать ответ, — Ты знаешь что-нибудь о жизни Рэя? Эшли ожидала услышать именно это. Она не собиралась ничего скрывать, поэтому собралась с мыслями и начала новый рассказ, но теперь уже о брате. — У Рэя сейчас всё хорошо. Он живёт в этом же городе, работает и, судя по всему, он доволен своей судьбой, потому что недавно ему посчастливилось встретить свою половинку. Как только дочь упомянула, что Рэй в своей жизни не одинок, родители оживились. Особенно остро на известие среагировала Хелен: — Правда? — О да! — улыбнулась волчица, вспоминая милую кошку по имени Юки, — Они любят друг друга и живут вместе счастливо. — И кто она? — не сдержал любопытство отец. Эшли с удовольствием описала родителям внешность кошки, но Ричарда, кажется, немного разочаровала новость о межвидовых отношениях, которые волк не всегда мог принять. Его расстраивало то, что Рэй, будучи чистокровным волком, может испортить род, имея связь с кошачьей самочкой. Но отец воздержался от обсуждения этой темы. Он сдержал язык за зубами и вскоре огласил следующий вопрос: — Где нам можно его найти? Эшли была готова назвать адрес, но внезапно ей в голову пришла идея получше. Она вспомнила свой недавний визит в гости к брату и их оживлённое обсуждения скорых праздников. Друзья собирались встречать Рождество в старом доме за городом, куда Эшли и решила пригласить родителей. — Приезжайте в наш дом. Все рождественские праздники мы с Рэем будем там вместе с друзьями. Харви, что всё это время стоял в углу комнаты возле окна, насторожился, как только представил Рэя при встрече с родителями. Енот испугался. Рэй придёт в ярость, если его никто не предупредит об интересных гостях, но и преждевременно рассказывать белому про желание предков помириться явно не следует, ведь в таком случае волк наверняка откажется приезжать в дом. Харви знал, насколько тяжело Рэю вспоминать семью, поэтому предугадать его поведение в момент встречи невозможно. Лишь одно можно сказать с уверенностью: от Рэя будет лучше держаться подальше, если волк выяснит, что о предстоящей встрече знали все, кроме него. Харви не мог определиться, как поступить, но в итоге, после долгих и непростых размышлений, решил пока что молчать и надеяться, что, возможно, Рэй перенесёт воссоединение семьи гораздо лучше и спокойнее.