The Truth Untold

— Так, — начал Джин, опуская взгляд вниз и сгибая бровь так, будто бы придумывал теорию по захвату мира, а не пытался понять, какие перемены произошли в его жизни, — давайте повторим все с самого начала, хорошо? — Хорошо, — безразлично кивнула медсестра, складывая руки на груди. В четыре часа утра они оба упали с моста, с того моста, с которого прыгают и умирают по десять человек в день. И всем им повезло, потому что все они смогли избавиться от жизни, которую ненавидели или от воспоминаний, которые их душили. Их больше не существует — это факт. И наш самый скучный в мире парень Ким Сокджин хотел именно этого, он хотел убить себя и исчезнуть. Он помнил, как его тело упало в воду и помнил перевернутый вверх тормашками мир. Но вот проблема: он был жив. Он проснулся в больнице с болью в пояснице, будто бы он не пытался себя убить, а просто свалился с лестницы, когда менял лампочку. Его глаза зачем-то открылись, открылись и объявили ему: «Твоя жизнь — чертова череда неудач, тупой ты идиот». — Мы живы? — на всякий случай уточнил парень. — К счастью, да, — ответила девушка, смотря на своего пациента усталым взглядом. Ох уж эти врачи, правда? Сказать самоубийце, что он выжил и прибавить «к счастью». Вероятно, счастьем для этого человека было бы, если на подобный вопрос ему сказали что-то вроде: «Нет, вы мертвы. Ваша земная жизнь закончилась и начался увлекательный мир фантазий. Вы не можете покидать эту комнату, но здесь вы можете делать все, что хотите». Хотя, вероятно, если бы такое сказали нашему неудачнику, он бы свел счеты с жизнью в загробном мире, потому что для него свойственно впадать в депрессию из-за свободы его же действий. Дурак? Может быть и да. Джин нервно поёрзал на месте и, смешно нахмурившись, скрестил руки ладонь к ладони и приставил их указательными пальцами к своим губам. Медсестра, находившаяся в палате исключительно из вежливости, тяжело выдохнула, ожидая нового вопроса от пациента. — А вы в этом точно уверены? — Ну могу вам укол сделать болезненный, может, убедитесь, что живы. Джин резко поднял глаза на девушку и несмело улыбнулся, потирая шею. Укол точно не входил в его планы. На пару минут он опять замолчал, пытаясь собраться с мыслями. Жить тяжело, а думать еще тяжелее, так что юноше нужно было время, чтобы, во-первых, прийти в себя, а во-вторых, разработать систему отговорок и дальнейший план действий. — Хорошо, я жив. Тот парень тоже. Но почему мы лежим в одной палате? — Спасибо сказали бы, что ли, — недовольно сказала медсестра, подходя к выходу, — больнице было тяжело положить влюбленную пару вместе, но мы сделали это ради вас. — Какую пару?! — заорали оба пациента. Если активность Джина еще можно было бы как-то объяснить тем, что он и до этого то нервно ходил по комнате, то смотрел в окно, желая увидеть приближение конца света, то все зачем-то бегал в туалет, хотя они здесь не провели больше двух часов в сознании, активность незнакомца никак нельзя было объяснить. До этого момента юноша лежал неподвижно и, кажется, пытался срастись с кроватью. На любые вопросы Джина парень не отвечал, а лишь недовольно вздыхал и хмурился, пытаясь показаться суровым и бесчувственным. Однако сейчас незнакомец, напоминающий до этого камень, вдруг подскочил с кровати, откидывая одеяло и тут же сгибаясь в три погибели, словно старик, от внезапной вспышки боли в спине. — Почему вы так удивляетесь? — непонимающе спросила медсестра. — Потому что мы вовсе не пара! — гордо заявил Джин, стукая для убедительности босой ногой и кивая головой. — Чтобы я с этим ебланом встречался, ага, — недовольно проворчал незнакомец, поворачивая свое скривившееся лицо в сторону нового «возлюбленного». — Боже, смешно, — произнес Джин, тоже поворачиваясь лицом к юноше, — да ты себя хоть видел? — А что во мне такого? — скрестив руки на груди, он поднял одну бровь вверх и отошел на шаг в сторону, дабы показать всю серьезность своего вопроса. — Да ты выглядишь, как труп! — Ну, знаешь ли, если бы не ты, я бы им и был! — Аналогично, как бы. Сбой в программе. Столкновение интересов. Оба парня приняли атакующую позу, прожигая друг друга взглядом. Если подумать, что они оба взрослые совершеннолетние люди, которые должны не только отвечать за свои поступки, но еще и совершать их осознанно, то волей-неволей задумаешься: действительно ли должен существовать порог, через который ты должен перейти, достигнув определенного возраста? В плане, ну вот вам два взрослых человека, которые вообще должны были бы уже и умереть, однако что они делают после того, как чудом выжили? Смотрят друг на друга с остервенением тигра и пытаются вспомнить все известные им приёмы боевых искусств, подсмотренные в фильмах и видеоиграх. — Что вообще значит «выглядишь, как труп», а? — первым подал голос человек, изображающий стойку богомола. — Значит, что ты урод, что же еще, — ответил ему человек в стойке цапли. — А не пойти ли тебе нахуй? — А я хуями не интересуюсь. — Уверен, мой бы хуй тебе понравился. — Уверен, что если ты снимешь штаны, то я твой хуй и не увижу! — О, правда так думаешь? — с дьявольской улыбкой спросил незнакомец и тут поднял больничную рубашку, демонстрируя новому знакомому то, что демонстрировать знакомым (а тем более новым знакомым) не следует. Джин пустым взглядом сначала посмотрел на лицо незнакомца, потом вниз, потом снова на лицо незнакомца и нахмурил брови, складывая руки на груди. Пусть наш неудачник и выглядел спокойным и стойким юношей, внутри он готов был танцевать самыми безумными танцами от счастья: дверь в палату закрыта, медсестра сбежала от них, а посему этого идиота и его странное поведение не будет зафиксировано нигде. С этой мыслью Джин опустил глаза и глубоко задумался: в этой палате есть камеры? Он лениво повернул голову во все возможные стороны, убедившись, что, к счастью, слежку за ними не ведут. — Ну на троечку, честно говоря. Что сам низкий, что член мелкий. Небось, умом ты тоже не отличаешься. Признайся: ты хотел убить себя, потому что природа обделила размером, да? — Ты охуел? — опуская больничный халат, недовольно спросил незнакомец, хотя это больше походило на угрозу, скрытую между строк. — Слушай, я не хочу ссориться, — на вдохе произнес самоубийца-неудачник, — давай без матов и криков сядем и обсудим нашу ситуацию. — Что здесь обсуждать? — садясь на свою кровать, юноша повернул голову вбок. Джин последовал примеру нового знакомого и уже было хотел сесть на кровать, как вдруг в его голову пришла мысль. Он резко подорвался со своего места и подошел к окну, где заканчивалась кровать незнакомца. — А, так тебя зовут Юнги, — тихо произнес наш неудачник, — красивое имя. — Совсем не как у тебя, Ким Сокджин. — Вообще-то, я хен тебе. — Меня это не ебёт. — Ладно… — юноша присел на кровать и сложил руки в замок, — давай просто сделаем вид, что никогда не знали друг друга, хорошо? — А мы друг друга и не знаем, зачем мне притворяться, а? Ты дурак совсем? — Ну да, действительно, — кивнул Джин, — тогда на этом и сойдемся: мы друг друга не знаем, мы никогда не встречались. Идет? — Идет. Юнги резко лег на кровать, поворачиваясь спиной к юноше, которого не знает и с которым никогда не встречался. А сам этот юноша, этот двадцатишестилетний неудачник, вдруг почувствовал какое-то странное чувство пустоты, окутавшее комнату. В итоге час они провели в опустошающем молчании, слушая, как на улице идет дождь. Джин думал о водителях, которые разбились и с которыми он не сможет встретиться в Аду, а Юнги что-то искал в телефоне, тяжело вздыхая каждые пять минут. — Можешь не вздыхать так тяжело, пожалуйста? Ты мешаешь мне думать. — Можешь не думать, пожалуйста? Ты мешаешь мне тяжело вздыхать. — Идиот. — Еблан. — Придурок. — Мудак. — Простите, я вам не помешаю? — раздался (не)знакомый мужской голос. Джин подавился слюной, а Юнги уронил телефон. Они точно живы? Они точно не умерли? Или Бог все-таки существует и решил их наказать? Или судьба решила повернуть фортуну в их сторону? Так или иначе, перед двумя юношами, которые уже успели открыть свои рты от удивления, стоял Ким Тэхен. Да, именно, тот самый Ким Тэхен — самый популярный телеведущий самой популярной программы самого популярного канала. Юнги и Джин переглянулись между собой. «Что происходит?» — без слов спросил наш неудачник, активно жестикулируя. «Да не ебу я!» — также безмолвно ответил ему юноша с белыми волосами, что успел выронить телефон от удивления. Вообще-то, здесь было много сказано о Джине и совсем ничего о таком же неудачнике, которого наш стереотипный персонаж встретил сегодня в четыре утра. Поэтому вот вам несколько занимательных фактов о Мин Юнги — хотя стоп, боже мой, какие факты, если тут, перед ними, стоит знаменитость уровня ядерной войны? Да вся жизнь этого неудачника не будет стоить и минуты жизни Ким Тэхена. Джин понял это сразу же, поэтому моментально принял серьезный вид и красивую позу, поворачиваясь к звезде корейского телешоу своей самой красивой стороной. — Нет, вы не помешаете, — мило произнес самый скучный парень на свете. «Пиздец, блять, нахуй, мое сердце, ах…» — пронеслось в голове у соседа самого скучного парня. — Хорошо, что я вам не помешаю, — очаровательно улыбнулся Ким Тэхен, — можно ли задать вам несколько вопросов? Я корреспондент канала YIU и ведущий шоу "Поговорим!". Дело в том, что новость о вашем поступке интересует многих интернет-пользователей, поэтому наш канал заинтересовался вашим случаем. — Что? — грубо спросил Юнги, получая удар в плечо от Джина и его недовольное ворчание. — Можете пояснить, пожалуйста? — мило спросил наш неудачник, затыкая рот своему соседу. — Ну как же, — удивилась знаменитость, — вы из-за любви друг к другу и невозможности быть вместе решили покончить с собой, разве не так? — Так, — опять начал Джин, снова опуская глаза вниз, — давайте повторим все с самого начала, хорошо? Мы что? — Да ты заебал уже! — прошипел Юнги и толкнул в плечо Джина. — Ой, вы такие милые, — засмеялся Ким Тэхен, улыбаясь так, будто бы при рождении в него вставили лампу и готовили к тому, что когда погаснет солнце, он будет освещать людям путь до туалета. — Стойте, — резко начал Юнги, в его глазах загорелся дьявольский огонек, — подождите. Стойте. То есть, наша история стала известна? То есть люди подумали, что-то вроде «оу, какие они милые и несчастные, мне нужно их поддержать»? — Ну что-то вроде того, — непонимающе пролепетала звезда телешоу. Юнги открыл рот от радости и посмотрел на абсолютно потерянного и отстраненного Джина, однако, осознав, что этот дурак точно не поймет причину радости, отвел взгляд в сторону, скрестил руки на груди и стал довольно кивать, смешно поджимая губы. А нашему неудачнику оставалось только шокировано наблюдать за безумным поведением доселе тихого и спокойного (местами) соседа. — Простите, тут произошло недопонимание… — начал было Джин. К сожалению, поздно начал. — Да, тут произошло недопонимание! — перебил парня Юнги. — На самом деле мы хотели убить себя не потому что не могли быть вместе, а потому что боялись потерять друг друга. Смерть — освобождение от всего, смерть — это услада для сердца и спокойствие для души. Вы же знаете, в этом суетливом, хаотичном мире так мало спокойствия, так мало возможности для созидания. — Что ты несешь? — спросил Джин, хмурясь. — Прошу простить моего возлюбленного, он стесняется наших отношений. Вы знаете, в Корее хоть и делают все для адаптации сексуальных меньшинств, однако люди старых нравов не принимают даже простое наличие отношений между мужчиной и женщиной, если те не состоят в браке. — О-о, да, я понимаю, — умудренно кивнул Тэхен, записывая слова юноши. — Наша любовь не ведала границ, как и не ведала преград, но после мы задумались, — драматично сказал Юнги, переводя взгляд на окно, — мы задумались: сколько еще будет длиться наша любовь? Как я уже сказал ранее, этот мир безумен: люди встречаются и расстаются в мгновение ока. Жизнь человека — хрупкий стебель прекрасного цветка. И мы решили, что лучше срубим его осознанно, самолично, чем будем покорно ждать конца. Единственной преградой нашей любви была сама суть жизни, ее квинтэссенция, поэтому нам не оставалось иного выхода. Чтобы навеки оставить нашу любовь такой же чистой и первородной, нам нужно было разрушить эту единственную границу. Нам нужно было умереть. Смерть не всегда красива, но мы грезили именно о ней. — О-о, — понимающе покачал головой Ким Тэхен, грустно смотря на Джина, ибо на Юнги смотреть было слишком больно — настолько телеведущий прочувствовал их печальную историю. — Понимаете, на самом деле, я даже не знаю, как мне описать свои чувства сейчас. Я был бы счастлив, если бы умер в тот момент, находясь в крепких объятиях своего возлюбленного, но в то же время я счастлив, потому что вновь могу видеть его перед собой и любоваться этим прекрасным лицом. — Ваша любовь так прекрасна, — залепетал очарованный и, видимо, ужасно глупый Ким Тэхен, — смогли бы вы лично посетить нашу передачу и дать интервью? — Нет! — закричал Джин. — Да! — заорал Юнги. Наш неудачник, кажется, совершил множество ужасных вещей, раз такое произошло с ним. Вероятно, в каждой из своих предыдущих жизней он был серийным маньяком, потому что, во-первых, кому еще могли послать столько невзгод и неудач, а во-вторых, сейчас его переполняло маниакальное желание убить этого мелкого паразита с поразительными ораторскими способностями. Джин не знал, что ему делать и как себя вести, а особенно его пугал факт того, что, вероятно, его семья могла узнать об этом. Если перед самоубийством он думал о том, что видео с его последним прыжком хуже порно с его участием, то сейчас в интернете есть все это вместе взятое и пропущенное через голубую призму. Потрясающе, Ким Сокджин, твоя жизнь — сплошное разочарование! А сам ты — одна огромная язва, поздравляем! В номинации "Неудачник года" наш скучный парень точно бы победил, ведь мало того, что его жизнь всегда состояла из страха сделать неверный шаг и взять на себя ответственность хоть за что-то, так еще он оказался замешан в каком-то хитроумном плане самого Дьявола с весьма-весьма милым голосом и чарующей аурой. — Хорошо, тогда мы свяжемся с вами позже, — сказал Ким Тэхен, уходя из палаты с довольным лицом. Джин дождался момента, когда дверь за телеведущим захлопнется, а его шаги перестанут быть слышны. Пять минут юноша сидел спокойно: не ёрзал, не дышал, не думал, не кричал и даже не шевелился. Но как только эти пять минут прошли в весьма милом Ким Сокджине проснулся совсем не милый зверь. Парень резко встал с кровати и широкими шагами направился в сторону виновника его нервного срыва и неудачной попытки суицида. Джин молчал, однако эта тишина медленно, но верно заполняла комнату так, что вскоре в ней совершенно не осталось кислорода. Юнги, почувствовав опасность, подорвался с места и попытался убежать к окну, чтобы попасть на общий балкон и скрыться среди людей, однако что мог маленький и, скажем так, не самый быстрый Мин Юнги против разъяренного высокого Ким Сокджина? Попытка побега провалилась. И в итоге Юнги оказался зажатым в угол наедине с бешеным зверем. — Бля, ты вот тупой, скажи мне? — начал играть с огнем тот, кто не смог сбежать. Джин сделал максимально шокированное и одновременно злое лицо, пытаясь унизить соседа по несчастью одним только своим взглядом. Однако Юнги был непоколебим. У него была безумная идея и эту самую безумную идею он не мог отпустить в свободное плавание. — Послушай, — начал юноша, зажатый в углу, — послушай, неужели ты не понимаешь? — Чего именно? — Того, что это наш шанс заработать кучу денег! Ты знаешь, что за интервью платят? Если бы у нас взяли даже пять интервью и заплатили за раскрученный образ, я бы смог наконец отдать все свои долги и уйти из жизни спокойно! — Мне не нужны деньги. — Тем более, тогда и двух интервью хватит. Все деньги мне. — Я тебя не понимаю, — тяжело вздохнул Джин, выпуская из плена своих плечей Юнги, — что же хорошего, если все будут узнавать тебя на улицах? Если твои родные подумают, что ты сумасшедший, гей и фрик? Что хорошего в такой жизни? Тем более, если учесть, что это абсолютная ложь? — Ха, — как-то натянуто улыбался парень, — так вот оно что. Проблема не в том, что тебе не нужны деньги, да? Проблема в том, что тебе есть что терять? Тебе страшно? — А что в этом такого? Конечно же мне есть, что терять, придурок. Я же человек и прожил не так уж и мало. — Я прожил немногим меньше, но мне терять нечего. — Ты лжешь. — Может и так, а может, я говорю правду. Так или иначе, тебя это не должно волновать. Ладно, давай, заключим сделку, хорошо? — Какую? — Ты помогаешь мне заработать денег, а я исполняю любое твое желание. Например, я могу скинуть тебя с моста. Ты бы не покончил с собой, так ведь? Ты ведь просто ебаный трус. — Любое желание? — удивился Джин. — Идет. Любое желание. Ты получаешь деньги — и сразу же делаешь то, что я тебя попрошу. — Идет.