Ты крутая, Никки

Фемслэш
G
Закончен
50
Размер:
Мини, 5 страниц, 1 часть
Описание:
До этого момента она не знала, что это такое – влюбиться по-настоящему. Вкрашиться. Втюриться.
Посвящение:
Человеку, который сейчас чувствует апатию - A musical nerd
Не грусти, фемслэшем закуси
(рифмоплет из меня так себе)
Примечания автора:
шипперы Эрид/Никки, объединяйтесь!
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
50 Нравится 7 Отзывы 12 В сборник Скачать
8 июля 2018, 22:58
Настройки текста
Никки наблюдает за ней почти все время, что она находится здесь, в этом лагере. Чаще она видит ее в той атмосфере, в которой ей более комфортно: у построенного на «отвали» скейт-парка, который и скейт-парком назвать сложно. Эрид крутая. Она ведет себя здесь круче всех, она высокая, красивая и такая безмятежная, вечно спокойная и холодная. Кажется, она никогда ни о чем не беспокоится и просто плывет по течению, как обычно она говорит и всем советует. Она – та девочка, с которой Никки хочется дружить. Хотелось дружить до какого-то момента. Когда Эрид заметила ее и разговаривала с ней слишком долго. Это был рекорд – они говорили три минуты. Они говорили обо всем вокруг, о том, как круто было бы скатиться с Эвереста на скейте – и пускай многие такие затеи нарушали все законы логики и физики – им обеим было на это плевать. Никки лишь смотрела на это спокойное лицо, не выражающее особых эмоций, и чувствовала, как что-то внутри нее со скоростью света начинает зарождаться, взрывается бомба замедленного действия, что называется «чувства». Что-то внутри нее будоражило детский разум, потому что еще никогда за всю свою короткую жизнь она не чувствовала ничего подобного. Не чувствовала тепла, когда смотришь на кого-то, кто настолько нравится. Не чувствовала себя одной из тех красивых героинь сериалов, которые смотрела мама по выходным – мыльные оперы, где эти самые героини-счастливицы влюблялись по уши. Да. До этого момента она не знала, что это такое – влюбиться по-настоящему. Вкрашиться. Втюриться. Стать чертовым сталкером и следить за каждым крутым шагом Эрид, когда она подходит к дереву и прислоняется к нему спиной, складывая руки на груди и взмахивая головой, откидывая челку в сторону. В такие моменты Никки задумывалась: а правильно ли это все? Все, что она чувствует. Она не задумывалась над глобальными проблемами вокруг однополой любви, она вообще не лезла во взрослую жизнь, но ей нужна была помощь. И срочно. Она осматривается. Отвлекается-таки от Эрид и ищет того, кто может помочь. Макс? Никки посмотрела на него рядом, такого распластавшегося на земле в солнцезащитных очках и с руками за головой – он точно не тот, у кого можно спрашивать советы. Он может посмеяться, Никки, несмотря на все свое легкомыслие и непонимание серьезности ситуации, знала, что этот мальчишка не скажет доброго слова. Нил? Он не поймет. Да, с ним можно поговорить, но он может завести разговор в совершенно другое русло, начнет плести что-нибудь про химию, что происходит в организме человека, когда тот влюбляется – ну а потом расскажет все Максу. Нужен был другой вариант. Никки обкусала губы. Она смотрит и видит Гвен, которая делает вид, что следит за кемперами, но на самом деле, внутри себя, возможно, она прокручивает то трэш-телешоу. Кажется, у нее образование психолога – совершенно ненужное, как говорит Макс, но она вызывает доверие, особенно после того, как рассказала ей секрет «истекания кровью и возможности при этом не сдохнуть». Отлично. Это хорошо. Никки поднимается – нет, она вскакивает и, что-то невнятное произнеся, проносится через друзей и кидается прямо навстречу к Гвен. Нил с удивлением посмотрел на Макса и тот ответил Нилу точно таким же взглядом, приподняв солнцезащитные очки. — Что это было? — Это Никки. Я уверен, это не объяснить. Они смирились с непредсказуемостью своей подруги и расположились на траве, Макс все также безмятежно вздохнул, пытаясь отвлечься от надоедливого счастливого голоса Дэвида на фоне, пока его возгласы не перекрывает низкий тон голоса Нёрфа. — Эй, ботан, не хочешь немного поболтаться на флагштоке? — Какого черта ты здесь делаешь, Нёрф? — спрашивает нервно Макс, тот, кому подпортили отдых. — Я чувствую, что я должен появиться здесь, чтобы обратить на себя внимание путем попытки выудить тебя на драку. Я чувствую, что остаюсь в тени ваших приключений и хочу вписываться, — положив ладонь на грудь, произнес Гейлорд с долей романтизма и драмы, но снова был проигнорирован двумя мальчиками, что просто поднялись и перешли на другое место. — Стойте! Как же приключения? — Пошел нахуй, Нёрф.

***

— Ты хочешь… что? — спрашивает Гвен немного удивленная, ее сердце начало стучать чаще только от одной мысли о том, что она в самом деле все правильно расслышала: девочка хочет понравиться другой девочке, обратить ее внимание на себя. Это было просто отрадой для шипперского сердца со-вожатой, она вздрогнула только от осознания того, как быстро все-таки Никки растет. Вот именно такие моменты ее трогали. Не сами дети, а то, какие чувства в них просыпаются в первый раз – они совершенно юны, беззаботны, и вот – бум – они начинают испытывать симпатию к сверстникам. Сыграла на руку восторженность Гвен всяческими любовными историями, ей захотелось поучаствовать в этой – ее глаза загорелись искоркой возбуждения от того, что она может сделать для проявления чувств между двумя девочками. Она готовилась похлопать в ладоши, только рот Никки открылся: — Хочу, чтобы ты помогла мне понравиться Эрид! Я делала все для того, чтобы она обратила на меня свое внимание! Но все еще она ведет себя так, словно ей абсолютно все равно на меня, она просто… просто… — Выглядит безразличной? — Именно! Почему я не владею телепатией? Я бы могла узнать, что она обо мне думает. Это так сложно! — воскликнула Никки, топнув ногой и ударив кулаком в стену домика. Она нервничает, Гвен видела ее эмоции, бушующие постоянно: Никки не из тех, кто будет сдерживать все то, что она думает и чувствует, она чересчур эмоциональна и это – одно из множеств различий между ней и Миллер. — Ну-ну, Никки, мы что-нибудь придумаем. Я помогу тебе обратить ее внимание на тебя, — улыбнулась Гвен. Когда ее не обременяют тяжким присмотром за этими детишками, она выглядит гораздо более открытой, но сейчас Никки обременила ее своими любовными проблемами и ей это даже нравится. Ей нравится быть лучшей свахой. Черт возьми, не зря же она все-таки получала образование психолога.

***

— И- вуаля! — Гвен протянула Никки красивый конвертик с сердечком на нем, а сверху конверта было написано красивым почерком «для Эрид». — Сюда ты положишь свое любовное послание. Никки засмеялась и стерла с глаза мгновенно выступившую из-за смеха слезу, упав на стул возле рабочего стола вожатых, где лежала кучка документов. — Ты серьезно, Гвен? Любовное послание? Это же тупо и банально! — Ты хочешь признаться ей в устной форме? — усмехнулась Гвен, Никки замерла и представила себе, как она говорит с Эрид о своих чувствах: с запинками, еле выговаривая слова и краснея, приобретая цвет лица схожий с цветом волос Дэвида. Жалкое зрелище. — Н-нет. — Тогда пиши все, что ты думаешь о ней, — Гвен положила перед ней листок бумаги и рядом ручку, улыбнувшись мягко. — Подумать только, вы двое и вправду мило бы выглядели вместе. Думаю, Эрид спокойно к этому отнесется, ее родители- — Она ко всему спокойно относится. Я уверена, даже если на нас будет лететь метеорит, она наденет солнцезащитные очки и будет выглядеть круто, даже если всю Землю разнесет, — замечталась Никки, сжимая ручку в руке и расплываясь по столу в своем сладком воображении, где Эрид уже ухватила себе местечко и не собирается просто так уходить. Покидать разум мечтательной фантазерки. Через пару минут записка была готова. Гвен, что все время залипала возле маленького телека с орущими тетками, наконец, посмотрела на работу девочки, прочитывая ее письмо вслух: — «Эрид, ты очень крутая и ты мне нравишься. У тебя классные волосы и очень мягкие на ощупь. Ты круто катаешься на скейте. Мне нравится зависать с тобой и говорить, даже если ты не очень много говоришь, я все равно могу просто стоять рядом, потому что ты очень крутая», — Гвен приподняла одну бровь и поняла, что Никки совсем не умеет выражать свои чувства даже на бумаге, если дело становится серьезным. Она через силу улыбается, чтобы не расстроить девочку, которая смотрит на нее сияющими от возбуждения глазами, уж точно не ждет критики – это ее расстроит. — Что ж, для ребенка, как ты, это письмо очень… милое. Но слишком много слова «крутая», не находишь? — Нет! В смысле, Эрид же крутая, и миллион «крутая» не хватит, чтобы описать то, насколько она крутая, — улыбается широко Никки, поднимаясь из-за стола и хватая письмо, вкладывая его в конверт с сердечком. — А теперь я пойду и отдам ей это! Гвен ничего лучше не нашла, чем просто улыбнуться ей, отправляя ее в путь любовный. Только что она снова помогла одной половине сердечка найти другую половину сердечка, ну разве не здорово? О, она точно гордится своей работой и машет в сторону выхода, пока Никки спрыгивает со стула и со всех ног мчится на улицу, толкая с ходу дверь и выискивая взглядом Эрид. Она стоит у рампы и одной ногой катает туда-сюда свой скейтборд, кажется, пытаясь вспомнить, какие трюки она еще не выполняла на этой неустойчивой конструкции. Никки вздохнула с облегчением, ведь ей не придется взбираться на рампу, чтобы обратить внимание Эрид на себя. Она торопится к ней, совсем не смотря по сторонам, и вдруг сталкивается с Престоном, что нес с собой ведро с покрашенной в красный цвет водой, Нил что-то нахимичил, лишь бы Престон отвалил от него. Все это выливается, когда они с Никки встречаются лбами и падают, оба пачкаясь в жидкости. — А! Никки! Смотри под ноги! Ты испортила мой реквизит! — драматично, как всегда, произнес Престон на повышенных тонах, поднимаясь и еще с полминуты осматривая пролитый реквизит. Как назло, весь конверт с любовным посланием промок насквозь. Никки взяла мокрую бумажку и развернула конверт в надежде на то, что хоть что-то там будет читабельно, но, увы, ничто не спаслось. Этот чертов Престон. Еще и одежда Никки была мокрая, однако на красном комбинезоне не было видно кровавого оттенка воды для тупой постановки Престона – оно и к лучшему. Никки, всхлипывая от обиды, сжимает в руках бумажку, но, не теряя желания подойти и хотя бы постоять рядом с Эрид, она делает маленькие и неуверенные шажки в ее сторону, все-таки подходя к ней ближе. Все-таки ощущая ее крутую ауру. — Эй, Никки, все в порядке? Ты выглядишь не круто, - поинтересовалась Эрид, смотря на Никки сверху вниз, девочка не поднимает головы и всхлипывает громче, что уже заставило Эрид немного напрячься. — Никки? Никки вытирает мокрые глаза рукой и поднимает взгляд на Эрид, отчего та замирает и не знает, что ей делать сейчас и что говорить. Обычно она ничего не говорит. Обычно она просто стоит или делает что-то крутое, от нее не требовали ничего, даже проявления эмоций, заботы. Сейчас ей нужно проявить свою неопознанную сторону? Нужно ли ей раскрыть в себе того человека, кто станет для другого опорой? Видеть то, как Никки плачет, просто невыносимо, отчего-то это сильно гложет ее душу, царапает острыми когтями. Никки все это время пыталась обратить на себя внимание, но точно не таким способом. Ее глаза были мокрыми, покрасневшими, а руки дрожали, и она не могла взять себя в руки - слишком эмоциональная. Но вот она немного успокаивается, вспоминая слова Эрид «плакать – не круто». Для нее все не круто, что не по нее. Никки никогда не видела, чтобы Эрид плакала. Она слишком сильная. Никки не такая сильная, как она. И потому она хочет быть на нее похожей. Хочет ровняться на нее и, стирая слезы с глаз, говорит: — Я-я написала тебе письмо. Написала, что ты мне нравишься, и… И ты крутая, и мне очень нравится быть рядом с тобой, — говорит она, шмыгая носом, отчего выглядит еще милее и щеки Эрид неестественно для нее краснеют. Никки впихнула мокрое письмо в руки Эрид и та посмотрела на него, не открывая, а потом перевела взгляд обратно – на Никки, что собралась уже было с духом. — Мне нравится тусить с тобой, я хочу быть как ты, но я не могу быть такой же крутой, ведь я плачу. А плакать – не круто. Никки поникла головой, чтобы снова уткнуться в руку и спрятать новый поток слез. Эрид опустилась на корточки перед ней и взяла ее за подбородок рукой, нежно приподняв ее голову и мягко улыбнувшись ей. В груди Никки бушевал пожар – такое выражение лица Эрид она еще не видела. — Мне ты тоже нравишься, не плачь, это письмо не стоит твоих слез, - усмехнулась Эрид, но эта усмешка не была безразличной и отрешенной, она была наполнена теплом и попыткой успокоить плачущую подругу. Эрид обняла Никки и та от шока округлила глаза. Кемперы в это время смотрели на них с не меньшим шоком, Престон подскочил на одной ноге и сложил ладони вместе, вздыхая от того, насколько милой была картина перед ним. Макс и Нил раскрыли рты в недоумении – они не понимали, что перед ними происходит и почему Эрид ОБНИМАЕТ Никки. Хвала Богам, никто не слышал их разговора. Никки просто позволила себе пуститься вниз по течению и сказать себе, что все в порядке. Объятия Эрид дали ей сил на то, чтобы успокоить саму себя и обнять Эрид в ответ, уткнувшись в ее кожаную куртку, вдыхая ее запах – запах крепких духов, дерзости и крутости. Эрид шепнула ей на ухо только одну фразу: — Ты крутая, Никки.
Примечания:
Только не говорите мне о том, что имя у Эрид - не ЭрИд, а ЭрЕд, как мне нравится, так и написала, что вы мне сделаете, я в другом городе
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net