mission "destruction"

Удушливый запах дыма и гари давно пропитал весь воздух, к которому Торд уже успел привыкнуть за столь продолжительное время битв. Как раз сейчас происходило ещё одно восстание. Когда же наконец сопротивление поймет, что это все бесполезно и смысла сражаться с Красной армией нет? У них численное преимущество, больше боеприпасов, танков и средств. Да и полководцы были неплохими. Пол и Патрик вообще незаменимы. Битва близилась к концу, они притесняли армию сопротивления. Сам Ларссон в бойню не лез, хотя и хотелось, но он упорно продолжал командовать неподалеку от поля. Когда же все стихло, означая, что кровопролитная битва окончилась, Красный лидер как-то устало выдохнул, эти бесконечные восстания, надо признать, отбирали силы. Ему надо было немного развеяться на воздухе, после продолжительного нахождения в затхлой палатке, где Торд сидел за столом и отдавал приказы, а так же пойти к своей армии, произнести там подбадривающую речь солдатам и похвалить за их храбрую службу. С речи Ларссон и решил начать, а когда с ней было покончено, он пошел один в центр поля бывшей битвы, отправив Пола и Патрика вместе с остальной армией домой, где раненых должны подлечить. Вокруг лежало достаточно много трупов, кровь окрасила землю, кто-то ещё дышал, издавая хриплые звуки. Торд достал пистолет и выстрелил ему в голову, не моргнув, чтобы облегчить страдания. Дальше ему больше не встречались живые, как вдруг слева от Красного лидера оказался довольно знакомый силуэт. Эти волосы… Торд их хорошо запомнил, но все равно не был до конца уверен в своей догадке. Сердце пропустило несколько ударов, прежде чем Ларссон приблизился к телу, наклонившись и переворачивая на спину. И вздрогнул, широко распахнув глаз. Теперь уже не было сомнений в том, что это Том. Риджуэлл был весь в грязи и крови, нога прострелена. Но грудь медленно поднималась и опускалась. Он жив, до сих пор жив. Странно, почему Томаса не забрали, чтобы вылечить. Или не нашли под горой других трупов? Боялись сунуться дальше, чтобы вдруг не встретиться с Красной армией? Рука потянулась к пистолету, но Красный лидер осекся. Конечно, раньше он ненавидел Риджуэлла и с радостью бы пустил ему пулю в лоб, но сейчас… Возможно, ещё не все потеряно? Возможно… Они могли бы стать друзьями? Тогда не смогли, но может сейчас? Торд огляделся, а затем поднял Тома на руки, внутренне радуясь, что тот без сознания. Нужно было торопиться, пока есть время, чтобы спасти Томаса. Риджуэлл мог бы присоединиться к Красной армии и помочь им. Но есть ли гарантия того, что он согласится? В любом случае, сейчас Ларссона волновало его спасение. Вернувшись в крепость, Красный лидер первым делом пошел в медицинский отсек, не обращая внимания на удивлённые взгляды солдат в его сторону. Действительно, когда это было видано, чтобы Торд нес кого-то на руках, но сейчас это его не волновало. Не их дело! С невозмутимым лицом Ларссон передал Тома врачам, оставив тех на время вместе с раненым. Он придет и проверит их позже, а сейчас нужно разобраться с остальными делами и привести мысли в порядок. Вскоре врачи сообщили, что с Томасом все в порядке, скоро он придет в себя, только вот… Риджуэлл потерял зрение, причем безвозвратно. Торд напрягся, но вида не показал, оставаясь таким же холодным. — И это можно как-нибудь исправить? Протезы какие-нибудь поставить? — Да, как раз недавно мы создали протез для глаз, в случае потери зрения. И он только для обоих глаз. — Отлично, его и ставьте. — Но это боевой протез. Вы точно хотите его установить? — Я же уже сказал, что делать. Хватит задавать мне вопросы, приступайте к делу уже, — нахмурился Ларссон, угрожающе смотря на врачей. — Конечно, сэр, — кивнули они и приступили к установке. Красный лидер покинул палату, но был постоянно где-то неподалеку, чтобы, если что, быть рядом.

* * *

Сознание Тома погружалось в мягкую обволакивающую темноту. Непонятно, сколько он пролежал на том поле, но раз не умер от потери крови, то не так уж и долго. Наконец, Риджуэлл пришел в себя. Первые несколько секунд он видел все словно сквозь зеленоватую призму. Когда этот эффект прошел, Том осторожно сел и попытался дотронуться до век, но его пальцы нащупали что-то наподобие VR-очков. Том вспомнил, что перед тем, как потерять сознание, он перестал что-либо видеть, словно кто-то выключил свет. — Протез? — еле слышно прошептал тот. В ушах метрономом звучало противное пищание кардиометра. Ладно, он точно жив. Скорее всего, он сейчас находится в госпитале Красной Армии. Первая часть плана начала воплощаться. В палате все было белым, только на одной стене красным был нарисован знак Лидера: какие-то закорючки и рога, повторяющие изгибы прически Торда. Рядом с кроватью стояла тумбочка, на которой одиноко булькала вода в стакане. Вскоре Том обнаружил, что его даже переодели: чистая бесформенная больничная одежда с тем же самым знаком. Риджуэлл попытался пошевелить простреленной ногой, которую перебинтовали, но она ожидаемо отозвалась резкой болью. Он затих и прислушался. В коридоре около его палаты кто-то потрясенно говорил. Причем громко говорил. — Не, ну ты представляешь? Лидер сам, Я ВСЕ ЕЩЕ В ШОКЕ ОТ ЭТОГО, притащил этого чувака! Не, прикинь. Видел бы ты свое лицо, когда он зашел в госпиталь, — человек рассмеялся. — Чо, завидуешь этому, да? Пфф, конечно завидуешь. Тебя-то Лидер на руках не носит. Дальше Том не слушал. Без сомнений, что те снаружи говорили о нем. Третий «лидер» Сопротивления был, мягко говоря, в шоке. Он испытывал не только это, но и отвращение. Боже, как все докатилось до такого? Ладно. Том промолчит, что знает что-то об этом. Все же его главная задача — втереться в доверие и разузнать все о планах Красной Армии. Он прекрасно помнит об этом. Он не может подвести Эдда и Мэтта. Он не может не выполнить миссию, которая носила гордое название «Разрушение». Сейчас оставалось только ждать, пока кто-нибудь не придет, потому что сам он с простреленной ногой далеко не уйдет. Спустя пару минут после пробуждения Тома к нему в палату зашла молоденькая девушка с длинными рыжими волосами в медицинском халате. Она приветливо улыбнулась Риджуэллу, останавливаясь рядом и держа в руках какой-то блокнот. — Привет, меня зовут Тереза, я твой лечащий врач. Сейчас ты находишься в госпитале Красной армии, — произнесла девушка, принимаясь осматривать показатели приборов и самого Томаса, в особенности его рану на ноге. Записав нужное, она посмотрела на него, опустив блокнот. — Показатели хорошие. Рана на ноге скоро пройдет, но первые два дня лучше ее не тревожить. Через неделю тебя уже можно выписать, — Тереза сделала паузу, взглянув на протез. — Ах, да. После того, как ты сюда попал, мы при осмотре узнали, что твои глаза ослепли. Мы не смогли узнать причину и это вряд-ли уже возможно, но Красный лидер распорядился, чтобы тебе установили протез. Девушка замялась, будто думая, продолжить говорить или нет. — Если что-то начнет тревожить, обязательно сообщи, — очень серьезно добавила рыжеволосая, после чего вновь тепло улыбнулась. — А теперь отдыхай. Я зайду к тебе чуть позже, вновь проверить, как дела. Тереза развернулась и ушла, оставив Тома наедине с собой. Но заскучать ему не дали. Через полчаса к Риджуэллу зашёл сам Торд. Красный лидер неторопливо приблизился к нему, садясь на стул, рядом с койкой, где лежал Томас. — Мне сказали, ты идёшь на поправку, — безразлично сказал Ларссон, смотря в сторону. Было достаточно странно то, что с этих слов мужчина начал говорить. Он выглядел совершенно спокойно, будто перед ним сейчас не находится какой-то заклятый враг, но в душе бурлила такая буря эмоций, которую он уже довольно давно не испытывал. Где-то в глубине души Торд был рад видеть Тома. В голове пронеслось множество воспоминаний из далёкого юношества, когда они все вместе отправлялись в приключения и все было хорошо. А теперь все по-другому. Былого не вернуть. — Как… Как там Мэтт и Эдд? С ними все в порядке? — неожиданно поинтересовался он, в голосе на удивление промелькнула нотка искренности. — Вы же до сих пор заодно, верно? Хотя, тогда очень странно, почему они тебя не забрали. «Если это не какая-то ловушка, конечно.» Красный лидер впервые взглянул на Риджуэлла, внимательно изучая его лицо и следя за реакцией. За то время, что они не виделись, Том почти не изменился. Все та же прическа, но теперь на глазах красуется протез. А вот Торд серьезно изменился, выглядя намного старше, с повязкой на глазу и шрамами на правой стороне. Но это не все. Под его одеждой не было видно металлической руки. — И, как ты мог уже подумать, я тут не просто так, чтобы вспомнить «старых друзей», — что-ж, это уже больше похоже на настоящего Ларссона. — Я спас тебя, хотя мог бросить, и теперь хочу кое-что взамен. Вступи в Красную армию, иначе тебе же будет хуже. Можешь не сомневаться, я превращу твою жизнь в самый настоящий ад. Красный лидер замолчал, ожидая окончательного решения. Было бы отлично иметь у себя кого-нибудь из сопротивления, ведь он может серьезно помочь с тем, чтобы разбить навсегда всю ту дохлую армию.