Pretty Boy

Конечно, было немного неприятно делиться с кем-то своим Джеком Потрошителем. Очень неприятно, но все таки, такой шанс снова отыметь Белого Дьявола упускать не стоит и Сэм подошел ближе. -Пошел нахуй, сукин сын!- Райден попытался ударить головореза ногой, но тот быстро перехватил её, крепко сжал в районе щиколотки и та отозвалась тупой болью, вынуждая Джека поморщиться и зарычать. Сандаунер посмеялся. Джек отчаянно кусал и бил все, что видел, рычал, дергая эти несчастные цепи до тупой боли, отдающейся в запястьях и легкого удушья. Монсун снял с себя броню и отложил в сторону, поглаживая киборга по напряженной шее, мышцы которой только напряглись. Сандаунер подтянул Райдена за ноги к себе поближе. Ошейник сдавил горло и киборг захрипел, скалясь на врагов и продолжая рваться, выбиваясь из сил. -Мне кажется нужно успокоить нашу слишком буйную леди...- Мясник взял Джека за спутанные волосы и медленно приподнял, ставя того на колени. -Я взял кое-что с собой для такого случая.- Монсун уже успел достать из скрытых карманов на броне шприц с успокоительным, пока Джек рвался. Пока Райден ничего не понял, Ветер быстро вколол ему шприц в шею и впрыснул содержимое, которое быстро растеклось по венам. Ноги подкосились, а тело ослабло и Джек немного осел на пол, натягивая со звоном цепи. Препарат хорошо подавлял чувства, подталкивая к подчинению и спокойному поведению. Монсун убрал шприц куда подальше и похлопал Джека по щекам. Белый Дьявол зарычал, но уже не так громко. Перед глазами все было мутным и пленник пытался проморгаться, сфокусироваться на силуэтах напротив, но ничего не выходило, будто глаза накрыли полупрозрачной тканью, мешающей разглядеть очертания предметов рядом. Что это за успокоительное такое или ему вкатили лошадиную дозу? Джек еще раз встряхнул головой, натягивая цепи. Белые пряди растрепались, падая на лицо мужчины. Сэм разочарованно сцепил зубы и выдохнул, не Потрошителя под препаратами он хотел приручить. Мясник взял Джека за скулы и стал рассматривать в то время, как Монсун достал свой половой орган и начал водить им по пояснице киборга, иногда прижимаясь и покусывая его шею, опаляя её горячим дыханием и щекоча своими длинными колкими волосами. Рука скользнула по животу киборга к паху и схватила за основание члена, срывая с бледно-розовых дрожащих губ тихое рычание. Сандаунер смотрел, как Джек тихонько рычит, сдерживая стон и искривляя губы, то ли усмехаясь, то ли оскаливаясь. Руки еще одного блондина, только из Ветров разрушения, блуждали по всему телу киборга, дотрагиваясь кончиками пальцев до теплой коже, пуская легкие разряды тока, пробирающего до зубов. По телу пленного побежали мурашки, а волосы на загривке встали дыбом. Джек набрал воздуха в легкие, показывая ребра через бледную кожу покрытую укусами и шумно выдохнул через нос. Монсун улыбнулся и провел кончиками пальцев по ребрам и вздымающейся груди пленного. -Это всего лишь твоя природа, Джек...Не нужно идти против неё, это неправильно.- Ветер провел языком по мочке уха, а затем к скулам, очерчивая их идеальные изгибы. Райден резко дернулся, недовольно рыкнув, но Сандаунер только сильнее сжал его горло, перекрывая доступ к кислороду, доставая свой не маленьких размеров член и хлопая им по ляжкам киборга с громким раскатистым хохотом, напоминающим какой-то грохот или гром. Сэм наблюдал за действиями Джека, раздразнивая себя внизу рукой и сдавленно выдыхая сквозь сжатые зубы. Райден рычал, слабо дергая руками и ногами и громко фыркая. Монсун водил рукой по всей длине налитого и истекающего члена киборга, слушая его тихие стоны и вылизывая его шею. Блондина била крупная дрожь, как при какой-то сильной простуде или другой болезни. -Видишь? Это твоя природа...Твое тело хочет этого, так почему бы и не дать? Глупо сопротивляться, Джек.- Монсун прикусил мочку уха Райдена, заставив того тихо выдохнуть и прикрыть глаза. -Иди уже ко мне, милый мальчик...- Сандаунер схватил киборга за плечи и рывком потянул на себя, усаживая на своих коленях. Цепь натянулась и ошейник впился в кожу, оставляя пока еще легкие следы. Джек сцепил зубы, не опуская глаза вниз, в нос ударил запах грубого одеколона и пота и пленник недовольно поморщил нос, отворачиваясь от этого смрада. Совсем не хочется смотреть, как его будут иметь этим большим фаллосом и вдыхать запах тела мясника, он ему мерзок и от этого амбре подкатывал ком тошноты к горлу, который Райден все время сглатывал. Мясник развел ноги блондина шире и бесцеремонно начал вталкиваться, даже не смазав его. Грубо, отвратительно и как животное. Райден вскрикнул и распахнул глаза, чувствуя, как головорез входит почти наполовину и просто начал молиться и надеяться, что тот не порвет его. Сэм нахмурился, наблюдая за действиями его напарников, но ничего не сказал и продолжил смотреть. Сандаунер насадил Джека до основания и остановился. -Ладно. Так и быть, дам тебе немного привыкнуть к своим размерам. А то мне как-то не хочется трахать твой труп...- Головорез оперся на пол одной рукой, а другой крепко держал киборга за ляжку. Голова пошла кругом от ноющей боли внутри, успокоительного, текущего по венам, от этой духоты и мерзком трении об него чужих, уже потных тел. Джек встряхнул головой, глубоко вдыхая душный воздух с резкими запахами и пытаясь прийти в себя. Единственное, что хочется - выбежать отсюда на свежий воздух, желательно под холодный ливень и вдохнуть запах мокрых улиц, а не наемников Десперадо. Райден снова сглотнул подкативший ком и встряхнул головой, пытаясь выбить из головы тонкий звон, пронизывающий и режущий его уши. Мясник усмехнулся, шлепая и сжимая ягодицы Джека и снова что-то говоря, видимо какую-то шутку о его внешности или состоянии, ибо над ухом раздался короткий смешок Монсуна и Сэма. Ветер пристроившийся сзади, гладил одной рукой киборга по сильным плечам и спине, слегка массируя и расслабляя напряженные мышцы, а другой ублажал себя, что-то тихо шепча на ухо блондину и довольно посмеиваясь. Наверное опять говорит что-то про инстинкты, природу и прочее, о чем он обычно болтает. Джек не слушал, он привыкал к тянущей, давящей, медленно растягивающей боли внутри и пытался включить мозг, но тот предательски отказывался это делать. В голове снова заговорил его внутренний голос...Тебя унизили, Джек. Тебе нужно бороться, Джек. Не дай им возможности насладиться твоими стонами...Только не тупому мяснику и азиату помешанному на инстинктах, только не им. Эти фразы эхом разносились по темному, ослабленному препаратом, сознанию Дьявола, повторяясь и заглушая все остальные мысли, и звуки из вне. Райден закрыл глаза, тяжело, спокойно дыша и порыкивая с каждым выдохом, потихоньку привыкая к запахам, окружающим его. Боль внизу ушла и Дьявол смог вздохнуть полной грудью и даже дернуть цепями сковывающими его запястья, как следует и напугать наемников. Монсун дернулся, но не отпрянул, слегка поднимая брови и поджимая тонкие губы, пытаясь заглянуть в глаза Райдена. Снова какой-то шепот над ухом, исходящий от Ветра, в конце которого враг провел гибким языком по всему контуру ушной раковины, снова пуская разряды приятного тока по своему и чужому телу. -Всё. Теперь то я тебя жалеть не буду...- Сандаунер зарычал и сделал первый толчок в киборга, слегка подбрасывая и сжимая его бедро. Затем еще раз и еще, вгоняя свой член по основание, громко рыча, посмеиваясь и иногда шлепая Райдена, оставляя красные, болезненные следы. Цепи натягивались при каждом резком движении с характерным лязгом и душа Дьявола до потемнения в глазах. Но Джек терпел, не давая услышать его желанных стонов наемникам, даже когда Монсун прикасался к его органу, поглаживая и массируя его основание или вылизывал ему шею, заходя на уши. Как бы Ветер позади не старался выбить из него хотя-бы тихий стон, как бы не целовал его - Дьявол лишь слабо хрипел, не обращая никакого внимания на ласки и продолжая вслушиваться в приказы голоса в голове. У тебя нет права проиграть, Джек...Ты не проиграешь, Джек, и мистер Молния слушался, кусая себя за щеку, когда хотел застонать. Сэм еле заметно улыбнулся, наблюдая, как мясник старается выбить из Джека уже не стоны наслаждения, а стоны и крики от боли, но ничего не выходит. Сандаунер постанывал и быстро двигался в блондине, держа того за шею. Наносил удары по телу, не заходя на лицо, но блондин стойко держался и даже посмеивался над ними. -Ты будешь кричать от боли, *cuntboy...- Мясник грозно зарычал прямо в губы Райдена. Наверное любой бы на месте пленника, заскулил и заплакал бы от страха, но только не Джек Потрошитель. Его не так просто сломить. Джек перевел взгляд на Сэма, следящего за всем этим. Родригез заметил его взгляд, даже из-под белых прядей на лице. Джек ухмыльнулся, посмеиваясь и вновь посмотрел на головореза перед ним. Тот хмурился, вталкиваясь в его тело, иногда ударяя Джека и оставляя синяки, иногда кусал до крови. Монсун поцеловал Джека в губы, поворачивая его красивое лицо к себе и оглаживая указательным пальцем его скулы. Киборг улыбался, сквозь поцелуй, не отвечая на него и мельком посматривая на Сэма в паре метров от них. Дыхание сбивалось, когда Сандаунер насаживал его яростнее и прокусывая кожу, но только сбивалось, никаких стонов или просьб от Джека никто не слышал. Никогда в жизни они не дождутся этого. Райден шумно нервно дышал, подбрасываемый толчками головореза и смотрел сквозь него, либо же закрывал уставшие глаза. Киборг сглотнул подкативший ком к горлу из его слюны и сомкнул отяжелевшие веки, отрывисто выдыхая сквозь зубы и порыкивая. По щеке скатилась капля пота, падая на вздымающуюся грудь пленника и скатываясь по животу вниз, оставляя за собой поблескивающую влажную тропинку. В голове Дьявола продолжительным эхом раздавались звонкие шлепки, громкие стоны, грубые голоса наемников вперемешку с его собственным, внутренним и шумным дыханием, как у загнанной лошади. Ошейник стягивал его глотку, обделяя воздухом, неприятно натирая кожу и позвякивая цепью прямо над ухом, но Райден уже привык к этому. В нос бил запах железа, одеколона и пота. Мерзко...Аромат исходящий от Сэма намного лучше, хотя бы от запаха кофе у него не возникает кома в горле. Джек хмыкнул, слегка усмехнувшись и показывая белые небольшие клыки из-под растянутых губ. Снова сглотнул ком в горле и открыл глаза. Сандаунер весь покрасневший, держал его обеими руками за бедра и насаживал, и сам двигался навстречу, лежа спиной на полу. По комнате раздавалось рычание, хрипение и лязг цепей. Монсун улыбался, трогая лицо Райдена и целовал в приоткрытые губы, надрачивая партнеру и себе. -Природа не обделила тебя там, Джек. Это хорошо...- Блондин посмеялся, протягивая гласные и снова впился в губы пленника. Светлые, мокрые от пота, ресницы киборга подрагивали и он который раз посмотрел на Сэма. Бразилец тяжело и шумно дышал, рассматривая только его. Его лицо, волосы, тело, будто не насмотрелся на Райдена во время их секса. Джек понял чего ждет Родригез. Он ждет, когда его напарники закончат и покинут комнату, оставив их наедине. Одноглазый улыбнулся сквозь поцелуй с Монсуном и закрыл глаза. Снова тьма и собственные мысли, заглушающие потусторонние звуки и шумы. Сколько ты сражаешься с ними, Джек? Час? Хм, ты не знаешь...Но сейчас, ты молодец. Ты не позволяешь им услышать твои стоны, молодец. Голос в голове ехидничал и Джек вновь дернул цепями, выгибаясь в пояснице. -Тише. Мы почти закончили...- Сбивчивое дыхание Ветра позади опалило горячее и красное ухо киборга, от чего тот отодвинулся от врага. Очень неприятно, когда тебе дышат в ухо. Монсун лишь посмеялся, придвигаясь к нему еще ближе, прижимаясь горячим животом ко спине Джека. Райден распахнул глаза, чувствуя, как выстреливает белой струей на живот Сандаунера, но тот даже не обратил внимания, продолжая трахать его и шлепать по мокрым ягодицам. Монсун довольно засмеялся, сжимая член пленного и дроча ему интенсивнее, выбивая последние капли. Джек шумно выдохнул, но не застонал. По телу разлилось удовольствие, пробирая до костей своей волной. Пленник задрожал, ощущая, как со сдавленным стоном, сквозь стиснутые зубы, Монсун обливает его поясницу спермой и что-то шепчет, покрывая его шею сотней поцелуев и укусов. Ветер поднялся на ноги, поцеловав Райдена в губы напоследок и прошел к своей красной броне. Джек же почувствовал, как в него вливает свое семя мясник, полностью заполняя изнутри. Сандаунер ударил Джека рукой по щеке и сжал горло, вжимая его в себя и только потом, как из Райдена начало выливаться, стекая по его ногам на пол, встал и нацепил броню, щелкнувшую и послушно прицепившуюся на его тело. -Принцесска...- И ушел вместе с Монсуном, захлопнув железную дверь с громким грохотом, от которого уши заложило, оставляя Сэма и Джека один на один. Джек повалился на пол, облокачиваясь о ножку стола и вновь натягивая цепи. Голос в голове замолчал, оставляя за собой только пустоту и тишину, звон ушел вместе с ним. Горло саднило и болело, напоминая об ударах, удушении, ошейнике, кусающим его кожу и о том, что Потрошитель хочет пить, желательно свежей крови его врагов. Под ним натекла белесая небольшая лужа, пачкающая пол и бедра пленника, быстро высыхающая на теле и остающаяся липкими пятнами. Плечи, живот, спина и бедра были искусаны и покрыты ссадинами, дающими о себе знать тупой, ноющей болью. На шее из-под ошейника выглядывал красный натертый след, запястья ныли и зудели под плотными оковами. Зубы постукивали друг об друга за дрожащими искусанными и покрытыми мелкими трещинками губами. Белые пряди волос прилипли к мокрым щекам и цеплялись за влажные длинные ресницы, мешая нормально моргать и смотреть. Потрошитель тяжело дышал, хрипя и странно посмеиваясь, будто его это всё только позабавило, будто ему это только понравилось, эти оскорбления, удары, укусы... По подбородку стекала тонкая поблескивающая струйка и пленник облизнулся, растягивая губы в ухмылке, размазывая по ним холодную слюну и смеясь громче. Препарат больше не действовал и Джек приоткрыл глаза, переводя взгляд на Родригеза находящегося в нескольких метрах от него. Сэм заметил алое поблескивание в радужках и поднялся на ноги, медленному подходя к пленному. Потрошитель смотрел на него, слегка прищуриваясь от света лампочки в глаза и смеялся, оскаливался, как дикий волк. Сэм сел напротив него и взял за острый подбородок. Джек улыбнулся шире, приподымая брови и показывая острые клыки. Киборг кинулся к Ветру, но цепи остановили его с лязгом натянувшись и оковы до боли впились в кожу, кусая и грызя её. Потрошитель заскулил с громкими хрипами, засмеялся, надрывая глотку, выгибаясь в пояснице и протягивая руки к лицу Сэма. Ребра натягивали кожу, легкие то увеличивались в объеме, то уменьшались. Джек сопел, выдыхая через нос и снова заскулил, задыхаясь и улыбаясь. -Я хочу твоей крови...Сэмми...- Потрошитель отодвинулся от брюнета, отдышавшись и хрипло откашлявшись...И вновь сделал рывок, натягивая цепи и душа себя в свое же удовольствие.- Я хочу убить тебя и сожрать твои внутренности, а потом запить их твоей кровью, Сэмми. Джек сглотнул, облизывая пересохшие губы и ухмыляясь, смотря на мужчину красными глазами и истерично хохоча. Наемник улыбнулся и взял его за шею, отодвигая от своего лица и не давая возможности душить себя, не нужно, чтобы Джек умер здесь, вообще не нужно, чтобы Джек умер. Потрошитель прикрыл глаза и зашипел, слушая приказы больного разума и вновь объявившегося голоса внутри. Наемник тяжело вздохнул и принялся снимать ошейник, расстегивая его многочисленные заклепки с тихими щелчками, ласкающими слух пленного перед ним. От каждого нового щелчка расстегнутой заклепки Потрошитель улыбался шире и посмеивался громче и радостнее. Ошейник разжал свои убивающие объятия и отпустил шею Джека, даря все время недостающий воздух, некую лживую свободу и показывая всем, что он успел наделать, будучи на пленном. На шее красовался красный, местами фиолетовый след, оплетая её подобно ожерелью. Молния свободно вдохнул и вновь посмотрел на Сэма. Железные пальцы коснулись багрового ожерелья на его шее и тот зашипел от обжигающего холода и боли. Другой рукой наемник гладил Потрошителя по волосам, наблюдая, как тот восстанавливает свое нервное дыхание, облизывается и перестает смеяться. Глаза потихоньку стали привычными светло-серыми и Райден встряхнул головой, приходя в себя. Родригез улыбнулся, прижимая холодную всю ладонь к следу от ошейника. Блондин сдавленно зашипел, но боль вскоре ушла, а её подменила расслабленность и дрожь от мороза на шее. Но так даже лучше, след теперь ныл не так сильно. Джек тяжело вздохнул, вглядываясь в карие темные глаза. -Почему ты не присоединился к ним?- Прохрипел киборг, заливаясь новым, тяжелым кашлем. -Я привык наслаждаться тобой в одиночку.- Бразилец растянул губы в лисьей фирменной ухмылке и приподнял одну бровь, облизываясь. -Мерзкий, самодовольный попугай из Бразилии.- Пленник зашипел, а наемник лишь громко засмеялся. Джек фыркнул, следя за его движениями. Рука зачесала белую прядку за ухо, а кожа под пальцами Сэма покрылась мурашками и Райден снова вздрогнул, дернувшись от чужих рук. Реактивный впился своими губами в его, проникая в рот языком и удерживая пленника за острые скулы. Поцелуй длился около минуты, а затем брюнет горячо выдохнул блондину в шею, пощекотав её носом и направился к двери, взглянув на Райдена у самого порога. Тот следил за ним и смиренно молчал. Бразилец хмыкнул и вышел из комнаты, а пленник снова остался наедине со своими мыслями. * * * Джек приоткрыл глаза и перевел уставший взгляд на бледный свет лампочки над его головой. Губы зажили и блондин часто облизывал их, слегка прикусывал, думая обо всем на свете. Чаще о том, как бы выбраться отсюда, что думает о нем его команда, похоронили ли они его или еще ждут сигнала от него, почему его заклятый враг проявляет мелкую, но заботу, почему они ничего не спрашивают о его базе, почему к нему ходят только Сэм, Монсун и Сандаунер? Джек не знал, но продолжал вести монологи с пустотой внутри или редко появляющимся голосом. Он сходит с ума...Нужно уходить отсюда и чем раньше, тем лучше. В комнате всегда было душно, но как только ты садишься или прикасаешься к полу и стенам - тело вздрагивает от исходящей от металла прохлады, обволакивающей твое тело. А еще в комнате было тихо и одиноко, но Джек привык к одиночеству, оно всегда рядом с ним, всегда сидит его в груди и морозит человеческое сердце...Иногда, часами расхаживая по комнате, разминая затекшее после короткого сна тело, в ушах слышится тихий писк или звон и киборг встряхивает головой, выбивая его. Засыпает он чаще на столе, на котором очнулся. Но это трудно назвать сном. Обычное короткое прибывание во тьме, без снов, без картинок, а когда ты открываешь глаза тебя радостно встречает головная боль, усталость, отекшее тело и свет лампочки. Ты встаешь и твой позвоночник хрустит, пока ты разминаешь его и ходишь по комнате, а тело медленно возвращает тебе чувствительность и ощущения. Здесь пахнет железом, кофе, грубым одеколоном, кровью, потом и всем чем только можно и от этого кружится и болит голова. Даже не помогают вентиляции и кондиционеры, Райден все равно чувствует эти запахи, бьющие прямо в нос и как бы он не чихал, они не уходят. С каждым днем двигать руками все тяжелее и тяжелее, следы от оков точно станут шрамами на всю его жизнь и жестоким напоминанием о плене и о том, что не стоит подставляться под удар во время боя. А не гниет ли его кожа под ними? Райден принюхивался, но чуял только запах железа. Здесь нет ни календарей, ни связи, а Сэм молчит на все его расспросы. Сколько он находится здесь? Неделю...Или больше? А что успели сделать Десперадо за это время? Блондин хмыкнул, не зная ответа и посмотрел на свою броню, а та смотрела на него. Снова это давящее ожидание и тишина. Ноги болели и Потрошитель ходил по камере и разминал затекшие конечности или просто, чтобы не сойти с ума. Пол был холодным и грязным и неприятно кусал своим холодом ступни пленника. Джек много раз пытался дойти до своей брони, лежащей на столе в противоположном конце комнаты, но цепи вновь и вновь натягивались в метре от его цели и киборгу приходилось возвращаться назад. В воздухе пахло железом. Райден давно привык к этому запаху. Во время своих миссий он постоянно ощущал его вперемешку с запахом крови от которого идет голова кругом, а Потрошитель внутри облизывается, хохочет и рвется наружу, дабы окунуться в кровь своих врагов и пожрать их потроха, стоя на их же трупах. Снова ощутить, как на лицо и грудь хлещет кровь из тел слабых противников, как она заливает ему всю броню, лицо и волосы. Как стекает по рукам и с тихим плеском капает на землю. Услышать, как хрустят кости его врагов под его ногами, как хлюпает из их перерезанных глоток кровь, разливаясь огромными лужами под их телами. Ощутить, насколько быстро бьется твое сердце, как адреналин бьет в голову, как дрожит твое тело, требуя большего, больше трупов, больше криков, больше мучений других. Почувствовать, как твоя катана входит в человеческую плоть, как раскаленный нож в масло. Услышать, как рвется мясо и кости. Потрошитель требует этого, сидя глубоко внутри, скованный цепями здравого рассудка. Райден сдерживал его, сдерживал его очень долго, но когда разум ослабевал в плену - Потрошитель вырывался наружу и кричал, бил стены, а потом слизывал собственную кровь с костяшек пальцев, смеясь и хрипя что-то невнятное. Джек бился об давящие стены и ненавидел себя за ту нелепую ошибку из-за которой он сейчас здесь, в плену, без связи с базой и вообще с внешним миром. Его не выпускают отсюда, еду и воду приносит лично Родригез и кормит его, как несчастную собаку, сидящую на цепи. Иногда приходит с тряпкой и вытирает все тело Райдена, снимает одну окову, протирая след от нее, крепит и другую, по очереди и уходит, ничего не говоря. Сколько раз пленник пытался ударить Реактивного, когда тот снимал окову? Раз десять? И все, как один проваливались с треском под ухмылку врага. Он смеется над беспомощностью Белого Дьявола? Хм, да, его веселит, что Райден до сих пор сопротивляется, вырывается и рычит. Джек зарычал от этой мысли, сидя на подогнутых под себя ногах. Укусы почти зажили, а синяки прошли, но все равно Джек помнит все то, что с ним происходило. Всё до единой детали. Как после того изнасилования еще приходил Сандаунер к нему и заставлял заглатывать у него, как Джек кусал его и получал сильные удары от которых звенело в ушах. Как к нему приходил Монсун и усаживал на себя, поглаживая и целуя его тело. Как говорил с ним, трогая его лицо и улыбался, комментируя, когда глаза Райдена вспыхивали алым пламенем. Как на это молча стоял и смотрел бразилец, скрестив руки на груди. Просто молчал и смотрел, как пленника насаживают на себя, как дешевую шлюху прямиком из ближайшего борделя. Джек не смотрел на него. Он ненавидит Родригеза за то, что тот молчал и смотрел, что тот побеждал его во всех, даже зрительных схватках, но вместе с этим Джек находит в нем достоинство, разум и достойного противника, чего нет у остальных убийц Десперадо. Райдену нравится смотреть в эти темно-карие глаза, на эти темные волосы, собранные в хвост, на шрам пересекающий глаз и который придает наемнику...Опытности? Более угрожающий вид? Но...Киборг все так же ненавидит бразильца, хочет впиться зубами в его глотку и держать, пока тот не перестанет ухмыляться. Он ненавидит его ухмылку, которая постоянно красуется на лице Родригеза. Она его бесит. Хочется хорошенько двинуть по этой наглой морде и стереть её. Когда Джек выдыхался биться об стены и дергать цепи, то просто садился на пол и молчал, ожидая, когда боль в руках исчезнет и снова можно будет начать дергать и пилить цепи об край стола. Он хочет на свободу, безумно хочет. Он не может просто так взять и умереть здесь, в запертой комнате, забившись в угол. Он не сломается. Голос в голове твердил это и Джек слушал его. Райден прислушался в звуки за дверью. Никого и ничего. Пленник подполз ко столу и вновь стал пилить цепь об достаточно острый край стола, по уже наметившемуся и выделяющемуся, миллионом царапин, вмятин и прочих повреждений, месту скреплений двух колец. Уши закладывало от этого противного непрерывающегося скрежета, но выбора не было. Либо он терпит этот отвратительный звук и выбирается на свободу, либо умирает здесь в позоре. Киборг сцепил зубы и слушал веления внутреннего голоса. Тот шептал ему о свободе и прохладном ветре снаружи, который уже ждет его, осталось только снять оковы. Джек сглотнул приостанавливаясь и вслушиваясь в шум за дверью. Кто-то медленно шел к его двери. -Черт...- Джек отпрянул от стола к стене и закрыл глаза, прикрывая руки с цепью ногами и опираясь спиной о холодный металл. Дверь приоткрыли и неторопливо зашли, закрывая её за собой. Щелкнул замок. Раздалось медленное постукивание чьих-то каблуков, приближающееся к нему и Райден понял кто именно зашел к нему. Монсун сел на корточки напротив пленника и провел тыльной стороной ладони по его щеке. Неприятно. Очень неприятно, когда кто-то касается его лица. Молния приоткрыл глаза и посмотрел на улыбающегося Ветра. Ладонь в красных перчатках прошлась по шее Райдена, оставляя легкие невидимые царапинки на шершавой коже. Другая рука нащупала кнопочку под скулой и нажала на неё. Броня с тихим щелчкам отошла от тела и Монсун сел к Белому Дьяволу, отцепляя паховые пластины и усаживая рычащего Джека на себе. Враг с легкостью вошел в разработанное тело пленника, сжимая его бедра и сразу же стал двигаться, целуя покусанные губы. Райден сомкнул веки и расслабился, ритмично насаживаясь на член врага и позвякивая цепями. Ветер гладил его, прижимал к себе, что-то говорил и постанывал на ухо, но Джек не слушал. В голове лишь стоял далекий шепот Монсуна и звон цепей, раздающийся эхом по стенкам его больного сознания. А потом это все закончилось тихим щелчком и Джек приоткрыл глаза, осматриваясь. Монсун закрыл дверь, а пленник чувствовал, как по его пояснице стекает что-то горячее и липкое. Джек тяжело вздохнул и снова закрыл уставшие глаза. Хотелось спать и Райден все таки позволил себе упасть, в обхватывающую своими множественными руками с когтями, поглощающую тебя целиком, липкую, холодную, неприятную, тьму, без снов, шорохов, голосов, без ничего. * * * Проснулся Джек сам не зная от чего, то ли от головной боли, зуда в ногах или просто потому что тьме надоело его обволакивать и она выплюнула его, как мусор, возвращая в эту ненавистную камеру. Лампочка все так же пялилась на него, все так же смотрела на него броня. Джек повернул голову и позвонки хрустнули, позвоночник и всю спину затянуло болью. Киборг пошевелил пальцами ног, приводя мышцы в хоть какую-нибудь чувствительность. В икрах закололо сотнями маленьких иголочек внутри и Джек с трудом выпрямил ногу, похрустывая суставами коленей и щиколоток. Духота надавила на него с новой силой, когда он начал подниматься, с кусающего своим холодом кожу, пола, будто не желая, чтобы он вообще вставал. Давила на грудь и все тело, но киборг, сделав вдох и выдох, поднялся, разминая затекшие ноющие конечности. Немного побродив и вернув телу ощущения, Джек сел около стола и вновь начал пилить цепь, иногда останавливаясь и прислушиваясь. Цепь скрежетала, будто упрашивая своими скрипами и скрежетом, остановиться, но Джек только сжал зубы и вновь прислушался к звукам за дверью. Вновь кто-то подходит к его камере. Пленник сел к стене, снова закрывая цепь ногами и вслушиваясь в звуки лучше. Да, кто-то размеренным чеканным шагом двигался к его двери. Киборг закрыл глаза, облокачиваясь на стену, а духота радостная с удовольствием придавила его получше, сдавливая грудь и мешая дышать. Уставшие мышцы расслабились. Дверь со скрипом отворилась и в комнату кто-то вошел. Тишина, хлопок дверью, снова тишина. Немного постояв к нему подошли. Нос защекотал запах кофе и киборг догадался кто сидит перед ним. Райден медленно открыл глаза, встречаясь с пристальным взглядом темно-карих глаз Реактивного Сэма. Тот не ухмылялся и киборг удивленно приподнял бровь. Бразилец погладил Джека по волосам и слегка улыбнулся, тяжко вздыхая. Волосы уже были грязными и серыми, как и кожа, а запах мяты перебивал запах немытого тела. Наемник чесал пленника за ухом, всматриваясь в его глаза. В этот вечный холод с оттенками ненависти к нему, видит, как Райден хочет убить его, но в то же время и уважает и...симпатизирует? Сэм хмыкнул, держа ладонь на щеке блондина. Потом Райден заметил зажатую тряпку в другой руке мужчины, с которой капали холодные капли на пол. Наемник наспех вытер лицо Райдена, шею, плечи и остальное тело. От холодной влаги стекающей по телу Джек пришел в чувство и покрылся мурашками, вздрогнув. Капли скатывались по щекам на губы и затекали в рот. Мышцы перестали болеть и Джек уже почти был готов вслух поблагодарить наемника. Затем же, Сэм достал высокочастотный нож с длинным лезвием, висящий у него на поясе и которым можно разрезать эти цепи и вонзил в пол рядом с Райденом. Блондин смотрел на оружие, а затем перевел взгляд на наемника. Тот встал на ноги и отошел на несколько метров. -Дальше сам.- И вышел из камеры, не запирая дверь. Джек тут же вытащил клинок из пола и стал разбивать им оковы на ногах, а затем и на руках. Разбитые кольца цепей со звоном и лязгом посыпались на пол, а киборг вскочил на ноги и шатаясь на каждом шагу, дошел до своей брони и стал быстро напяливать её. Нажимать на кнопку, скрепляя вместе пластины и продолжая прикреплять недостающие. Железо больно, но терпимо, впивалось в кожу без защитного костюма, покусывало и давило. Надев последнюю защитную пластину с датчиком на уши и прикрепив их, Джек забрал нож и вышел из камеры, пошатываясь. Металл сковывал движения и давил на тело, еще и замедляя Райдена, как какой-то капкан или панцирь. Сжимал его мышцы и стягивал, мешая двигаться, но Джек дошел до двери и дернул её на себя. Та поддалась и он вывалился, шатаясь, в длинный коридор. Охраны почему-то не было. Сэм отозвал её? Ну и плевать, ему же лучше. Не о каких прыжках, сальто и трюках и говорить нельзя было, он кое-как бегал через боль в ногах и убивал изредка попадающихся солдат, мелькающих в коридорах. Их было очень мало, около пяти на всем его пути. Сердце колотилось, а дыхание стало прерывистым и нервным, железная челюсть давила на настоящую, живую, мешая открывать и шевелить ртом. Джек оборачивался, ища выход и спустя какое-то время скрытных блужданий по коридорам, он нашел его. Стеклянные раздвижные двери, которые Райден чуть ли не снес, выбегая наружу под ледяной ливень и мчась, как можно дальше от этого проклятого здания на негнущихся ногах. Джек упал на колени в ста или больше метрах от базы Десперадо и поднял лицо к небу, застланному темно-серыми тучами. Холодные капли приятно били по лицу, стекая по броне на землю и образуя глубокие большие лужи, отражающие в себе небо. Волосы промокли и прилипли к лицу. Райден глубоко и шумно дышал, наполняя легкие таким свежим и бодрящим воздухом, забывая о том душном и мерзком в его камере. Наконец-то. Он ждал этого момента, долго ждал, пиля ту цепь. Ждал, когда сможет упасть на землю под дождь, вдыхая холодный воздух, обжигающий глотку и легкие внутри. Дождевая вода смывала с него всю ту грязь и уносила ручьями по тротуару прочь от него. Джек выдохнул, выпуская в воздух клубы белесого пара и обернулся на базу Десперадо. У стеклянных дверей стоял Реактивный Сэм, поднимая к небу что-то длинное и поблескивающее серебром в свете, пробивающегося сквозь тучи, солнца. Райден около минуты всматривался в предмет в железной кибернетической руке, пока не понял, что это. Это его катана, которую у него отобрали, когда он был без сознания. Джек усмехнулся, смахивая крупные капли с мокрых ресниц. -Считай, это мой подарок тебе...- Райден медленно поднялся с колен, игнорируя стискивающие его железные пластины и вызывая базу, следя за фигурой вдалеке. Сэм опустил руку с катаной и продолжил наблюдать за Потрошителем, довольно ухмыляясь. Каштановые прядки, выбившиеся из хвоста, прилипли к его лбу. На вызов Райдена ответил шокированный и перепуганный Кевин. -Джек, бро, ты жив?!- Сзади парня появился удивленный и счастливый Док, шепчащий что-то на немецком. -Да. Отследите меня и пришлите вертолет...Это долгая история.- Прохрипел киборг, отключаясь и вновь посмотрел на наемника, а затем побежал прочь, мелькая серебром в свете негреющего солнца и капель воды. -Я обязательно возьму тебя в плен еще раз, *pretty boy..- Шум дождя заглушал его собственный голос в его ушах. Сэм ухмыльнулся и ушел на свою базу, крепко сжимая, оставленную Райденом ему, катану и закрывая стеклянные двери.