Пак Чимин, ты вляпался

Переступив порог родной квартиры, омега закрывает за собой дверь и скатывается по ней спиной. Там, на кухне, сейчас пялится в окно Юнги, терзая себе душу запахом кофе, пытаясь залечить раны, а Хосок чувствует, что оказался на пути своего счастья и отпускать его не намерен. Только вот как сказать об этом израненному сердцу? Как сказать, что больше не способен облегчить участь Мина хотя бы на миг? Хотя какое там... Они с самого начала поняли, что все это лишь иллюзия, которая ничем не помогает. Их совместное существование не лечит раны, а лишь посыпает солью, заставляя затухающие очаги снова действовать, ещё и с двойной силой. Болью боль не исцелить. Это истина, которой нельзя перечить. Сжимая ладонями пряди волос, Хосок прикрывает глаза, представляя на секунду счастливого Юнги рядом с парнем, лица которого омега не знает, и малышом. Почему все перевернулось в его жизни? Почему они оба оттолкнули свое счастье? И почему Чону выпал второй шанс, а Мину нет? Возможно, второго шанса у него вообще не будет? Что если у него всего одна дорога? Та, с которой он сошел. И это та же дорога, куда он должен, просто обязан вернуться. Делая глубокий вздох и поднимаясь на ноги, омега направляется прямиком на кухню и, замечая Юна за столом, как и ожидал, останавливается в дверном проёме. — Юнги, — поджимает губу и набирает в лёгкие побольше воздуха, — мне кажется, нам нужно серьезно поговорить. — По поводу? — низкий прокуренный голос вызывает мурашки, пока Хосок присаживается напротив и обхватывает руками крупную ладонь беты. Холодный и безразличный взгляд пробирает насквозь. Такие глаза омега видел ранее. У животного, которое понимает, что смерть близка. У людей, что в скором времени совершали суицид. У серийных убийц, которым плевать на чью-то жизнь, т.к. собственная залита кровью. Взгляд безразличия, по мнению Хосока, самый ужасающий. Страшно смотреть в такие глаза. Очень страшно. — По поводу нашего образа жизни. Так не может продолжаться вечность, ты так не считаешь? — с дрожью в голосе начинает парень, пытаясь увидеть хоть какую-то эмоцию, кроме полнейшего разочарования. И видит. Видит горькую усмешку на бледном лице. — Нашел себе кого-то? — сердце омеги пропускает удар, но что он может? Юнги за это время научился читать его, как раскрытую книгу. Теперь эти двое понимают друг друга лучше, чем кто-либо другой. Поэтому скрывать нет смысла, хотя и намерений подобных не было. Пора решить все раз и навсегда. — Ты прав, — уверенно кивает Чон и забирает чашку, делая глоток, — сегодня я встретил человека, который за каких-то полчаса общения вселил в меня надежду. Один его взгляд сказал мне, что я могу быть счастливым. И знаешь, я смогу, — Юнги кивает и откидывает голову назад. — Раз ты почувствовал нечто подобное, то ты просто обязан стать счастливым. Не стоит волноваться обо мне, Хосок. Тебя должны оберегать, как цветок. Ты этого заслуживаешь, — глубоко вздыхает Мин и смотрит на вазочку с цветами на подоконнике. Чон переводит взгляд на цветы и кивает себе. — Ты прав, — грустно улыбается омега и снова смотрит на парня напротив. — Знаешь, эти слова я говорю чаще, чем твое имя. Думаю, ты говоришь слишком много правильных вещей. — Если бы я не делал этого, в кого бы ты превратился? — за долгое время парень искренне улыбается одними уголками губ. Но этого достаточно, чтобы добавить смелости хрупкому и нежному Хосоку. — Ты снова прав. Такое ощущение, что ты специально делаешь это, — смешок срывается с губ парня. Такие вот моменты приносят облегчение. Хочется, чтобы всегда была возможность так вот свободно общаться, не думать о проблемах и просто радоваться каждому дню. — Кто знает, — загадочный голос заставляет улыбнуться. Но спустя несколько секунд появившееся серьезное лицо даже немного пугает бету. — Ты часто смотришь на цветы, — многозначительная пауза вынуждает Юна вновь взглянуть на букет желто-розовых бутонов. — Сказал, что я заслуживаю того, чтобы меня оберегали, как цветок... Ты правда так считаешь? — Я бы не сказал, если бы не думал так. Но что за вопросы? — складывает руки под грудью, замыкаясь от окружающего мира. — Но, Юнги, как же твой цветок? Разве он не заслуживает того же? — даже утвердительно произносит вопросы Хосок, глядя в расширенные глаза. — Ты сказал, что не можешь быть рядом с ним. А может ли он без тебя? — Что ты... — хотел было прервать бета, но уверенность из парня сейчас бьет ключом. — Помолчи и подумай своей головой! А если он погибает без тебя? Если твои действия только губят его?! — омега ударяет кулаком по столу и слегка морщится от боли. — Хосок, ты же понимаешь, что я его оставил. Со мной ему будет хуже. — Это он сказал тебе? — казалось бы, обычный вопрос, но именно он ввел в заблуждение. — Что? — бессмысленное слово. — Я спрашиваю, это он сказал? — давит на друга омега. Глаза начинают судорожно метаться по комнате. Разве Тэхен говорил? Разве хоть раз сказал, чтобы он не возвращался. Ким никогда не говорил, что с ним будет плохо. Только смотрел с любовью и нежностью. — Не говорил, значит? — усмехается Хосок. — Ты сам решил все за двоих. Сам вбил себе это в голову. И я не могу это оставить так. Если не поговоришь с ним, то я сделаю это за тебя. — Хосок! — Юнги! Ты не можешь убивать вас обоих. Твоё счастье — твое право. Но осчастливить Тэхена — твоя обязанность. Ты поедешь к нему прямо сейчас. И не возвращайся сюда сегодня. Я буду занят своей личной жизнью. Поэтому займись своей. Прислушайся ко мне хоть раз, — впихивает в руки Юна куртку и вышвыривает его прямо с обувью за дверь. — Пока не сможешь сказать мне, что разобрался со всем, можешь забыть о моем существовании. — хлопает дверью и вздыхает. — Правильно ли я поступаю? — Хосок... — опускает взгляд на обувь Юн и шепотом добавляет. — Спасибо. Кажется, Юн больше не может быть эгоистом. Пора сказать правду. Даже если ответ причинит вдвое больше боли, чем есть сейчас.

***

Очень страшно стоять перед знакомой дверь. Страшно нажимать на звонок и слышать снова эту мелодию, которую тысячу раз говорил заменить. Страшно встретиться со смыслом своей жизни. Хочется спрятаться и сбежать. Только когда оставил Тэ, бета понял, какой на самом деле трус. Но нужно бороться с собой, чтобы получить то, чего хочешь. А Мин хочет защитить. Поэтому не может позволить себе сбежать снова. Ожидание прерывается щелчком замка и тихим вздохом. — Юнги... — руки альфы начинают трястись, поэтому он сжимает их в кулаки. — Ты можешь выслушать меня? — произносит парень и, не слыша ответа, начинает монолог. — Все это время я пытался переосмыслить свою жизнь. Каждый день я думал о будущем и прошлом. Думал, что был счастлив с тобой. И дальше был бы, если бы не мой страх. Я позорно сбежал, боясь ответственности. Каждый день я пытался забыть тебя. Я изменил тебе в тот же день, что ушел. И спал с этим омегой дальше, надеясь, что в один день ты больше не приснишься мне. Я ублюдок. Настоящий мудак. Напился и сделал глупость, а потом ещё и ещё. Мы с ним замкнулись в этом круге, хотели избавиться от чувств, хотя осознавали, что только больнее делаем себе. Я не мог вернуться. Я не достоин видеть тебя после того, что сделал. Смотреть тебе в глаза после того, как столько раз предал. Я решил, что никогда не посмею приблизиться к тебе больше. Все это время я просто проживал дни. Без всякого смысла. Думал, что так будет и дальше, но... Тот омега сказал, что больше мы не можем так жить. Он вышвырнул меня и сказал, чтобы разобрался в своих чувствах. Говорить это тебе не правильно, но знаешь, я благодарен ему. Тэхен, я не могу просить тебя простить меня. Не могу наплевать на твои чувства снова. Но знай, что ты являешься смыслом моей жизни. Я здесь, чтоб сказать тебе это, — Юнги ещё пару минут посмотрел на разбивающиеся и, так и не набравшись смелости взглянуть в глаза, покинул квартиру, вызывая лифт. Стало немного легче. Хотя сердце жутко болит, душа чувствует облегчение. Мин смотрит, как сменяются этажи, и лифт достигает нужного. Двери раскрываются с характерным звуком, а в голове мелькает: "Вот и все". Парень закрывает глаза и делает шаг, который навсегда покончит с прошлым. Теперь точно конец. Двери закрываются. Тишина. Мин не чувствует движения вниз. Только боль в районе запястья и знакомый запах. Глаза распахиваются и видят перед собой все тот же лифт, все те же стены. — Не уходи, прошу, — слеза всё-таки стекает по щеке, пока ритм сердца учащается. — Тэхен... — единственное, что может вымолвить бета. — Я так ждал твоего возвращения. Прошу, не оставляй меня, — тихо всхлипывает Ким, сильнее сжимая худощавое тело. — Но я же изменил. Неужели ты можешь простить такое? — искренне удивляется Мин. — Ты сказал, что я — смысл твоей жизни. В моей жизни два смысла: первый — Юнхен, второй — ты. Я прощу тебе все. Только останься рядом с нами. Я люблю тебя, — поворачивает к себе лицом застывшего бету и смотрит прямо в глаза. — Люблю, понимаешь? Не нужно больше слов. Не нужно больше разговоров. Обветренные губы накрывают нежные альфовские, смакуя привкус карамельных конфет, которые Тэхен так любит, растягивая момент, желая, чтоб он никогда не заканчивался. Чувственно и нежно, боясь навредить, бета целует, как последний раз, чтобы никогда не забыть, хотя это невозможно. Табун мурашек пробегается по всему телу, электрический ток мелкими разрядами проходится по телу, заставляя желать больше. Страсть решает добавить огоньков внутри, пока языки сплетаются, связываясь в морской узел и забирая весь воздух, заставляя разорвать самый сладкий в их жизни поцелуй. Не хотелось переступать черту. Но что делать, если тело любит не меньше сердца? Мин лишь опускает взгляд на свой стояк, замечая такой же бугорок в штанах напротив, и шумно вздыхает. Приятно очень видеть чувства Тэхена. Приятно замечать румянец на его щеках. А ещё спустить в штаны хочется, когда альфа смущённо трётся пахом о бедро и стонет призывающе. — Тэхен, — хриплым голосом ударяет по перепонкам младшего и смотрит в томные глаза, а тот лишь затягивает в комнату и закрывает дверь, прижимая к ней возлюбленного и наваливаясь всем телом, прижимаясь бедрами вплотную. — Возможно, этот день должен был стать самым нежным в нашей жизни. Но я каждую ночь просыпался со стояком. Ни одной ночи не провел без снов о нашей близости. Ты нужен не только мне, Юнги, — расстёгивает ширинку Ким, спуская штаны, чтоб поскорее показать, как сильно он скучал. — Все нормально, — подталкивает ближе к тумбе альфу и спешит снять лишнюю одежду. — Ты... — Я растянут сейчас... — немного краснеет Тэ и, закусывая губу и опираясь руками на тумбу, оттопыривает пятую точку. Тихие шлепки наполняют комнату, когда горячий член погружается в податливое колечко мышц, так приятно сжимающее внутри. Нет, он никогда подобного не чувствовал с другими. Только с Тэхен так хорошо, как в раю. Любовь творит чудеса. Плавные движения туманят разум обоим. Тихие стоны заглушаются поцелуями, а наслаждение накрывает одновременно. Глубокие вздохи, мимолётные улыбки и долгие объятия. — Прости, — слетает с губ перед тем, как прижать к себе. — Давно простил, — счастливо улыбается парень, обхватывая крупную ладонь и утягивая в дальнюю комнату. Юнги лишь молча делает уверенные шаги. Хотя он знает, куда его ведут, он уверен, что любая дорога, по которой он пойдет, превратится в дорогу счастья рядом с его солнцем.