Варадеро

В щеку Широ тычется холодный нос, а потом его сменяет широкий шершавый горячий язык и это абсолютно точно не Кит и не Лэнс. Широ открывает глаза и точно — волк Кита стоит возле кровати и помахивает хвостом, будто лабрадор, а не инопланетное существо. Убедившись, что Широ проснулся, он тут же уходит в коридор, цокая когтями по деревянному полу. Широ продолжает лежать в кровати, приходя в себя, прислушивается к звукам с улицы: крики птиц, голоса во дворе, шум деревьев. День сегодня ветреный, от порывов воздуха раздуваются легкие шторы. Широ лежит несколько минут, рассматривая раскиданные еще со вчерашнего дня вещи Кита. Под боком не чувствуется тепла, видимо, Кит встал раньше. Широ переворачивается на спину, потягивается и впервые за все дни замечает часы над дверью. Они показывают одиннадцать часов. Вся сонливость сразу пропадает, Широ просто не помнит, когда он в последний раз столько спал. Он неловко подбирает свои брюки с пола и натягивает на себя, одновременно вставая. Дом ощущается пустым, зато двор, куда выходит окно комнаты, наполнен смехом детей, разговорами и звоном металла. Широ облокачивается на подоконник, смотрит вниз: прямо под его окном развязали сражение Кит и Лэнс. У Кита привычный для него клинок галра, который достался ему по наследству. У Лэнса определенно его же баярд, но вместо огнестрела, которым он привык пользоваться, большой и красивый палаш, отличающийся от того, каким мечом пользовался Кит в свою бытность красным паладином. Лэнс делает выпад, но Кит легко уворачивается. Кит двигается быстрее, резче и так ловко, что иногда напоминает танец. Лэнс скупой на движения, но скорее всего потому, что не знает, как лучше нападать. После очередного неудачного выпада Лэнса Кит убирает свой клинок за спину, на ходу возвращая ему его мини-размер: — Согни колени, — слышит Широ. Остальное пропадает за шумом ветра и звуком мотора — Широ свешивается почти из окна и видит отца Лэнса, который показывает свою машину Ханку. Когда он переводит взгляд обратно на Кита и Лэнса, то они уже стоят близко-близко друг к другу, скрестив клинки. Еще немного и, кажется, посыпятся искры. Широ жаль, что он не может видеть их лиц, они слишком далеко, но тут Лэнс внезапно отклоняется, его спина становится почти параллельно земле, демонстрируя его гибкость. Кит мажет мечом по воздуху, а Лэнс удивительным образом оказывается сзади него и берет шею Кита в захват. Правда, меч его просто висит в другой руке, вместо того, чтобы угрожать противнику, и Кит, пользуясь этим, перекидывает Лэнса через себя на траву с глухим стуком. — Что вы тут устроили? — пронзительный и громкий голос мамы Лэнса доносится с угла дома. Она идет к ним стремительным шагом, за ней идет Кролия — интересно, зачем? Клинок Кита в то же мгновение превращается в кинжал, а палаш Лэнса обратно в баярд. Кит помогает ему подняться: — Сражения на мечах? Серьезно? А если кто-то поранится? — Они же паладины, — скорее угадывает, чем слышит Широ то, что говорит Кролия. — Вы сюда отдыхать приехали, в другой раз потренируются, — маму Лэнса слышно лучше всех. — Вы меня поняли? Кажется, Кит и Лэнс соглашаются, а Кролия начинает спорить с мамой Лэнса. В этот момент сам Лэнс поднимает голову, улыбается Широ и машет рукой. Его мама прослеживает взгляд и расцветает такой же улыбкой: — Широ, милый! Ты так долго спал, что мы позавтракали без тебя. Извини! — Ничего, — как можно громче отвечает Широ, свешиваясь из окна чуть ниже. Ему в бок начинает тыкаться знакомый мокрый нос. Не дождавшись реакции, волк опирается передними лапами на подоконник, выпускает изо рта обслюнявленный теннисный мячик и бьет своим хвостом по спине Широ. — О, он у тебя, — улыбается Кит, заметив своего волка. — Но на кухонном столе ты сможешь найти тортилью и несколько свежих булочек, — продолжает мама Лэнса. — А потом сразу выходи на улицу, мы сегодня весь день собираемся провести на пляже. — Понял, мэм! — отвечает Широ, распрямляясь, и собирается следовать инструкции. — Кинь мячик сюда, Широ! — кричит Кит. Широ бросает мячик в окно, и волк тут же выпрыгивает за ним, исчезает, появляется через несколько метров, ловит его на лету, а в следующий раз появляется уже рядом с Китом, в игривой позе. — Хороший мальчик! — Широ замечает краем глаза, что Кит пытается отобрать мяч у волка, но тот не дается. На кухне обнаруживается Лэнс. Он стоит спиной ко входу на кухню, что-то делает у плиты. Широ немного сносит голову в этот момент, это слишком похоже на то, что он хотел бы видеть каждый день, когда их путешествие по космосу закончится. Так легко, оказывается, подойти к Лэнсу сзади, обнять его за талию и поцеловать в шею вместо приветствия. — Широ, — Лэнс шипит, и Широ отпускает его. — Извини, но тут вся моя семья, а они уже сказали, что вы с Китом безумно красивая пара. Так что меня могут объявить разлучником, — Широ фыркает от смеха. — Не то, что я стесняюсь вас, но будет довольно сложно объяснить тот факт, что я встречаюсь аж с двумя парнями. А я не хочу тратить время на ссоры или объяснения. И так всего три дня. — Понимаю, — кивает Широ, усаживаясь за стол. Лэнс ставит перед ним тарелку. Его бедро немного выдвинуто в сторону, от этого штанина шорт задралась выше. У Широ покалывает кончики пальцев от желания провести по его ноге, желательно, забираясь под одежду. Кожа на внутренней части бедра у Лэнса чувствительная, так что он бы тут же отреагировал. Широ помнит это очень хорошо. Лэнс облокачивается на стол, зависая над журналом, пересказывает события утра, но Широ не вслушивается, его слишком отвлекает поза Лэнса и то, как шорты обтянули его ягодицы. — Ты пялишься на мою задницу, — замечает Лэнс и смотрит на него укоризненно-шутливо. — Она меня буквально гипнотизирует, — соглашается Широ. — Для старшего офицера ты ужасно бесстыдный, — заигрывая отвечает Лэнс, ухмыляясь и чуть наклонив голову именно так, как больше всего нравится Широ. Лэнс всегда красивый, но вот уверенный в себе, провоцирующий — именно такой Лэнс обычно оказывался жертвой их с Китом порывов, когда они затаскивали его в ближайшее пустое помещение и совершали кучу непревзойденных непотребств. У Широ наполняется рот слюной от желания прижать Лэнса к столу и зацеловать его шею и выглядывающие из ворота ключицы. Он даже представляет, какая у него сейчас горячая и гладкая кожа, которую было бы приятно прикусить, не беспокоясь о последствиях. — А ты для кадета слишком соблазнительный, — все же говорит Широ, улыбаясь уголками губ. — Так, — распрямляется Лэнс. — Ты должен не меня взглядом пожирать, а тортилью нормально есть. Широ взрывается смехом и отправляет кусок тортильи себе в рот. На пляже паладины и Кролия делятся на две команды и отправляются играть в волейбол. Широ ложится на шезлонг, рядом с Кораном. Тот немедленно отвлекается от разговора с Ромеллой и переключается на Широ, расспрашивая его о том, что его больше всего поразило на Земле. — Удивительная, конечно, планета, — заключает Коран, когда поток вопросов заканчивается. Особенно он оказывается впечатленным современной геополитикой и тем, что все люди с одной планеты делятся по каким-то признакам. — Но зато климат приятный. Коран переплетает пальцы у себя на животе, видимо, размышляя о чем-то своем. Широ лениво наблюдает за игрой несколько минут, когда к нему подходит мама Лэнса и ставит рядом с его шезлонгом тарелку с кусочками фруктов: — Не стоило, — Широ не может привыкнуть к такому пристальному вниманию. — Это всего лишь фрукты, Широ, — она вручает такую же тарелку и Корану, из-за чего тот разливается в комплиментах. — Бросьте, Коран, — она обаятельно улыбается. — Лучше помогите Широ нанести крем от загара. — Я помогу, — Лэнс появляется рядом с лежаком в тот же момент, как будто услышал. Судя по его виду, он только вылез из моря: смуглая ровная кожа блестит от капель, мокрые плавки облепили его бедра. Широ проглатывает кусок манго почти не жуя и закашливается. — Ты? Ну, ладно, — его мама переводит взгляд с Широ на Кита, который до сих пор играет с Ханком в волейбол, и пожимает плечами. Вручает Лэнсу тюбик, ее окликает Вероника со стороны моря, и она быстрым шагом уходит туда, вместе с Кораном, который увязывается за ней. — Ну вот мы и одни, — Широ улыбается, глядя на Лэнса сквозь солнцезащитные очки. — Широ, — Лэнс посмеивается. — Сегодня ты в ударе прямо, да? Повернись ко мне спиной. — Выспался, наверное, — Широ переворачивается на живот, поражаясь, как такое простое движение вызывает столько неловкости, когда нет второй руки. Либо теперь он больше задумывается, как двигаться, и оттого получается так нелепо. Лэнс наносит крем тонким слоем на спину и втирает его массажными движениями: проминает, ведет пальцами вдоль позвоночника. Это и больно, и приятно одновременно, что Широ не удерживается от стона. — Ты это специально, — укоризненно говорит Лэнс, продавливая мышцы в плечах Широ и ведя вдоль, разгоняя собравшееся там напряжение. — О, нет, — приятно так, что поджимаются пальцы на ногах. Лэнс продолжает массировать, где-то сильнее нажимая, где-то еле касаясь. Широ чувствует, как расслабляется все его тело, а веки становятся тяжелее с каждой секундой. — Переворачивайся, — раздается голос Лэнса прямо над самым ухом, вырывая Широ из дремы. — Хочу еще, — Широ ноет просто для проформы. Оказавшись на спине, он видит, что Кит сидит совсем рядом с шезлонгом, вытянув ноги. Кит оборачивается и улыбается Широ. — Тебе уже достаточно, тоже хочу массаж от Лэнса. — Это не массаж, — Лэнс выдавливает крем на живот Широ и ведет обеими руками по торсу, к плечам. И смотрит при этом прямо в глаза: — Просто наношу защиту от солнца. Он точно знает, что делает — круговыми движениями втирая крем в живот, как будто случайно кончиками пальцев заходя под резинку шорт. — Хочу, чтобы ты сел на мои бедра, — хрипло проговаривает Широ, когда Лэнс легко проходится пальцами по ребрам, оставляя щекочущее чувство внутри. Широ приходится согнуть ноги в коленях, иначе скоро всем станет очевидно, какой эффект производит на него массаж Лэнса. — А еще что хочешь? — Лэнс дразнится и легко щиплет Широ за сосок. Кит присаживается на край шезлонга, рассматривая с интересом, как Лэнс вместо массажа доводит Широ до полного разжижения мозга. — О, Лэнс, — такие разговоры никогда не были коньком Широ, но сейчас Лэнс напрашивается: — Будь мы втроем на пляже, то я бы выпросил, чтобы ты оседлал меня. Широ с поразительной четкостью представляет себе, как Лэнс бы смотрелся на его бедрах и на фоне моря. Как член Широ пропадает в нем полностью. Напряженные мышцы ног Лэнса, когда он приподнимается и, покачивая задницей, опускается вновь. Лэнс наклоняется ниже, тянется через Широ, чтобы намазать его руку. Старательно не смотрит ему в глаза, но легко улыбается, выдавая себя, что ему нравится то, что он слышит. И Широ ему не собирается помогать: — Я бы еще хотел попробовать тебя трахнуть на весу, — негромко откровенничает Широ. — Представляю, как я бы сжимал твою задницу, — Лэнс втягивает шумно воздух и бросает короткий взгляд на Широ, — а твои ноги бы крепко обхватили мою талию. Кит незаметно подсел ближе, видимо, желая услышать, о чем они шепчутся. Хотя, судя по взъерошенному виду, он все слышал и также ярко рисовал себе эту картинку, как и Лэнс с Широ. — Да, все так бы и было, — Лэнс краснеет, но упрямо смотрит в глаза Широ, цепляя пальцем его сосок. Широ с трудом удерживается, чтобы не застонать, но бедра непроизвольно дергаются. Он выдыхает шумно, сцепив зубы, запрокидывает голову. — Я бы сжимал твой член внутри себя. Ну знаешь, как я это люблю делать. Широ знает и помнит. И помнит, как Лэнс всегда лукаво улыбается после таких манипуляций. Кит раздраженно рычит и ругается сквозь зубы, когда он становится жертвой, Широ же каменеет. Кажется, в последний раз после таких заигрываний у Лэнса остались темные отпечатки пальцев на бедрах. Лэнс продолжает гладить торс Широ, как будто сгоняя всю кровь к паху. Румянец у него такой темный, что глаза выглядят еще ярче, чем обычно. Губы влажные, от того, что периодически пробегает по ним языком, и приоткрыты. Широ хочется приподняться и поцеловать, слизать морскую соль с подбородка… И чтобы Лэнс перестал дразниться, дотронулся уже как следует. Широ бы хватило пары движений, чтобы кончить. Но Лэнс продолжает наглаживать его живот, и Широ разочарованно и низко стонет. — А потом бы я… — Лэнс не договаривает, вскидывает голову, услышав свое имя. — Мама зовет, — он издевательски улыбается. — Мне пора. Кит, позаботься о Широ. Кит смотрит ему вслед ошалело, кажется, до него не сразу доходит смысл сказанного, просто реагирует на свое имя. Когда он заговаривает, его голос хриплый и севший: — Как он может вести себя как ни в чем не бывало? — спрашивает Кит негромко, наблюдая, как Лэнс общается со своей семьей. Как будто это не он только что доводил Широ до изнеможения. — Мне кажется, еще немного, и я бы кончил себе в трусы, — выдыхает Широ. — Правда? — Кит приподнимает бровь. Воровато оглядывается, накидывает себе на голову полотенце и наклоняется к Широ. — Кит! — Никого нет рядом, все заняты собой, — скороговоркой говорит он и накрывает губы Широ своими, проникая языком, лаская и заставляя Широ выгнуться. Они весьма условно спрятаны от внешнего мира под полотенцем, но Широ этого достаточно, чтобы расслабиться. Кит быстрым движением гладит по низу живота Широ и запускает руку в трусы. Напряжение скапливается, готовое вырваться в любой момент, и когда Кит сжимает его член, кожа к коже чувствуется сейчас особенно остро — огрубевшая кожа ладоней Кита от постоянных тренировок с клинком, подвижные сухие пальцы. Широ вздрагивает всем телом, как будто через него пустили ток, ему и вправду хватает одного движения, чтобы кончить. Кит углубляет поцелуй, пока Широ изливается себе на живот. Перед глазами полно белых вспышек, грудь высоко вздымается, а Кит ему нежно улыбается, стянув с головы полотенце. Он распрямляется, вытирает наскоро Широ и свою руку, оглядывается. — Никто ничего не видел, — Широ кивает, рассматривая пляж и пытаясь отдышаться. — Похоже, я созрел для купания, — спустя полминуты молчания говорит Широ. Обеда как такового у них нет. Кто-то ест остатки со вчерашнего ужина, Аллура и Ромелла довольствуются вообще только фруктами, но после пищи все в один голос говорят о том, как было бы неплохо поспать. — Хотя бы часок, — говорит Пидж, покидая кухню последней, оставляя Широ, Кита и Лэнса наедине. Как только она пропадает за дверями, Кит смотрит на Лэнса, и тот достает ключи от вчерашней квартиры. — Я уж начал переживать, что котик останется некормленным, — ухмыляется Кит. — Как я могу, — наигранно-оскорбленно отвечает Лэнс. — Главное, вернуться до восьми. У нас с вами немногим меньше трех часов. — Успеть бы, — говорит под нос Кит, явно о чем-то размышляя. Широ поднимается со стула. Дело явно решенное, и, хоть Широ получил уже разрядку сегодня, воздух между ними как будто звенел от напряжения. До того, как выйти с кухни, Широ все-таки целует Лэнса в губы. Тот довольно быстро отстраняется, ему явно неуютно делать что-то подобное в доме, особенно в комнатах, куда имели доступ все. — Лучше побыстрее добраться до квартиры. И там уж… — Там я отыграюсь за то, как ты наносил мне крем на пляже, — Широ хмурится, изображая строгость. И Лэнс ведется, смущаясь. — Тебе понравится. — Надеюсь, — соблазнительно улыбаясь, отвечает Лэнс. На узких улочках Кит и Лэнс вырываются вперед, периодически бросая взгляды на идущего позади Широ. Через пару кварталов Широ замечает, что они держатся за руки, и прислушивается к своим ощущениям вновь. Но как и всегда, он не чувствует себя лишним, скорее причастным к чему-то необыкновенному. Широ до сих пор с трудом верится, что эти два юных и горячих парня и вправду с ним: отвечают ему взаимностью и влюблены до боли, как и он сам. Лэнс именно в этот момент оглядывается через плечо, немного наклонив голову. В этом движении столько непроизвольного флирта, который так естественен для него. Он морщится от яркого солнца, потому что забыл дома очки, подмигивает, широко и счастливо улыбаясь. У Широ тянет внутри от нежности, и в очередной раз за эти три дня думает — это точно нужно запомнить. Кто знает, что их ждет в будущем? В любом случае эти три дня будут согревать его мысленно. До квартиры они добираются быстрее, чем в прошлый раз, останавливаясь по пути только чтобы зайти в аптеку по настоянию Кита. Широ мысленно планирует, как они опять придут, первым делом кот, потом душ… Он никак не ожидает, что Лэнс с порога напрыгнет на него, почти буквально: подтянется за шею Широ и обхватит ногами его талию, крепко сжимая так, что Широ даже не нужно его поддерживать. Но он все равно сжимает его задницу, опирается лопатками на стену и целует Лэнса, вылизывая его рот и толкаясь языком — именно так, как хотелось сделать еще днем. — Блядь, вы двое, — Кит пристраивается позади Лэнса, запускает руки ему и Широ под одежду. — Если вы так продолжите, то я отказываюсь от душа. — О нет, — хрипло говорит Лэнс. Угроза была направлена именно на него — он терпеть не может ложиться в постель, чувствуя себя несвежим. — Хотя бы ополоснемся. Вчерашний день кажется таким далеким. Широ не верится, что вчера они, напряженные и смущенные, боялись дотронуться, как будто каждый из них был необыкновенно хрупким. Сейчас все вернулось на круги своя: стоя в ванной, они тянут друг друга на себя, прижимаются, трутся, вылизывают. Кит кусается, шепчет ругательства, когда Лэнс сжимает между бедрами его член и трется, отклоняясь на Широ. Тот обнимает его, гладит грудь, щипает сосок, в отместку за дневные шалости. Лэнс стонет в голос, не стесняясь, улыбаясь. Кита от этого ведет, он наклоняется и кусает Лэнса за ключицу, оставляя след. — Мы… не покормили… кота-а-а, — каждое слово Лэнсу дается с трудом, он заводит руку за спину, сжимает член Широ и начинает дрочить. Широ тянется и целует его в губы, но Кит носом утыкается ему в щеку, заставляя отвлечься и поцеловать его. — В спальню, — как только Широ это произносит, он понимает, что звучит резко, почти отдает приказ, зато мальчики сразу вылезают из ванной. Их члены стоят по стойке смирно, и Широ не может удержаться от ленивой улыбки, наблюдая, как они сочетаются друг с другом: контрастные, абсолютные противоположности, в то же время одинаковые до мозга костей. Они стоят обнявшись: смуглая кожа Лэнса оттеняет белизну Кита, они соприкасаются щеками, и Широ замечает, как Кит большим пальцем ласково поглаживает, как будто успокаивая, Лэнса по пояснице. Широ давно заметил, что когда они рядом, им необходимо ощущать друг друга. Даже когда они просто стоят рядом — на общем сборе, во время отдыха или обеда — между ними почти незаметно расстояние. Широ завораживает это и то, что будучи вместе втроем, они любят друг друга совершенно по-особенному. Разные стороны одной стихии. В спальне заметно, что все расслаблены, уже никто не жадничает, не дорывается до чужого тела, как будто это последнее прикосновение. Широ ложится на кровать, тянет и Кита, и Лэнса за собой. Лэнс поддается легко, а Кит останавливается, собираясь с мыслями. Широ и Лэнс терпеливо ждут, пока Кит не садится на бедра Широ, берет за руку Лэнса и с убийственной серьезностью сообщает: — Я хочу. Вас обоих, — Лэнс явно хочет эту фразу как-то едко откомментировать, но Кит прерывает его, сжимая руку чуть сильнее, прося о молчании. — В смысле вместе. Во мне. Кит двигает бедрами, проезжаясь по члену Широ. Это приятно, поэтому Широ отвечает не сразу, слушая, что скажет Лэнс. — Ты уверен? — он приподнимает бровь. — Я вот нет. — А я да, — Кит говорит тихо, а в глазах столько отчаянной нежности, тоски и любви, что Широ больно. Он укладывает Кита на себя, тот сразу же обнимает Широ за шею одной рукой, а другой притягивает Лэнса ближе и целует его. — Я растягивал себя сегодня, чтобы было легче. Широ не может спорить и отговаривать, когда Кит говорит с таким лицом. Ему затея кажется опрометчивой, но Кит выглядит так, как будто ему это необходимо. — Я боюсь, что тебе будет больно, — тихо говорит Лэнс, поглаживая его по спине. — Я вам обоим доверяю, — Кит смотрит в основном на Лэнса, поглаживая шею Широ пальцами. — Пожалуйста, Лэнс. Я хочу почувствовать вас обоих во мне. Лэнс недолго молчит, перебирая влажные волосы Кита: — Разве я могу тебе отказать, когда ты так смотришь на меня, самурай? — Лэнс усмехается и целует Кита в губы. Он устраивается сзади Кита, и Широ испытывает что-то вроде дежавю, только вчера на нем так лежал Лэнс. Кит лежит, как будто боясь пошевелиться, пока Лэнс выдавливает смазку себе на ладонь. Когда Кит стонет, прогибаясь в спине и разводя ноги еще больше для удобства, Широ понимает, что Лэнс начал его разрабатывать. Лицо Лэнса сосредоточенное, спокойное, он гладит Кита по спине, расслабляя. Замечает взгляд Широ и улыбается ему и так двигает рукой, что очевидно глубже проникает в Кита. Его стоны подтверждают догадку Широ. У Кита дрожат ресницы, он закрывает глаза и почти не жмурится. Брови надломлены, он цепляется пальцами в плечи Широ, стонет сдавленно и тихо. Широ нежно целует его в щеку, ведет носом по губам, мягко бодает его. Кит открывает блестящие, как будто там скопление звезд, глаза, и улыбается Широ. Лэнс наклоняется и целует шею Кита, и его улыбка становится еще шире. Он мелко дрожит, судорожно дышит, как будто сейчас то ли заплачет, то ли рассмеется. Широ дотрагивается рукой до входа Кита: Лэнс щедро смазал его, и сразу четыре пальца легко проникают. Лэнс добавляет свои, продолжая растягивать: предельно осторожно, присматриваясь к каждому движению Кита и слушая каждый его вздох. Широ целует Кита в губы, и тот отвечает, всхлипывая и отдаваясь полностью. — Достаточно, — говорит Кит через минуту. Его голос хриплый, надсаженный, как будто он все это время кричал без перерыва. — Окей, Кит, — его имя стараниями Лэнса звучит как самое ласковое, самое любимое слово. — Иди ко мне. Он заставляет Кита встать на колени, прижимаясь к его спине. Поворачивает его голову и целует в губы долго и со вкусом. Широ почти ничего не видно — угол неудобный — и одновременно он садится, облокачиваясь на спинку кровати. Очень неловко лежать почти все время, хоть Широ и понимает, что толком ничего не может — просто не удержит равновесие и навредит кому-нибудь из них. Широ подтягивает Кита и Лэнса к себе, поглаживает Кита по его напряженным бедрам. Лэнс, главный дирижер сегодняшнего вечера, шепчет ему что-то ласковое, смазывает член Широ, от чего его подбрасывает на кровати. Свое возбуждение было фоновым, ярким, но привычным. Сейчас, когда Лэнс проводит рукой, сжимая, гладит головку большим пальцем, Широ осознает насколько возбужден. Он даже задерживает дыхание, чтобы отсрочить оргазм. Это помогает. Лэнс направляет член Широ, раздвигает края ануса Кита, помогает ему, хотя в этом нет никакой необходимости. Они занимались этим неоднократно, но Лэнс все равно заботится о Ките с необыкновенной трогательностью. Широ обнимает Кита за талию, приподнимает бедра, проникая глубже в его разработанное нутро. Кит вскрикивает, опирается на плечи Широ. Он дрожит, дрожит мелко, от нервов, от переполняющих чувств. Широ не нужно спрашивать, он знает Кита большую часть жизни, он тоже умеет понимать его без слов. Кит тесный, хоть и двигаться в нем легко. Широ сложно представить, как они это будут делать вдвоем, но Лэнс сначала проникает двумя пальцами. Кит это переживает, как будто даже не заметив. Лэнс просит его замереть безмолвно, просто задержав руку на его бедре. И Кит останавливается, обнимает Широ за шею и целует. То касается зубами, то втягивает губу, то вылизывает его шею. Широ отвечает, но больше он сосредоточен на том, чем занимается Лэнс. Пальцев уже четыре, он прижимается лбом к спине Кита. Через мгновение он поднимает голову, целует Кита, прося внимания. Кит поворачивается к Лэнсу. Взмокшая челка Кита прилипла ко лбу, веки тяжелые, они обмениваются короткими и мягкими поцелуями — Широ видит, как сминаются их губы, и по-другому назвать это не может. — Ты уверен? — шепотом спрашивает Лэнс. — Да, — в тон ему отвечает Кит. И добавляет через мгновение: — Я хочу этого, Лэнс, — таким тоном, как будто говорит: “мне это важно”. Или: “мне это необходимо”. — Лэнс, — Широ зовет его и целует, когда тот поворачивается. Кажется, они все задерживают дыхание. Они так близко друг к другу впервые, они целуются все вместе, Широ дергает от ощущения губ Кита и Лэнса на своих. Выходит неловко, но всем все равно. Лэнс проникает медленно, но, кажется, у него все равно не получается избежать боли. Кит выдыхает сквозь зубы, напрягаясь, но в следующую секунду делает усилие и расслабляется. Дышит ровно, хоть и хрипло. Лэнс дрочит ему, а сам раскачивается, проникая в Кита по миллиметру, если не меньше. Широ чувствует головку его члена, так тесно прижатую к его стволу. — Лэнс, — раздраженно тянет Кит. — Долго ты там собрался копаться? — Я тут стараюсь для него, а он меня критикует, — ворчит Лэнс, хотя их перепалка не выглядит и вполовину так серьезно, как должна быть: из-за приглушенных голосов и минимума едкости в тоне. — Серьезно, я не сахарный, хватит колдовать, — они смотрят друг на друга. Кит почти зеркально отражает улыбку Лэнса. — Как скажешь, мой бравый командир, — прижимая к себе Кита, говорит Лэнс. — Не так медленно, но и без резких движений, — все-таки решает вмешаться Широ. У Лэнса не менее горячая голова, чем у Кита, с него сталось бы от вспыльчивости выкинуть какую-нибудь глупость. Лэнс слушается, и дело теперь идет быстрее. Кит и сам помогает, насаживаясь, безбоязненно, если дискомфорт и есть, то он его не выдает. Когда Лэнс проникает на всю длину, прижимаясь так тесно к члену Широ, что он чувствует все венки, Кит стонет. Громко, запрокидывая голову на плечо Лэнсу, обнимая их обоих за шеи, и начинает двигаться сам: медленно, размеренно, хотя ругал Лэнса за излишнюю медлительность. Они целуются. Все, одновременно. Широ не понимает, кого целует, чья рука ерошит ему волосы, а кто лижет его плечо. Когда Лэнс целует Кита, это фантомно отзывается у Широ — как будто они стали одним организмом, и теперь любое движение одно на всех троих. Оргазм накрывает их одновременно — тяжелой, сносящей все волной. Кит сжимает их внутри себя, Лэнс вскрикивает хрипло, и Широ даже не успевает вытащить. Широ, кажется, отключается на несколько секунд, но он ни в чем не уверен. Он просто открывает глаза, его мальчики рядом, Кит лежит на его плече. Они молча смотрят друг на друга, иногда приподнимая брови, или улыбаясь, или просто корча рожицы, как будто ведут диалог без слов. — Лэнс говорит, нам надо в душ, — Кит гладит Широ по торсу. — Как ты… — начинает Широ и замолкает. Он, все-таки, не хочет знать. Он верит только в науку, но ведь в мире есть место чуду помимо Вольтрона. Возвращаются они все-таки позже восьми. Мама отзывает Лэнса сразу, как они появляются во дворе. Широ провожает его взглядом и усаживается на свое обычное место на террасе. Кит задерживается рядом с Кролией, что-то рассказывает, и Широ замечает, как у нее дергаются руки, как будто она еле останавливает себя от того, чтобы потянуться и привести в порядок его растрепанные волосы. Широ замечает это неосознанное движение и то, как Кролия сжимает ладони в кулаки. Мама Лэнса в это время разглаживает футболку на сыне: Лэнс хмурится, но не дергается. Выше своей мамы почти на голову, взрослый и красивый. Аллуру Широ замечает в последний момент, когда она поднимается к нему на веранду с тарелкой и стаканом в руках. Она в легкой одежде, которую ей дали родители Лэнса, а на плечах сидят ее верные спутники — мыши. Ставит на небольшой столик и усаживается в соседнее кресло: — Это для тебя, — она улыбается мягко и расслабленно. Аллура всегда поражает своей красотой, но отдых явно идет ей на пользу: никаких сведенных бровей, ни командного голоса, исключая тот момент, когда они играли в волейбол. Расслабленная, мягкая, совсем юная: — У вас все хорошо? Она явно бросает все силы на то, чтобы сдержать свое рвущееся любопытство: отводит взгляд, разглаживает ткань мягкой юбки. Но лукавство в голосе ее сдает. — Да, все отлично. Спасибо, что волнуешься, — Широ не думает, что есть нужда скрывать от команды их истинные отношения. Но как об этом скажешь? Встать посреди замка… впрочем, замка теперь нет. Встать перед ними всеми и объявить о том, что они встречаются, как о помолвке? Даже в голове звучит бредово. Аллура кивает, а одна из мышей, кажется, это Платт, судя по габаритам, спускается с ее плеча прямо к тарелке, к которой Широ не успел притронуться. Достает оттуда кусок огурца и с удовольствием начинает обгрызать кожицу. — Вам Лэнс не помешал? — также невинно спрашивает Аллура. — Нет, нисколько, — Широ усмехается сам себе по большей части, но Аллура как будто что-то понимает для себя — кивает и отворачивается от него, следя за тем, как Лэнсу дает гитару Ромелла, прося сыграть что-нибудь. Через мгновение оттуда доносятся гитарные переливы. Широ бросает взгляд на Аллуру: улыбка с ее лица пропала, как будто ее и не было. Поглощенная своими мыслями, она теребит выбившуюся из высокой прически прядь, и кажется ее не особенно волнует происходящее. — А у тебя все хорошо? — М? — Аллура как-то сонно на него смотрит. Промаргивается и опять расцветает улыбкой: — Извини, я задумалась. Ты что-то сказал? — Я спросил… — Широ качает головой, осознавая, — спросил все ли у тебя хорошо. И теперь понимаю какая глупость. — Почему глупость? Здесь замечательно! Даже не верится, что и вправду бывают такие чудесные места. У вас волшебная планета, — Аллура подходит к перилам, опирается, и запрокидывает голову, к звездному небу. Широ поднимается вслед за Аллурой, останавливается рядом. Неловко треплет ее за плечо, в успокаивающем жесте. — Это лишнее, Широ, серьезно, — она тяжко вздыхает. — Я сама виновата в любом случае. — Это не так, — Кит садится рядом с Лэнсом, пока тот играет что-то задорное. Вся семья Лэнса начинает приплясывать, подпевая по-испански. Вскоре в стороне остаются только Кролия с Китом. — Ты не виновата. — Может быть, — Аллура расправляет плечи. В лице она изменяется совсем немного, но Широ чувствует исходящую от нее суровость. — Не хочу быть жертвой в ситуации с Лотором. Да, это было больно и ужасно, и до сих пор не верится, что это и вправду произошло. Но я все исправлю. — Ты и так уже все исправила. — Лотор еще даст о себе знать, я сердцем чую, — она хмурится, пальцами выстукивая неровный ритм по перилам. — Не взваливай на себя всю ответственность. Команда тоже верила ему, я бы поверил, если бы был рядом. И мы всегда готовы прийти к тебе на помощь, — Широ не уверен, что есть хоть какие-то слова, которые могли бы утешить Аллуру. Но он и вправду старается. Аллура поворачивается к Широ и улыбается: — Да, ты прав. У меня есть вы. И вместе мы точно со всем справимся. А теперь, — глаза опять блестят лукаво, — пойдем танцевать! — Не уверен, что это хорошая… — Аллура, не слушая, берет Широ за руку, ведет за собой. Ему остается лишь повиноваться: — Разве я могу отказать принцессе. На удивление в этот вечер они не разбредаются сразу после улицы по комнатам, а перемещаются в гостиную, когда становится совсем зябко. Небо затягивается тучами, темнота царит такая, что хоть глаз выколи. В гостиной же тепло и уютно, Коран рассказывает младшим членам семейства Лэнса невероятные приключения паладинов в космосе — на слух звучит гораздо круче, чем на самом деле. Но, может, Коран приукрашивает, с него бы сталось. Сам Лэнс сидит с Вероникой на коленях и заплетает ей две тугие косички, пока та, с открытым ртом, слушает Корана и не шевелится. Кит садится рядом с Широ, явно смущенный тем, что происходит. Отмахивается и хмурится каждый раз, когда заходит речь о нем, и несколько восхищенных взглядов обязательно останавливаются на нем. Кит скучающе теребит плед на диване, ковыряя прожженную дырку. Широ легко представить, что это был уголек с сигары отца Лэнса. — Эй, — окликает его Кит. — А ты комнату Лэнса видел? — Нет, — удивляется Широ. — Так насыщенно дни проходили, что даже не подумал об этом. — Тебе понравится, — Кит поднимается, на губах заговорщицкая улыбка. — А можно ли нам туда? — неуверенно спрашивает Широ, следуя за ним. — Конечно, — Кит пожимает плечами, как будто в этом ничего такого. Когда они проходят мимо Лэнса, он опускается к нему и говорит: — Мы в твою комнату. И срывается на бег, хватая Широ за руку. Из комнаты доносится возмущенное Лэнса “нет-нет-нет!” Он догоняет их у самого порога и перекрывает своим телом дверь: — Нет! — Широ начинает сомневаться так ли ему это нужно. Но Лэнс переводит взгляд с одного на другого, закрывает глаза, вздыхает, как будто ему предстоит прыжок в воду: — Ладно. Только, — обращается он к Широ, — не смейся. Широ даже в голову не приходит смеяться, когда он видит свою цветную официальную фотографию на стене у Лэнса. Он не сразу себя узнает: гарнизонская форма, ни единого седого волоса, нет шрама, рассекающего нос. Это Такаши Широгане — надежда Гарнизона, талантливый пилот, любящий иногда посетить студенческие вечеринки. Это другой человек, даже если он существовал в другой период времени. Сейчас от Такаши Широгане остался только Широ. Его пугает эта дурацкая мысль, которая приходит в голову. Тревога нарастает, как будто кто-то переусердствовал с натягиванием струн гитары, когда к его боку прижимается тепло. Это Лэнс. Он внимательно рассматривает Широ и целует в его непослушные губы. — Я же говорил, что ты мой герой, — Лэнс поглаживает его по спине и ощущение от него как от кота, который улегся на колени: тепло, спокойно, уютно. — Да, ты не обманывал, — Широ находит в себе силы усмехнуться. Кит в это время рассматривает полки Лэнса и удивленно восклицает: — Я был уже тебя выше! — он берет с полки фотографию, улыбается, как будто победил в давнем споре. — Посмотри. Широ сразу находит глазами Кита — высокомерный и отстраненный даже на общем снимке потока — и уже потом, Лэнса — мелкий, щуплый, явно преисполненный гордости, что оказался здесь. — Не лучшая моя версия, — тянет Лэнс, забирая фотографию из рук Кита. — Да, лучшая твоя версия, определенно досталась нам, — Кит улыбается, флиртуя. Широ сложно было признать это даже самому себе, когда он увидел это в первый раз. Но Кит и вправду флиртовал и продолжает флиртовать с Лэнсом при любой удобной возможности. — Не подлизывайся, — Лэнс фыркает, покрасневший от удовольствия. — Все равно тебе ничего не светит. Завтра нас уже ждут великие дела. — Может, — говорит Широ, — сегодня ты переночуешь в нашей комнате? — Возможно, — уклончиво отвечает Лэнс. Именно в этот момент в комнату забегает Марко, на ходу сбрасывая с себя футболку. — Надеюсь, что вы ничего не делали гейского в этой комнате, мне здесь еще спать, — обращаясь в основном к Широ с Китом говорит он. Кита, кажется, парализует, Лэнс тут же набрасывается на Марко с нотациями о том, как нельзя себя вести с гостями, а Широ не может удержаться от смеха. — Мама сказала всем спать. И ваша принцесса с ней согласилась, — говорит Марко, когда Лэнс выпускает его из захвата. — Так что, прошу покинуть эту комнату, любезнейшие гости. Кит оживает, улыбается Марко, желает спокойной ночи, и уводит Широ за собой. — Похож на тебя в детстве, — усмехается Широ. — Ой, иди ты, — отмахивается Кит. Широ просыпается ночью: в комнате заметно похолодало. Кита нет в постели, а вокруг плотная темнота. Широ пугается, что сейчас будет очередной приступ, но слышит барабанную дробь дождя по карнизу и негромкие голоса Кита и Лэнса. — Сейчас, сейчас, — Лэнс вытягивается из окна так далеко, как может, подставляя руки под ливень. — Теплый. — Пойдем уже в постель, — Кит звучит то ли нежно, то ли сонно, хотя, одно другого не исключает. Он стоит рядом с Лэнсом, придерживая его за бедра, как будто боится, что тот вывалится из окна. Лэнс выпрямляется и встряхивает пальцами, специально целясь в лицо Кита. — Лэнс, — устало произносит Кит. Широ не понимает, как происходит этот переход, но вот, они уже целуются, обнимаясь. Широ закрывает глаза, опять чувствуя себя так, как будто фотографирует: два силуэта, крепко сплетенные вместе, распахнутое окно, развевающиеся шторы и запах дождя. Широ сквозь дрему ощущает, как они возвращаются в постель — Лэнс случайно пихает его своей острой коленкой — но тут же проваливается обратно в сон, согретый прижавшимися к нему мальчиками. И неважно, что будет, Широ уверен, что в этот отрезок времени он был счастлив.