Nobody Can Hear You 23

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Fairy Tail

Пэйринг и персонажи:
Роуг Чени/Стинг Эвклиф, Мард Гир Тартарос/Роуг Чени, Роуг Чени, Стинг Эвклиф, Люси Хартфилия, Руфус Лор, Минерва Орланд, Нацу Драгнил, Эрза Скарлет, Мард Гир Тартарос
Рейтинг:
NC-17
Размер:
Миди, 38 страниц, 3 части
Статус:
заморожен
Метки: AU Hurt/Comfort Songfic Драма Любовь/Ненависть Насилие Нецензурная лексика ООС Пре-слэш Стёб Учебные заведения Элементы гета

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Порой, жизнь преподносит нам сюрпризы, которых мы уж точно не хотели бы получать. И потому, поступая в самый известный в округе университет, Чени даже не мог и подумать о том, какие люди будут его окружать. Вернее, люди, вроде, даже ничего, однако в этом заведении оказались свои порядки, к которым Роуг, скажем прямо, был совершенно не готов.

Посвящение:
https://ficbook.net/authors/3011633.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
История зародилась благодаря одной милахе.
Решил отличить ее от всех, пожалуй, лишь тем, что персонажи - студенты престижного вуза, а так же своим стилем и морем конфликтов, конечно же.
Гетные пары в работе мельком.
Песня, которая так же поспособствовала созданию: ALIUS - Nobody Can Hear You.

Часть 2

3 августа 2018, 21:24
Примечания:
Укоротил некоторые моменты, убрал излишне длинные описания в начале.
Надеюсь, стало лучше.
Хмурое, застланное темно-серыми облаками, небо, прохладный, сильный ветер, от чьих дуновений гнулись ветви деревьев, а листья шуршали, словно кто-то сминал клочок пергаментной бумаги. И отсутствие света в окнах все той же обычной квартиры на десятом этаже, в одной из комнат которой сейчас мирно спал темноволосый, привлекательной наружности парень, чьи волосы в беспорядке были раскиданы по подушке, а сомкнутые ладони подложены под щеку. В самой же комнате слышалось мирное сопение, что с каждой минутой становилось все тише и вскоре вовсе прекратилось, что означало лишь одно — парень наконец-то просыпался, медленно возвращаясь из царства Морфея в реальность. Со стороны дивана слышится неразборчивое мычание, а после и шум, что шел от легкого одеяла темного цвета, которое было откинуто в сторону одним резким движением, наполовину свисая с края мебели. Молодой человек приподнимается, моргает пару раз, после чего поднимает руку и потирает заспанные глаза. Он на мгновение теряется, не понимая, где сейчас находится, но так же резко приходит в себя, и поворачивая голову в сторону окна, смотрит на пейзаж за ним из-под полуоткрытых глаз. И, явно не обрадовавшись тому, что узрел, тихо выругался себе под нос, нехотя поднимаясь со своего ложа, потирая макушку, лохматя и без того спутанные волосы и мысленно отмечая, что проснулся, на удивление, рано, ведь обычно тот мог проспать вплоть до позднего обеда, часов этак до трех. — Что ж… — медленно протянул представитель сильного пола, убирая от порядком растрепанных волос руку, и окатив взглядом помещение в поисках своей повседневной одежды, — Хотя я и соизволил встать в такую рань, как последний придурок, но заснуть обратно уже вряд ли смогу, — он подходит к креслу, на котором и расположились его вещи, к счастью, он таки убрался вчера, сложив все по своим местам и отправив добрую половину в стирку, и теперь мог без труда найти что-либо, — Придется чем-нибудь занимать себя. Он так же медленно одевается, мысленно прокручивая все возможные варианты его дальнейших занятий, хотя вариантов у него, скажем так, было и не особо то много, и он успел пожалеть, что вчера отказал своей новоиспеченной знакомой, Скарлет, о встрече днем, хотя, кто же мог знать, что ему приспичит проснуться в столь раннем часу? Но звонить ей, чтобы вдруг, неожиданно так, поменять планы, он, конечно же, не собирался. Что она будет думать о нем после этого? Что он дурачок, который не может даже на встречу нормально явиться, по той договоренности, что у них была? Ну уж нет, портить о себе мнение он так не хотел, и потому твердо решил держаться, к тому же, темноволосый уже прикинул пару вариантов своих дальнейших действий, дабы скоротать время до момента, когда снова придется покинуть стены квартиры, отправляясь в столь уже полюбившееся ему ночное кафе в котором тот работал не первый месяц. Сам рабочий коллектив у этого заведения был весьма дружный, никто не пытался никого притеснять или как-либо ущемлять в его правах, а также задираться и уж тем более устраивать сцены. Да и этого было явно не нужно, а особенно теперь, когда Чени стал сам участником подобных сцен, только немного в другом месте, именуемым универ. И вот, от внезапно накативших воспоминаний вчерашнего конфликта с «важной» троицей, он вспомнил и о своей отметине на щеке, которая, словно почувствовав, что о ней, наконец, завели разговор, резко напомнила о себе хоть и слабыми, но позывами боли, хотя, возможно, до этого он просто не замечал их, еще толком не отойдя ото сна. Он чуть нахмурил брови и прикоснулся пальцами к поврежденному месту, как бы ощупывая его. Особого результата это не дало, он не мог понять, насколько все плохо, и потому, внезапно оживившись, направился в ванную комнату, дабы осмотреть несчастную щеку. — Херово, конечно… — он вздохнул, осматривая поврежденное место, — Но жить можно. Хоть щека и опухла, но не настолько, чтобы быть словно второе лицо, а ссадины были не такими уж и заметными. Единственное, что омрачало, это покрасневшая кожа, но, опять же, к своему спасению, он помнил, что в аптечке имелась мазь, оказывающая заживляющий эффект, а так же неплохо снимавшая покраснение. Недолго думая, обладатель черных, словно смоль, волос, тянется к шкафчику, в котором и была спасительная аптечка и достав ее, принимается выискивать сие чудо среди множества лекарств. Перерыв практически все, он, наконец, обнаруживает нужный ему тюбик и резким движением открывает тот, после чего выдавливает некоторое количество содержимого на указательный и безымянный пальцы, поднося те к поврежденной щеке и медленно втирая мазь, единожды поморщившись, попадя на самый болезненный участок кожи, куда, судя по всему, сильнее всего пришелся удар. Закончив обрабатывать щеку, он выдохнул и собрав все обратно убрал спасительную коробочку обратно в шкаф, закрывая тот и, мельком бросив взгляд на отражение в зеркале, удаляясь на кухню, которая была дальше по коридору. Переступив порог кухни он тут же подходит к чайнику, вновь, как и всегда, включая тот легким нажатием на ярко-красную кнопочку, после чего слышится шум начинающей кипятиться воды, а сам же парень садится на угловой диван, сложив руки на столе и как-то уныло смотря в окно, наблюдая за прогибающимися под порывами ветра, ветвями деревьев и слетавших с них листьев, которых хоть и было немного, но ветер попросту собирал их в одну кучу, кружа и разнося по всей улице. Не сказать, что его как-то особо волновало, куда унесет всю эту кучку листьев, лишь бы не к нему в квартиру через открытую форточку, чего он, конечно же, не хотел бы. И хоть пейзаж его не радовал, а напротив, навевал какую-то тоску и желание лишь снова вернуться в постель и поспать, сегодня было значительно теплее, нежели вчера, к тому же, не было дождя. Да, оставалась сырость, но парень отметил, что, погода, определенно улучшилась, и это уже более менее напоминало ему летний денек, не смотря на то, что все летние дни обычно всегда ассоциировались с жарой и палящим солнцем; все-таки у него было свое, немного иное представление о лете, которое, конечно, многих бы сильно удивило, но, ему, как обычно, было бы не особо важно мнение большинства. Так, например, он не бросил изучать мифологию, хоть окружающие и уверяли его, что это достаточно скучное занятие и все эти мифы и легенды лишь сказки, не имеющие никакого смысла и не дающего абсолютно никакого развития, но Роуг был другого мнения, вновь и вновь перечитывая очередной справочник или книгу по древним богам и мифам, что так цепляли его. И занимался подобным до сих пор, правда, уже гораздо реже, и всего лишь из-за банальной нехватки времени, которое он убивал на, теперь уже, ставшую частью его жизни, работу, которой он действительно дорожил, ведь считал, что должен сам себя обеспечивать, беря деньги у родителей только для оплаты коммуналки, и редко для чего-то более. Да и квартиру, что ему предоставили, нельзя было назвать убогой: пусть она и была небольшая, всего с одной жилой комнатой, но с отличным ремонтом, да и к тому же в новом доме, который стоял практически в центре Магнолии, ну, а большего парню для комфортной жизни и не нужно было. И вот наконец послышался долгожданный щелчок — вода успешно закипела, и парень, услышав сигнал, встает и подходит к навесным шкафчикам, а после, как и всегда, делает кофе. Довольно хмыкнув, темноволосый берет кружку и вновь подходит к столу, за которым сидел буквально минуту назад, оперевшись о его боковую сторону, подносит ту ко рту, медленно отпивая горячего напитка, предварительно пару раз подув на тот, дабы немного остудить. Приятное тепло сразу же разливается по его телу, а вкус кофе чувствуется во рту, и он кажется таким приятным, что хочется прикрыть глаза от наслаждения и просто раствориться в этом чувстве, забывая обо всем, что волновало раньше. Спустя некоторое время, красноглазый наконец закончил, оставляя опустошенную кружку на столе и удаляясь в свою комнату, решив, что помоет посуду чуть позже, что было не совсем похоже на него. Но, все-таки, как и на всех людей, на него могла резко накатывать некоторая лень по отношению к мытью чего-либо. Зайдя в комнату он первым делом мельком бросил взгляд на пустующее кресло, после чего неспешными шагами прошел на другой конец комнаты, тем самым преодолевая расстояние до черного книжного шкафа, полки которого практически полностью были забиты разнообразными произведениями, а так же местами встречались миниатюрные статуэтки, разных цветов и форм, тем самым словно дополняя ту картину, что вырисовывалась перед молодым человеком. Темноволосый недолго думал над выбором книги, он давно уже прикупил одну, что так давно его манила к себе, но все никак не мог вырваться и найти хоть лишние полчаса, что бы наконец прочесть ее, или хотя бы мельком пробежаться по содержанию. Прохладная обложка приятно ощущается в руке, а тонкие, бледноватые пальцы чуть подцепляют ее, тянут вверх, впервые открывая до сих пор практически нетронутую им книгу, заставляя вдохнуть запах свежих, новых страниц, краски от букв, что ровно напечатаны на белоснежных листах и на пару секунд прикрыть глаза, наслаждаясь этими мгновениями. Все-таки давно он не брал в руки книг, не мог прочитать даже страничку какой-либо интересующей литературы, постоянно бегая то в одно место, то в другое, едва ли вырываясь для банальных потребностей в принятии душа, пищи, а также сна, который обычно был не дольше шести, реже пяти, часов. Медленно выдохнув переработанный легкими воздух, парень присаживается на кресло, чувствуя мягкость мебели и откидывается на спинку, довольно хмыкнув, все же он давненько не присаживался на него, да и чаще любил раскинуться на диване, вытянув ноги и закидывая руки за голову, закрывая глаза. Спустя пару телодвижений в поисках нужной ему позиции, он, наконец, устроившись как можно удобнее для себя, опускает глаза в книгу, практически с первых же строк погружаясь в чтение.

***

Утро постепенно сменилось днем, а день плавно перетек в вечер, сменяя погоду, которая поначалу вовсе не могла радовать глаз. И вот, небо уже ярко-красного цвета, а солнце, что выглянуло не так давно, заходит за линию горизонта, погружая город в красновато-рыжие краски, окрашивая зеленую листву в желтый, а дороги в светло-коричневый. И вот, один шаловливый лучик заходящего солнца проникает через широкие окна квартиры, медленно проскальзывая вдоль помещения и задерживаясь на спокойном, умиротворенном лице темноволосого, который, сам того не заметив, уснул еще пару часов назад, а книга, за которой он сидел все это время, сейчас лежала на коленях, открытая на той самой странице, что была последней прочтенной им. И от внезапного света тот морщится, что-то неразборчиво мыча и с трудом открывает глаза, недоумевающим взглядом оббегая помещение в котором находился. Парень приходит в себя медленно, постепенно возвращая сознание и трезвость мыслей в реальность, отгоняя от себя остатки сна и, наконец, спустя пару минут лениво поднимаясь с мягкого кресла, и, все еще будучи немного растерянным, не замечает на коленях ту самую книгу, которая с громким хлопком падает на паркетный пол, захлопываясь, и громкий, неожиданно раздавшийся звук, окончательно отрезвляет его. Обладатель красных глаз вздохнул, нагибаясь и поднимая и так потрепанную жизнью книгу, машинально проводя по обложке ладонь, точно так же, как он сделал в магазине, собирая насевшую на нее пыль, и отличие лишь было в том, что сейчас та была абсолютно чистой, после чего делает уверенные шаги в сторону шкафа, возвращая произведение на его почетное место в середине полки, словно выделяя среди всех в его коллекции. Роуг на секунду останавливается на месте, любуясь вырисовывающейся перед ним картиной, а после на устах мелькает легкая улыбка и парень разворачивается, окинув взглядом и висячие на стене часы, на которых было вот уже достаточно много времени. Он отмечает, что спал, видимо, достаточно долго, хоть и был уверен в том, что окончательно проснулся и спокойно продержится без сна вплоть до следующего утра и на этом, видимо, ошибся, пробудившись в столь раннем часу и по старой привычке отрубившись в самый разгар дня. Парень вздохнул, пожимая плечами, и быстро натягивая на себя черные джинсы, сменяя легкие домашние шорты, а следом и футболку на светло-серую рубашку в клетку, которая идеально сидела по фигуре и обтягивала подкаченные мышцы грудной клетки молодого человека. Одевшись, он бегло осмотрел себя, поправил вывернувшиеся наружу карманы джинс, заправив их обратно внутрь и, довольно хмыкнув, мягкой поступью прошел в его полюбившуюся ванную, к зеркалу, намереваясь вновь собрать волосы в низкий хвост да и в целом привести свою «гриву» в порядок. Причесывался он так же недолго, буквально в пару движений расчески распрямив все спутанные пряди и собрав привычный ему хвост тонкой черной резинкой, благо волосы его были не столь длинными, что бы доставлять своему обладателю много хлопот. И, приводя голову в порядок, темноволосый вновь пару раз обратил внимание на поврежденную щеку, которая, к его же счастью, приобрела более ровный оттенок, видимо, от действия спасительной мази, и теперь уже не выглядела столь отвратно, как утром. Чени еще несколько минут провел в квартире, расхаживая из комнаты в комнату, собирая необходимые вещи и распихивая те по карманам, а именно: ключ от шкафчика бара, деньги, телефон, упаковку мятной жвачки. После чего, прихватив с полки наручные часы и быстро надев те на руку, обладатель необычных глаз наконец покинул свое жилище, захлопнув за собой дверь, быстрым шагом покидая многоэтажку и уверенно ступая вперед по уже потемневшей улице, ведь солнце практически успело сесть за то время, что тот собирался, оставляя за собой лишь легкий красноватый след где-то на линии горизонта, в то время как само небо приобрело темновато-синий оттенок, и с каждой минутой становилось лишь темнее. Еще полчаса, и на улицах города начнут включать фонари, а народу заметно поубавится, что всегда шло на руку парню, — ну, любил он полупустые улицы, что уж тут поделаешь. Вдохнув свежего, заметно охладевшего воздуха, его уста тронула тень улыбки, а глаза на мгновение прикрылись, наслаждаясь вечерней прохладой; он решил чуть сбавить темп своего хода, ведь время позволяло ему это, да и к тому же, хотелось подольше насладиться этой вечерней прохладой и видом постепенно погружающегося в мрак города, все же, и это было ему не чуждо.

***

Хоть рабочее время начиналось ровно в десять часов вечера, Роуг часто приходил раньше положенного на полчаса или даже на час, когда в заведении еще практически никого не было кроме директрисы — Каны Альбероны, которая была знаменитостью в Магнолии, и даже за ее пределами, а знаменита была она тем, что много пьет и много играет, спуская крупные суммы денег в казино, но, иногда, словно улавливая удачу за длинный, шустрый хвост, срывала джек-пот и окупала едва ли не все, что проигрывала за несколько подобных игр. И именно эта женщина открыла заведение, кафе, ночной бар, называйте, как хотите, в котором и работал Чени. Бар назывался «Strong whisky», что в переводе с английского как «крепкий виски», но почему владелица выбрала именно это название — никто, в полной мере, понять не мог. То ли по приколу, чисто ради смеха, то ли из-за того, что хотелось выделить заведение среди многочисленных конкурентов столь необычным, ярким именем, то ли просто от большой любви Альбероны к алкоголю, и в частности — к самому виски. И вот, уже подходя к довольно большому и красивому зданию, темноволосый замедлился, а после и вовсе остановился, машинально просовывая руку в передний карман джинс, достав смартфон и посмотрев на указанное время — 20:38. Он чертыхнулся про себя, скривив рот в недовольной ухмылке, а брови чуть нахмурились, выдавая все его эмоции с головой. И, казалось бы, что такого страшного, что он пришел так рано? Это же должно быть напротив, хорошо, ведь тот не опоздал и пришел гораздо раньше, а значит и времени настроиться на новый рабочий день будет больше, но видимо у парня были совершенно другие мысли на этот счет. — Что ж… — пробурчал тот себе под нос, окинув здание своим внимательным взглядом, — Придется загибаться от скуки все это время, — все так же недовольно процедил он, делая шаги в сторону двери и неуверенно открывая ту, медленно, словно впервые попадая в заведение подобного типа, проходя внутрь, бегло осматриваясь по сторонам, будто бы отмечая, изменилось ли что-либо за время его отсутствия. Внутри бар был обставлен довольно-таки богато и красиво, уж на что-что, а на украшения своего «Крепкого виски» женщина определенно не пожалела денег и еженедельно покупала что-то новое. Будь то обычный цветок на многочисленные полки, или же новая посуда для гласстэйшена барной стойки, которую, к слову, парень уже устал запоминать, поскольку смена привычных ему бокалов была настолько частой, что вошло в некоторую традицию, что ли. И хоть вся та посуда, что закупалась директрисой всегда нравилась ему, лишний раз он не упускал возможности намекнуть на излишнюю расточительность Альбероны, на что та обычно отшучивалась, мол, буду тратить, пока деньги есть. И, конечно же, такого поведения он не понимал, сам будучи достаточно скромным на новые приобретения и частую трату денег. Проходя вглубь помещения, парень отметил для себя новую лампу на одном из гостевых столиков, а так же, судя по всему, владелица наконец-то решила добавить парочку ковров у его рабочего места, где часто бывало скользили ноги, будучи обутыми в что-либо с гладкой подошвой. Довольно хмыкнув и сам себе кивнув головой, будто бы подтверждая данные изменения как полезные, он наконец зашел за барную стойку, бросая ключи на стол, без какого-либо стеснения, все равно в помещении никого не было, а так же вытаскивая телефон из тесного кармана плотно прилегающих к телу джинс, намереваясь убить хоть какую-то часть времени за бессмысленными пролистыванием новостей в сети интернета, и поскольку на работу он не привык брать с собой наушники, так как те зачастую попросту мешались в кармане или создавали дискомфорт, неприятно впиваясь в плоть даже сквозь ткань, вариантов у него особо и не было. И потому, тяжело вздохнув, и присев на один из стульев около рабочего стола, тот чуть сгорбился и принялся пролистывать одну страницу за другой, изредка хмыкая и что-то тихо проговаривая себе под нос.

***

Секунды сменялись минутами, десятками минут, и вот, Чени уже около получаса сидит, уткнувшись в телефон, и на сей раз лишь подперев щеку рукой, от скуки уперевшись локтем об поверхность стола и уже без всякого интереса всматриваясь в достаточно широкий экран. Обладателю кроваво-красных глаз уже начинало казаться, что время словно замедлилось, настолько мучительными для него были последующие тридцать минут после пролистывания первой же пары новостей, которые, на удивление молодого человека, были унылыми и неинтересными настолько, что настойчивое желание выключить смартфон и убрать его обратно в карман не покидало вплоть до последней минуты, когда ему, наконец, это надоело, и он откинулся назад на металлическую спинку, запрокинув голову, смотря в потолок и мысленно проклиная себя за то, что не задержался дома подольше. И потому, услышав, как громко открывается входная дверь, казалось, сразу же приободрился, приняв нормальное положение, выпрямив спину и заинтересованно смотря в сторону входа. На пороге, как оказалось, появилась невысокая, весьма привлекательная молодая девушка, явно не старше самого парня, с длинными, такими же черными волосами, как у него, что на солнце отливали фиолетовым оттенком, и карими глазами, а одежда была стандартной формой официанток заведения: белая блузка с короткими рукавами и черная юбка, чуть выше колена и разрезом сбоку. Парень улыбнулся уголками губ, узнав в девушке свою хорошую подругу и по совместительству коллегу по работе. И та, заметив его, тепло улыбнулась, закрывая дверь и проходя внутрь, а звук соприкасающихся с мраморным полом каблуков начал разноситься по помещению, что было не особо приятно слышать в полной тишине, но все же терпимо. — Добрый вечер, Роуг, — приятный, спокойный женский голос первым нарушил это молчание между молодыми людьми и парень, словно только-только проснувшись и вырвавшись откуда-то из другой реальности, вздрогнул, уставившись на девушку, — А ты, сегодня, я смотрю раньше, чем обычно, — продолжала темноволосая, все так же легко и тепло улыбаясь собеседнику, — Что, не спалось в этот раз? — она усмехнулась, доставая из сумочки оставшуюся часть своей формы — белоснежный фартучек и небольшой блокнот с ручкой для записей заказов посетителей. — Да нет… То есть, да, — он неловко потер макушку, не находя подходящих и, как ему казалось, адекватных вариантов для ответа, ведь скажи он все, как есть, она бы точно рассмеялась над ним, ведь причина была и правда весьма глупой и нелепой, — А сама-то, ты, обычно всегда приходишь минут этак за десять, а тут целый час в запасе оставила, — хмыкнул парень, наконец отойдя от минутного помутнения и какой-то неловкости, вновь вернув себе прежнюю сдержанность. — Ну… Тут ты прав, конечно, но почему бы и не придти хоть раз, да пораньше, чем обычно, верно? — она пожала плечами, надевая фартук и завязывая тот за спиной в пару движений, в то время как остальные девушки обычно долго мучались, никак не завязывая тонкие лямки фартука в изящный, крупный бант. Да и вообще, Кагура, а именно так звали эту девушку, всегда все выполняла точно и быстро, а еще не любила тратить время попусту и потому, бросив взгляд на стол, за которым сидел вытянувшийся парень, подошла к тому, ткнув пальцем в бок, от чего тот неприятно поморщился и кинул на девушку недовольный взгляд. — Коль уж ты сидишь тут так долго, — начала она с нескрываемым недовольством в голосе, — Мог бы и стол протереть, — она провела указательным пальцем по поверхности, будто бы проверяя тот на наличие пыли, — Вечно ты работаешь за грязным столом, вот, у меня даже под ногтями пыль скопилась. — Ничего у тебя не скопилось, — возразил темноволосый, и было уже намеревался продолжить, но, поняв по серьезно настроенному тону, что та от него вряд ли отстанет, нехотя сполз со стула, разминая шею, — Но, если уж все настолько плохо, как ты говоришь, то… Так и быть, протру, — буркнул парень, замечая победоносно вздернутый нос девушки и скрываясь за одной из дверей зала. «— Что ж… День определенно обещает быть интересным.» — мысленно заключил парень, смачивая приятную на ощупь тряпку в теплой воде и выдыхая, смотря на свое отражение в зеркале,  «— Удивительно, что она ничего не спросила про ссадину» — выключая воду добавил тот, еще раз мельком оглядев поврежденную щеку и вновь выходя через ту же дверь, из которой только вошел буквально минуту назад.

***

К удивлению парня, народу в баре в этот раз было в разы больше, чем в какой-либо другой день последних пары недель. Встречались как постоянные клиенты, местные любители напиться и забыть все, вплоть до своего имени и фамилии, а так же совсем еще зеленые, новички проще говоря, люди, что только день назад открыли для себя все прелести «взрослой жизни», а кто-то и вовсе впервые заказывал себе алкогольный коктейль, или какой-либо напиток, что мог содержать спирт, и в эти моменты Чени мог лицезреть, как резко сменяется ровный бежевый оттенок кожи лица на розоватый, а после человека просто уносило в непонятные дебри: на рассказы о жизни и смерти, об очередной неблагодарной и мерзкой девушке, или же с таким же описанием, но уже парне, или, например, о надоевшей до тошноты и рвотных позывов работе — все это, и подобное таким рассказам, сотни раз выслушивал юный бармен, кивая головой и изо всех сил поддерживая бедолаг крепким словцом, хоть на самом деле парню было ровным счетом все равно на столь типичные проблемы других людей. Ему бы со своими проблемами разобраться, а уж потом лезть в чужие. И снова в голову вкрались воспоминания о вчерашнем днем, и эта самая ссадина, что сейчас красовалась на его лице, напоминала о нем как нельзя лучше. Вздохнув, парень принялся обслуживать очередного клиента, который, как успел заключить парень, исходя из предыдущих заказов, уже успел пару раз выпить, причем не самого слабого алкоголя и теперь заказывал чуть ли не самое крепкое из всего ассортимента. И он мог бы возразить мужчине, вежливо переведя тему и плавно подобравшись к чему-то менее градусному, но разве за это ему платят? За переубеждения местных алкозависимых мужиков в стремлении уберечь тех от неминуемого похмелья с утра? Ну, нет, определенно не за это. Парню платили за создание напитков и не более того, и, казалось, проще работы было просто не найти. И потому, внимательно выслушав заказ мужчины, темноволосый принялся за создание коктейля, как обычно сохраняя на лице безразличие ко всему происходящему и всем людям вокруг него. — Налей-ка мне мне еще стопочку Бренди, пацан, да поживее! — громким, басистым голосом повторял мужчина, удерживаясь одной рукой за край стола, а другой уперевшись ладонью об сидение одного из стульев, сам сгорбившись и чуть пошатываясь. — Конечно, сейчас все будет, — спокойным тоном отвечал Чени, открывая бутылку с крепким алкогольным напитком и наполняя небольшой, хрустальный бокал, на взгляд, объемом не более двести миллилитров, — Прошу, — добавил парень, поставив его на стол, наблюдая за тем, как мужчина молча и не скрывая своей радости, о чем говорила довольная, пьяная и от того мерзкая улыбка, схватился за несчастный бокал со свей силы, чудом не раздавив тот, и поднося ко рту, в один мах осушив его содержимое и так же резко отставляя его в сторону. — Хорошо пойло! — довольно прохрипел тот, доставая из кармана куртки чуть смятые, но на вид новые, купюры, после чего с громким хлопком ладони оставляя те на столе, выпрямляясь, — Люблю вашу забегаловку, вы тут все такие чистенькие, опрятные, — очередная мерзкая улыбка озарила чуть сморщенное лицо, и Роуг едва сдержался от резкого желания повернуться к тому спиной, лишь бы более не видеть этой морды, — А особенно официанточки, вон та, например… — мужчина поднял руку и жестом указал на темноволосую девушку, которая обслуживала очередной столик, и парень тут же узнал в ней Кагуру, — Очень хорошенькая… — казалось, еще секунда и тот захлебнется собственными слюнями, настолько похотливым и до тошноты противным стал его взгляд. Черноволосый молча выслушивал комплименты в сторону длинноволосой, а в голове уже крутились проклятия в адрес пьяного извращенца, который, казалось, раздевал девушку одним лишь своим голодным и одурманенным взглядом, от чего хотелось со всей силы дать по этой нахальной роже, а после еще плюнуть, показывая тем самым все свое омерзение и отвращение к данному человеку. И хоть Чени уже привык видеть подобных посетителей, но свою неприязнь к ним никогда преодолеть не мог, зачастую просто прожигая очередного пропитого мужика яростным взглядом кровавых глаз. Вот и сейчас, опустив взгляд на брошенные ему на стол деньги, он чуть изогнул губы в ухмылке, изо всех сил скрывая свое отвращение, а после осторожно взял те, убирая к остальным купюрам под столом. — Рад был обслуживать вас, приходите еще, — как можно спокойнее произнес тот, едва сдерживая рвущиеся наружу матерные словечки в сторону мужика, который, наконец, вдоволь настоявшись у барной стойки и пожирая взглядом проходивших мимо девиц, повернулся спиной и направился к выходу, пошатываясь, и лишь как-то нелепо махнув на прощание рукой стоящему бармену. И парень облегченно выдохнул, когда сей наиприятнейший мужчина скрылся из виду. — И давно ты так сдружился с нашими посетителями, Роуг? — насмешливо проговорила Кагура, чей голос послышался уж слишком близко и парень, повернув голову в его сторону, увидел буквально в паре десятков сантиметров от себя лицо девушки, — Обычно ты такой молчаливый и спокойный, — продолжала она, чуть навалившись грудью на стол, от чего та сильнее выпирала, приковывая к себе внимание. — Просто стараюсь быть как можно более культурнее и приветливее по отношению к клиентам, вот и все, — сделав вид, что не заметил столь вульгарного действия со стороны темноволосой ответил парень, приковывая внимательный взгляд к своему рабочему месту, беря в руки один из бокалов и протирая тот чистой, белоснежной тряпкой, — А у тебя, что, работы нет? — он вопросительно изогнул бровь, чуть прищурившись, мельком оглядывая достаточно забитый людьми бар, — Вон, сколько посетителей, — он кивнул на толпу, после чего послышалось недовольное хмыкание со стороны юной красавицы. — Имею право взять передышку на пару минут и это вполне нормально, — добавила кареглазая, так же, как и темноволосый, бегло осматривая заполненное помещение, — Вот и решила подойти к тебе на пару слов, ты, все равно, сейчас без дела стоишь. — Ошибаешься, — мягко поправил тот, но тонкие черные брови были нахмурены, — Я протираю посуду и это уже гораздо полезнее, чем просто стоять и болтать, тратя рабочее время попусту, — его укоризненный взгляд окатил девушку, словно из ведра холодной водой, но та молча продолжала слушать, — Разве тебе платят за разговоры, а? Сомневаюсь. И за красивые глаза, Миказучи, ты тоже прибавку не получишь, — словно мантру завел разговор красноглазый, отставляя натертый до блеска хрустальный бокал в сторону и беря в руки другой, наиболее, по его мнению, грязный. — Боже… — закатила глаза длинноволосая, всплеснув руками, — Ты всегда такой правильный, что, порой кажется, будто ты мой папочка, — недовольно буркнула та, отстраняясь от стола и одергивая вниз чуть задравшуюся блузку, — Впрочем, именно таким ты мне всегда и нравился, — уже спокойным тоном добавила она, прежде чем скрыться в толпе, направляясь к очередным столикам с заждавшимися клиентами. Когда фигура девушки скрылась из виду, темноволосый вздохнул, поправляя челку, которая свисла на другую часть лица и неприятно щекотала кончик носа, стоило ему чуть опустить голову. Он знал Миказучи и ее семью довольно давно, еще с самого детства, но то, как сильно изменилась кареглазая ему не совсем нравилось. Она стала какой-то… Более открытой, что ли? Доступной? Он не мог подобрать нужных слов, но видел, что с ней явно что-то произошло, о чем та, видимо, не желала делиться с другом детства. Впрочем, это был ее выбор и осуждать длинноволосую за это Роуг не мог. Точно так же, как и за несколько вульгарное поведение, которое тоже появилось за ней не так и давно. Это заметили все, их знакомые, друзья, близкие, а Альберона, например, просто говорила, посмеиваясь, что девочка взрослеет, но так ли это было на самом деле? Ведь ей, как и парню, было уже далеко не пять лет и такое поведение было не свойственно для человека ее возраста и уровня воспитания. Он вновь задумался, погрузившись в свои мысли, вплоть до того, пока его буквально не вырвали из них новые посетители, желавшие испробовать фирменных коктейлей заведения. И парню, конечно же, пришлось отпустить все свои размышления, сложив все в ящик и упрятав куда-то в глубину своего сознания, решив, что обязательно подумает об этом после окончания рабочего дня.

***

Бар, как и обычно, закончил свою работу только под утро, ровно в шесть часов, закрываясь и распуская персонал по домам, уставших за все то время, проведенное внутри здания. Роуг, по привычке, ушел позже всех, задержавшись и убрав все по местам, чуть ли не в точности, как было вечером, и только после «генеральной уборки» наконец покинув помещение, чем вызвал очередные смешки со стороны владелицы и подколы в духе «ох, какой все-таки чистоплотный мальчик». И хоть эти смешки никогда не задевали обладателя красных глаз, но он не упускал лишний раз возможность указать на то, что это, вполне нормально, и смеяться тут не над чем, и, конечно же, эти слова особого результата не приносили, поскольку Альберона любила посмеяться над своим персоналом, но злого умысла в ее подколах никогда никто не видел, да и сама она часто признавалась, что всего лишь бросает все в шутку, но, как ни странно, только когда была трезвой, что было достаточно редким явлением. Не смотря на усталость и боль в ногах, Чени все же по старой доброй привычке решил пройтись до дома пешком, не тратя времени и денег на такси, как делали практически все члены персонала, но только не обладатель иссиня-черных волос. К тому же, парня одолевали мысли касаемо девушки, которая так и не явилась, не смотря на всю их договоренность еще в первый же день знакомства, и речь шла о той самой Эрзе Скарлет, второкурснице его уже «горячо любимого» универа. Казалось бы, что такого страшного? Ну, не пришла, ну, может просто забыла или не нашлось времени. Ведь с кем не бывает подобного, верно? Но с другой стороны, можно было позвонить или кинуть простенькую СМС о том, что встретиться не получится и даже не обязательно указывать причину. И именно поэтому Чени не мог спокойно воспринимать этот поступок девушки как нечто, на что можно было бы забить и выкинуть из головы и своих мыслей уже спустя пару минут, как только то туда вообще закралось. К тому же, ему не давало покоя и то, что он, все-таки, предложил встретиться в месте, куда та ни разу не приходила и уж тем более не знала дороги. И хоть он дал девушке адрес, но все же понимал, что город та знает не настолько хорошо, чтобы разобраться и без каких-либо проблем добраться до места назначения. Но ведь и в случае проблем можно было просто позвонить, уж с этим то он точно мог помочь. Беспокойство за обладательницу алых волос давило на него, словно он был под прессом, а в висках застучало, к тому за рабочее время тот сильно вымотался, а голова все еще болела от громкой музыки. Он приложил ладонь ко лбу, что-то тихо прошипев себе под нос и поднимая взгляд на дорогу, мысленно примерно прикидывая сколько еще осталось идти до дома. Спустя пару секунд, видимо, наконец, придя к выводу, что осталось не так и много пройти, парень ускорил шаг, засунув руки в карманы и идя, практически не замечая ничего вокруг, лишь изредка останавливаясь на светофоре, дожидаясь зеленого сигнала и вновь продолжая движение вперед, в надежде поскорее прибыть в свою уютную квартиру и метнуться в поисках таблеток, спасения от той боли, что он ощущал где-то в голове.

***

Чени ввалился в квартиру, держась за голову. Его лицо выглядело болезненным и через чур бледным, даже для его, казалось бы, и без того бесцветной кожи. Ключи были отброшены в сторону, а дверь с громким хлопком закрылась за ним и тот, повернув замок, оперся спиной о ее поверхность, тяжело выдыхая нагретый в легких воздух, собираясь с силами и пытаясь перебороть себя от желания свалиться прямо на пол в этом самом чертовом коридоре. Парень сжал волосы, с силой оттянув те от себя, отрезвляя разум хоть таким, казалось бы, жестоким способом, с помощью боли, которая и так разрывала его голову изнутри, а в ушах стоял шум, заглушая все посторонние звуки. Красноглазый, превознемогая себя, добрался таки до ванной, опираясь грудью об раковину и протягивая руку до уже столь полюбившейся ему аптечки. Дрожащие пальцы открывают коробочку, перебирают пару упаковок с лекарствами и наконец вытаскивают то, что ему было необходимо в данный момент. Следом же, надавив на упаковку, он освобождает из ее оков пару таблеток и резко забрасывает в рот, глотая. Вздохнув, парень открывает кран, поворачивая вентиль с холодной водой, и жадно припадает губами к тому, впитывая в себя, словно губка, ледяной воды, не обращая внимания на резкую боль в горле и то, как неожиданно похолодело внутри. Вдоволь напившись, Роуг выключает воду и садится на край ванны, опуская оледеневшие кисти рук на колени, пытаясь придти в себя и наконец забыться от той боли, что чувствовал, избавиться от того шума, что он слышал, хотя в самой квартире было абсолютно тихо. И вот, спустя несколько минут его состояние заметно улучшилось — шум прекратился, а в висках перестало пульсировать. Темноволосый, наконец, смог нормально дышать, не хватая воздух с такой жадностью, будто бы тот был последним, что оставался в этой комнате. Моргнув пару раз, молодой человек неуверенно поднялся на ноги, все еще держась за борт ванны и мельком оглядев себя в зеркало: растрепанные волосы, бледное лицо, ссадина на щеке, и бешенный, напуганный взгляд — все это он увидел в своем отражении и это зрелище заставило мурашки пробежать по телу, поднимая волосы дыбом. Никогда он еще не чувствовал себя так плохо, как сегодня, и этот день явно надолго запомнится обладателю необычных глаз. Парень медленно провел ладонью по лицу, окончательно приходя в себя и отстраняясь наконец от ванны, более-менее ровным шагом покидая комнату и заходя на кухню, где все еще витал еле уловимый запах кофе и какого-то непонятного аромата с улицы, приятного, но совершенно незнакомого. Он оперся спиной о кухонный стол, втягивая эти смешанные запахи полной грудью и спустя пару секунд выдыхая, с наслаждением прикрывая уставшие глаза. — Все же… — тихий голос пронзил царившую в комнате тишину, эхом отдаляясь по всей квартире, — Мне стоит хоть иногда брать выходной, — добавляет тот, покосившись на телефон, что торчал из кармана его темных джинс. Сегодня он точно возьмет отгул, намереваясь проспать большую половину дня, готовясь к надвигающейся учебной неделе, которую он, к слову, уже мысленно окрестил как «неделя, полная сюрпризов».
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
О МОЙ БОХ! ДА ЭТО ЖЕ ЩИДЕВР ВЫСШЕЙ СТЕПЕНИ! Если бы можно было, то я бы поставила МИЛЛИАРД ЛАЙКОВ, но увы... всё так круто описано!!! Идея нравится, хоть и не по канону... и это не плохо, наоборот, здорово! Характеры людей очень хорошо прорисовываются, иногда посмеялась, а иногда сильно переживала. Ну что ж... про грамматические ошибки я вообще молчу (ведь их нет). Могу сказать только одно... ЖДУ ПРОДОЛЖЕНИЯ, ГЕНИАЛЬНЫЙ АВТОР. ВСЕГО ВСЕГО ТЕБЕ ЖЕЛАЮ.

С любовью, Кисмура. 🌝
автор
>**KisMura**
>О МОЙ БОХ! ДА ЭТО ЖЕ ЩИДЕВР ВЫСШЕЙ СТЕПЕНИ! Если бы можно было, то я бы поставила МИЛЛИАРД ЛАЙКОВ, но увы... всё так круто описано!!! Идея нравится, хоть и не по канону... и это не плохо, наоборот, здорово! Характеры людей очень хорошо прорисовываются, иногда посмеялась, а иногда сильно переживала. Ну что ж... про грамматические ошибки я вообще молчу (ведь их нет). Могу сказать только одно... ЖДУ ПРОДОЛЖЕНИЯ, ГЕНИАЛЬНЫЙ АВТОР. ВСЕГО ВСЕГО ТЕБЕ ЖЕЛАЮ. С любовью, Кисмура. ?

Боже мой, какой яркий и расписанный отзыв, прям радует мою темную душеньку.
Ну... Спасибо вам за столь приятные слова, и хоть я и не считаю свою писанину столь гениальной и прекрасной, но рад, что она кому-то пришлась по душе. Нет, ну серьезно. Ваш отзыв прям таки свет для меня, сигнал о том, что, пожалуй, стоит продолжать работу и не забивать на нее.
От всей души благодарю)0
>**Snail.**
>Боже мой, какой яркий и расписанный отзыв, прям радует мою темную душеньку. Ну... Спасибо вам за столь приятные слова, и хоть я и не считаю свою писанину столь гениальной и прекрасной, но рад, что она кому-то пришлась по душе. Нет, ну серьезно. Ваш отзыв прям таки свет для меня, сигнал о том, что, пожалуй, стоит продолжать работу и не забивать на нее.От всей души благодарю)0

И вам, автор спасибо за фанфик и за все "спасибо" в своём ответе. Удачи и вдохновения в написании новой главы. :)