Дети подземелья

Часть вторая. 1998 - 1999г.

I remember years ago Someone told me I should take Caution when it comes to love I did, I did... And you were strong and I was not My illusion, my mistake I was careless, I forgot I did*

31 июля 1998 А интересно, если от Хогвартса ничего не осталось, кроме развалин, исключат ли её из школы за применение магии за её пределами?.. Усмехнувшись своим мыслям, Лорен подняла голову с подушки. Солнце светило в окно так ярко, что она была готова рискнуть задёрнуть занавески заклинанием, лишь бы не пришлось вставать. Глубоко вздохнув и недовольно поморщившись, девушка поднялась, закрыла окно и залезла обратно под одеяло, в уме пересчитывая, сколько ещё дней осталось до совершеннолетия. Это уже стало её ежедневным утренним ритуалом, но вспомнив, какой день сегодня и что должно произойти, она резко вскочила и выбежала из своей спальни. - Алекс, – позвала она, и толкнула дверь в соседнюю комнату. – Алекс! В ответ она услышала недовольное мычание. - Чего тебе?.. - Писем ещё не было? Адамс с трудом оторвал голову с подушки и недовольно зыркнул на сестру. - Сгинь. - Но… - Лори, Мерлина ради, ты издеваешься?! Сейчас только шесть грёбаных часов грёбаного утра! – взревел он и швырнул в неё будильник, но Лорен успела спрятаться за дверью, и он разбился на части. - Извини, - пискляво произнесла она, на всякий случай прикрывая голову рукой. – И всё-таки… - ПРОВАЛИВАЙ! Когда в небе стала видна приближающаяся тёмная точка – сова с письмами из Хогвартса – Лорен и Алекс уже сидели на заднем крыльце и пили кофе. - Поздновато они в этот раз… - тихо проговорила Лорен, смотря в небо. - Могли вообще не прилететь, - усмехнулся Алекс. – Знаешь, многие говорят, что во время битвы почти половину замка разнесли. - А вторую половину сожгли. Да, уже наслышана, Тори рассказывала мне, - хмуро сказала Лорен. - Ей-то откуда знать. Нас же там не было… - А тебе как будто жаль. - В какой-то степени, - просто ответил Алекс, и сделал большой глоток кофе. – Хотя мы мало что могли бы изменить. Говорят, что только при эвакуации почти двадцать студентов погибли. - Серьёзно? – напряглась Лорен. - Первокурсники. Наши и Когтевран. Обрушилась лестница, а они были на ней. Всех завалило. А знаешь… - Алекс усмехнулся. – Это ведь ваши сделали – взорвали лестницу. Монтегю и Крэбб. Лорен захотелось кричать от этой новости. Дети которые даже не сражались, и погибли как самые последние маглы, под обломками здания. Но в то же время пришлось до боли закусить язык, чтобы не сорваться и не накричать на Алекса за это его «ваши», не начать рассказывать ему обо всех слизеринских междоусобицах и разделение факультета на два лагеря. Это было бы бесполезно. К тому же, на перила крыльца уселась сова, громко ухая и настаивая, чтобы у неё забрали почту. Алекс протянул Лорен конверт, подписанный её именем. И по мере прочтения на её лице отражалось всё большее недоверие и недоумение.

«Уважаемая мисс Бирс! Напоминаю Вам, что первого сентября начинается учебный год. «Хогвартс – экспресс» отходит от платформы 9 и 3/4 в 11:00. Так же напоминаю о необходимости повторного прохождения Вами материалов шестого курса в связи с неполным их изучением в прошлом учебном году. Список необходимой учебной литературы для шестого курса прилагается. Искренне Ваша, профессор С. Вектор заместитель директора школы»

- Но… - промямлила Лорен. – Как это… Не может быть! Она отобрала у Александра его письмо, пробежалась по нему глазами, и прокомментировала: - Ну, с вами-то всё ясно, у вас ЖАБА, но почему мы? Зачем снова проходить шестой курс?! Алекс засмеялся, и ласково пихнул её локтем. - Это вполне логично, нас же весь год учили только проклятиям, а Гриффиндорцы так вообще всем факультетом в лазарет переехали. И вообще, тебе надо радоваться, ведь и экзамены придётся сдавать на год позже, не то, что мне… - Действительно, тебе-то и лишний год не поможет, - насмешливо сказала она, хлопнув его по затылку конвертом и рассмеялась. – Мерлин, да теперь кто вообще поедет в Хогвартс? Если часть студентов просто мертва, ещё часть, держу пари, испугается туда возвращаться. Так теперь ещё мы все второгодники, кроме первокурсников, которых, кстати, тоже едва с десяток наберётся! - Брось. Зря драматизируешь, - ответил Алекс и снова уселся на ступени, жмурясь от солнца. – Пауэлл и Харрисон, например, точно вернутся. И пуффендуйцы с моего курса вернутся почти все. - Ты что же, переписываешься со всем курсом? – удивилась Лорен. - Не со всем, конечно… - Алекс опустил глаза, и спросил после недолгого молчания. – А твои друзья, они собираются? Лорен помрачнела. От Райта не было вестей с тех пор, как на следующий после их побега из Хогвартса день он перешагнул порог их дома. Блэр с отцом уехали за границу ещё в июне, а Ник только неделю назад вернулся из Эдинбурга. Лорен как раз в этот момент вспомнила, что он хотел увидеться с ней после приезда, и решила больше не тянуть. - Сейчас и спрошу, - сказала Лорен и направилась к задней двери. – Вернусь к вечеру, буду у Ника, если вдруг что… - Ты никуда не пойдёшь, Лорен. Она резко остановилась и медленно обернулась на брата. От внимания не ускользнуло то, как сильно поменялся его тон. От спокойного и беззаботного, до того самого тона я-старше-я-знаю-я-запрещаю, который она так ненавидела. - Почему? – удивлённо спросила она. - Мама временно отключила камин от сети, разве она не сказала тебе? А трансгрессировать ты ещё не умеешь. - Значит, сяду на поезд. - Вот уж вряд ли, - усмехнулся Алекс. – Так далеко она тебя не отпустит. Это не безопасно. А если надумаешь сбежать, - добавил он, предугадав её следующую реплику, - посадит под домашний арест, и так как колдовать дома тебе пока нельзя, остаток каникул, уверяю, ты проведёшь чрезвычайно весело. Лорен поняла, что спорить бесполезно, но всё же хотела как-то ему ответить, вот только от обиды все слова куда-то подевались, поэтому она с пару секунд тупо глотала воздух и часто-часто моргала. Затем развернулась и ушла прочь, громко хлопнув дверью. Письмо, которое она так ждала все эти недели, теперь валялось на столе никому не нужное. Как бы она не пыталась придать своей комнате уюта, ничего не получалось. Стены были выкрашены бледно-сиреневым оттенком, и она казалась холодной, даже когда комнату заливал солнечный свет. Ей не хватало… белого. Светлых, кремовых оттенков, как в её старом доме в Дербишире. Плимут и дом Адамсов никогда не были её родным домом. И не станут. И теперь, ей предстоит провести здесь столько времени, так ещё и без Ника или Райта. От этой мысли хотелось выть. Однако, спасение пришло к ней тем же вечером. Сова с письмом от Тори Пауэлл, которая приглашала погостить у неё в Лондоне пару недель. Оставалось надеяться, что против этой поездки Адамс не будет возражать.

***

Тори сидела за туалетным столиком и что-то искала в ящике, пока Лорен торчала возле её проигрывателя – более современного, чем Хогвартсские динозавры – и перебирала пластинки. Она взяла в руки и с любопытством рассматривала обложку одной из них – чёрная, с языками пламени, но не нарисованными. Они были совсем как настоящие, казалось, что вот-вот обожгут пальцы. - Что это? – Лорен показала пластинку Тори. - «Салемские мятежники», - ответила Пауэлл и взяла в руки расческу. – Это их первый альбом, всего месяц назад вышел, но все уже успели на них помешаться. - Мятежники… - хмыкнула Лорен. – Впервые слышу. - А должна была! Такой жести ни магловская, ни волшебная сцена ещё не видела. Прикинь, они в разгар концертов всегда поджигают сцену. Лорен надменно фыркнула: - Это типа отсылка к суду над Салемскими ведьмами? Так их ведь не сжигали, а вешали и забивали камнями. - К ведьмам или нет, но смотрится круто! - заключила Пауэлл. Лорен опустила иглу на пластинку. Тут же зарычала гитара, загремели ударные, и звонкий мужской голос, который почему-то показался ей знакомым, запел:

«Down under the night sky I lay in wait Praying to whoever will listen to me. I'd fashioned my own cross, Been crushed by its weight. There's no stronger message Than dirt in your face».

- Неплохо… - искренне сказала Лорен. Музыка действительно понравилась ей. – Погоди-ка. Какие ещё концерты, ты же сказала, что они недавно появились? - Да. Наверно, они сами эти слухи распустили, пиар и всё такое, - ответила Тори, припудривая щёки. - Но знаешь, они такие крутые, что всем плевать. Лорен усмехнулась и улеглась на кровать Тори. Её комната располагалась на мансарде. Стены были обшиты лакированным деревом, завешаны рисунками и гриффиндорскими растяжками, занавески сдвинуты в сторону, и аромат июльского вечера лился в комнату через настежь открытое окно, и закатное солнце заливало её до краёв. Солнечный зайчик от зеркальца в руках Тори пробежал по небольшой полке, заваленной учебниками, прошлогодними конспектами, письмами, коснулся корешков потрёпанных томиков Джейн Остен и Хемингуэя, прозрачной банки с засушенными цветочными лепестками. Спинку кровати обвивала рождественская гирлянда, и матово светилась бледно-жёлтым светом. Сама Тори сидела за туалетным столиком, украшенным декоративными цветами из бумаги, заставленным разноцветными флакончиками и горой косметики. Лорен была у неё уже второй час, и все это время Тори либо переодевалась, либо переставляла вещицы на полках с места на место, и бесконечно подкрашивала и без того безупречно накрашенные глаза. Лорен был непонятен весь этот тупой девчачий ритуал, но мельтешение Пауэлл странным образом успокаивало. - Так из-за чего вы с Алексом опять поссорились? – как бы между прочим поинтересовалась Тори. - Не из-за чего, - отмахнулась Лорен, обхватив подушку в кружевной вязаной наволочке. – Просто этот упёртый говнюк не отпустил меня к Нику и Райту. Долбаный расист, оправдывается моей безопасностью, а на деле просто не переваривает Слизерин ни в каком виде, особенно в моём олицетворении. И уж тем более их, но они мои друзья, и что плохого в том, что… - Эй! – возмутилась Тори, плюхнувшись на кровать рядом с ней. Лорен подвинулась. – А я тогда кто? Бирс усмехнулась. - Я вовсе не это хотела сказать… Просто Ник и Стефан, они…они… - Понятно, - хихикнула Пауэлл, а потом сделала хитрые-хитрые глаза. – Хотя выглядит всё это так, будто ты… - Не начинай, Пауэлл. - ... просто втрескалась в кого-то из них. Взгляд у Лорен сделался тяжёлым и усталым, она едва сдержалась, чтоб не закатить глаза. - Чушь несёшь. - Ой ли? Тори засмеялась звонким, переливчатым смехом. Пока она веселилась, Лорен уже успела прогнать из головы с десяток мыслей с запретным началом «А что, если…». Например, как она вообще могла вдруг начать смотреть иначе на кого-то из них? Это после стольких-то лет дружбы. Или же, кто из них это мог бы быть? Какая-то её часть была уверена в том, что это будет не Райт… Стоп. Нет. - Слушай, я никогда тебя не спрашивала… Почему ты вообще живёшь с Адамсами? Где твои родители? Лорен выдохнула и дёрнула плечом, предчувствуя очередную неприятную тему для разговора. - Отец умер, я даже имени его не знаю, а мама пропала, - ответила Лорен, стараясь придать своему голосу как можно более безразличный тон. - Точнее, сбежала – так Холли говорит. Мне тогда было лет пять. - То есть, твоя мама жива, – уточнила Тори. – Но ты даже не пыталась с ней связаться, или увидеться? - Зачем? - выговорила Лорен. - Нет, правда, зачем? Что-то я не припомню, чтобы она хоть раз вспомнила обо мне. Она прекрасно знала, где меня найти, что ей мешало хотя бы сову мне прислать, хотя бы дать знать, что она жива и здорова, и что не забыла о том, что у неё есть дочь? Боялась, что её почта потеряется по пути и весь мир узнает, какая она офигенная мать? – Лорен пыталась не придавать голосу эмоций, но вышла её тирада всё же с нотками раздражения и обиды. – У меня есть семья. И где бы она ни была, живая или мертвая, это не она. Лорен уже давно перестала думать о том, что заставило её мать бросить её. Она больше не строила предположений и не искала оправданий, предпочитала больше не тратить время на эти бесполезные раздумья. Она ведь практически её не помнила, но это было и не нужно. Теперь у неё другая жизнь и другая семья. - Ясно… - просто сказала Тори, пожала плечами и принялась поправлять прическу. После того, как ей заклинанием отсекло волосы тогда, в Хогсмиде, пушистые кудри превратились в короткое аккуратно уложенное каре. В тот момент с улицы послышался громкий утробный рык, и Тори протанцевала к открытому окну, напевая себе под нос «I feel it in my bones, bones, bones…». - Это ещё что? – отреагировала на звук Лорен и выключила музыку в комнате. - Это парни приехали! - радостно воскликнула Тори и помахала рукой в окно. - Приехали? – удивлённо уточнила Лорен. - Ага, на машине. Посмотри, - Тори кивнула на окно. – Пол с отцом её собрали. Естественно, доработали при помощи магии, расширили салон, и всё такое… Лорен ещё больше ужаснулась, почему-то представив увеличенную версию игрушечной машинки ядовито-жёлтого цвета с барсуком на капоте, и почти рассмеялась над своим идиотским предположением. Пол Харрисон, Джеймс Морган и её брат вылезли из старенького, слегка обшарпанного, но выглядевшего вполне прилично «Камаро». - А она летает? – усмехнулась Лорен. Тори посмотрела на неё, как на идиотку, и она рассмеялась. - Здесь, кстати, и Джеймс, так что будь так добра, включи милашку, - поучала Тори, поправляя Лорен волосы, расстегнув верхнюю пуговичку на её блузке, и ущипнув за щёки. Бирс в этот момент закатила глаза чуть ли не до скрипа. Джеймс Морган, друг и однокурсник Алекса, в прошлом году не возвращался в школу из-за того, что всё маглорожденные были оттуда исключены, и она как-то забыла о нём, хотя обычно они были друг у друга на виду. И Тори почему-то была уверена, что он к ней неравнодушен. - Эй, Гриффиндор! – послышался голос Пола с первого этажа, затем хлопнула дверь. Тори растянула рот чуть ли не до ушей, и сбежала по лестнице, тут же кинувшись Полу на шею. Лорен усмехнулась, глядя на эту парочку, и заметила, что Морган быстро-быстро оглядел её с ног до головы и стал помогать Полу с пакетами, которые они притащили на кухню. Было сразу понятно, кто здесь рос среди маглов, а кто - чистокровный волшебник. Пол, светловолосый и жутко лохматый, надевал сразу две рубашки, заправлял штанины в кеды и убирал волшебную палочку за ухо, в то время как Джеймс, в простой белой футболке и тёмных джинсах, выглядел аккуратно и сдержано. Это если не принимать во внимание выбритый висок, пирсинг в левом ухе и татуировку на шее. Лорен, войдя за ними на кухню, попыталась получше её рассмотреть, но успела заметить только крыло птицы, и отвела взгляд, так как Морган заметил, что она за ним наблюдает, и сам пристально посмотрел на неё. - Хвала Мерлину, - весело сказала Тори, доставая из бумажного пакета упаковку зефира. – Я боялась, как бы вы снова не притащили тот пирог с вялыми овощами и вонючим сыром… - Это была пицца, гений, - ласково произнёс Джеймс, и Пол засмеялся. Он как раз доставал из своего рюкзака банки с магловским пивом, открыл одну и протянул Лорен. - Что это? – она заглянула в банку и принюхалась. - Увы, сливочного пива в магловских супермаркетах не продают, - сказал Пол. - Оно воняет… - Лорен поморщилась. - Зато оно крепче, - заметил Алекс. - А, ну тогда ладно, - уверенно ответила она, и сделала глоток. Внезапно в открытую дверь из гостиной проскользнул зелёный отблеск, затем послышался неуверенный голос и шаги. - А это кто? – Харрисон вытянул шею, и затем громко усмехнулся. – О, гляньте только, змеи приползли! Лорен сначала не поверила своим глазам. В дверях стоял Стефан Райт и осматривал присутствующих. Пол отсалютовал ему двумя пальцами и усмехнулся. Тори быстро подмигнула Лорен и вышла им навстречу, рассыпаясь в приветствиях. - Это ты их позвала? – тихо спросила Лорен, подойдя к ней, и едва не рассмеялась, заметив кислую мину Адамса. - О да, по срочному и чрезвычайному делу и с мольбами о помощи, - сказал вышедший из гостиной следом за Райтом Альто, на ходу приобняв Лорен за плечи. Обычно, когда они встречались вместе, приветствие Ника было самым последним, так как было самым долгим. Но в этот раз, обменявшись с ней парой слов, он отошёл к остальным и о чём-то заговорил с Тори. - Помощь действительно может понадобиться, - заметил Пол, оглядев кучу еды и магловского алкоголя. По кухне прошёл смешок. - Всегда к вашим услугам, - небрежно бросил Райт, прислонившись к дверному косяку, и наткнулся на сердитый взгляд Лорен. - В чём твоя проблема? – она злобно сверкнула глазами. - Эй, что за нападки? – хохотнул Стефан. - «Привет, я не сдох в канаве». Не так уж и сложно. Или ты забыл, в какой руке держать перо? Знаешь, почта неплохой способ дать другу знать, что с тобой всё в порядке, когда в мире идёт долбанная война! - Война? Здесь никто не говорит о войне. Мы тут как раз для негласного заключения мира, - весело сказал Пол. - О да, Слизерин, Пуффендуй и Гриффиндор в одно время под одной крышей. С ума б не сойти, - подхватила Тори. - Когтевранцев не хватает, - заметила Лорен, и подумала об их с Тори подруге с орлиного факультета. – А почему не приехала Софи? - Её родители, забыла? – сказала Тори. - А что с ними? – нахмурился Райт. Пауэлл вздохнула. - Не знаю, какими правдами и неправдами Макгонагалл убедила их отпустить её поехать в Хогвартс, но теперь каждый год её мать на весь Лондон скрипит зубами, когда она отправляется на Кингс-кросс. И каждые каникулы они её убеждают бросить эти игры в колдовство и вернуться в магловскую школу. - Как грустно… - прокомментировал Райт, едва сдерживая усмешку. - Я не страдаю предрассудками, но в чистокровности все же есть некое преимущество, - в пол голоса добавил Ник. - О, Лорен, а позови своего приятеля Стоуна, - едко произнёс Алекс. - Это с которым ты гуляла с ним на пятом курсе? – поинтересовался Пол. - Да не гуляла я с ним, - раздражённо ответила Лорен, против воли скосив взгляд на Джеймса. - Как скажешь, - пожал плечами Харрисон, и вслед за Морганом и Адамсом направился во двор. Эрик Стоун был первым, кто обратил внимание на слизеринку и первым, кто вообще разглядел в ней девушку. Весьма красивую девушку. Тёмно-каштановые волосы отрасли уже до середины спины, блестели и гладким полотном струились по спине, бледная кожа натягивалась на ключицах и запястьях, делая их заметнее и изящнее, изогнутые брови и глаза, открытые чуть шире, когда она пыталась кого-то слушать, что придавало ей слегка наивный вид. Худые стройные ноги выгодно завершали образ, особенно с тех пор, как она одновременно со своими однокурсницами сменила школьные башмачки на туфли с каблуками. Но так как она практически всё время в обществе Альто, Райта, Хенсли и Клируотера, остальных это, конечно же, отталкивало, и избалованна вниманием со стороны мужской половины школы она не была. Поэтому Лорен была даже несколько польщена, когда Стоун позвал её погулять. Прогулкой это, конечно, назвать было сложно. Пока они бродили сначала туда-сюда вдоль озера, а затем по коридору, ведущему к Когтевранской башне, он без умолку трещал о чем-то своём, даже не заботясь о том, слушает ли она его, и в какой-то момент просто полез к ней целоваться. Лорен с перепугу лягнула его коленом в пах и сбежала. Следующим утром Стоун и его воробьиная компания стала мерзко хихикать, когда она проходила мимо, а к концу учебного дня они вовсе принялись ходить за ней попятам и окликать её монашкой. Она предпочитала быть выше всего этого идиотизма и попросту не обращала внимания. Но потом, о причинах этого когтевранского цирка узнал Ник, и сломал Стоуну нос на глазах его новой подружки, которой стала никто иная, как Элла Гаррет. Это произошло весной, перед самым окончанием учебного года, и Лорен надеялась, что из-за экзаменов СОВ об этом все быстро забудут, но, видимо, ошиблась. Лорен догнала Райта, и спросила, когда остальные уже вышли на улицу. - И всё же, где ты был? В Норвегии? Стефан покачал головой. - Во Франции. - Ого… - Да, - он пожал плечами и расстегнул молнию косухи. – Долгая история, но если вкратце… Одного моего приятеля, с которым я вырос – наши семьи когда-то сотрудничали – в этом году выперли из Шармбатона. Бедняга совсем раскис. Пришлось его утешать. При последних словах глаза Стефана так сверкнули, что Лорен не могла не рассмеяться. - Приятель, да? То есть, не приятельница? - Ты моя умничка, - Стефан потрепал Лорен по волосам. - Даже боюсь представить, как именно ты его… её… Подбадривал. - И правильно, не нужно. Маленькая ещё. Лорен засмеялась и пихнула его в бок, когда они вышли из дома. Кирпичные стены дома обвил дикий виноград, цветущие хризантемы и кусты роз залезали прямо на деревянную веранду и узенькое крылечко, от которого через весь двор вилась тропинка из серого гравия, ведущая к деревянному столику, гамаку и скамейкам. Деревья между собой связывала гирлянда из лампочек, отчего дворик был похож на гнездо огромных светлячков. Тёплый розовый вечер подрагивал от стрекота сверчков, окутывал окружающее пространство сладким маревом с ароматами цветов и дерева, костра, который Ник и Пол развели при помощи магии. Окраину пригорода уже накрыли сумерки, когда Лорен подошла к костру, у которого сидели Джеймс и Тори. Она протянула ладони к огню, украдкой посматривая на сидящего рядом пуффендуйца. Почему-то ей страшно хотелось рассмотреть, наконец, его татуировку. Ласточка. Раскрытые крылья расходятся к затылку и мочке уха, как будто гладя его по шее. Джеймс снова заметил её внимание, и меньше, чем за долю секунды Лорен отвернулась и уставилась на огонь. - Думал, хладнокровные не мёрзнут, - тихо усмехнувшись, сказал он, когда Лорен снова протянула ладони к огню. Она криво ухмыльнулась. - Ты мыслишь стереотипами. - Да ну? – он выгнул бровь. Лорен вздохнула и посмотрела на него со всей своей слизеринской надменностью. - А разве не все пуффендуйцы - обкуренные хиппи, помешанные на гербологии, травке и сладостях? Джеймс медленно улыбнулся, смотря на огонь. - Ну, вот по поводу травки Пол с тобой согласился бы… Лорен и Тори рассмеялись, и слизеринка недоумевающе спросила, глядя, как Пауэлл за обе щёки уминает поджаренный на веточке зефир: - Не понимаю, что здесь такого? Это, типа, забавно? Тори молча бросила Джеймсу упаковку. Он не глядя поймал её одной рукой, взял у Пауэлл наточенную ножом ветку, насадил кусок и повращал над огнём. - Ты просто не понимаешь. Это только с виду он жестковат, но внутри… Попробуй. Он приподнял уголок рта и протянул ей ветку, с куском зефира, который стал похож на уголь. Лорен опасливо положила его в рот целиком, чтобы не видеть, насколько он неприятен на вид. Но, немного разжевав, она круглыми от удивления глазами уставилась на них, и Джеймс с Тори засмеялись. Остальные собрались за столиком и о чем-то оживлённо болтали, смеялись, напрочь позабыв о различии своих хогвартсских знамён. Отец Тори месяц назад стал новым главой Отдела международного магического сотрудничества в Министерстве магии, и был вынужден отправиться в длительную командировку в Штаты, и дом Пауэлл на весь вечер и на всю ночь был в их распоряжении. Было много музыки, магловского пива и прочей ерунды. Пол и Тори, которые сначала только и делали, что облизывались на скамейке у веранды, сидели за столом, знатно повеселевшие от алкоголя и играли в взрыв-шашки. Ход игры их мало волновал, но когда шашки взрывались, оба начинали хохотать во всё горло, и чем больше шашек взрывалось, тем веселее им становилось. Потом они пытались научить её и Ника какой-то странной, ими же выдуманной карточной игре. Лорен никак не удавалось в ней разобраться, и тогда они стали играть парами. И когда благодаря Нику выиграли два раза подряд, остальные сдались, но не растерялись и отсалютовали друг другу бутылками «за продули». Тори вытащила из комнаты проигрыватель, но теперь музыку выбирала она, а не Лорен, так что одна за другой играли медляки Nazareth и Боба Дилана. Пол и Тори пытались танцевать, обнимаясь и неуклюже переминаясь с ноги на ногу, Райт развалился в гамаке и меланхолично выкуривал сигарету за сигаретой. Ник подошёл к Лорен, которая снова сидела у костра. - Так всё же, что это за навязчивая идея с приглашением нас в барсучье логово? – насмешливо спросил он, усевшись рядом и положив руку ей на плечи. Лорен рассмеялась. - Это не моя идея. Хотя я полностью её поддерживаю. - Вот как… - Я хотела вас увидеть, а это мудила-Алекс… - Не продолжай, - Ник кивнул, зыркнув на Адамса. Всё же есть в мире что-то постоянное. Эти двое будут вечно недолюбливать друг друга. - И ты что, не могла дня рождения дождаться? - Это же почти две недели! На этот раз он не ответил, просто засмеявшись и повернувшись так, что тёплый свет от угасающего костра осветил бледный точёный профиль, и сделал черты лица будто ещё острее. - Кстати, про твой день рождения, - начал Ник, слегка нахмурившись. – Возможно, мне снова придётся уехать в Эдинбург до конца лета, и если вдруг не увидимся до школы… Он потянулся рукой в карман, и вытащил что-то. - С семнадцатилетием, - произнёс он, проговаривая каждый слог. Лорен тихо засмеялась. - Теперь ты можешь колдовать вне Хогвартса и получить разрешение на трансгрессию. Круто, а? - Чуть-чуть, – улыбнулась она. Ник опустил глаза. - Нашёл его в вещах отца. Ему лет сто, наверное, но… Подумал, что тебе понравится. Холодное, серебряное сердце с цепочкой, лежавшее на её ладони, вдруг пробудило в ней какие-то странные, необъяснимые чувства. Не из-за того, что каждая грань сияла даже здесь, в темноте, где практически не было света. Оно было… Оно будто грело её ладонь, несмотря на то, что было почти ледяным. На секунду сжав его, ей стало казаться, что она уже держала в руках эту вещицу. Пытаясь понять, или вспомнить, она немного покрутила его в руках под светом костра, рассматривая роспись. Тонкие витиеватые линии сходились не то просто в цветочный бутон, не то в какой-то древний символ или руну, и когда Лорен провела по нему рукой, стали ещё более выпуклые, яркие, будто засветились изнутри холодным мерцанием. - Такой красивый… Ник не мигая смотрел на неё, и только она собралась поблагодарить его, улыбнулся краешком рта, из-за чего у неё зазвенело в голове. Резко, как визг. На самом деле это Алекс и Пол заорали. - Чёрт, слишком рано! Она же взорвётся сейчас прямо здесь! - Брось эту хрень, идиот, ложись! Лорен резко обернулась, вернувшись на несколько секунд в реальность. Пол и Алекс держали в руках коробку с эмблемой «Всевозможных волшебных вредилок», и едва Лорен успела ужаснуться, что же могло в ней быть, они бросили её на землю и отбежали на несколько шагов. Тут же из коробки вырвались и с оглушительным грохотом взорвались несколько пёстрых фейерверков, разорвавших спокойное ночное небо. Послышался собачий лай, чьи-то голоса. Тори, Пол и Алекс валялись на земле и хохотали что есть мочи, пока дело не дошло до второй коробки. Теперь они поджигали их по очереди. И с каждым взорванным фейерверком взрывался ко всем чертям её привычный мир, в котором Ник Альто был только её лучшим другом.