Шелковая плеть

Проснулся я от того, что мне на лицо обрушилось ведро воды. Вернее, как выяснилось, никакого ведра не было: поток просто появился из ниоткуда и пролился на меня с потолка, при этом каким-то магическим образом из всего интерьера намочив только меня одного. С характерным для данной ситуации криком я вскочил со своего места и тут же с размаху ударился обо что-то макушкой, повалившись обратно в гору каких-то безумно мягких и абсолютно сухих подушек. Открыть глаза и осмотреться удалось далеко не сразу, но меня так просто не сломить. Когда наконец мир вокруг обрел четкие очертания, мой ошалевший и все еще явно неадекватный взор наткнулся на совершенно спокойно восседающую напротив в креслице девушку, которая смотрела на меня в упор. И как-то довольно злобно. Девушка была красива до безумия: тоненькая, как струна, с идеальной белоснежной кожей и светло-зелеными кудрями, которые мягкими волнами покрывали ее плечи и грудь, а светлая и свободная туника из почти прозрачной ткани, которую я видел впервые, очень походила на струящееся в пол водяное полотно. Оно переливалось и играло всеми оттенками зеленого и голубого, а в первый момент мне даже почудилось, что по нему от ее талии вниз скользнули две крошечные рыбки. Переведя наконец взгляд вверх и запоздало осознав, что откровенно пялюсь на сей живой предмет искусства, я решил, что пора заговорить для приличия, потому как незнакомка начинать разговор явно не собиралась. - Эммм… Ну... Э… - красноречиво выдал я спустя пару минут, окончательно стушевавшись. Ярко-бирюзовые глаза прищурились, и с бледных губ красавицы слетела пренебрежительная усмешка. Она медленно поднялась с кресла. - Меня зовут Сирена, - этот голос показался мне еще более холодным и безжизненным, чем голос того странного типа, что притащил меня сюда, - я – нареченная невеста Северного Ветра, хозяина этого замка. А ты – бельмо у меня на глазу, жалкий человечишка. Слегка пришибленный таким поворотом разговора, я не нашел ничего более умного, как развести руками в стороны и выдать очередное нечленораздельное мычание. На лице Сирены отразилось еще более явственное отвращение к моей «жалкой» персоне. Она фыркнула и приблизилась к краю огромной постели, на которой я расположился, о чем узнал только проследив за ее взглядом, и вдруг резко поймала меня двумя пальцами за подбородок. - Если ты посмеешь хоть на миллиметр встать между мной и моим женихом, я утоплю тебя, котенка, - проворковало это прелестное создание, одарив меня, вероятно, самой ядовитой из всего своего арсенала улыбкой. Очаровательная женщина. И только было я собрался, наконец, ответить ей вменяемой и выражающей все мое отношение к делу фразочкой, как огромные двери распахнулись и меня буквально смело кубарем на пол резким порывом ветра, наградив уже вторым подряд за десять минут ударом головы. Мир вокруг на пару мгновений снова расплылся и превратился в мешанину красок, среди которых я едва различил зеленое пятно Сирены и еще одно, белоснежное, к которому та кинулась навстречу. - Лир, душа моя! – воркуя, словно райская пташка, мгновенно пребразившаяся девица с распростертыми объятьями и почти охотничьим профессионализмом попыталась поймать вошедшего юношу в свои объятья, но тот раздраженно увернулся и махнул рукой. Я присел на мягком ковре и с тихим стоном потер встретившийся с ножкой кровати затылок, морщаясь от боли и пытаясь сфокусировать взгляд хоть на чем-нибудь, в чем мне никто не собирался мешать: казалось бы, меня тут вообще никто не замечает. - Что ты здесь делаешь, Сирена? – знакомый голос заставил мое сердце предательски екнуть. - Я соскучилась по тебе, - красавица скрестил тонкие ручки на груди и вскинула подбородок, изящно звякнув связкой серебристых браслетов на запястья, - ты так внезапно покинул нас в последний раз, Маркус толком и не смог объяснить, с чего тебя вдруг потянуло в свою нору. Здесь так холодно, я вся дрожу! Так вот, я соскучилась и решила сама тебя навестить, сделать сюрприз, можно сказать… И что ты думаешь? Я прихожу в гостевые покои, чтобы подождать тебя, а тут – это! – не удостоив меня даже жестом руки, Сирена лишь брезгливо повела плечиком. Мне же, тем временем, удалось оглянуться вокруг и зрительно прощупать новую местность, в которой нашлось очень много интересного: комната была настолько огромная, что, казалось бы, здесь без труда уместится все население моей крохотной деревеньки. По всему полу были разостланы пушистые и невероятно мягкие ковры, украшенные мозаичными узорами бело-голубого цвета, закручивающимися в причудливые завитки и сплетающимися между собой. От ковров я перевел взгляд выше и невольно издал восторженный возглас, обнаружив, что почти все стены составляли огромные зеркала в тяжелых рамах, между которыми змеился зеленый плющ с маленькими белыми цветочками. Цветы эти усыпали его целиком, едва ли не полностью скрывая под собой зеленые стебельки и листья. Интерьер был не слишком разнообразен, но тем не менее все равно вызвал у меня просто невероятный восторг: несколько кресел, огромная постель с белоснежным балдахином, сияющая люстра под высоким стеклянным потолком, сквозь которой можно было отчетливо видеть проплывающие, казалось бы, по самой поверхности облака, и все это под легкой, едва уловимой пленкой свежего инея. Обратив на это внимание, я запоздало осознал, что в помещении было невероятно холодно. По коже пробежала легкая дрожь, а пальцы невольно глубже зарылись в ковровый ворс, который, к великой досаде, совершенно не грел. Пораженный и изрядно оглушенный невиданным великолепием вокруг меня, я далеко не сразу понял, что прозрачно-серые глаза обращены прямо ко мне. Что-то живо щебетавшая до этого Сирена вдруг резко умолкла и тоже обернулась ко мне, спустя пару секунд переведя взгляд снова на юношу и вновь на меня. Во взгляде бирюзовых глаз светилось отчаянное непонимание происходящего. Да что уж там, я и сам едва осознавал, что все вокруг – не странный и страшный сон. Один этот, как его там, сохранял поразительное равнодушие. Он, смерив меня холодным взором, мягко, но уверено поймал все еще пребывающую в легком шоке девушку за плечи и почти вытолкнул ее за дверь, сопроводив обещанием непременно пообщаться с ней в самые ближайшие строки. И тут-то я понял, что остался с ним наедине. Дрожь от холода превратилась в настоящий озноб. - Меня зовут Лирэлен, - он затворил двери и, не оборачиваясь ко мне, щелкнул пальцами. Около его плеча вдруг засиял крошечный блик, постепенно разросшийся в небольшой бесформенный огонек бледно-рыжего цвета, у которого к моему бесконечному удивлению обнаружились глаза. Я раскрыл рот и тут же закрыл: четкие и внятные слова снова предательски покинули мой разум. Впрочем, Лириэн этот в моих ответах не особо и нуждался. Он медленно и как-то величественно прошел к недавно покинутому Сиреной креслу и опустился в него, наконец обратив ко мне ледяные очи. Огонек проследовал за ним и снова замер над плечом. - Это, - он лениво махнул рукой в его сторону, - Фалкон. Он мой старинный друг, и он присмотрит за тобой, если меня рядом не будет. К этой идее я отнесся крайне скептически. - Ты можешь ходить куда угодно, но не покидать стены замка. Здесь ты в абсолютной безопасности. Те существа, что живут здесь – безликие – мои слуги, не нужно бояться их. Они не могут говорить, но отлично поймут тебя, если понадобится какая-то помощь. Чтобы позвать Фалкона, щелкни пальцами над правым плечом, он услышит тебя. Но звать самостоятельно без причин на то я тебе крайне не советую. Вопросы? Вопрос у меня был один, и я выпалил его буквально на одном дыхании: - Зачем ты притащил меня сюда? - Он – повелитель Северного ветра, древнее божество, и делает все, что ему захочется, - довольно пафосно изрек в ответ почему-то покрасневший Фалкон, а я принялся внимательно вглядываться в него, пытаясь найти рот. - Тебе дарована великая честь стать моим младшим мужем, человек, - не менее пафосно добавило божество, наградив меня в довесок еще и своим царственным взглядом. Я закатил глаза. - Кай, просто Кай. А что делают младшие мужья? - Ну… - божество, кажется, растерялось. - Я должен готовить? Неплохо умею свежевать мясо… - Э… - Следить за чем-то? - Нет, нет. - Ну а что мне делать? – я искренне не мог понять, в чем смысл этой странной должности. К лицу Лира явственно подступила едва заметная краска. Уже без прежней неторопливой величавости он поднялся с кресла и бросил на меня колючий взгляд, поспешно ретировавшись вместе с забавным огоньком над плечом. Странный парень, честное слово, странный. И почему я, как ни стараюсь, не могу почувствовать к нему ненависти? Почему я не ощущаю желания бежать?

***

Позорно покинув гостевые покои и затворив за собой тяжелые двери, я прижался к ним же спиной и с шумным вздохом поднял глаза к потолку, риторически вопросив: - Неужели я настолько глуп? - Похоже на то. - Отвечать не требовалось, вообще-то. - Но если это правда, - резонно заметил Фалкон, побледнев и став почти белым. Итак, что мы имеем? Огненно-рыжий, неуклюжий и щуплый человеческий мальчишка, которого я сам сюда принес, Сирена со своими припадками и совершенно никаких идей по поводу того, зачем все это мне нужно. Право слово, я никогда не был спонтанным. И все же… - Давай просто оставим его ненадолго, ладно? Пускай освоится, побродит. Поживет с недельку один, а там и решим, - устало я обратился к своему единственному другу уже по дороге к своим собственным покоям. - Так ты действительно не собираешься убивать его? - Нет, не собираюсь. - Но почему, Лир? Он же человек. - Да знаю я, знаю. Но когда он выскочил на тот пустырь, я впервые почувствовал что-то такое… Ай, ладно, не важно. Забудь. Просто пускай поживет здесь, вы все равно регулярно все жалуетесь, что я засыхаю в это глуши, и что здесь нестерпимо скучно. - Да кто тут жалуется? – возмутился Фалкон. - Вы. Все, - отрезав в ответ, я перешагнул порог тонущей в полумраке комнаты и захлопнул дверь.