Светлая, тёмная, влюблённая: Попасть обратно на Эфлару

Будила её, как оказалось, Захарра. Та не переставая тормошила подругу за плечи. — Васили-и-иса… Вста-ава-а-ай! — кричала девушка почти прямо в ухо. — Проснись и по-о-ой! — Молчи и спи… — пробурчала девушка, попытавшись накрытся с головой подушкой, но, к величайшему сожалению Василисы, не получилось. Подруга временами могла быть очень настойчивой. — Василиса! — и уже тише. — Астрогор всех учеников, абсолютно, вызывает в Каминную залу через пол часа. Мне Рок сказал, чтобы мы собирали вещи, все. И чтоб убрали все следы нашего пребывания здесь, отмотав время назад на пятьдесят лет… Весь сон разом сбежал, а спать резко расхотелось. Как это убрать все следы существования? Что-то намечается и это Василисе ой, как не понравилось! Она быстро вскачила с постели и, одной рукой складывая вещи в чемодан-таймер, а другой застёгивая рубашку бегала по комнате, как белка в колесе. — На, одевай. — дала Захарра Василисе фиолетовый плащ под конец, когда Черноключница стояла одетая и с вещами на выход в постаревшей на пятьдесят лет комнате. Отматывать время на такой промежуток было сложно. Василиса не знала как точно это сделать. Помогла Захарра. Её учили в Змиулане таким трюкам, а старшие ученики и не такое умеют… Василиса кинула последний взгляд на комнату, в которой она жила последние четыре с половиной месяца. В круглой комнате с высоким потолком не было ни окон, ни двери, только низкий проем с округлой аркой, за которым поднималась на самый верх башни узкая крученая лесенка. На стенах, отделанных чёрными панелями в мелких золотых узорах, висели шары-светильники, вставленные в аккуратные бронзовые рожки. Широкий зев камина заслоняла железная решетка — густое переплетение змей с узкими треугольными головками и длинными раздвоенными язычками. По краю большой полукруглой ниши камина тянулся мрачноватый орнамент из золотых листьев плюща и острых крыльев летучих мышей. Такой же рисунок обрамлял и зеркало для переходов, низко висящее на стене справа от лестничного проема. По обе стороны зеркала стояли два высоких старых подсвечника, ножки которых увивал золотисто-черный плющ со следами давней копоти на изгибах листьев. В комнате царил душный, затхлый запах давно непроветриваемого помещения. Складывалось впечатление, что предыдущий хозяин комнаты жил здесь много лет назад. Под кроватью — деревянной, с резной спинкой из шишек и острых пик, больше похожих на часть ограды неприветливого дома, чем на спинку кровати, — вдруг обнаружилась старинная брошка в виде черного крыла летучей мыши — поцарапанная, с надколотым краем и потрескавшимся золотым ободком. Василиса, знающая, что башня ранее принадлежала Лиссе — её матери, решила забрать брошь с собой. Перед книжным шкафом лежал коврик — белая шкура какого-то длинношерстного животного, а возле камина стоял низкий столик и две табуретки к нему. Девочки, не сказав друг другу ни слова, молча вышли из башни. Всю дорогу, каждая из них дамала о чем-то своём, но так или иначе мысли сводились к одному: «Зачем же Астрогор собирает всех? Зачем приказал собрать все вещи и вернуть прошлое замку, будто тут никто и не жил?» Увы, ответ на этот вопрос не мог найти ни один ученик Великого Духа Осталы, даже Рок. *** В Каминной зале была, не свойственная ей ранее, оживлённая атмосфера. Все ученики Великого Духа шептались и переговаривались между собой. Ещё бы! Бывало многое, но чтоб такое… Такого, на памяти ни у одного ученика не случалось и близко. Василиса и Захарра зашли в зал, но на них никто не обратил внимания, все взгляды были устремлены в центр зала, где стоял Марк-Астрогор. — Итак, все в сборе! Можно начинать. — слишком уж торжественно и зловеще это прозвучало. — Единственное, что вам нужно знать это то, что мы покидает эту параллель на неопределённое время и переходим в другую. — он хлопнул в ладоши и перед ним появилось огромное нуль-зеркало лицом к ученикам.