Ворохом беспробудных снов

— Она так напряглась. Ненавидит что ли Лаксуса, или он ее? — задал вполне нормальный вопрос Стинг. А Люси все равно в дрожь кинуло. — Не то что бы. Наоборот, Лаксус знает, что Эльза сильна, поэтому уважает ее, — ответила Леви, внимательно глядя, как участники выходят на арену. — Проблема в том, что они оба невероятно сильны. И до сих пор сложно сказать, кто кого победит. Все-таки Лаксус победил Джуру, а Эльза сразу и Кагуру, и Минерву, — по мере слов голос Леви становился тише. Она определенно боялась данного боя. Что нельзя было сказать о самой участнице поединка. Вышла на арену и замерла перед Лаксусом, изучая того взглядом. У него ступор и напряжение смешались во взгляде. Если бы Люси не знала его, то сказала бы, что он сейчас сдастся. Лаксус, естественно, этого не сделал. И мир замер, оставлял лишь двух соперников, выбрасывал весь мусор. Воздух стал тяжелее — или Люси просто показалось? — словно жидкий азот вливался в легкие. Либо Эльза, либо Лаксус. Никто более. Они молчали. Не решались сделать первый удар и, наверное, не потому что страшно. А тяжело. И слишком вспоминается прошлое. — Нападай, — выдохнула Эльза из последних сил. Лаксус — словно его заставили (Люси впервые видела его таким) — выпустил несколько громовых молний. Арена замерла и затихла. Эльзу знали как победительницу в Пандемониуме. Лаксуса — как победителя Джуры. — Доспех Громовой Богини! В мгновение Эрза перевоплотилась и отразила удары. Мало кому удавалось победить Лаксуса. Лишь Нацу — такому же дракону, да и до того громовой драконоборец был измотан Мистганом, самой Эльзой и Гажилом. А если он разнес весь Хвост Ворона, то, значит, сейчас точно не будет скупиться на заклятья. — Все-таки не зря она тогда его купила, — припоминая очередное задание, сказал Стинг. Люси покачала головой: битва не сбавляла обороты. Лаксус нападал на Эльзу, она отражала. И затем наоборот. Это обещало быть бесконечным — по крайней мере, пока они не измотаются. У Лаксуса, благодаря его силе дракона, запас магической силы был больше, чем у противницы. Она же, в ответ, имела второй источник, служащий неплохим козырем. И Лаксус наверняка это знал. — Битва разгорается все сильнее, а они друг друга и пальцем задеть не могут. Вот это волшебники, и ведь не даром. Оба являются старшими. — Она ведь может использовать доспех Накагами? — внезапно спросила Минерва, наблюдая за безуспешным боем. — Да, но он требует немерено магии. Так что это в случае чего под конец. И в самом безнадежном случае. Вероятно, Эльза и сама это понимала. У Люси сердце сжималось всякий раз, когда Лаксус делал выпады. — Перевооружение: Доспех Ветра. — Зачем? Не боится получить молнией по лицу? — удивился Орга. — Нет, тут в другом дела, — улыбнулась она, угадав тактику. Дело обещало быть жарким. Если не можешь взять противника силой, то прибегни к другим показателям. Эльза в мгновение ока оказалась над Лаксусом окатив того волной ударов. Первые два пришлись прямо по телу, остальные он успел заблокировать. Развиваясь до невероятной скорости, Эльза металась вокруг него, нанося удары и поглощая молнии другим оружием, которое держала в левой руке. А еще они молчали. Почему-то заметилось это не сразу, но Люси внезапно поняла, что за всю битву не было произнесено ни слова. Если Леон и Вакх смеялись друг на другом, Рен стремился задобрить Миллиану комплиментами, то ни Лаксус, ни Эльза не сделали ни единого комментария друг другу. В какой-то момент ему удалось попасть Скарлет, которая, заблокировав лишь малую часть урона, приняла основной на себя. Доспехи Ветра слабо подходили для защитной функции, однако она не пискнула. Сжала зубы покрепче, рыкнула. — Да ладно, у Лаксуса больше магической силы! Эльза измотается, вот он ее и победит! — крикнул с трибун Нацу, тем самым подкидывая почву для обсуждения комментаторам. — Заткнись, — прорычал Лаксус, не сводя взгляда. Тяжело дышала, чувствуя, как саднят руки и ноют мышцы. Дреяр выглядел не лучше — покрытый царапинами, потрепанный. Битва богов. — И действительно, Драгон Слэеры обладают огромным количеством волшебной силы, сумеет ли Эльза победить Лаксуса или измотается по полной? — верещал восторженный комментатор, с упоением ловя каждое изменение в лицах бойцов. — Ну все, давай, добивай ее! — не успокаивался Нацу, бросая взгляды то на Эльзу, то на Лаксуса. — Ты едва на ногах держишься, — сухая констатация факта. Ни сочувствия, ни злобы, ни презрения. Лаксус умел быть бесстрастным. — Ты тоже, — взаимности. Вздохнула, тело засветилось. В одной руке удерживала оружие из костюма Громовой Императрицы, в другой — Алую вишню. Бинты на груди и широкие красные штаны. Стандартный костюм, не требующий много магии. И какая вообще разница на доспех. — Что, уже сдаешься, Эльза? — усмехнулся внезапно Гажил, глядя, как переменилась ситуация. Лаксус, казалось, собирался что-то сказать — им, не Эльзе. Но сдержался, закатывая глаза. — Какая драма-то на поле боя, — Руфусу определенно не понравилось поведение Хвоста Феи. Леви обняла его покрепче, стараясь успокоить. Нечего волноваться из-за ерунды. Вокруг Лаксуса засверкали и заискриили молнии, воздух наэлектризовался. — Алебарда громового дракона! — он собрался с силами и выпустил заклинания. Люси вспомнила, что именно им и победил Джуру. И едва проглотила ужасающий крик. Все вокруг остановилось. Замерло. Затихло. Люси показалось, что она слышит грохот крови в собственных ушах. Все происходящее остановилось, показалось, что может разглядеть детально каждый момент. Как в замедленной съемке. — Эльза! — закричал Стинг, вероятно, отчаянно перепугавшись за подругу. И его голос донесся как из-под толщи воды. Перевооружаться не стала — не хватило бы сил, а второй источник жаль тратить на такое, и все равно не успела бы. Лишь выставила оружие вперед, смягчая урон (или самую малую его часть). А остальное приняла. Раздался жуткий пронзительный вопль — заряд электричества почти весь пришелся на тело Эльзы. Арена залилась светом. Послышался хруст, который Люси ошибочно приняла за хруст костей — на самом деле лишь упала Алая вишня и исчезла. Эльза застыла на месте, не в силах пошевелиться во время такой атаки. Лаксус тяжело дышал и почему-то не смотрел на нее. — Эльза… — прошептала Люси, чувствуя, что еще секунда, и она разревется как дура. Девушка упала на землю с глухим стуком. И не шевелилась. Прошла секунда, две десять. Минуты длились бесконечно, словно загнанные в ловушку из янтаря. — Неужели он убил ее… — со страхом произнесла Леви, прижимая руки ко рту и пустыми глазами глядя на нее, и в тишине арены это прозвучало слишком громко — казалось, услышали абсолютно все. Лаксус нервно поднял голову и с каким-то ненормальным испугом уставился на неподвижно лежащую Эльзу. Громовое оружие пропало, трансформация тоже исчезла. — Черт, — прошептал Дреяр одними губами. Он определенно не этого хотел. Люси уткнулась Роугу в грудь, не в силах на это смотреть. Он не мог ее убить. Не мог. Не мог. Это глупости. Она просто отключилась. ЭТО НЕВОЗМОЖНО. Но Эльза не дышала — Вставай… пожалуйста… — Минерва шептала тихо-тихо — видимо, не хотела, чтобы ее услышали. Смотрела на неподвижное тело, вцепилась пальцами в перила. И не плакала — разучилась это делать, но внутри все равно ощутила укол жалости. Резкий, противный. Генма ничего не говорил, в глазах Орги читалось напряжение. Роуг обнял ее, прижал к себе, точно также пораженно глядя на закончившийся бой. Это было нелепо. Ненормально нелепо. — Эльза, пожалуйста… — пробормотали Фрош и Лектор, плакали навзрыд. — Эльза, ты не можешь умереть! Крик раздался на всю арену. И, может, он, а может безудержное желание врезать по чужому лицу, заставили ее вздохнуть. Сжала пальцы, закашляла — судорожно, едко, задыхаясь от боли и чужих слез. В глазах Лаксуса отобразилось неподдельное облегчение. — Не могу, — прошептала она, поднимаясь на ноги. Идиллию прервал голос ведущего: — Вот это да, Эльза выстояла против такого удара и даже способна стоять на ногах! Какая выносливость! Какая сила! Арена залилась криками зрителей, которые восторженно поддерживали вспорхнувшую пускай и бывшую фею. — Черт, Лаксус, соберись! — воскликнул Нацу, глядя на переменившийся ход боя. Лаксус был измотан. Плечо болело — Эльза прижимала к нему руку и шипела сквозь зубы. Она не может проиграть. Не сейчас. Воспользовавшись телекинезом, она создавала ряды мечей над Лаксусом, затем выразительно подняла взгляд — нападать без предупреждения не очень хотелось — и обрушила их с огромной силой. Блокировать все не удавалось — почти вся энергия ушла на алебарду. Так бой и закончился. Уже все стало очевидно, когда Эльза против всех законов жизни встала и посмотрела на него. — Не сомневался, — слабо усмехнулся Лаксус, упав наземь и наблюдая за дрожащей от боли волшебницей. Они обменялись одобряющими улыбками. — И побеждает Эльза Скарлет из команды Саблезубый Тигр! Толпа уже не закричала — бешено взревела, словно раненый зверь, отчего Эльза поморщилась и закрыла глаза. Тело саднило, болело. Ныло везде где только можно и нельзя. А в глазах Макарова Люси заметила потаенную гордость — наверное, он все еще продолжал считать ее своей дочерью. — Блин, Лаксус, ты серьезно что ли? — осуждающе покачал головой Гажил. — Ты почти ее победил, — недовольно констатировал Грей. — Нахрен пошли, — буркнул Лаксус. Никто, наверное, и не узнает — действительно ли Лаксус измотался или просто поддался бывшей подруге. Однако через несколько часов, когда тело перестанет болеть, раны перевяжут, а царапины обработают, они встретятся в коридоре и обменяются репликами. — Всегда знал, что ты победишь. — Заставил ты меня попотеть. И улыбнутся. А затем разойдутся по своим делам, потому что Лаксус знает, что Эльза не вернется. А она — что он очень этого хочет. Но этот разговор случится лишь в будущем, а сейчас Эльза доплелась до выхода с арены, где ее тут же подхватили под руки Роуг и Стинг и повели в медпункт. Слава богу, что и в этой гильдии был целитель — Риман сочувственно посмотрел на нее, обработал раны, дал укрепляющие зелья и оставил спать. — Господи, Эльза, ты еще круче, чем я знал, — восхищался Стинг, глядя на обмотанную вдоль и поперек бинтами Скарлет. — Да, это было нереально! Леви лишь молчаливо обняла ее, проверяя параллельно температуру. — А как же Пандемониум? — спросил Руфус, тем самым напоминая безудержное желание Эльзы поучаствовать там. — Сегодня первый день. А он лишь на третий. Не волнуйся, чувствую я себя намного лучше, чем выгляжу. Уже завтра буду бодрячком, — улыбнулась Эльза. И этой улыбке хотелось верить. Что они, в общем-то, и сделали. — Да, Эльза, я поражаюсь вам. Столько выдержать, а в целом ваше состояние весьма стабильно неплохое. — Но она вся израненная, — возмутился Роуг, указывая на ссадины. — Тело пострадало сильно, но это всего лишь шрамы. Даже не переломы — просто чудом повезло, — Риман оценивающе взглянул на больную. Иксиды облепили с обеих сторон и молчаливо прижимали к себе руки, словно боясь, что она исчезнет. — Не волнуйся, Эльза. Теперь мы покажем, что можем, — ободряюще улыбнулась Люси, поддерживая подругу. — А теперь я советую вам всем уходить, потому что ей нужен покой. Ночевать сегодня она будет тут. — Не волнуйся, Эльза, мы придем как только откроют здание! И едва они скрылись за дверьми, шумно шутя и смеясь, Эльза почувствовала насколько сильно их любит. Риман что-то записывал в книге. Собиралась уже лечь спать, как вдруг в дверь кто-то постучал. — Войдите, — удивленно сказал лекарь. Никто из их гильдии не имел привычки стучаться - может, разве что Юкино. — Простите, а вы кто? На пороге стоят Джерар. Эльза поспешно — как возможно — подскочила на кровати, не сводя напряженного взгляда. На трибуне она его так и не увидела и даже думала, что не пришел. Ошибалась. — Меня зовут Мистган. — Это лазарет для гильдии Саблезубый Тигр. Вероятно, вы ошиблись дверью, — вежливо объяснил Риман. — Я знаю. Я хотел бы поговорить с Эльзой. Риман бросил неуверенный взгляд на нее, словно спрашивая разрешения. Оставлять больную с непонятным незнакомцем — последнее, что должен делать уважающий себя врач. Но он это сделал. — Хорошо. Риман, выйди, пожалуйста. Сомневался и недовольно смотрел на Мистгана, однако все-таки заставил себя уйти. Между ними повисло напряженное молчание. — Я знаю почему ты ушла. Но не знал куда. Эльза, мы тебя обыскались, пока до нас не дошли слухи, что в Саблезубе появилась сильная волшебница. Эльза опустила взгляд. Спорить не хотелось — не только потому, что сил не осталось. А потому что Джерар был прав. Она должна была сообщить. — Не было времени. И я не знала, на какой адрес писать. Места пристанища у них не было. Джерар улыбнулся. — Ты была сегодня великолепна. — Спасибо. До сих пор не понимаю, как так получилось. Подозреваю, он поддался, — призналась Эльза. Она считала себя сильной, но… Не настолько же. — Нет. Он выложился по полной. Промолчала. Поверила совсем малость. Все-таки она тоже не лыком шита. Внезапно Джерар ее обнял — ребра захрустели, немного заболели раны. Но это были пустяки. Главное, что Джерар обнимает. Как он обнимает. — Спасибо тебе, Эльза. — А почему ты не участвуешь? — Я не Мистган все-таки. Макаров, конечно, предлагал, но я объяснил ему, что не могу. Своих дел полно. Но с удовольствием понаблюдаю. Эльза замолчала. Облокотилась на его плечо, прикрывая глаза. Тело ломило ужасно. Этот разговор забрал оставшиеся силы. — Спи, Эльза. Тебе нужно восстанавливаться. В полудреме почувствовала, как ее поцеловали в лоб, провели пальцами по щеке. И абсолютно не хотелось выяснять, правда это или все-таки бред.