Всё из-за тебя!

Стыд, Tarjei Sandvik Moe, Henrik Holm (кроссовер)
Слэш
NC-17
Завершён
71
Пэйринг и персонажи:
Размер:
5 страниц, 1 часть
Описание:
Посвящение:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
71 Нравится 19 Отзывы 6 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Примечания:
Они столкнулись неожиданно. Ни один из них не хотел видеть другого. У Тарьей выдался свободный вечер, и он решил посетить один из городских бутиков одежды. Ему было все равно, в какой, просто зашел в первый попавшийся. В одежде он особо и не нуждался. Свободный вечер, только и всего. Хенрик уже выходил с маленьким пакетиком в руках, Тарьей входил. Они застыли. Они долго смотрели друг на друга — глаза в глаза. Молчали. Выйдя из ступора, Тарьей развернулся и, не говоря ни слова, быстро пошел прочь. Хенрик пошел следом за ним. Свернув на одну довольно безлюдную улицу, Тарьей резко повернулся к преследующему его Холму и дрогнувшим голосом спросил: — Зачем ты идешь за мной? Зачем преследуешь? — Ты ушел так, словно хотел, чтобы я шел за тобой, — тихо ответил Хенрик. Тарьей не знал, хотел ли этого, но такой простой ответ сильно разозлил его: да, что он, вообще, себе позволяет? Что возомнил? Все осталось в прошлом. Ничего нет и не будет — у каждого своя жизнь. — Мы очень давно не виделись, Ти, — голос Холма выводит из размышлений, он грустный, этот голос, умеющий пробираться под кожу, низкий и чувственный, — Очень необычно видеть тебя вот так просто здесь — в магазине, а теперь на улице. И я просто подумал, что эта случайная встреча — неплохой повод поболтать хотя бы пару минут. Ты ведь так занят… Бесит. Как же этот неудачник его бесит! И Тарьей срывается, из слова в слово повышая голос: — Разумеется, я же работаю, — ядовито усмехается, — не то, что некоторые, — с удовольствием отмечает про себя, что Хенрик опускает голову и становится как-то меньше, молча соглашается, — А знаешь, почему я работаю так много? — смотрит с вызовом. — Ты очень трудолюбивый, — также тихо отвечает Холм, не глядя на него, — Ты самый трудолюбивый девятнадцатилетний, кого я знаю. Просто ты любишь быть занят делом. — Хм, из всех девятнадцатилетних, кого ты знаешь, — губы непроизвольно расползаются в улыбке. Как же раздражает весь этот вид жертвы… Бесит! Сам виноват. Тарьей злится на Хенрика за эти слова, за упоминание еще каких-то девятнадцатилетних. Не важно, что они не вместе по обоюдному согласию, но сейчас он чувствует себя преданным. Это распаляет его еще больше. — А знаешь, из-за чего еще? — Тарьей почти кричит, мысленно прося Хенрика поднять голову и посмотреть ему в глаза… увидеть… — Нет, — Хенрик шепчет и качает в такт своим словам головой. Бесит! — Все из-за тебя, понимаешь, — кричит он, и Холм, наконец, поднимает свои проклятые, сейчас, наверное, все из-за сгущающихся сумерек, синие глаза. Блядство, — Все, чтобы показать всем, что я лучше, талантливее, способнее, чем все те, с кем ты общаешься. Все для того, чтобы до тебя дошло, что я лучше тебя, — голос срывается от крика. Завтра будет болеть горло. Но Тарьей уже все равно, да и на улице пусто. Он просто хочет донести свои слова до одного единственного человека, стоящего напротив него и смотрящего с пониманием и… тоской. Бесит! И Тарьей не ожидает следующего действия Холма. А тот делает большой шаг в его сторону, обхватывает его лицо ладонями и смотрит… все также тоскливо, но прямо в глаза. Тарьей делает глубокий вдох, хочет высвободиться: он же взрослый и сильный. Нахер Холма! Но Хенрик поступает по-своему: мягко, осторожно, как маленького, притягивает к себе, прижимает к своему телу, полностью обхватывая руками. — Ты лучше, — шепчет в самое ухо… ласково… как маленькому и несмышленому, — умнее, талантливее. Я знаю, малыш. Просто успокойся, — целует в висок, — Ты — самый-самый, малыш. Мне не хватает тебя, — Тарьей чувствует своей грудной клеткой какой-то болезненный выдох Хенрика, идущий не из легких… кажется, из души, — Мне не хватает тебя, малыш! Я так скучаю, блядский боже. Но я не могу гнаться за тобой. Я — другой! Тарьей всхлипывает, хоть плакать совсем и не хочется, пытается еще что-то сказать, но лишь утыкается носом во вкусно пахнущую шею… она пахнет Хенриком. Тарьей тоже скучал! — Ты не хочешь, чтобы кто-то знал о нас, — продолжает Холм и отворачивает их в сторону от появившихся прохожих, — тебе это не нужно. А я устал всем доказывать, что я не такой, каков на самом деле. Я устал врать, что мы были просто коллегами, партнерами по съемкам. Я устал врать себе… План в голове Тарьей появляется мгновенно. И пусть он завтра об этом пожалеет. Пусть. Но он так пиздецки скучал. Все эти месяцы… Он хватает Хенрика за руку и тянет за собой: — Пойдем… — замечает, как вздрагивает рука Холма в его ладони. Сомневается, — Просто пойдем. Мне это нужно, нам нужно… нам надо попрощаться. Сегодня я один дома. Сейчас я один. В голове бьется, успокаивает: это всего лишь физиология… как с другими девчонками и парнями. Но отчего же так смягчается взгляд, когда он видит только Хенрика? Почему только Холму он всегда уступает? Зачем сейчас он ведет его к себе домой? Тарьей знает ответ. Он делает, потому что это Хенрик-матьего-Холм. Делает, не смотря на то, что запретил себе думать о нем, изгнал из своих мыслей. А из сердца?! И в эти минуты Тарьей чувствует, что с Хенриком творится то же самое.

***

Тарьей умудрился приложить Хенрика к стене, когда они ввалились в его дом, где он принялся судорожно стягивать с Холма, — и в это же время с себя — одежду. Не получалось, и они оба хихикали как два подростка. Молчали. Когда почти ничего не осталось, уже в спальне, наконец Хенрик целует его, так, как это умеет только Хенрик — так, словно в эту минуту обрушится мир; так, словно больше ни одной мысли в голове не осталось. И хочется одного — прижаться к нему обнаженной кожей. Хенрик тяжело дышит, когда Тарьей целует его грудь и живот, который поджимается при каждом прикосновении его губ, при этом стягивая одежду полностью. — Подожди немного, я быстро схожу в душ, — хриплым от возбуждения голосом почти стонет Тарьей. Когда он возвращается, Хенрик лежит на кровати, на его — Тарьей — гребаной кровати. Это заводит посильнее любого блядского порно. Тарьей уже особо и не соображает, когда нашаривает в тумбочке смазку и презервативы, и прыгает рядом с тем, кого хочет больше жизни. Хенрик ничего не делает: не берет в рот, не водит ладонью по его пенису — просто зажимает член Тарьей между большим и указательным пальцами, а ему уже кажется, что он не выдержит и кончит прямо сейчас. И это бесит! Тарьей в нетерпении раздвигает ноги чуть шире, и Холм смотрит вопросительно, будто спрашивая, уверен ли он, что именно так хочет его Тарьей?! Тарьей кивает. Хенрик подминает его под себя. Ему трудно дышать от веса Холма, впечатавшего его в кровать, но не пытается высвободиться. Он отвечает на поцелуи и гладит Хенрика по щекам, носу и лбу, опуская руки к шее и спине. Тарьей не думает. Он просто прижимает Хенрика ближе к себе. Когда Холм приподнимается, Тарьей пытается повернуться на живот и уткнуться носом в спасительную подушку. Просто секс, как с другими, физиология, ничего больше. Но он уступает… всегда рядом с Хенриком он уступает, только с ним… только ему. Но Хенрик руками удерживает его в этой позе — на спине — фиксируя на месте. Холм наклоняется над ним, смотря какими-то безумными глазами, широко раздувая ноздри и приоткрывая рот. В его взгляде есть что-то больное, неверящее. Тарьей гладит его по волосам, отгоняя страх и странную болезненность. Хенрик словно просыпается от его прикосновений, прижимается к шее, и Тарьей приподнимает бедра, требуя, чтобы до него дотронулись. Хенрик почти не готовит его — они слишком хотят почувствовать друг друга, насладиться друг другом. С первым движением Тарьей вскрикивает, но Хенрик, слишком хорошо узнав его, не реагирует как раньше, потому что знает, что это не только от боли. Они двигались вместе, ловя ритм друг друга, подстраиваясь, вспоминая — то медленно, то быстро — меняли позы. Так хорошо вновь почувствовать его всего рядом с собой, над собой, сзади себя, в себе… В голове крутилось слово «Правильно». Тарьей сдерживался, как и сколько мог, пока они не оказались вновь лицом друг к другу, пока не видит судорогу на лице Хенрика, пока не слышит его низкий и хриплый стон, пока не чувствует пульсацию внутри себя… И он кончает следом от этого пьяного и расфокусированного, сосредоточенно-блаженного взгляда темных как вода в заводи глаз, от размеренного давления внутри себя; того, что Хенрик знает, как лучше всего доставить удовольствие его телу… Холм уткнулся мокрым лбом в его плечо, и Тарьей начинает бездумно перебирать его пряди, едва касаясь, переходя кончиками пальцев на влажную кожу, а Хенрик вздрагивает под его касаниями, оставляет легкие поцелуи на мокром же плече… — Мне никогда и ни с кем не было так хорошо, как с тобой, — наконец едва слышно произносит Тарьей, — Мне только с тобой нравится именно так, — голос задумчив и отстранен. — Ты же в курсе, что я никогда не был против поменяться с тобой местами. Мы и менялись, — тоже негромко отвечает рядом Холм. — Я знаю, — все также тихо отвечает Тарьей, — но сегодня, в этот, — не произносит вслух, что в последний, — раз я хотел почувствовать тебя в себе. Он видит, что Хенрик все понимает. Хенрик умный. — Как ты? — спрашивает Тарьей и смотрит на Холма. Снова эта тоска во взгляде. — Заебался, — с горечью отвечает Холм, и повторяет своего Эвена, — Могу я остаться у тебя навсегда? Но Тарьей не Исак: — Нет, не можешь. — Я знаю, — выдыхает Хенрик и переводит свой взгляд на потолок. Тарьей кажется, что глаза Холма увлажнились. Тарьей понимает, что завтра будет жалеть о случившемся, о своей слабости. Он знает, что и Хенрик будет жалеть. — Тебе надо уйти, — почти беззвучно шепчет Тарьей. Хенрик собирается, пока Тарьей продолжает лежать в кровати, пахнущей им. Они оба уверены, что это был их последний раз. Так они попрощались с чувством недосказанности и незавершенности отношений, которых не было. Прощаются с потерей чего-то важного для обоих. За Хенриком захлопывается дверь, а Тарьей думает: «Последний раз… в последний раз… Последний?». На письменном столе сиротливо лежит маленький пакетик, забытый Хенриком.

Конец

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Стыд"

Ещё по фэндому "Tarjei Sandvik Moe"

Ещё по фэндому "Henrik Holm"

Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.