Грани реальности

      Ми Тао сидел за своим столом, погружённый в размышления. Его пальцы ловко скользили по страницам блокнота, записывая новые наблюдения. «Прямолинейна и логична», — вывел он чётким почерком, подчёркивая фразу двумя линиями. Он откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя на только что написанные слова. В голове крутились фрагменты их недавнего разговора с Аки. Её резкость, смешанная с детской непосредственностью, её способность чётко формулировать мысли — всё это говорило о многом. Но в первую очередь это говорило о том что другие врачи сильно заблуждались называя ее «Безнадёжной»       К вечеру Тао вернулся в палату с несколькими большими коробками в руках. Его лицо почти светилось от предвкушения, что не осталось без внимания коллег. — Вот, выбирай, какие больше нравятся! Или, может, хочешь все? — предложил он, аккуратно кладя коробки на стол.       Акира, которая до этого момента сидела в своём углу, медленно подошла к столу. Её глаза внимательно изучали каждую коробку, рассматривая изображения на них. В коробках были пазлы с разными рисунками: от мультяшных персонажей до реалистичных пейзажей, от абстрактных узоров до фотографий известных мест. Не говоря ни слова, Аки начала перебирать коробки, внимательно рассматривая каждую картинку. Её пальцы осторожно скользили по изображениям, словно она пыталась почувствовать их текстуру. Наконец, она выбрала несколько коробок с реалистичными изображениями — городские пейзажи, природные сцены, фотографии животных. Мультяшные персонажи и фантазийные рисунки остались нетронутыми. Тао наблюдал за её выбором нескрываемым удивлением, отмечая для себя этот важный момент. — Тебе нравятся эти изображения?! — тихо утвердил он, внимательно наблюдая за её реакцией. — Почему? Акира на мгновение задумалась, прежде чем ответить: — Они реальны… — произнесла она, словно это объясняло всё. Тао замер, впитывая её слова. В его голове промелькнула важная мысль: «Чётко осознаёт реальность!»

***

      День за днём Ми Тао продолжал приходить в палату, и с каждым визитом он замечал положительные изменения. После того случая с агрессией приступы больше не повторялись, хотя формальное лечение ещё даже не началось. Казалось, простое человеческое внимание и искреннее желание помочь уже давали свои плоды. Через неделю, когда все пазлы, которые он приносил ранее, были собраны, Тао купил новые. Он видел, как это занятие помогает девушке структурировать мысли, концентрироваться на конкретной задаче и чувствовать себя более уверенно.       Но самым значительным прогрессом стал тот день, когда Аки согласилась сдать несколько анализов. Это было настоящим прорывом. Она не только дала согласие, но и вела себя удивительно спокойно во время процедуры. Когда медсестра пришла взять кровь из пальца, Акира лишь слегка поморщилась от боли, но не проявила ни страха, ни агрессии. Она сидела неподвижно, позволяя медицинскому работнику делать свою работу. Тао наблюдал за этой процедурой, затаив дыхание. Когда всё закончилось, он подошёл к девушке: — Аки, ты молодец! — искренне похвалил он. — Я очень горжусь тобой! Девушка лишь скромно опустила глаза, но в её взгляде промелькнуло что-то похожее на удовлетворение.

***

В кабинет Ми Тао вошёл главврач мистер Коби. Обычно его визиты это сухие проверки или назначения но сейчас его лицо выражало явное беспокойство. — чем обязан? — спросил Тао, стараясь сохранять спокойствие. — что у тебя с Акирой? — прямо спросил Коби, усаживаясь напротив. — в каком плане? — Тао сделал вид, что не понимает сути вопроса. — ее охрана доложила, что ты уделяешь ей знаки внимания, а не просто выполняешь врачебные обязанности. Объяснись! — голос главврача стал жёстче. — это… чего? Не было ничего такого! — Тао старался говорить ровно, но внутри всё сжалось от осознания, что его действительно заметили. Коби наклонился вперёд, пристально глядя на молодого врача: — не строй из себя невинного, Тао. Я знаю, что ты проводишь с ней больше времени, чем положено по протоколу. И эти подарки… пазлы, обеды! — Это часть терапии! — возразил Тао, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Я просто использую нестандартный подход, потому что стандартные методы с ней не работают. Главврач откинулся на спинку кресла, задумчиво потирая подбородок: — Смотри мне, Тао. Если ты переступаешь профессиональную этику, я тебя выгоню. У нас тут не место для романтических увлечений. Особенно с такими! — он махнул рукой как бы указывая на Акиру. — Я действую исключительно в интересах пациентки, — твёрдо ответил Тао. — И результаты говорят сами за себя, он подвинул карточку Аки к мужчине — её состояние улучшается. Коби помолчал несколько секунд, читая выделенные абзацы затем кивнул. — Хорошо, на сегодня я поверю тебе. Но я буду следить за тобой. И если что-то выйдет за рамки профессионализма ты уволен. Понял меня? — понял, конечно — тихо ответил Тао.       Мистер Коби вышел за дверь а Ми Тао продолжил сидеть за своим столом, обхватив голову руками. Мысли крутились в его сознании, словно вихрь. «Как я мог так неосторожно себя вести? — думал он. — Теперь каждый мой шаг будет под наблюдением». Впервые за эти пару недель осознав что с ним... Он понимал, что его чувства к Аки, это исключительно его проблема. И мысль об Увольнении или отказе от работы с ней, приводила его в отчаяние. Если его уволят, он потеряет возможность помогать ей, проявлять ту доброту и заботу, в которых она так нуждается. «Нельзя позволять эмоциям мешать профессиональной работе, — твердил он себе. — Нужно держать дистанцию, но не терять наработанный контакт». Но в глубине души Тао не мог не замечать, что Аки тоже начинает открываться ему. Её короткие улыбки, редкие разговоры, согласие на процедуры — всё это говорило о том, что между ними что-то меняется. «Может, мне просто хочется в это верить? — спрашивал он себя. — Она больна, она не понимает собственных чувств. Я не имею права надеяться на что-то большее, чем простое доверие пациента к врачу».       Он встал из-за стола и подошёл к окну. Вид на больничный двор не приносил успокоения. В голове крутились мысли о том, как сохранить баланс между профессиональным долгом и личными чувствами. «Нужно быть осторожнее, — решил он наконец. — исключительно как врач».       Тао понимал, что должен найти способ контролировать свои эмоции, не теряя при этом человечности в подходе к лечению. Аки заслуживала человеческого отношения, и он обязан был обеспечить ей это, оставаясь в рамках профессиональной этики.       Медсестра вскоре принесла папку с результатами анализов, аккуратно положив её на стол. Тао взял документы и начал внимательно изучать показатели. Сравнивая текущие данные с предыдущими анализами из прошлой клиники, он заметил поразительное сходство. «Значит, это действительно были её анализы, — подумал он. — Никто не подменил результаты, не допустил ошибку». Цифры говорили сами за себя. Показатели, которые раньше находились в красной зоне, теперь медленно, но верно приближались к норме. Даже незначительные улучшения были заметны при сравнении. «Интересно, — размышлял Ми Тао — как быстро происходит положительная динамика.». Он отметил для себя несколько важный момент что простая доброта уже помогала ей стабилизироваться. И это можно было использовать как козырь, Тао тут же указал в карте Акиры все необходимое приложив бумагу с результатами анализов.       После открыл свой блокнот и начал аккуратно записывать наблюдения, тщательно обдумывая каждый пункт. «Есть положительный результат после смены питания и увеличения развлекательных активностей для Аки», — вывел он чётким почерком. Он подчеркнул некоторые предыдущие фразы, отмечая наиболее значимые моменты. «Интересно проследить корреляцию между этими факторами», — добавил он на полях. Ми Тао задумался, перечитывая записи. Каждый пункт подтверждался не только его наблюдениями, но и объективными данными анализов. Положительная динамика была очевидна, и это вселяло надежду.

***

      День выдался особенно тёплым, и солнечные лучи, проникая через окно, создавали уютную атмосферу в палате. Ми Тао, как обычно, навестил Акиру. Уже третью неделю не было необходимости в усиленной охране состояние пациентки стабилизировалось из черного списка в красный, и это не могло не радовать. Однако внутри Тао разгоралась настоящая борьба. С того раза как на него наехал мистер Коби, и он осознал что на самом деле испытывает к Аки больше чем просто симпатию... ему всё труднее стало скрывать свои чувства. Она нравилась ему больше, чем он готов был признать даже самому себе. Казалось, что вся его жизнь теперь вращалась вокруг мыслей о ней. Но профессиональная этика и положение Аки в клинике становились непреодолимыми преградами. Несмотря на внутренние терзания, Тао продолжал упорно заботиться о пациентке. Он приносил ей новые пазлы, головоломки, игрушки, фрукты и сладости. Каждый подарок был выбран с особой заботой, словно для близкого человека. Но вместе с тем указывалась их необходимость в карте Акиры. Любое доброе действие находило свое оправдание.       Постепенно другие сотрудники начали замечать то, что Ми Тао понял с самого начала: Акира оставалась ребёнком, несмотря на свой реальный возраст и пережитые испытания. Её сознание словно застряло в детстве, среди игрушек и не всегда зрелого восприятия реальности. Также Тао часто ловил себя на мысли, что его чувства только мешают профессиональной работе. Он старался держать дистанцию, но сердце упорно отказывалось подчиняться разуму. Каждый раз, принося что-то для Аки, он видел в её глазах искреннюю радость, и это только усиливало его привязанность. В такие моменты он понимал, что должен быть осторожен. Его задача — помочь Аки выздороветь, а не поддаваться эмоциям, которые могут всё испортить. Но как же сложно было бороться с собственным сердцем...       Сердце Тао разрывалось на части. Оно билось так отчаянно, так страстно, словно пытаясь вырваться из грудной клетки и устремиться к Аки. Каждый день он боролся с этим чувством, но чем сильнее пытался подавить его, тем ярче оно разгоралось в его душе. Ночью он лежал без сна, прокручивая в голове их разговоры, её улыбки... Днём он старался быть только врачом, но глаза невольно искали её, а руки тянулись подарить что-то особенное. А ночью его мозг сам рисовал счастливую картинку. «Это неправильно», — твердил он себе, но сердце не слушалось разума. Оно жаждало любви, настоящей, искренней, оно не знало границ и правил. Оно готово было переступить через профессиональную этику ради мгновения близости.

***

      Наконец, когда физическое состояние Аки стабилизировалось, Тао решился на важный шаг — он рискнул, начал расспрашивать её о детстве, о том, что было до попадания в клинику. Он тщательно готовился к этому разговору, продумывая каждый вопрос, но его любящее сердце, кажется, совсем забыло о той опасности, которую представляла его пациентка. Аки погрузилась в воспоминания, и её лицо стало меняться. Тао пытался удержать её в безопасном эмоциональном пространстве, но что-то пошло не так. Он должен был отступить, создать дистанцию, но вместо этого неосознанно приблизился к ней — роковая ошибка. Внезапно Аки сорвалась с места. Её движение было молниеносным, неожиданным, почти неуловимым для глаза. Тао не успел ничего предпринять. Очнулся он уже в другой больнице, на кушетке, под монотонный писк медицинского оборудования. Сколько времени он провёл без сознания — оставалось только гадать. Его левая рука была забинтована, в груди болезненно ныли сломанные рёбра, а разбитая губа то и дело подрагивала от боли. Даже лежа на больничной койке, подключённый к различным медицинским приборам, Ми Тао не мог перестать думать о случившемся. Его мысли лихорадочно метались между событиями прошлого и настоящим. Он понимал, что слишком близко подошёл, нарушил все правила безопасности, поддавшись своим чувствам. Отсутствие охраны в тот момент стало еще одной роковой ошибкой. Но больше всего его беспокоило состояние Акиры. «Пришла ли она в себя? Кто смог её остановить? Ведь охраны не было…» — эти мысли не давали ему покоя. Он пытался вспомнить последние мгновения перед тем, как потерял сознание, но в памяти остались только обрывки. Один удар… всего один удар — и он оказался без сознания. Это не укладывалось в голове. Как хрупкая на вид девушка смогла так сильно ударить? «Где я допустил ошибку? Почему не заметил признаков надвигающейся агрессии?» — эти вопросы терзали его сознание.

***

Как только Ми Тао достаточно окреп, чтобы встать с больничной койки, его выписали и он сразу же направился в свою клинику. Его единственной мыслью было узнать, как сейчас чувствует себя Акира. Но у дверей своего кабинета он столкнулся с непреодолимым препятствием — главврачом. — Ми Тао! Ты к ней больше не подойдёшь! — резко произнёс мистер Коби, преграждая ему путь. — Что? Но вы же сами назначили меня её лечащим врачом! — изумлённо возразил Тао. — Ты пренебрег собственной безопасностью, оставшись с ней наедине! — голос главврача звучал твёрдо и непреклонно. — Я признаю свою вину… Это станет для меня уроком на будущее — отвечал Тао, пытаясь сохранить самообладание. — Нет и ещё раз нет! — отрезал Коби. — Я уже распорядился о её переводе в другое отделение, к мистеру Динину. — Но подождите! У Динина даже соответствующего образования нет! Как он сможет её лечить? — возмутился Тао. — ТАО! — главврач повысил голос. — Её невозможно вылечить! Всё, что ей остаётся — доживать свои дни, какими бы они ни были! — Он протянул парню его блокнот в который Тао так часто писал. — И запомни: только за красивые глазки вседозволенность не получают! — прорычал он, ясно давая понять, что осведомлён о чувствах Тао к Аки и, более того, читал его личные записи. — Но лечение ведь давало результаты… — попытался возразить Тао. — Тебе показалось! — отрезал главврач. — И возьми себя в руки, наконец! — с этими словами он развернулся и вышел, оставив парня одного в кабинете.

      Тао стоял неподвижно, его руки бессильно опустились, блокнот выскользнул из ослабевших пальцев. В голове крутилась только одна мысль — он потерял все. Не просто пациентку, он потерял возможность быть рядом с Аки, помогать ей, видеть её. Мысль о том, что теперь её передадут Динину, человеку без должного образования, без понимания её состояния, без той чуткости, которую проявлял сам Тао, разрывала его сердце. Он знал, что в новом отделении вернут старые методы — голодовку, ограничения, жёсткий контроль. Всё то, от чего он пытался её уберечь.       Ми Тао понимал, что времени терять нельзя. Он должен был увидеться с Динином, чтобы хотя бы передать ему свои записи о состоянии Аки. Возможно, это его последний шанс хоть как то повлиять на её лечение. Собрав остатки решимости, он направился в новое отделение, где теперь находилась его пациентка. Но чернокожий Динин встретил его недружелюбно. — Мистер Коби запретил тебя сюда пускать! Так что уходи! — грубо отрезал Динин, преграждая путь. Тао почувствовал, как внутри закипает отчаяние. Он понимал, что силой ничего не добиться, но и отступить не мог: — Послушай, я просто хочу передать тебе записи, — попытался он спокойно объяснить. — Там важные наблюдения о состоянии Аки, методы, которые показали эффективность… — Мне не нужны твои советы, — перебил Динин. — Я сам знаю, как работать с такими пациентами. Ми Тао чуть не поперхнулся о возмущения, Динин совсем не знал как работать с такими людьми: — Но ты даже не представляешь, через что она прошла! — не сдавался Тао. — Эти записи могут помочь тебе лучше понять её состояние… Динин лишь усмехнулся: — Слушай, приятель, у меня свой подход. И если главврач решил перевести её ко мне — значит, так надо. А теперь вали отсюда, пока я не вызвал охрану.       Ми Тао наконец отступил, понимая, что сейчас он ничего не добьётся. Но в его голове уже зрел новый план. Если нельзя действовать открыто, придётся искать обходные пути. Он не мог просто смириться с тем, что Аки окажется в руках человека, который, судя по всему, не собирался вникать в её историю и особенности. «Я найду способ помочь тебе, Аки» — мысленно пообещал он, покидая отделение.

***

      Громкий вой сирены разорвал ночную тишину клиники. Ми Тао подскочил в кресле, сердце бешено колотилось. Он точно знал, что означает этот звук - побег пациента. За всё время работы в клинике такого не случалось ни разу. Не в силах усидеть на месте, Тао стремительно вышел из кабинета. В коридорах уже суетились медбратья и охранники, спеша к месту происшествия. Его охватило недоброе предчувствие — а что, если сбежала Акира? Добежав до места сбора персонала, он увидел, как охрана оцепляет территорию. Главврач уже отдавал приказы: — Проверить все выходы! Перекрыть территорию! Установить посты на крышах! Тао попытался протиснуться ближе к эпицентру событий, но его остановили: — Вам сюда нельзя! Это не ваше дело! Тао почувствовал, как холодный пот выступил на лбу. Интуиция не подвела его, это действительно была Аки. Он попытался приблизиться к месту событий, но охранники продолжали удерживать его на расстоянии. — Тао, уйди сейчас же! — прогремел голос главврача, подтверждая его худшие опасения. — это Аки сбежала? — спросил Тао, но в ответ получил лишь молчание. Однако он уже знал правду. Мистер Коби метался по коридорам, яростно расталкивая охранников: — Что ты за снотворное ухватился? Оно тебе не поможет! — рычал он, обращаясь к кому-то из персонала. Ми Тао понимал, время работает против него. Аки могла быть где угодно. Он должен был действовать, но как? Главврач ясно дал понять, что не потерпит его вмешательства. Парень следовал за главврачом на почтительном расстоянии, стараясь не привлекать лишнего внимания. Как внезапно по рации прорезался тревожный голос: — Объект в левом крыле! Тао бросился в указанном направлении первым. Там в конце коридора он увидел Акиру — она стояла, слегка наклонив голову, в белом халате, испачканном кровью. Её взгляд был потухшим, измученным. На запястьях следы крови. Перед ней стоял охранник, дрожа и наводя оружие со снотворным. — НЕ СТРЕЛЯЙ! — крикнул мистер Коби, но было поздно. Выстрел прогремел в тишине коридора. Игла вонзилась Аки в плечо, но она лишь на мгновение отшатнулась, вырывая иглу из тела. Затем, с нечеловеческой яростью, бросилась на охранника. Мужчина рухнул как подкошенный. Всего пара ударов — и Аки сломала ему челюсть и нос. Она впечатала его в стену, а затем нанесла сокрушительный удар ногой в грудь. По коридору разнёсся жуткий хруст. Остальные охранники отпрянули, в ужасе отступая. Они явно не ожидали такой силы от хрупкой на вид девушки. Тао замер, не в силах пошевелиться. Он впервые видел, на что способна Аки в состоянии аффекта. Он и сам недавно был жертвой ее нападения но даже не подозревал о такой мощи. Теперь он немного понимал, почему все так настаивали на тех лишениях, иметь дело с подобным существом было опасно даже для опытных специалистов. Его разум кричал об опасности, но сердце продолжало биться в попытке шагнуть к Аки. Он видел перед собой не просто опасного пациента, а девушку, которая нуждалась в помощи больше, чем когда-либо. Тао резко замотал головой мысленно давая себе пощечину. Нужно было действовать, пока ситуация не вышла из-под контроля окончательно. Но как? Шагнет к ней, тогда малое это нарвется на увольнение а максимум на ее кулак. А если останется стоять... — АКИ! — его голос прозвучал твёрдо, но в то же время с той теплотой, которую он не мог да ии не хотел скрыть. Акира замерла. Её взгляд, полный ярости и отчаяния, медленно сфокусировался на нём. В её глазах промелькнуло что-то знакомое, проблеск того человека, которого он знал. — Та... Тао?.. — её голос прозвучал тихо, почти шёпотом, лишённым прежней агрессии. Она выпрямилась, словно сбрасывая с себя оковы гнева, растеряно оглядела собравшихся. Но её взгляд снова и снова возвращался к парню. Охранники переглянулись, не понимая, что происходит. Они были готовы к новой атаке, но Аки, казалось, полностью изменилась. Тао медленно приблизился, держа руки на виду: — Всё хорошо, Аки. Я здесь. Ты в безопасности. Каждый шаг давался ему с трудом. Он понимал, что снова нарушает все возможные правила, но не мог оставить её в таком состоянии. — Нет… здесь не хорошо, — прошептала она, отступая назад. Её голос дрожал, выдавая внутреннюю борьбу. Ми Тао замер, давая ей пространство: — Что случилось? Почему ты сбежала? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и уверенно. Аки сжала кулаки, её взгляд стал более сосредоточенным: — …больно — это слово повисло в воздухе, словно приговор. Тао чувствовал, как внутри него растёт тревога. Он подозревал, что скрывается за этим коротким словом. Но он также знал, что должен быть тем человеком, которому она сможет довериться. — Расскажи мне. — повторил он, делая осторожный шаг вперёд. — Я помогу. — Ты не помогаешь! — голос Аки дрожал от обиды. — Ты обещал, что меня не обидят… ты обманул меня… Тао опустил голову. Да, он не смог защитить её, но что он мог сделать против системы? Против правил, против главврача? — Ох, Аки… я же не… послушай, я делал и делаю всё, что могу, чтобы помочь тебе. Просто у меня не всегда получается, прости, пожалуйста. — он говорил искренне, зная, что она услышит и поймёт. — чего ты хочешь? — …обратно… — прошептала она, и в её голосе прозвучала такая детская наивность, что у Тао сжалось сердце. Он понимал, что не может привести её к себе. Это было бы еще одним нарушением, возможно последним. Но как отказать ей сейчас? Как объяснить, что это невозможно? — Аки, — начал он осторожно, — я понимаю но мне не разрешат... — Нет! — перебила она, делая шаг вперёд. — Ты обещал! ОБЕЩАЛ! В её глазах снова появилась та ярость, которую он видел раньше. Понимал — ещё немного, и она снова сорвётся.       Ми Тао снова замер, а затем медленно повернулся к главврачу. Тот всё ещё стоял в стороне, наблюдая за происходящим с нескрываемым удивлением. Их взгляды встретились, и Тао увидел в глазах начальника немой вопрос. "че происходит?" Собрав всю свою смелость, Тао едва заметно кивнул. Это был рискованный шаг, но он не мог оставить Аки в таком состоянии. Главврач, после секундного колебания, тоже кивнул едва заметно, но достаточно для того, чтобы Тао понял - ему дают шанс. — …ну раз разрешили, пойдём? — тихо спросил Тао, снова обращаясь к Аки. Она настороженно посмотрела на него, словно не веря своему счастью. В её глазах промелькнула надежда, смешанная с недоверием. — Правда? — прошептала она. — Обратно? Тао глубоко вздохнул: — Да, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. Хотя Сердце предательски реагировала на каждый ее взгляд.       Тао осторожно вошёл в палату, стараясь держаться на безопасном расстоянии от Аки. Он помнил как один её удар отправил его в больницу, в груди еще побаливали недавно поломанные ребра. Но в то же время он не мог не замечать, как она расслабилась, оказавшись в знакомом пространстве. Акира медленно осмотрелась, словно проверяя каждый уголок комнаты на достоверность. Её взгляд скользил по стенам, мебели, окнам — всё было таким же, как раньше. Она опустилась на кушетку, машинально поправляя складки испачканного халата. Тао присел на стул напротив, держа дистанцию, но не сводя с неё глаз. Сейчас важно дать ей время почувствовать безопасность. В это время в коридоре главврач продолжал метаться, словно тигр в клетке. Его мысли были в смятении. «Что это было? — размышлял мистер Коби. — Как Тао смог справиться с тем, что не под силу даже мне? Как он это сделал? Что в его подходе такого особенного? Почему она среагировала на него?» От части он признавал, что ситуация вышла из-под контроля, но теперь видел, что методы Тао, какими бы спорными они ни казались, приносили результат. Акира успокаивалась рядом с ним. «Нужно вернуть её в отделение мистера Ми — решил главврач. — Но сначала нужно поговорить с Тао. Его чувства к пациентке выходят за рамки профессиональных отношений».

***

      В палате была тяжёлая, давящая тишина. Тао не двигался, не в силах отвести взгляд от Аки. Около трех месяцев назад он понял что влюбился... а пару дней назад она вломила ему так что он с одного удара оказался в больнице. И при всех исключениях его сердце стучало с неимоверной нежностью всякий раз что она оказывалась рядом. Словно привороженный...              Аки продолжала разглядывать свой окровавленный халат, словно видела в нём отражение своих самых тёмных воспоминаний. Её пальцы дрожали, а синие следы на запястьях и ногах были такими болезненными что Тао почти ощущал их на себе. На ее теле множественные ссадины и спрашивать от чего они не было смысла. — я это сделала? — голос Аки звучал так тихо, она то спрашивала толи утверждала. Тао едва расслышал её слова: — Что? — переспросил он, стараясь успокоиться наконец и вернуть себе хоть каплю той строгости что была в нем до ее появления. — я убила их? Я думала, что это моё воображение… — в её глазах читался ужас. — Кого? — спросил он — маму… — прошептала Аки, и перед глазами Тао промелькнули строки из её медицинской карты. Те самые на которые он за все время не обращал внимания. Именно Акира лишила жизни свою мать и отчима. И хоть те были алкашами и далеко не образцовыми людьми. Это они вынудили маленькую девочку нанести удар. Аки осудили.. направили на лечение. И уже потом перенаправляя из клиники в клинику, пока она и не попала к Ми Тао. — Ты помнишь, что было тогда? — неожиданно спросил Тао, чувствуя, как напряжены все мышцы его тела. Похожий вопрос он задал тогда перед ее ударом... — да… — ещё тише ответила Аки, опуская голову. — расскажи что помнишь, я выслушаю. — попросил он, стараясь, чтобы в этот раз его голос звучал ровнее. Акира сидела, опустив голову, её пальцы нервно теребили край халата. На её лице отразилась внутренняя борьба: — я помню… — в её голосе звучала глубокая боль — помню, как они кричали… как били меня… — голос дрогнул, но Аки продолжала — они были пьяные… всегда пьяные… я пыталась спрятаться, но они находили меня везде... Аки поднесла руку и вытерла подступившие слезы: — А потом… — она замолчала, словно собираясь с силами. — меня ударили в голову… больно, я забыла, что делала… я ведь не хотела… мне было страшно… Её голос становился всё тише, а в глазах снова и снова появились слёзы. Плечи задрожали, и она закрыла лицо руками. — Эй тише, не плачь — мягко произнёс Тао, медленно приближаясь к ней. — Все в порядке, я понимаю что ты не хотела! Ты не одна. Он остановился в шаге от неё, не решаясь приблизиться а тем более прикоснуться. — Аки… — тихо произнёс Тао, чувствуя, как колотится сердце. — я убила их… — прошептала она сквозь слёзы, голос дрожал от боли и вины. — ты защищала себя — мягко возразил Тао. Она подняла на него взгляд, полный отчаяния. Парень, преодолевая страх, вновь протянул к ней руку. В его сознании проносились воспоминания о прошлом ударе, но что-то внутри подсказывало ему, что сейчас всё будет иначе. Её пальцы осторожно коснулись его запястья. Акира провела по его коже, осторожно и внимательно изучая чужое тело. Слезы продолжали струиться по её щекам, но в её глазах появилось что-то новое. Когда её пальцы наткнулись на старый шрам, оставленный ею же, Аки замерла. В её взгляде отразилась вся глубина её вины и боли. Она отдёрнула руку, словно обожглась. — это я… — прошептала она, глядя на шрам, её голос дрожал от осознания. Тао дрогнул от внезапной мысли: «Она помнит». Его сердце сжалось от этой мысли, но он не показал своих эмоций. — да — тихо ответил он, стараясь сохранить спокойствие. — я не хотела… — её голос прозвучал так искренне, что у Тао защемило в груди. — я знаю… ты была напугана, — ответил он, осторожно опуская свою руку. Он не смел продолжать тактильный контакт, понимая, что сейчас не время, но рука дрогнула на пол пути желая снова почувствовать ее тепло. — почему ты увез меня отсюда? — внезапно спросила Аки, нарушая тяжёлое молчание. Тао на мгновение растерялся, не ожидая такого вопроса. Он глубоко вздохнул, пытаясь подобрать правильные слова. — Оу… ну, это был не я! — начал он осторожно. — Это будет сложно объяснить тебе, но видишь ли… тут так устроено, что если один врач попадает на больничный, то его заменяют другие. Или по совету старшего врача пациента могут перенаправить к другому... Он замолчал, наблюдая за реакцией Аки. Её лицо оставалось непроницаемым, но в глазах читалось недоверие. — Я знаю, что для тебя это был огромный стресс, — продолжил Тао — прошу, прости. Я делал всё, что мог. Против системы не попрёшь…       Ми Тао не хотел рассказывать ей всю правду, о том как он боролся за неё, как пытался добиться перевода обратно, как ночами не спал, переживая за её состояние. Но даже эта частичная правда давалась ему с трудом. — это из-за меня? — повторила Аки, внимательно глядя на него. — Чего из-за тебя? — не сразу понял Тао, пытаясь собраться с мыслями. — Из-за меня ты заболел? — в её голосе звучала неподдельная тревога. Тао невольно усмехнулся, но тут же подавил улыбку. «Заболел» — это было мягко сказано. Он не просто заболел — он потерял голову, влюбился без памяти. Настолько, что нарушил технику безопасности, приблизился к ней, несмотря на все предупреждения. И получил за это сполна. А все продолжает нарушать и игнорировать предупреждения. — Ну… — протянул он, отводя взгляд. — скажем так, я не ожидал, что ты настолько сильная… Он хотел добавить что-то ещё, но слова застряли в горле. Как объяснить ей, что дело не только в силе? Что хочется рассказать что он чувствует?... — Ты беспокоишься обо мне? — спросил он, глядя ей в глаза. Аки опустила взгляд, словно смутившись: — Немного… — тихо призналась она. — Ты… по-другому со мной. Тао замер, Луче бы она сказала "нет" и он остался бы с мыслю что ему ничего не светит, а теперь внутри него борются противоречивые чувства. Он хотел сказать так много, но слова застревали в горле. Его сердце забилось чаще обычного, а ладони стали влажными. — спасибо — тихо произнесла он.       Ми Тао долго сидел напротив Акиры, внимательно наблюдая за её поведением. Хотя голова была забита мыслю о том что она хоть и немного но переживает за него. Его взгляд скользнул по её фигуре в тонком халате, и тут до него дошла важная вещь, она всё ещё в той же грязной, испачканной одежде, которую видимо ей дали в отделении Динин. Он медленно поднялся со стула, стараясь не напугать её резкими движениями. — Аки, — мягко произнёс он, — тебе нужно переодеться. Твоя одежда грязная. Она подняла на него взгляд, словно тоже только сейчас осознав своё состояние: — да… — тихо согласилась она, опуская глаза. — грязная… — я принесу тебе чистую одежду, подожди тут — сказал он, уходя из палаты.       Ми Тао только успел выйти из палаты, как его тут же перехватил главврач. Мистер Коби стоял, уперев руки в бока, его лицо выражало явное недовольство. — Сначала расскажешь, что и как планируешь лечить! А потом поговорим о твоём поведении! — резко произнёс он, не давая парню и слова вставить. Тао почувствовал, как внутри нарастает напряжение, но постарался сохранить спокойствие. — Позвольте рассказать по ходу, ей нужно переодеться… — начал было он, но главврач перебил его. — Это не отменяет необходимости отчёта! Ты нарушил все протоколы, привёл её сюда, и теперь думаешь, что можешь просто игнорировать мои вопросы? — настаивал мужчина, его голос звучал строго и непреклонно. Тао глубоко вздохнул, понимая, что сейчас не время для споров. — Я отвечу, но мне нужно до прачечной! — твёрдо произнёс он, не отводя взгляда. Коби махнул рукой и последовал за ним, не отставая ни на шаг. — Говори! — потребовал он. — Ну, во-первых, я не собираюсь ограничивать её потребности в еде или досуге, так как это делает её спокойной. Ещё эти приступы результат детской травмы, и с годами она укоренилась, поэтому она срывается на определённые триггеры… В-третьих, я только что узнал, что она помнит всё, что происходит в момент агрессии! А значит, она сможет её контролировать… — быстро рассказывал Тао, стараясь не терять времени. Он шёл быстрым шагом, объясняя начальству всё, что успел узнать и что планирует делать дальше. — …Я пока не знаю точно, какое лечение назначить, но восстановив ее физическое состояние, моральный результат… — торопливо бормотал он, беря чистую одежду. — Этот результат связан с тобой! — резко перебил его Коби. — И это то, о чём я хочу поговорить! Оба мужчины замерли, глядя друг на друга. Один с полным пониманием что парень заговаривает ему зубы, а второй пойманный на своей поистине детской влюбленности. — Один пациент это ладно, но у нас их похоже стало двое! Ты не думаешь что твоя любовь к психу это не положительные чувства? — настаивал главврач. Тао на мгновение растерялся, но быстро взял себя в руки. — Думаете, я не в себе, раз мне понравилась пациентка? — спросил он, стараясь сохранить спокойствие. Теперь уже открыто признавая свои явно нездоровые чувства. — Она психически нездорова! — отрезал Коби. — только поэтому… — начал Тао, но главврач его перебил. — Да! Именно поэтому! Твои чувства могут навредить не только ей но и тебе. Ты должен понимать границы, Ми Тао. Профессиональные отношения когда ты ее лечишь это одно, но личная привязанность когда ты потакаешь ей совсем другое! Парень промолчал, осознавая правоту главврача, но уже не мог избавиться от своих чувств. В его душе шла борьба между долгом врача и человеческими эмоциями. И вторая половина выигрывала. — Я понимаю ваши опасения, — наконец произнёс Тао. — и мои чувства останутся при мне на весь период лечения… — Её не вылечить! — резко бросил Коби, сверля его взглядом. — Тогда всё так и останется под замком! — Тао ответил не задумываясь, его голос звучал твёрдо и уверенно. — Я понял, к чему вы клоните! Нет, я не пытаюсь использовать своё положение, чтобы быть к ней ближе или что-то в этом роде. Я хочу помочь ей… как врач! Главврач несколько секунд молча смотрел на него, словно пытаясь прочитать его мысли. — …так и быть я оставлю всё как есть сейчас, ради тишины в клинике. — наконец произнёс он, — но не дай бог эти чувства полезут наружу, Тао! И ты тут же уволен! — Я услышал! — коротко ответил Тао, чувствуя, как внутри него закипает гнев, смешанный с решимостью.

***

      Ночь в клинике тянулась бесконечно медленно. Ми Тао сидел в своём кабинете, заперев дверь на ключ. Свет настольной лампы отбрасывал причудливые тени на стены, создавая мрачную атмосферу. Он плакал впервые за долгое время. Слёзы катились по щекам, а рука непроизвольно прижималась к груди, словно пытаясь унять боль в сердце. Оно ныло, разрывалось на части от любви и тоски. «Сам же согласился на это, — думал он, сжимая кулаки. — Сам подписал эти бумаги ради её безопасности». В его голове крутились воспоминания дня: ее побег прошлой ночью, её взгляд полный доверия, прикосновение её руки, ее слезы, крики главврача и наконец новый договор о назначении Тао врачом Акиры. Всё это разрывало его сердце на части. Впервые он осмысливал слова мистера Габи с новой стороны, что если он действительно не сможет ей помочь, она так и останется в клинике, а он... он так хочет быть с ней, отказаться от своих чувств не возможно но и игнорировать их тяжело. Часы тикали, отсчитывая минуты до рассвета. А он все плакал, от бессилия от невозможности подойти к ней, от любви, которая жгла его изнутри... «Ради её безопасности, — повторял он про себя, словно мантру. — Ради её защиты я должен держаться подальше». Но сердце отказывалось принимать эти доводы разума. Оно продолжало болеть, продолжая любить вопреки всем правилам и запретам...