Pour toi

Артём задумчиво посмотрел на две чашки и стеклянный заварочный чайник, в котором в красно-коричневом чае плавали три ярких дольки лимона, и прислушался. В квартире было тихо и эта тишина, как всегда, нарушалась только громким тиканьем старых часов в коридоре. Постояв ещё немного у стола, Артём достал из шкафа коробку с песочным печеньем и, вместе с чайником и чашками, отнёс её в гостиную, где, на его взгляд, пить чай было приятнее. Расставив всё на маленьком журнальном столике, который можно было для удобства пододвинуть поближе к дивану, включив для фона телевизор, чтобы тишина не была такой уж давящей, несколько раз переключив каналы, Артём остановился на Animal Planet, где шла передача про эфиопских шакалов, и, отбросив пульт в угол дивана, негромко позвал: — Игорь? Игорь, так и сидевший всё время в комнате, завозился и через некоторое время вышел, уже тоже полностью одетый, и сел на диван. На Артёма он старался не смотреть, пытаясь взглядом зацепиться за что-то, что могло бы отвлечь внимание. — Животных любишь? — спросил Артём, присаживаясь рядом, и, кивая в сторону телевизора, из динамиков которого негромкий, спокойный голос диктора рассказывал об охоте шакалов на слепышей, добавил: — Если хочешь, выключим. — Нет, оставь, — негромко ответил Игорь, подняв глаза на экран телевизора. Артём вздохнул и, разлив по чашкам чай, подвинул поближе к парню его чашку и коробку с печеньем. — Бери, они песочные, тебе можно. — Разрешаешь? — усмехнулся Игорь и взял из коробки посыпанное сахаром печенье в форме кренделя, но есть его так и не стал. — Иногда можно, — Артём попытался спокойно и просто улыбнуться, но, поняв, что у него это плохо получилось, взял свою чашку и отвернулся к экрану, мельком заметив Игорю: — Пей чай, а то остынет и уже не то будет. — Чёрный чай с лимоном лучше пить холодным, — пробормотал Игорь и тоже устремил взгляд в экран. Диктор монотонным голосом, мягко и равнодушно, рассказывал о самке шакала, которая, по заведённому на Animal Planet для упрощения жизни зрителям порядку, имела вполне человеческое имя Аликс, и её четырёх щенках. Аликс и её детям, к сожалению, не очень повезло, потому что их стая потеряла большую часть территории и из четырёх шакалят выжил только один. Естественный отбор был, как всегда, беспощаден. Игорь невесело усмехнулся и, машинально положив в рот печенье, так же, не задумываясь, прожевал его и запил едва тёплым чаем, продолжая наблюдать за развитием отношений в шакальей стае, которая по каким-то невыясненным обстоятельствам внезапно лишилась вожака. Искоса, стараясь делать это как можно менее заметно, Игорь взглянул на Артёма. Тот жевал уже, кажется, десятое печенье и совершенно искренне сочувствовал трагедии, которая случилась в шакальей стае. Игорь снова опустил глаза в чашку, в которой осталось меньше половины чая, и поставил её рядом с чайником на журнальный столик. Чувствовал он себя отвратительно. Вроде бы, он сам настаивал на близости, даже убеждал Артёма, что не передумает, а потом испугался и, можно сказать, испортил им вечер. Вряд ли Артём рассчитывал, что проведёт его с чашкой чая за просмотром передачи о животных в атмосфере, будто они семейная пара преклонного возраста. Артём, конечно, ничего ему не сказал, и наверняка ничего и не скажет, но Игорь был уверен, что мужчина подумал, что он ещё совершенный ребёнок, который не в состоянии отвечать даже за свои же слова и решения. От всего этого на душе было плохо, а такая, с одной стороны, уютная обстановка, которая должна была расслабить, делала только хуже. Потому что уютной была лишь на первый взгляд. Потому что сейчас оба примерно понимали, о чём думал другой, но сделать что-нибудь были не в силах. Потому что откровенный разговор, который в теории должен был бы убрать все недомолвки и прояснить ситуацию, на практике оказался бы бесполезным. Что мог сказать Игорь, ведь, в общем-то, даже не случилось ничего, что могло бы повлиять на его решение — Артёма он по-прежнему любил и всё так же доверял ему — просто он внезапно испугался того, что будет больно, что что-то пойдёт не так, что... Да мало ли чего ещё. Какая разница, чего он испугался в тот момент, если в итоге они просто сидели на диване с чаем и смотрели передачу про эфиопских шакалов, вместо того, чтобы... Игорь почувствовал, что внезапно краснеет, и закрыл лицо руками, потирая глаза. Артём, заметив движение рядом с собой, перевёл взгляд на парня и внимательно осмотрел его. Выглядел Игорь, мягко говоря, подавленным и мысленно находился явно не здесь. Артём вздохнул и отставил чашку. Сказать хоть что-то всё же было необходимо, иначе эта тишина и попытки сделать вид, что всё хорошо, угнетали ещё больше. Слегка потрепав парня по плечу, мужчина осторожно позвал: — Игорь? Парень ничего не ответил, только покачал головой, но ладони от лица убрал и перевёл взгляд на свои руки. — Игорь, — Артём придвинулся ближе, приобнимая Игоря, который всё ещё старался на него не смотреть, и, притягивая его к себе, добавил: — ты чего? Игорь, продолжая избегать прямого зрительного контакта, снова покачал головой, как бы говоря, что ничего серьёзного не случилось, и, обвив Артёма обеими руками, прижался щекой к его плечу. Так было как-то лучше и спокойнее. К тому же, в таком положении было легче избегать взглядов Артёма. — Не расстраивайся, я на тебя не обижаюсь или что ты там ещё можешь подумать, — прошептал Артём, проводя носом по волосам Игоря, который только крепче обхватил его руками и прижался ближе. — Я же тебя не тороплю и не настаиваю. Успеем ещё. О том, что торопился и настаивал сам Игорь, Артём решил не напоминать, чтобы не смущать парня ещё больше. — Ты точно не обижаешься? — тоже негромко спросил Игорь. — Нет, — Артём широким, успокаивающим жестом погладил парня по спине, — я же не эгоист какой-то, в конце концов. Мне важно, что ты чувствуешь, и я бы в любом случае не стал настаивать. Я же уже говорил, что не хочу, чтобы тебе потом было плохо. И морально, и физически. Если тебе требуется время, чтобы подумать — думай столько, сколько нужно. Игорь как-то почти благодарно улыбнулся и, потянувшись, неловко поцеловал Артёма в уголок губ. Артём улыбнулся в ответ и переместил руку на плечо парня, поудобнее прижимая его к себе, на минуту задумавшись о том, что, несмотря ни на общую странность их отношений, ни на разницу в возрасте, ни на что-либо ещё, им очень повезло друг с другом. До проблем в шакальей стае им обоим уже не было никакого дела.

***

Бывают дни, когда всё не удаётся с самого начала. Середина недели стала для Артёма именно таким днём. Всё началось с того, что Артём, с утра прикрыв глаза на пять минут, открыл их через сорок. Понять, что проспал, оказалось нетрудным. И если в любой другой день можно было бы простить себе эту маленькую оплошность, то сегодня опаздывать на мероприятие, посвящённое награждению воспитанников академии клуба, было никак нельзя. Вторая неудача в день ждала Артёма на кухне. Решивший, что полноценный завтрак, на который не было времени, сможет хотя бы частично заменить кружка горячего чая, Артём, второпях пытаясь одновременно и пить чай, и застёгивать рубашку, пролил этот самый чай на себя. Выругавшись, Артём пошёл, вернее, побежал переодеваться. И хоть сделал он это довольно быстро, времени на повторное приготовление чая не осталось, да и рисковать второй раз как-то не очень хотелось. Само мероприятие прошло на удивление спокойно и мужчина уже было подумал, что на сегодня череда неудач закончена. Но подвох был там, где Артём его совершенно не ждал. Кажется, неудачный день был не только у него одного, но и у всей команды. Игроки то падали на ровном месте, то у них не получалось забить один на один, то не могли выполнить элементарные приёмы. К концу этой неудачной тренировки, которую пришлось закончить на пятнадцать минут раньше, Колесников умудрился столкнуться с Фалеевым и потянуть мышцу на голени. Фалеев, к всеобщему счастью, отделался лишь ушибами от падения. В общем, день у Артёма выдался достаточно тяжёлым, и даже Игорь, который весь день пытался развеселить мужчину, и особенно после тренировки, не сильно менял положение дел, хотя Артём был ему признателен за его попытки. Конечно же, у такого дня должна была быть завершающая вишенка на торте. Вернувшись домой, уставший и голодный Артем честно хотел по-быстрому что-то съесть и, приняв душ, поскорее завалиться спать, несмотря на то, что время было ещё совсем не позднее. Правда, планам не суждено было сбыться. Дома Артём не обнаружил Олю, которая уже давно должна была вернуться с учёбы. Посмотрев сообщения от сестры на предмет того, что вдруг он по невнимательности пропустил от неё смс, сообщавшее, что сегодня она будет поздно, Артём убедился, что таких сообщений не было. Теперь ни о каком спокойном сне речи не шло. На сообщения Артёма с вопросами, где Оля и когда она будет дома, ему никто не ответил. Мельком взглянув на окно, за стёклами которого уже давным-давно был тёмный осенний вечер с мелко накрапывающим дождём и вспомнив не внушающие доверия дворы и переулки собственного района, Артём впервые захотел, чтобы сейчас Оля была хотя бы с тем же Хмелёвым. Когда мужчина уже собрался звонить сестре и выяснять, где же она, в коридоре раздался звук открывающейся двери. Сил устраивать лекции и нравоучения, что поздно возвращаться домой плохо и небезопасно, что нужно хотя бы предупреждать, что, в конце концов, Артём волнуется, у мужчины не было, но и оставлять всё, как есть, он тоже не мог. — Оль, ты могла бы написать, что задержишься, или хотя бы ответить на мои сообщения? — вместо приветствия начал мужчина. — Я, наверное, не слышала, — повесив пальто и стряхнув рукой мелкие капли, ответила девушка. — Да и не особо-то поздно. — Не особо поздно? Ты наши дворы видела? Тебя хотя бы проводили? — уставшим голосом произнёс Артём. — Это тебя не касается, — недовольно фыркнула Оля, которая сейчас не была настроена слушать нотации. Артём тяжело вздохнул и подумал, что для завершения картины этого дня не хватало только ссоры с сестрой. Правда, сил возмутиться и как-то поругать девушку совершенно точно не было. — Я понимаю, что ты не хочешь делиться своей личной жизнью со мной. Пусть так. Но ты моя младшая сестра, и я за тебя несу ответственность. Я и так закрываю глаза на то, что в последнее время ты слишком часто не ночуешь дома, что приходишь поздно. Но ты хотя бы можешь просто говорить мне об этом, — Артём сделал паузу и, осмотрев сестру, тихо добавил, — я ведь волнуюсь. Каждый раз, когда Оля уходила куда-то на ночь, Артём, хоть и не упускал шанса провести это время с Игорем, испытывал странное чувство. Внутри всегда оставалось место для переживания за сестру, а то, что он никак не мог повлиять на ситуацию, делало это чувство ещё более острым. Оля, собравшаяся в начале отстаивать свои права, аргументируя тем, что она уже взрослая и сама может всё решать, посмотрев на Артёма, не сразу нашла, что ответить. Выглядел он довольно уставшим, и то, как он покачал головой и отправился к себе, заставило девушку даже как-то устыдиться своего поведения. Брат ведь и вправду никогда ничего плохого ей не желал и сейчас волнение за неё было вполне искреннее. Как и всегда. Несмотря на то, что отношения их со временем всё же потеплели, прежнего доверия ещё не было. И сейчас Оля задумалась о том, что, может, всё же стоит сделать ответные шаги. Мужчина устало опустился на кровать и тишину комнаты нарушил шорох постельного белья. Единственным желанием сейчас было поскорее уснуть. Но тяжёлые дни так просто не отпускают и после всего этого в голову лезли разные мысли. Как-то не очень вовремя написал Игорь с пожеланием спокойной ночи. Артёму общаться сейчас не хотелось совершенно ни с кем, даже с парнем. Но он, конечно же, ответил таким же пожеланием, потому что Игорь во всём происходящем был не виноват. Или?.. За последнюю мысль Артём невольно ухватился. Нагрянувшие размышления заставляли сомневаться в правильности своих действий. Глупо было отрицать то, что отношения Артёма с сестрой испортились из-за Игоря. Но, несмотря на это, Артём даже как-то ухитрился полюбить парня. Если говорить совсем грубо, между Олей и Игорем он выбрал Игоря. Хотя всё же это было слишком утрировано. Он ведь никого не выбирал и к Оле по-другому относиться не стал. Правда, ощущение, что Артём сделал что-то не так, не отпускало. Но долго об этом думать не пришлось, мысли вихрем перескочили на мысли об Игоре. Вот только тема «правильности» осталось прежней. Сейчас, когда первые эмоции немного поутихли, и ощущение чего-то нового потихоньку исчезало, оставляя место трезвому и рациональному разуму, всё вновь не казалось таким однозначным. Куда приведёт всё это? Что будет в итоге? Воображение подкидывало разнообразные картины — как радостные, больше походившие на финал какого-то лёгкого романтического фильма, так и более реальные и не очень радужные. Артём перевернулся на бок и теперь осматривал комнату. Плотные шторы не пропускали свет и только у самого пола яркий отсвет уличных фонарей тонкой полоской рассеивал густую темноту. Сейчас не хотелось думать о том, что будет. Потому что рядом с Игорем, несмотря ни на что, Артём был по-настоящему счастлив. А жизнь, как оказалось, не всегда учитывает твои долгосрочные планы и с лёгкостью, словно волна рушит песочные замки, ломает их. Так есть ли смысл их строить и думать о том, что будет там, когда-то упуская то, что есть сейчас? Артём не знал правильного ответа. Знал ли его хоть кто-то? Впрочем, сейчас хотелось жить настоящим. Поэтому к черту всё, сейчас он счастлив и хочет насладиться этим счастьем, пусть потом за него и придётся заплатить.

***

Остаток недели пролетел совершенно обыденно и даже субботний вечер проходил уже привычным образом — тихо и спокойно. В этот раз уют был не мнимым, а самым настоящим, и молчание совершенно ничего не портило, наоборот, создавало атмосферу доверия. Игорь, положив голову на плечо Артема, который рукой приобнимал парня, пытался вникнуть в суть фильма. Пока единственная мысль по поводу сюжета на экране была лишь о том, что он больше в жизни не будет смотреть кино по совету Вити. Сюжет был каким-то слишком запутанным, а всё действие в фильме скучным и очень затянутым. Парень оказался менее терпеливым и уже через полчаса забросил идею понять суть происходящего на экране, в отличие от Артема. Но если на тычки в бок от Игоря, который скучал и пытался привлечь внимание мужчины, Артём ещё мог отмахнуться или, не отрываясь от просмотра, ответить тем же, то от поцелуев в шею отмахнуться он уже не смог. Впрочем, Артём не был против отвлечься от фильма таким вот образом. Чуть развернувшись к Игорю, мужчина уже сам стал целовать парня в губы, притягивая его к себе ближе. Игорь, наконец-то добившийся своего, разорвал поцелуй, легко улыбнулся и вновь коснулся губ Артёма с большим напором. Они целовались медленно, растягивая поцелуи и не спешили оторваться друг от друга. Прикосновения выходили нежными, но от того не менее возбуждающими. Уже через несколько минут таких поцелуев Игорь забрался на колени к Артёму, расположившись лицом к нему. Как оказалось, такая позиция была достаточно удобной и довольно быстро полюбилась Игорю. Парень вновь стал целовать мужчину в шею, борясь с желанием оставить на тонкой коже красно-бордовые отметины, и вместо этого лишь осторожно оттягивал кожу губами. Артём в ответ на эти действия шумно выдыхал, запустил одну руку в волосы парня, а другой мягко проводил по пояснице. За те несколько секунд, на которые Игорь оторвался от поцелуев и выпрямился, они успели столкнуться взглядами. Без слов было понятно, в каком состоянии они сейчас находились, и глаза с плывущим взглядом это лишь подтверждали. Артём рукой, что до сих пор была на затылке у Игоря, притянул голову парня ближе к себе и, закрыв глаза, поцеловал его губы. Один поцелуй сменял другой, снова и снова, каждый раз с новыми силами и чувствами. Останавливаться сейчас совершенно не хотелось. Дорожкой поцелуев теперь уже Артём перешёл на шею парня и начал выцеловывать её изгиб. Дыхание парня становилось всё чаще и глубже и он охотно отклонял голову для новых прикосновений. Мысли начинали немного путаться и в какой-то момент Игорь склонил голову совсем близко к Артему. — Может быть, нам... — почти что на ухо, не заканчивая фразы, произнёс Игорь и закусил губу. Артём, выцеловывающий на шее Игоря хаотичные линии и фигуры, этого увидеть всё равно бы не смог, но поцелуи прекратил и спросил уже сам. — Уверен? — с полуприкрытыми глазами, точно так же, почти на ухо, шёпотом на выдохе произнёс Артём. Сейчас ему нужно было убедиться, что Игорь не передумает, потому что самому Артёму безумно хотелось именно сейчас. И единственной причиной, по которой он до сих пор не был инициатором, было то, что он не хотел давить на парня, зная, что тот не сможет отказаться. Желание удовлетворения собственных потребностей оказалось слабее желания того, чтобы Игорю было хорошо. Конечно, если парень вдруг опять неожиданно передумает, Артём ничего ему не скажет, но сейчас он был уверен, что может действительно огорчиться. Просто потому, что сейчас он был готов морально к их близости куда больше и хотел её тоже намного сильнее. Игорь на этот вопрос немного задумался, будто пытаясь отыскать внутри себя причины, почему же нет, и, не найдя их, ответил: — Да, — волнения сейчас было куда меньше, а вот уверенности больше. После этих слов Артём поцеловал Игоря в губы и, разорвав поцелуй, встал с дивана вместе с парнем. Игорь, правда, поспешил сам опуститься на пол и теперь прижимался к Артёму как можно ближе, и прежде, чем поцеловать мужчину, заглянул ему в глаза. Артём смотрел на парня с нескрываемым желанием и от этого взгляда по телу разбегались мурашки. Поцелуй был более напористый, а руками Артём незаметно скользнул под футболку Игоря и теперь гладил его поясницу. Правда, избавлять парня от одежды он не спешил, будто оттягивая момент, тем самым усиливая желание. Оторвавшись, наконец, друг от друга, Артём, взяв Игоря за руку, направился к себе в комнату. Наверное, всё и должно было так произойти: в какой-то степени банально, не запланировано и спонтанно. Хотя Игорь бы соврал, если бы сказал, что не планировал такой исход событий и совсем не готовился к тому, что сейчас будет. За окном уже начинало смеркаться и Артём на пару мгновений задумался, стоит ли включать свет. Решив, что яркий свет люстры сейчас будет слишком резким, Артём нажал на выключатель настольной лампы. Ведь лёгкие сумерки по-осеннему быстро перейдут в тёмный вечер, а смотреть на Игоря и видеть очертания его тела сейчас хотелось более чётко, чем в размывающей границы темноте. Теперь же было желание растянуть этот момент, будто так он мог остаться в памяти намного яснее и отчётливее, да и торопиться совсем некуда, поэтому, оказавшись на кровати, они долго целовались, неспешно избавляя друг друга от одежды. Ни о чём, кроме друг друга, думать не хотелось. Только один раз Артём внезапно разорвал поцелуй, как-то неловко, словно извиняясь, улыбнулся и отошёл к шкафу. Игорь, не сразу понявший, в чём дело, и решивший уже, что он сделал что-то не так, или сам Артём передумал, даже сел на кровати, стыдливо прикрываясь одеялом, но мужчина, порывшись где-то в ящике, вернулся с флаконом смазки и упаковкой презервативов. Впрочем, и после этого он не торопился приступать к подготовке, а только снова уложил Игоря на кровать, медленно и неторопливо покрывая его тело поцелуями и так же медленно и нежно оглаживая руками. Игорю это, в общем-то нравилось. Это возбуждало и расслабляло одновременно, поэтому он и не настаивал на переходе к более решительным действиям, решив сейчас полностью довериться Артёму, который, наверное, лучше знал, когда стоит начать. Артём прервал поцелуи и, выпрямившись, оглядел парня. Игорь почувствовал себя как-то неловко под этим взглядом: Артём впервые разглядывал его, хоть и спокойно, без какого-то жадного блеска в глазах, даже без оценки, но совершенно точно с интересом. — Если передумаешь — скажи, — негромко проговорил Артём и успокаивающим, широким движением провёл ладонью по ноге Игоря, от колена до бедра. Игорь, правда, точно знал, что не передумает. Он, конечно бы, соврал бы, сказав, что совсем не боится, но, ведь, это, наверное, было нормально? Наверное, сейчас действительно был самый подходящий момент: без сильных эмоций, которые всё же были лишними, без спешки, спокойно и с осознанием. Когда ещё такой может представиться? — Не передумаю, — Игорь постарался сказать это максимально уверенно. Артём мягко улыбнулся и, поцеловав парня в губы, потянулся за флакончиком со смазкой, который оставил на столе. За то, что Артём купил простую классическую, а не какую-нибудь клубничную или вишнёвую, Игорь был даже благодарен: этот сладкий химический запах всё только испортил бы. — Как мне… лучше лечь? — спросил Игорь, приподнявшись и наблюдая за тем, как Артём выдавливает смазку на пальцы и равномерно растирает по ним. — Ну… — Артём, честно говоря, немного растерялся от этого вопроса. — Как удобно. Игорь кивнул и снова откинулся на спину, слегка раздвигая согнутые в коленях ноги. Наблюдать за процессом ему, честно говоря, не очень хотелось, поэтому он предпочёл закрыть глаза и расслабиться настолько, насколько это было возможно. Артём подвинулся ближе к парню и мягко провёл по внутренней стороне бедра. Все прочитанные им статьи сходились на том, что пренебрегать подготовкой нельзя, иначе партнёр может получить множество малоприятных последствий помимо болезненных ощущений поначалу. Игорь открыл глаза и посмотрел в потолок. Про подготовку он, конечно же, тоже читал и прекрасно понимал, что это необходимо, для его же, можно сказать, блага, но лежать вот так было ужасно неловко и совершенно точно непривычно, хоть Артём никак и не комментировал происходящее. Да и нарушить создавшуюся атмосферу словами сейчас было совсем некстати. Любые комментарии сейчас бы были лишними и только бы помешали. Когда Артём осторожно ввёл первый палец, Игорь вздрогнул от неожиданности и слегка напрягся, но быстро взял себя в руки и расслабился. В общем-то, это было даже не сильно больно, скорее просто неприятно. Игорь, конечно, понимал, что сравнивать один или даже два пальца с членом глупо, но то, что сейчас ему было не очень больно, давало надежду на то, что и уже во время непосредственно секса ему не придётся совсем уж сильно страдать. В конце концов, ведь кому-то это даже нравилось, не все же они мазохисты. Артём растягивал его очень осторожно и медленно и, честно говоря, в какой-то момент Игорь даже начал думать, что, в общем-то, уже можно было бы перейти к основному действию. Ему даже начало немного нравиться. Правда, торопить Артёма он не решался, помня о том, что полностью положился на мужчину. Артём же, и сам понимая, что сейчас вся ответственность лежала на нём, старался сделать всё как можно правильнее, настолько, насколько это было возможно. В какой-то момент, почувствовав, что парень максимально расслабился и, кажется, полностью готов, по крайней мере, насколько мог оценить мужчина, Артём осторожно вынул пальцы. Игорь среагировал на это моментально, широко открыв глаза и в упор посмотрев на мужчину. Что должно было произойти дальше, было ясно, и Игорь внезапно понял, что всё же боится больше, чем немного. Чего конкретно он боялся, парень затруднялся сказать, потому что был уверен, что Артём ни за что не сделает ему больно или плохо специально, но страх никуда не уходил. — Я люблю тебя, — тихо прошептал Игорь, но прозвучало как-то с отчаянием. Он даже не знал, почему решил внезапно сказать это. Будто это признание могло помочь успокоиться. — Не бойся, — Артём наклонился к нему и поцеловал. Поцелуй был неторопливым, успокаивающим и Игорь прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на этих приятных ощущениях и не думать о том, что должно быть. Артём, не разрывая поцелуй, медленно, чтобы не напугать Игоря резким или неаккуратным движением, провёл ладонью по бедру парня, переходя на внутреннюю сторону и чуть выше. Игорь на мгновение оторвался от губ мужчины и, не открывая глаз, прерывисто вздохнул в ответ на это движение. Артём несколько раз провёл рукой по члену парня, наблюдая, как Игорь начал дышать тяжелее и глубже, расслабляясь под ласками. Мужчина точно не знал, как будет лучше и правильнее, а статьи в интернете противоречили друг другу, но догадывался, где-то даже на интуитивном уровне, что чем резче он будет двигаться, тем больнее будет Игорю. Впрочем, больно ему, наверное, должно было быть в любом случае, но Артём совершенно точно не хотел сделать эту боль невыносимой. В конце концов, секс — это для двоих, а значит, и удовольствие в итоге должны были получить оба. И мужчине не хотелось, чтобы этот, первый, раз стал исключением. Выдавив на ладонь ещё немного смазки, Артём, не переставая ласкать парня, несколько раз провёл рукой по собственному члену, распределяя смазку, потому что догадывался, что той, которую производитель нанёс на презерватив, будет явно недостаточно для их случая. Придвинувшись поближе, он наклонился, поцеловав Игоря в губы. Парень, замерший в ожидании большего, вяло отозвался на поцелуй и обхватил предплечья Артёма, чуть сжимая от волнения пальцы. Артём чуть отстранился, стараясь, правда, остаться в таком положении, в котором Игорю было бы удобно продолжать держаться за него, раз парню от этого было спокойнее, и, взяв свой член в руку, приставил головку ко входу. Игорь вздрогнул всем телом и заметно напрягся. Он по-прежнему дышал глубоко и тяжело, но уже не расслабленно, а как-то почти испуганно. Сердце бешено колотилось и вот-вот норовило вырваться наружу. — Артём… — тихо прошептал он, открыв глаза и забегав взглядом по лицу мужчины. — Хочешь остановиться? — Артём взглянул в глаза парня. Если Игорь сейчас, несмотря на всё, откажется от продолжения, он, конечно же, не будет настаивать. — Нет, не хочу. Просто… — Игорь запнулся, понимая, что не может просто так сказать, что ему сейчас очень страшно. — Если захочешь остановиться — скажи, — негромко проговорил Артём. Игорь молча кивнул и снова закрыл глаза, как бы говоря этим, что Артём может продолжить. С закрытыми глазами было как-то легче, будто так можно было отстраниться от реальности. Подготовиться, несмотря на всё, оказалось невозможным, поэтому, когда Артём, действительно плавно и осторожно, вошёл в него, Игорь снова резко вздохнул и непроизвольно сжался в ответ на болезненные ощущения, чем только усилил их. — Больно, — тихо прошептал он, перемещая руки на плечи Артёма и крепко сжимая пальцы, не пытаясь, впрочем, оттолкнуть. Артёму, честно говоря, тоже было не очень приятно, потому что, несмотря на всё то время, которое он потратил на подготовку парня, Игорь всё равно был слишком узким. Просить Игоря расслабиться было бесполезно, потому что парень, скорее всего, не смог бы это сделать и только бы напрягся ещё больше. — Сильно? — Артём мягко, успокаивающе, коснулся губами щеки парня, оставляя на коже почти невесомые поцелуи, стараясь не думать о собственных неприятных ощущениях. — Если... — Нет, — Игорь снова прикрыл глаза и откинул голову назад. — Просто… — Я понял, — Артём поцеловал парня в губы, избавляя от необходимости заканчивать фразу. Ещё некоторое время он не двигался, давая Игорю возможность привыкнуть к ощущению заполненности и просто целовал парня, неторопливо лаская его, в попытке отвлечь от неприятных ощущений. Когда Игорь более-менее привык и даже немного расслабился, отвечая на каждое движение руки Артёма глубоким вздохом, мужчина осторожно толкнулся внутрь, входя на половину. Игорь сдвинул брови, болезненно зашипев, но останавливаться больше не просил. Артём, старался быть максимально аккуратным, и, подождав еще немного начал двигаться. Игорь тяжело и шумно дышал, пытаясь не напрягаться, потому что понимал, что от этого им обоим будет только больнее, но ощущение того, что там, внутри, непривычно и болезненно растягивалось, совершенно не позволяло расслабиться. Несмотря на всю подготовку, было больно и Игорь только сильнее стискивал зубы, зажмуривал глаза и почти до синяков сжимал руками плечи Артёма, который, наблюдая за реакцией парня, старался быть очень нежным и осторожным, и двигался плавно, не рискуя входить больше, чем на половину. Наблюдать за тем, как Игорь морщился и старался сдерживать болезненные стоны, только ради того, чтобы не заставлять Артёма отказываться от собственного удовольствия, оказалось совершенно невыносимо. Артём, конечно, знал, что Игорю поначалу будет больно и не очень приятно, но не думал, что он совсем ничего не сможет с этим сделать: даже постоянные ласки в такт толчкам внутри не могли заставить парня отвлечься от неприятных ощущений. Даже на поцелуи парень не отвечал, словно боялся разомкнуть искусанные губы и выпустить наружу болезненный стон. В теории Артём знал, что для того, чтобы доставить партнёру удовольствие именно от самого процесса физической близости, нужно попадать по простате. В статьях в интернете и на схемах это было не так уж сложно, а на деле Артёму это, кажется, удалось от силы несколько раз. В эти моменты Игорю, конечно, несомненно было хорошо, потому что он переставал напряжённо сжимать плечи Артёма и хмуриться. Но сейчас, глядя на вновь напряжённого парня, Артём уже начал жалеть, что они затеяли всё это. Ладно Игорь, он ведь ещё по сути ребёнок и даже, наверное, не знал и толком не понимал, на что соглашался, просто желая быть ближе с любимым человеком и доставлять ему удовольствие в ответ, но он сам? Он сам ведь прекрасно всё понимал, сам просил подумать несколько раз, не торопиться. Артём замер и, облизав пересохшие губы, хрипло прошептал: — Игорь. Парень прерывисто вздохнул, переводя дыхание, и открыв глаза, посмотрел прямо на Артёма. — Игорь, я не могу так, — Артём качнул головой и бессильно опустился, уткнувшись в шею парня, одновременно с этим покрывая её лёгкими поцелуями, словно извиняясь за причиненную боль. Игорь снова вздохнул и сильнее обвил мужчину руками, прижимаясь ближе и осторожно целуя Артёма в висок. Он чувствовал, как гулко и сильно билось его сердце, рядом с его собственным, которое сейчас рвалось навстречу чужому. — Я хочу продолжить, — Игорь медленно провёл руками по плечам и спине мужчины. Да, ему, конечно, было больно и физически не то чтобы очень приятно, но это стоило пережить ради того чувства, которое разливалось внутри от осознания, что они с Артёмом сейчас ближе, чем когда бы то ни было до этого, что он отдаёт себя любимому человеку и берёт в ответ столько же. Игорю казалось, что боль и неприятные ощущения были не такой уж высокой ценой. По крайней мере, он мог потерпеть. Артём шумно вздохнул и, приподнявшись, поцеловал Игоря, сначала легко, но постепенно углубляя поцелуй. Парень ответил, одной рукой обвив мужчину за шею, а подушечками пальцев другой мягко поглаживая его по щеке. Артём прервал поцелуй и нехотя отстранился, пройдясь напоследок цепочкой коротких поцелуев по шее парня. Игорь в ответ только запрокинул голову, как бы говоря, что Артём может продолжить. Первые движения мужчины были такими же осторожными и плавными, как и раньше, но Игорь, словно желая доказать, что ему уже не больно, хоть это и было не совсем так, и, в общем-то даже нравится, легко подался навстречу мужчине, прося больше. Более того, он даже решился прямо и открыто посмотреть прямо в глаза Артёма, что, кажется, окончательно свело мужчину с ума, потому что толчки Артёма стали чуть резче и хаотичнее, а дыхание тяжелее и глубже. Осознание, что Артёму хорошо именно с ним, именно сейчас, заставляло внутри всё замереть. Даже боль, которая уже, и от того, что сам Игорь немного привык, и от осознания того, что он доставлял любимому человеку удовольствие, стала меньше, отошла на второй план. Пусть не физически, но морально Игорь точно был удовлетворён. Они так и смотрели, не отрываясь, друг другу в глаза, жадно ловя каждую эмоцию, находившую отражение во взгляде, пока Артём не кончил, глухо застонав на выдохе, с последним толчком утыкаясь горячим лбом в плечо парня. Некоторое время они лежали так, переводя дыхание. Игорь обеими руками обнимал Артёма, поглаживая его по спине и плечам. Было ещё немного больно, но в целом Игорь ничуть не жалел о произошедшем. Скорее, наоборот: был даже рад тому, что это наконец случилось. Чуть отдышавшись, Артём поднял голову и прижался к губам Игоря своими. В этом поцелуе, кажется, было всё, начиная от молчаливого, невыразимого признания в любви и заканчивая таким же немым извинением за причинённую боль. Внезапно Артём приподнялся на руках и, оторвавшись от губ парня, медленно, не торопясь, прошёлся цепочкой поцелуев по шее и груди. Перейдя на живот, Артём немного задержался, потому что Игорь напрягал мышцы при каждом поцелуе, и Артёму, честно говоря, просто нравилось наблюдать за этим. И ещё он, совсем немного, сомневался в том, что собирался сделать: во-первых, он сам был не до конца готов к такому, во-вторых, было ли это вообще уместно в том случае, когда у обоих партнёров в принципе первый опыт секса с человеком своего пола. С другой стороны, удовольствие Игоря, который так и не кончил, было в приоритете. Решив не раздумывать слишком уж долго, Артём осторожно коснулся члена Игоря языком и медленно провёл им вверх. Игорь вздрогнул от неожиданности и, приподнявшись на локтях, немного мутным взглядом посмотрел на Артёма. — Что ты делаешь? — спросил он, немного хмурясь. Артём не знал, как правильно ответить на этот вопрос, да и стоило ли вообще отвечать, поэтому промолчал и быстро облизал губы. В следующее мгновение он, еле касаясь, охватил ими головку и, задержавшись на пару секунд в таком положении, медленно подался вперёд. К собственному удивлению, никакого особенно сильного отвращения Артём не чувствовал. Возможно, когда речь шла о любимом человеке, такие вещи не казались отвратительными или стыдными. В общем-то, даже рвотного рефлекса у него не оказалось: впрочем, Артём не рисковал брать слишком глубоко, чтобы не испортить им обоим момент внезапным приступом тошноты у себя и отсутствием даже теоретических знаний. Игорь, до этого момента наблюдавший за происходившим с широко открытыми глазами, откинулся на подушку и закрыл предательски покрасневшее лицо руками. Было в этом что-то, как ему казалось, ещё более неправильное, чем все их отношения в принципе. Артём, однако, не обратил на это внимания, потому что большую его часть тратил на то, чтобы не сбиться с ритма и случайно не задеть член Игоря зубами, потому что прекрасно знал, как это неприятно. Вряд ли, конечно, Игорь стал бы жаловаться, но Артёму хотелось доставить удовольствие парню хотя бы так и оставить Игорю хоть какие-то приятные воспоминания от их близости, потому что после всего Артём был не уверен в том, что однажды они решатся это повторить. Взять больше, чем на половину у него так и не получилось, потому что начинало неприятно подташнивать и Артём решил остановиться на достигнутом, продолжая просто ритмично двигать головой, периодически плотнее сжимая губы, и помогая себе рукой. Через некоторое время дыхание Игоря стало более тяжёлым и прерывистым, что явно говорило о том, что Артём, в общем-то, неплохо справлялся. Парень даже негромко постанывал время от времени и сжимал постельное бельё: позволить себе повести себя так же, как с девушками и запустить пальцы в волосы Артёма он не мог, потому что это было бы совсем как-то… Неуважительно? Слово, конечно, не очень подходило, но другого Игорь подобрать не мог. Вообще, если говорить честно, с технической стороны вопроса, это был не самый лучший минет в жизни Игоря, несмотря на то, что Артём, безусловно, очень старался. Зато, если оценивать эмоциональную составляющую, Игорь совершенно точно мог сказать, что большего удовольствия он никогда не испытывал. Полностью растворившись в этих во многом новых для него ощущениях и потеряв чувство реальности происходящего, Игорь даже не сразу понял, что ещё пару движений и он кончит. Но когда оргазм вспышкой разлился по телу было уже поздно. За это ему тут же стало стыдно, потому что он не успел предупредить Артёма и тот сейчас выглядел немного растерянным. По консистенции было похоже на густую вязкую жидкость. Вкуса не было почти никакого, хотя Артём думал, что должно быть горько, или ещё как-то неприятно. — Прости, — тихо прошептал Игорь, приподнимаясь на локтях. — Ничего, — Артём махнул рукой, выпрямляясь. Игорь внезапно подался вперёд, усаживаясь на колени и, обвив шею Артёма руками, притянул мужчину к себе и не менее внезапно поцеловал. Он, пожалуй, и сам не смог бы объяснить, зачем сделал это. Никогда ни для одной из своих девушек он бы такого не сделал — как вообще так можно? — но сейчас, целуя Артёма, Игорь не чувствовал никакого отвращения. Пожалуй, ему было даже интересно: как это, целовать любимого человека и чувствовать на его губах собственный привкус? Как оказалось, ничего особенного, но… Неужели отношение к человеку так много меняет в восприятии некоторых вещей? Артём, не ожидавший этого порыва, растерялся ещё больше и неосознанно прижал парня к себе, отвечая на поцелуй. Он, конечно, тоже никогда в жизни не сделал бы так ни с одной из своих девушек, и поэтому жест Игоря, которым тот хотел выразить то ли извинение, то ли что-то ещё, оценил. Было даже как-то неловко от того, что парень так сильно любит его, а он не мог найти в себе силы, чтобы признаться уже, наконец, ему в ответ. — Нужно в душ, — прошептал Артём, разрывая поцелуй. — Да, — кивнул Игорь и положил голову на плечо мужчины, прикрывая глаза. От переизбытка эмоций и впечатлений хотелось спать. В душ они пошли вместе, причём большую часть времени просто простояли под тёплыми струями, обнявшись и крепко прижавшись друг к другу. Тёплая вода умиротворяла еще больше и без того расслабленное тело, а мерный приятный шум успокаивал. Никаких лишних мыслей или движений, никаких лишних слов, только спокойствие и молчаливое наслаждение друг другом. Для мыслей впереди была целая и очень долгая ночь.