Pour toi

Долгие новогодние праздники подошли к концу и город, совсем ещё недавно радостно сверкавший праздничными огнями, постепенно возвращался к своей обычной повседневной жизни. Игорь стоял на остановке, вглядываясь в поток машин в попытках скорее рассмотреть нужную: сегодня Артём позвал его на свидание, если это можно было так назвать, и обещал отвезти в какое-то очень красивое место. Однако в потоке постоянно двигавшихся машин было трудно выхватить какую-либо одну и, как бы ни хотелось Игорю поближе подойти к трассе, то и дело приходилось отпрыгивать назад, дабы не быть забрызганным слякотью, летевшей из-под колёс. В итоге автомобиль Артёма Игорь всё же проглядел и когда заветная черная BMW снизила скорость и остановилась рядом с ним, парень даже вздрогнул и отступил подальше на тротуар, но потом, поняв, что это та машина, которая ему нужна, быстро сел на переднее сиденье, стараясь не привлекать к себе внимание случайных прохожих, так же быстро здороваясь с мужчиной. — И куда мы едем? — спросил Игорь, пристёгиваясь и бросая рюкзак на заднее сидение. — Приедем — увидишь, — не отвлекаясь от дороги, ответил Артём. — За город, ведь верно? — прищурился Игорь, продолжая разглядывать Артёма. — Да. Остальное узнаешь на месте, — всё так же сосредоточившись на дороге, проговорил мужчина. — Ладно, — немного недовольный тем, что от него утаивают конечное место их поездки, но всё же решивший, что отвлекать водителя расспросами лучше не стоит, ответил Игорь. — Я, кстати, нам чай взял. Травяной, ты не против? — Нет, — коротко бросил Артём, про себя подумав, что травяные чаи — это худшее, что можно было придумать, но раз уж Игорь позаботился о них и заварил, то другого выбора, кроме как пить это, не остаётся. Дальше они ехали молча. В машине играла какая-то лёгкая ненавязчивая музыка и возникшее молчание не напрягало. Артём был сосредоточен на дороге, стараясь не пропустить нужные съезды и повороты, а Игорь глядел в окно на пролетающие мимо серые постройки, которые вкупе с серым январским небом и голыми деревьями и кустами приобретали ещё более унылый вид. Районы и микрорайоны, окружающие МКАД, сменялись небольшими лесополосами и пустырями, но даже это было однозначно красивее угрюмых, неуютных с виду и однотипных старых панельных многоэтажек. Правда, рассмотреть все детали не позволяла скорость: дороги были достаточно свободны и Артём, как Игорь заметил, не очень соблюдал скоростной режим. Вскоре они свернули на какое-то небольшое загородное шоссе. Название Игорь не успел рассмотреть, да ему, впрочем, было и не особо интересно. Они проезжали ещё какие-то населённые пункты, видимо, города-спутники, и Игорь молча наблюдал за тем, как с отдалением от МКАДа и столицы уменьшалась этажность зданий и плотность застройки. Ещё через несколько минут вокруг дороги и вовсе был один сплошной частный сектор. Артём вновь куда-то свернул и теперь ощущалось и то, что с удалением от МКАДа не только уменьшается этажность зданий, но и ухудшается качество дорог. Скорость теперь была не такой большой: разогнаться не позволяла и заснеженность дороги, и жалость к машине, которая уже довольно долго служила своему хозяину верой и правдой. Проезжая по узкой дорожке между наглухо закрытых на зиму частных домов, можно было, наконец-то, хорошо рассмотреть вид за окном. Здесь, однозначно, было красивее, чем в городе. По правую сторону дороги были аккуратные домики, припорошенные блестящим снегом, которые выглядели сказочно. Сказочности добавляли и растущие с левой стороны высокие сосны, так же с блестящим и пушистым снегом на своих широких ветвях, которые раскинулись высоко над землей и под тяжестью укутавшего их снега клонились вниз. На одной из таких ветвей сидела небольшая худая ворона и, наклонив чёрную голову, смотрела на землю чёрным глазом-бусинкой. Услышав шум мотора и шуршание шин по плотному, укатанному снегу, ворона резко сорвалась с насиженного места, сотрясая ветку сосны, с которой комьями посыпался снег, задевая ветки, росшие ниже. Игорь, в принципе, уже был доволен. По сравнению с шумной и серой Москвой этот неизвестный уголок тишины и белоснежного снега казался ему восхитительным. Но Артём всё ещё не останавливался, продолжая то и дело давить на педаль, придавая немного ускорения для преодоления небольших насыпей. Вскоре дома за аккуратными заборами остались позади и теперь колея вела сквозь ровно посаженные ряды аккуратных, ещё достаточно молодых сосен. Видно было, что в это место периодически приезжают. Игорь обратил внимание, что за последние несколько дней они, видимо, были первыми, поскольку отпечаток шин предыдущего поклонника зимней природы средней полосы заметно припорошило выпавшим не так давно снегом. Машина остановилась перед торчавшими из-под снега металлическими столбиками, которые были покрыты облупившейся оранжевой краской, и Артём, заглушив мотор, оповестил: — Всё, дальше пешком. — Может, посидим в машине? Мне и тут неплохо, — Игорь, представляя, что сейчас придётся пробираться сквозь сугробы, предпринял попытку избежать прогулки. — Пошли, тебе понравится, — уже выбравшись из машины, заглядывая в салон ответил Артём, не давая другого выбора. Игорь вздохнул, но последовал примеру мужчины и вылез из машины. К его счастью, пробираться по сугробам никуда не пришлось: от колеи вбок вела протоптанная, но тоже слегка заметённая снегом дорожка. Тропинка шла между рядов высоких сосен и, миновав их, утыкалась в пологий берег зимнего озера. Здесь пейзаж был ещё лучше. Противоположный берег был более обрывистый и сосны там стояли намного выше. Небо, хоть и было серым, но совсем не навевало грусти, как небо города. Над озером, которое сейчас было затянуто льдом, стояла лёгкая дымка, которую Игорь почему-то не заметил когда шёл по тропинке. Это придавало сосновому бору ещё больше волшебства. Воздух хоть и не был сильно холодным, — утром термометр показывал всего-то несколько градусов ниже нуля, — пар при долгом выдохе получался особенно густым. Скорее всего, так было из-за высокой влажности. Но самым волшебным из всего, что тут было, являлась тишина. Не было никакого гула машин, непрекращающихся потоков чужих разговоров, музыки, рекламы и звуков, происхождение которых даже было трудно определить. Лишь изредка от собственного веса или неосторожного движения птиц то тут, то там падал с ветвей снег. Иногда птицы подавали голоса и хлопали крыльями, но тишину это ничуть не портило. Артём подошёл к Игорю сзади и, приобняв, наклонившись к самому уху, спросил: — Ну что, нравится? — Ага, — растянуто ответил парень, всё ещё продолжая заворожённо разглядывать картину вокруг. — Можем пройтись вокруг к тому берегу, — Артём кивнул на тропинку, которая шла вдоль берега. Игорь кивнул в ответ и направился вслед за мужчиной, потянувшим его в сторону извилистой тропинки. Спустя минут десять неторопливой ходьбы, с перерывами на объятия и быстрые поцелуи, они добрались до другого берега. Теперь у них появилась возможность рассмотреть озеро и окружающий его сосновый бор с небольшой высоты. Красиво. Сосны, будто окутанные пуховой шалью, стояли в снегу, замерев, боясь шелохнуться, чтобы не нарушить тишину. От такого зрелища и на душе наступали умиротворение и спокойствие. Игорь прикрыл глаза и глубоко, вдохнув влажный воздух с нотками хвои, шумно выдохнул, приоткрыв рот и создав клубы быстро рассеивающегося пара. Артём стоял, задумчиво глядя куда-то вдаль. По немного сдвинутым к переносице бровям, Игорь понял, что мужчина размышлял о чём-то, совершенно не связанном с этим местом, и вздохнул, думая о том, что Артём даже сейчас не может полностью отпустить свои мысли и просто расслабиться. Игорь сделал пару шагов назад, стараясь не сильно привлекать внимание хрустом влажного снега, но Артём не обратил на движение рядом с собой никакого внимания. Обернулся он только тогда, когда Игорь окликнул его по имени. Парень стоял в нескольких шагах от него и, хитро прищурившись улыбнулся. Артём не успел даже озвучить самый простой и логичный в этой ситуации вопрос «Что?», как в него полетел белый комочек снега. От снежка Артём ловко увернулся. — Игорь, ну что за детский сад? Ты ещё в снегу предложи поваляться, — с напускным упрёком проговорил Артём. — А я и предложу, — парень кинул ещё один снежок и попал в грудь мужчины. — 1:0, — тут же, подмигнув, сообщил парень, наклоняясь за новым снарядом. — Ах, так, — Артём принял правила игры и, уклоняясь от вновь запущенного в него белого шарика, сам быстро наклонился, зачёрпывая ладонями снег. Игорь не успел среагировать и инстинктивно поймал брошенный в него снежок. — Я поймал, это не считается, — запуская обратно только что пойманный шарик, радостно выкрикнул парень. — Это с чего вдруг? Мы не на поле, тут ловить не надо, — Артём запустил сразу два снежка подряд, один из которых благополучно попал парню в ногу. — 2:1 Но не успел он договорить, как Игорь бросил снежок в ответ, сравнивая счёт. — Ну держись, — воскликнул Артём. — А ты догони сначала, — Игорь отбежал на несколько шагов и наклонился за новой порцией снега. Снежок, запущенный Артёмом, прилетел точно в ствол дерева рядом с Игорем, рассыпаясь от удара. Следующий снежок скользнул по воротнику куртки парня и немного снега попало ему за шиворот. Пока Игорь пытался вытряхнуть его, Артём сократил расстояние между ними и запустил в Игоря ещё один снежок. Так, отбегая и нагоняя друг друга, прячась за деревьями и перебрасываясь снежками, они вернулись к тому место, откуда пришли, обойдя озеро по кругу. Делая последний рывок, Игорь споткнулся, неудачно задев ногой скрытый под снегом корень сосны, и упал в ближайший сугроб. Перевернувшись на спину, он спешно начал очищать вмиг покрасневшее из-за холода лицо от налипшего снега. Артём тут же подбежал к нему. — Цел? — заботливо поинтересовался он. — Ага, — отплёвываясь от снега, отозвался Игорь. — Ну, ты, кажется, и хотел в снегу поваляться, — уже с усмешкой на лице добавил Артём. — А я и не против, — Игорь не торопился подниматься и продолжал лежать на спине, глядя на сосновые ветви, медленно качавшиеся над ним. — Ладно, вставай, а то промокнешь весь, — Артём протянул парню руку, чтобы помочь ему подняться, но Игорь дёрнул мужчину на себя и Артём, не успев даже ничего сделать, повалился в соседний сугроб. — Игорь, что вот ты за человек? Сам повалялся и меня решил утащить? Вместо ответа Игорь довольно улыбнулся и, приподнявшись, легко поцеловал Артёма в губы. Мужчина укоризненно вздохнул, но всё же ответил на поцелуй. Поднявшись, Артём взял Игоря за руку и рывком поставил его на ноги. — Пойдём греться, у тебя все руки ледяные, — сказал Артём, задержав ладонь Игоря в своей. — У самого не лучше, — заметил парень. — Ты, кажется, говорил, что чай с собой взял? — замечание осталось без ответа. Игорь кивнул. — Кстати, какой там счёт? — поинтересовался Артём по пути к машине. — Не знаю, я сбился. Да и какая разница? Главное, что ты повеселел, — на румяном лице Игоря появилась лёгкая, какая-то по-детски непосредственная улыбка. Артём хотел, было, возразить, что он, в общем-то, не был грустным, но не стал. Пусть Игорь радуется тому, что смог его развеселить. Как только они сели в машину, Артём включил печку, чтобы быстрее согрелся и он сам, и Игорь. Игорь же забрался назад, и, уловив немой вопрос Артёма, сразу же ответил: — Тут места больше и подушка, — последнее слово Игорь произнёс, кивнув на небольшую черную подушечку с логотипом BMW, которую он взял в руки и подложил под спину. Артём лишь поднял глаза куда-то вверх и укоризненно вздохнул. — А вообще, иди ко мне, мы же не едем, — улыбнулся Игорь. Артём ещё раз взглянул на Игоря. Парень смотрел таким нежным взглядом, что на эту просьбу-призыв было невозможно не согласиться, поэтому Артём тоже пересел назад. — Держи, — Игорь осторожно протянул мужчине тёплую крышку-кружку от термоса. Артём так же осторожно взял её, недоверчиво, под лёгкий смешок Игоря, понюхал содержимое, и сделал первый глоток. Травяной чай оказался не таким плохим, как ожидал мужчина. Чувствовался знакомый привкус мяты, ромашки и какой-то слегка кисловатый вкус ягод, который Артём никак не мог распознать. Очевидно, трав в составе было побольше, но Артём не особо различал их вкус, да и не пытался. Приятное тепло разливалось по телу и дарило какое-то умиротворение. Игорь в ожидании смотрел на Артёма и, когда мужчина всё же оторвал губы от кружки, спросил: — Вкусно? — Вкусно, — кивнул Артём, возвращая крышку-кружку обратно. Игорь удовлетворённо улыбнулся. Значит, не зря он мучился с этим чаем, вымеряя точные пропорции и заваривая, как было указано в рецепте, хотя даже если бы он и ошибся где-то, Артём, как и в случае с эклерами, наверняка бы сказал, что ему всё понравилось. Но когда настала его очередь пить, Игорь про себя отметил, что всё же настой получился слишком насыщенным и крепким. То ли от горячего чая, то ли от того, что печка работала почти на максимум обоим вскоре стало ощутимо жарко. Игорь снял с себя куртку, за ней же последовал свитер, и теперь он остался в лёгкой футболке. Сложив вещи на переднее сиденье, он спросил Артёма, не хочет ли тот ещё чая, но мужчина отрицательно покачал головой и потянулся немного убавить обогрев, тоже сняв с себя куртку. На улице начинался снегопад и медленно опускались сумерки. Игорь, не спрашивая, улёгся на колени Артёму и стал наблюдать, как снег крупными хлопьями падает на лобовое стекло и тут же тает от его тепла. Артёма же вид за окном интересовал мало, поэтому он смотрел на лежавшего на его коленях Игоря и перебирал волосы парня. Это успокаивало и расслабляло, поэтому Игорь не возражал. Казалось, вот-вот и парень, разморенный тёплом, просто провалится в сон, но Игорь спать не собирался. Оторвавшись от созерцания снегопада, он повернул голову так, чтобы видеть лицо Артёма. Некоторое время они молча смотрели в глаза друг другу. Тишину нарушало лишь мерное дыхание, шум мотора и воздуха из печки, которые сливались в один шелестящий звук. Артём наклонился, чтобы поцеловать парня, и Игорь немного приподнялся, потянувшись навстречу. Артём целовал медленно, нежно, слегка касаясь губами, почти невесомо, как будто боялся, что сделай он нажим чуть больше и Игорь исчезнет, словно видение. Мужчина уже, было, хотел оторваться от ставших родными губ, но Игорь, положив тёплую ладонь на шею мужчины, притягивая его ближе, будто давая разрешение, и сам поцеловал его настойчивее, но от этого не менее нежно. В какой-то момент Игорь поднялся и забрался к Артёму на колени, снова целуя мужчину. Габариты машины, конечно, не очень к этому располагали, но вполне можно было расположиться комфортно. Артём откинул голову назад, чтобы Игорю было немного удобнее и обнял парня, сразу же забираясь тёплыми ладонями под его футболку и легко поглаживая по спине. Игорь, сначала просто обхвативший мужчину за шею, воспринял это, как разрешение к переходу к более решительным действиям и тоже скользнул под кофту мужчины, медленно проводя руками по бокам, а затем по груди, пытаясь вместе с этим снять мешающий элемент одежды. — Игорь, вот что ты делаешь? — тихо, со смехом, спросил Артём, разрывая поцелуй и прижимаясь лбом ко лбу Игоря, прекрасно понимая, к чему ведёт парень. — Ты первый начал, — прошептал Игорь и тоже улыбнулся, снова предпринимая попытку раздеть мужчину. — Сейчас зима и никакие случайные грибники на нас не набредут. — У нас нет ничего, — напомнил Артём. — Это у тебя нет, — тихо усмехнулся Игорь. — Ты готовился? — Артём приподнял брови, немного отстраняясь от парня и заглядывая ему в глаза. Не то чтобы он был этому удивлён. — Немного, — смущённо признался парень и потянулся за курткой, брошенной на переднее сиденье. Из внутреннего кармана он вытащил флакончик со смазкой и упаковку презервативов. — Что за молодёжь нынче, — нарочито строго прошептал Артём, притягивая Игоря к себе и снова целуя. — Я тебя просто погулять позвал, на красивую природу посмотреть, а ты опять... — Я люблю тебя, — совсем тихо ответил Игорь, считая это объяснение вполне достаточным. Это ведь нормально, что он хочет близости с любимым человеком, хочет разделять с ним эту любовь. Это потом, когда они уже всё перепробуют, поймут, что им обоим нравится, а что — нет, и смогут быть вместе так, чтобы не бояться никакого осуждения, можно будет получать удовольствие просто от того, что они могут каждое утро просыпаться вместе и держаться за руки, а пока нужно пользоваться каждым моментом. К тому же, когда ещё будет время для такого маленького и смелого сумасшествия? Артём на это тихое признание ничего не сказал, но позволил снять с себя кофту, которую Игорь отбросил куда-то к курткам, и, в свою очередь, стащил с Игоря футболку, тут же крепко прижимая парня к себе и покрывая его шею и плечи горячими поцелуями. Игорь не возражал и, прикрыв глаза, только изредка глубоко и рвано вздыхал, зарываясь носом в волосы мужчины. Ему нравилось чувствовать, как мысли постепенно спутываются, а возбуждение с каждым поцелуем становится всё сильнее. Артём на секунду отвлёкся от поцелуев и потянулся к пряжке ремня Игоря, обдавая шею парня тяжёлым, горячим дыханием. Раздеваться в машине было, конечно, не очень удобно и это немного портило момент и сбивало настрой, поэтому Игорь не стал ждать, пока Артём справится с его ремнём и застёжкой джинсов, и постарался как можно быстрее избавиться от остальной одежды сам. Получилось не очень элегантно, да и Артём оставался полуодет, отчего Игорь чувствовал себя как-то уязвимо, но выбирать не приходилось, да и не хотелось: Игорь доверял Артёму, зная, что тот постарается сделать всё так, чтобы им обоим понравилось. Это, конечно, требовало от мужчины определённой сосредоточенности во время процесса, но то доверие, почти осязаемое, которое он чувствовал, стоило этого. Даже самый страстный секс, пожалуй, не мог сравниться просто с пониманием того, что партнёр доверяет тебе полностью и безоговорочно. Артём притянул Игоря к себе и, поцеловав в губы, осторожно опустил спиной на сиденье, оставив несколько лёгких поцелуев на груди. Игорь прикрыл глаза и вздохнул. — Тебе удобно? — тихо спросил Артём, открывая флакончик со смазкой и выдавливая гель на пальцы. — Да, — кивнул Игорь. Это было, конечно, не совсем правдой, но расположиться удобнее в горизонтальном положении на заднем сидении автомобиля, даже такого класса, было невозможно. Артём ещё раз поцеловал Игоря и осторожно ввёл первый палец, другой рукой обхватывая член парня и сразу проводя ладонью по всей длине. На улице по-зимнему быстро темнело и салон автомобиля наполнялся этой темнотой. Впрочем, ни Игорю, ни Артёму свет не был нужен для того, чтобы чувствовать друг друга. Пожалуй, он бы даже мешал, потому что ситуация сейчас располагала к медленной и немного тягучей романтичности. Торопиться никуда не хотелось. Даже поцелуй, в который Артём втянул парня, перед тем, как ввести второй палец, чтобы немного отвлечь от всё ещё неприятных ощущений, вышел каким-то ленивым и очень неторопливым. Игорь лежал, закрыв глаза, и иногда прерывисто вздыхал и приглушённо стонал, когда пальцы мужчины задевали простату. Для каких-то других ласк было всё же недостаточно места, но Артём всё делал очень осторожно, аккуратно и терпеливо, и Игорю даже нравилось, несмотря на то, что они не могли позволить себе объятия или поцелуи. В процессе подготовки он никак не участвовал, как всегда полностью доверяя себя Артёму, который лучше знал, что и когда следует сделать. Глаза парень открыл только, когда мужчина прекратил ласки и, быстро и коротко поцеловав, отстранился, чтобы надеть презерватив. Взгляд упал на заднее стекло. Снег уже перестал идти и облака немного разошлись, открывая кусочки тёмного неба, на котором уже были видны ещё бледные звёзды. Артём наклонился над Игорем, опираясь руками на сидение, и хотел, было, поцеловать парня, но Игорь внезапно упёрся руками в плечи мужчины, заставляя выпрямиться, и поднялся следом. — Не хочу так, — прошептал он в ответ на вопросительный взгляд Артёма, забираясь к нему на колени и сразу же обвивая шею мужчины руками, словно боясь, что Артём не согласится и оттолкнёт его. — Не торопись, — с улыбкой прошептал Артём, целуя парня в шею. Игорь от этого тона немного смутился и теснее прижался к мужчине, чтобы скрыть легко покрасневшие щеки, хотя в полумраке салона Артём вряд ли бы заметил это. Артём легко коснулся губами плеча парня, оставляя на коже несколько коротких поцелуев, и осторожно толкнулся внутрь. Из-за позы это ощутилось не так, как обычно, и Игорь сдавленно охнул, вцепляясь в плечи Артёма и опираясь на мужчину. — Больно? — тут же спросил Артём, подхватывая Игоря под бёдра, чтобы удержать от неосторожных и резких движений, которыми парень мог причинить себе боль. — Нет, — Игорь продолжал опираться на плечи Артёма. — Просто... Это не так, как обычно. — Не бойся, — прошептал Артём и снова оставил лёгкую цепочку поцелуев на шее Игоря. Игорь, впрочем, и не думал бояться, будучи совершенно точно уверенным в том, что Артём удержит его. Немного привыкнув к новым ощущениям, Игорь осторожно опустился ниже. Больно не было, совсем уж неприятно, вроде бы, тоже. Артём продолжал покрывать поцелуями шею парня, поддерживая его и не давая опуститься полностью, понимая, что это может быть больно, несмотря на подготовку, но позволяя Игорю выбрать удобный ему темп. Игорь двигался плавно и не очень быстро, и очень скоро даже нашёл правильный угол, при котором член Артёма проходился по простате, и теперь тихо стонал, продолжая тесно прижиматься к мужчине и опираться на его плечи. Артём убрал одну руку от бедра парня, второй всё же поддерживая его и контролируя движения, и обхватил ладонью член Игоря, стараясь сразу же подстроиться под выбранный парнем темп. От первого прикосновения Игорь застонал чуть громче и, подняв голову, посмотрел прямо в глаза мужчине. Взгляд у него, так же, как и у самого Артёма, был затуманенный, но даже сквозь эту пелену были заметны разливавшиеся внутри любовь и нежность, которые каждый испытывал к другому. Артём потянулся навстречу и Игорь наклонился, прижимаясь к его губам, не переставая при этом плавно приподниматься и опускаться. Поцелуй вышел немного скомканным из-за этого, но ни Игорь, ни Артём об этом не жалели. Было тесно и очень горячо, и эта близость и ощущение друг друга почти каждой клеткой тела сводили с ума. Движения и поцелуи становились хаотичнее, резче и быстрее. Артём уже просто тяжело дышал, уткнувшись лицом в шею Игоря и тратил остатки концентрации на то, чтобы контролировать движения парня и на то, чтобы не сбиться с ритма. Игорь, прикрыв глаза, прижимался щекой к волосам Артёма, обвив шею мужчины руками, и сопровождал каждое своё движение негромким стоном. Ощущений было снова много и ухватиться за какое-то одно опять не получалось. Игорь кончил первым и, почувствовав, как Артём вздрогнул всем телом и шумно выдохнул ему в плечо, следуя за ним, завалился на бок, падая на сиденье. Хотелось просто полежать, восстановить дыхание, прийти в себя, в конце концов. — Ты в порядке? — негромко спросил Артём, проводя кончиками пальцев по боку парня. — В полном, — тихо отозвался Игорь, не открывая глаз. Артём потянулся за пачкой влажных салфеток, которые зачем-то купил и оставил в машине пару недель назад. Сейчас это оказалось очень кстати, потому что им обоим нужно было привести себя в порядок. Одевшись, Артём ненадолго вышел из машины, чтобы не мешать парню и немного остудить разгоряченную голову: ему, в конце концов, сейчас ещё машину вести. Походив немного по маленькой поляне под соснами, на которой в темноте уже совсем ничего не было видно, и провалившись в какой-то небольшой овражек, Артём вернулся обратно к машине и сел на заднее сиденье, решив ещё немного повременить с отъездом в город. Игорь уже полностью оделся и, как только мужчина сел рядом, прижался к нему, устраивая голову на его груди. Артём обнял парня и коротко поцеловал в макушку, а затем, в каком-то необъяснимым порыве нежности, быстрым движением взъерошил волосы Игоря. Как же он всё-таки любил его.

***

Время отдыха подходило к концу. Скоро должны были начаться сборы, означавшие постепенное возвращение в привычный режим тренировок и игр. Игорю, честно говоря, становилось уже как-то тоскливо без всего этого и, хоть они с Артёмом вполне компенсировали нехватку общения на тренировках частыми прогулками, благо, время им это позволяло сполна, но футбола им обоим сильно не хватало. Каждому, разумеется, по-своему, но всё же. Игорю не хватало азарта игры, радости победы, да и просто адреналина, который давал спорт. Артём же, свыкшийся за всё это время со своей ролью тренера, теперь уже скучал по своим подопечным, по той гордости за них, когда они становятся лучше, когда им удаётся достичь новых вершин, по той радости, которую он испытывал за других. Если быть совсем откровенным, Артём всегда сомневался, что когда-то сможет спокойно относиться к своей травме, перевернувшей его жизнь. Но, как оказалось, смог, хоть для этого и потребовалось около двух лет и кое-что ещё. Правильнее было, конечно, сказать «кое-кто», потому что именно Игорь спас Артёма от падения в бездну затяжной депрессии. Сначала, конечно, исключительно как подопечный и, в некотором роде, младший товарищ, и только потом как любимый человек. Да, Артём потерял карьеру, на которую потратил много времени, но, кажется, обрёл не меньше. Завершающую точку, конечно, поставил последний матч с «Легией» после которого Артёма окончательно отпустило. Тем более что теперь, смотря на мир менее пессимистично, Артём всерьёз задумывался о том, чтобы сделать успешную карьеру тренера. Жизнь, кажется, начинала налаживаться во всех направлениях и впереди, определённо, ждал новый виток в виде второго круга сезона, который начинался со сборов.

***

Сборы команды проходили в Турции, в уже знакомом всем месте. Летом, после хоть и небольших, но всё же изменений в составе, сборы проходили вроде бы и обычно, но чувствовалось, совсем немного, какая-то неопределённость. Сейчас же этого не было, а соскучившиеся и отдохнувшие от футбола и друг друга игроки вполне были рады видеть сокомандников. Даже перелёт, несмотря на то, что всем пришлось встать рано, а после отдыха восстанавливать режим успели далеко не все, проходил как-то активно. Ребята периодически подсаживались друг к другу, обменивались историями о том, как провели праздники, делились впечатлениями и радовались встрече. Дальнейшие двухнедельные сборы проходили в том же настроении. И всё, в целом, шло относительно спокойно и ровно. Даже можно было бы сказать — стабильно. И никто не был бы против, если бы так оно и продолжалось дальше. Особенно Игорь, потому что его сейчас всё относительно устраивало: он мог проводить время с Артёмом относительно наедине, задерживаясь иногда на поле после тренировок. Пусть они не могли проявлять свои чувства друг к другу, но даже возможность находиться рядом уже радовала. Но, как бы Игорю ни хотелось, чтобы всё было хорошо, всё пошло не так в самый неподходящий момент и, как это обычно бывало, из-за ерунды. Они шли по коридору вдвоём после очередной тренировки наедине: на сборах была возможность проводить время вместе таким образом хоть каждый день. Конечно, этого было мало, да и усталость брала своё, и сил порой не было ни у одного, ни у второго, но сегодня или сил хватило, или желание всё же побыть вдвоём просто пересилило усталость, и теперь, обсуждая всякую ерунду, они неторопливо уходили с поля. Вдруг Игорь взял мужчину за запястье и легонько развернул к себе. В следующее мгновение он уже стоял на мысочках, увлекая тренера в долгий поцелуй. Артём не ожидал такого порыва, но от парня не отстранился. Прикоснуться друг к другу больше, чем просто через рукопожатие, хотелось очень давно. И Артём на секунду поддался это слабости, но всё же был не слишком доволен. Поэтому, когда Игорь вернулся в своё прежнее положение, Артём нахмурил брови, тем самым придав лицу строгое выражение: — Игорь, ты думаешь, что ты делаешь? Мы с тобой не дома. — Да ладно тебе, здесь никого нет, — парень беспечно пожал плечами и следующую фразу произнёс громче: — Есть тут кто? Коридоры отозвались тишиной. — Вот видишь, никого тут нет, — Игорь самодовольно посмотрел на мужчину, который всё так же строго глядел на него в ответ. Артём вздохнул и покачал головой: — Потом поговорим на эту тему. Игорь улыбнулся уголками губ, пытаясь как-то скрасить и загладить возможную вину: — Не будь таким суровым. Артём вновь покачал головой и медленно пошёл вперед. Поговорить с Игорем всё же придется.

***

Марцинов шёл по пустому коридору к выходу на поле. Надо же было где-то забыть перчатки и вспомнить об этом только по возвращении в комнату. Идти и искать их, честно говоря, не хотелось, но если бы он чётко помнил, где их оставил, то просто подождал бы до следующей тренировки. Но Федя не помнил. Осмотрев раздевалку, которая почему-то не была закрыта, Марцинов сузил круг поисков до поля, хотя, на самом деле, круг поисков, конечно, ни разу не сужался, но Федя просто надеялся, что не придётся обыскивать весь стадион. Уткнувшись в телефон, Федя, не глядя по сторонам, шёл по коридору — за две недели сборов дорога до выхода поле сама по себе запомнилась — и набрал сначала сообщение Беркутову с просьбой ещё раз пересмотреть его вещи, потому что в раздевалке перчаток нет, а потом в общий диалог, ещё раз спрашивая команду, не видел ли кто, где он их оставил. Увлечённый своим занятием и погружённый в собственные мысли, Федя даже не сразу обратил внимание на звук шагов за поворотом и голоса. Когда же он всё-таки понял, что в коридоре он явно не один, первым вопросом был: кто может быть здесь в это время? На дополнительную тренировку никто вроде бы не оставался. Только… Федя вспомнил, что, кажется, не видел, чтобы их капитан переодевался. Марцинов ещё раз прислушался к голосам. Узнать их было не трудно: за поворотом шли Игорь и Артём Сергеевич. И если на вопрос «Что они тут делают?» был вполне правдоподобный и логичный ответ — тренируются, обсуждают предстоящий сезон или что-то в этом роде, то на вопрос «Почему Игорь обращается к Артёму на «ты» и почему их разговор больше напоминает личный и дружеский, чем «рабочий»?» ответа не находилось. Федя постоял ещё несколько секунд за поворотом и всё же решил выйти. В этот момент шаги как раз затихли и разговор прекратился. Пожалуй, Марцинов был готов почти к чему угодно, кроме как увидеть тренера и капитана команды целующимися. Недолго думая, Федя разблокировал телефон, поставил на беззвучный режим и, предусмотрительно отключив вспышку, быстро сделал фото, тут же скрываясь обратно за поворот. Прислушиваясь к происходящему, Марцинов прижался к стене, медленно и глубоко вдыхая, а затем так же медленно выдыхая. Казалось, что сердце бьётся так оглушительно громко, что его слышно на всё подтрибунное пространство. Из оцепенения его вывел звук голоса, кажется, Артёма Сергеевича — Федя уже не особо вслушивался в то, кто и что говорил, судорожно соображая, куда ему деться, чтобы не попасться на глаза тренеру и Игорю. Хотелось просто бросить бежать, но здравый смысл подсказывал, что так он точно себя обнаружит и если он этого не хочет, уходить надо спокойно. Как же Марцинов был сейчас благодарен своей лени за то, что он не стал менять домашние тапочки на кроссовки. И хоть его шаги и до этого были бесшумными, — иначе он бы был обнаружен ещё раньше, — Федя, как можно осторожнее, пошёл в сторону ещё одного ответвления, периодически оборачиваясь и удерживаясь от того, чтобы не сорваться на бег, потому что шаги за поворотом снова возобновились, а голоса становились ближе. Скрывшись в маленьком боковом коридоре и убедившись, что остался незамеченным, Марцинов вновь разблокировал телефон. Нужно было убедиться в качестве фотографии и в том, что ему вообще не показалось. Не показалось. Приблизив изображение, Федя убедился в этом ещё раз и на его лице растянулась довольная ухмылка. Фотография, для сделанной в спешке, получилась удивительно неплохой, герои были узнаваемы, насчёт происходящего вопросов тоже не возникало. Хотелось немедленно скинуть её в общий диалог команды, в котором Макс прямо сейчас писал, что перчатки Федя забыл в комнате у Знаменского, к которому они все вместе заходили после тренировки, но Марцинов удержался и написал только короткое «Спасибо». Такие фотографии нужно беречь для более подходящего момента.

***

Весь вечер Артём думал о случившемся. Нет, он не винил Игоря ни в чём и даже прекрасно понимал. Ему самому безумно хотелось проявить свои чувства, но ведь нужно уметь их контролировать, в конце концов. В целом, то, что Игорь в его возрасте сначала делал, а потом думал, было нормально, но ведь иногда нужно задумываться о последствиях своей неосмотрительности. Тем более, что совсем недавно они чуть было не попались, причём весьма по-глупому. Артём, к сожалению, этот момент запомнил хорошо. И нет, он точно не хотел ругать и обвинять Игоря за то, что он порой всё ещё ведёт себя, как ребенок. В конце концов, он ведь любит его именно за это: за это ребячество, за это беспечное отношение к жизни, которое бывает у подростков, за эти дерзкие искорки в глазах, за эту любовь к жизни. За все те черты характера, которых сам Артём лишился после того, как получил травму и завершил карьеру. Но поговорить с Игорем совершенно точно необходимо. Осталось только понять, как донести свои мысли не слишком резкими, но правильными словами, и, самое главное, так, чтобы их поняли.

***

Предпоследний день сборов проходил достаточно насыщенно. На тренировке закреплялись комбинации, отрабатывались стандарты и игроки, кажется, окончательно пришли в форму после долгого перерыва. Во всяком случае, нагрузка переносилась уже легче, мышцы под конец болели не так сильно, а бодрости хватало на что-то больше, чем просто дойти до корпуса, подняться в комнату и лечь на кровать. Уже уходя в компании сокомандников с поля, Игорь заметил на себе сосредоточенный взгляд Артёма, который смотрел как будто сквозь него, напряжённо и как-то странно поджав губы. Отвернувшись, парень чуть нахмурился. То, что он ловил такой взгляд на себе уже который раз за день, заставляло немного напрячься. Игорь, конечно, догадывался, с чем это связано, но всё же не до конца понимал, почему Артём так на этом акцентирует внимание. Надо обязательно во всем разобраться, потому что и дальше ловить на себе такие взгляды не хотелось. Да и неприятно было от осознания того, что Артём то ли обижается на него, то ли просто недоволен его поведением. Как только у ребят началось свободное время, Игорь пошёл к себе в комнату, чтобы, не отвлекаясь ни на какие шумные разговоры и просто не привлекая внимания товарищей по команде, написать Артёму и предложить поговорить. Но не успел он даже начать печатать сообщение, как пришло смс от Артёма. Простое, лаконичное, немного пугающее и одновременно с этим интригующее: «Зайди ко мне, как освободишься». Игорь слегка улыбнулся. Быть может, Артём смотрел на него так сосредоточенно совсем по другой причине? И, быть может… И парень очень сильно хотел убедиться в своих догадках.

***

Артём сосредоточенно мерил шагами комнату. Сейчас он чувствовал какое-то странное волнение. Нет, ему, конечно, за то время, что он был тренером, доводилось — и, кстати, не раз, — проводить с подопечными воспитательные беседы и по собственной инициативе, и по просьбе Валерия Юрьевича. Но вот только проводить эти беседы со своим учениками и проводить их с любимым человеком далеко не одно и то же. В разговоре с учениками Артёма слушали потому, что он, как тренер, имел авторитет, да и, в принципе, к тренерам было принято прислушиваться. В отношениях же всё было труднее. Несмотря на то, что в их паре Артём был старше и явно имел более богатый жизненный опыт, давить своим авторитетом он не хотел. Отношения — это же ведь про равенство. Во всяком случае, Артём хотел, чтобы у них с Игорем по возможности было именно так. Перестав ходить по комнате, мужчина подошёл к окну и, присев на широкий подоконник, посмотрел на стену напротив. Он не сразу понял, почему висевшее на стене бра, светившее тусклым и спокойным желтоватым светом, так притягивало к себе взгляд, но, присмотревшись, понял, в чём было дело — то ли при замене лампочки, то ли при уборке светильник слегка развернули в сторону и так и оставили. Артём отвернулся к окну и взглянул на небольшую квадратную площадку, на которой сейчас не было никого, кроме трёх припозднившихся птиц, которые размахивали крыльями и, кажется, соперничали за кусок какой-то пищи. Нет, разговор точно должен был быть не в форме воспитательной беседы. Он ведь позвал парня не для того, чтобы отчитывать, а чтобы объяснить свою точку зрения. К тому же, покровительственный тон разговора может плохо сказаться на их доверии друг другу. Как же всё сложно. Артём снова отвернулся от окна и опять упёрся взглядом в стену напротив. Бра всё так же притягивало внимание и одним своим видом вносило в общее настроение какую-то деструктивность. В пару шагов преодолев расстояние до стены, Артём одной рукой потянул за край плафона, выравнивая светильник. Отступив на шаг назад, он оглядел стену. Теперь бра висело ровно и не отвлекало от обдумывания предстоящего разговора. Но подумать ещё немного у Артёма не получилось: как только он сделал шаг назад, раздался стук в дверь. Вряд ли кто-то ещё решил зайти к нему, так что, вероятнее всего, это был Игорь. Сделав глубокий вдох, Артем направился к двери. — Звал? — с порога начал Игорь. — Да, проходи, — Артём отступил вбок и Игорь прошёл в комнату, оглядывая её. Артём предусмотрительно закрыл дверь на замок и тоже прошёл в комнату. Как только он приблизился к парню, Игорь, немного приподнявшись, легко поцеловал его в губы. Ответив на поцелуй, Артём одной рукой немного отстранил от себя Игоря и, заглянув парню в глаза, произнёс: — Я хотел поговорить. — Поговорить? — немного удивлённо спросил Игорь. Артём на это только кивнул и, пройдя к окну, развернулся лицом к Игорю, опираясь на подоконник. — Ладно, о чём? — проговорил парень, присаживаясь на кровать вполоборота к мужчине. — Прежде, чем мы начнём этот разговор, я хочу сразу сказать, что это ни в коем случае не претензии к тебе. Я просто хочу поговорить. Возможно, объяснить, — решив сразу избежать возможные недопонимания, сказал Артём, заметив, как Игорь уже на этих словах напрягся и нахмурил брови. Артём, надеясь, что Игорь всё же услышал его и правильно понял, вздохнув, продолжил: — Ты уже достаточно взрослый, чтобы начинать задумываться о последствии своих действий. Ведь они могли бы… — Но ведь ничего же не случилось, — оборвал Артёма Игорь, скрещивая на груди руки. Он, правда, понимал, что они должны быть осторожнее, осмотрительнее, но вот почему Артём так заострял на этом всём внимание — не понимал. Ведь ничего же не произошло. Тем более, что Игорь вполне задумывался о своих действиях: он ведь оценил обстановку вокруг и решил, что можно. Они ведь были не в центре многолюдной площади. Артём тяжело вздохнул: разговор медленно заходил в тупик. — Да, ничего не случилось. Сейчас, — сделав акцент на последнем слове сказал Артём и более строго добавил: — Но сколько ещё будет продолжаться это везение? Если быть до конца честным, то он понимал, что разговор совсем не шёл. Игорь всё больше хмурился, а сам Артём начинал терять терпение. — Поэтому я хочу, чтобы ты стал более серьёзно ко всему этому относиться и не пренебрегал осторожностью, — тон получился чуть резче, чем хотелось, и Артём тут же пожалел об этом. Не он ли сам давал себе установку вести разговор без претензий? Но исправить ситуацию, объяснив свои слова более мягко, Игорь ему не дал. — А сам ты её всегда соблюдаешь? — ещё более резким тоном сказал Игорь, поднимая до этого опущенный взгляд на Артёма. Артём такого не ожидал, поэтому немного растерялся и даже не сразу нашёл, что сказать на это заявление. Его ответ, впрочем, был и не нужен. — Или ты уже не помнишь, как на Новый год пытался дать телефон Александру Михайловичу? — сказав это, Игорь сжал губы в тонкую полоску и посмотрел на мужчину потемневшими глазами. Артём и правда не знал, что на это возразить. Получалось как-то неловко: он сам не идеальный, но просит Игоря быть таким. Собравшись с мыслями, Артём всё же прервал это гнетущее молчание: — Да, но давай впредь оба будем более внимательны и осмотрительны. — А мы разве не внимательны? — немного повысив голос, сказал Игорь, с непониманием глядя на мужчину. Они ведь и так осторожны, их же до сих пор никто не раскрыл. Да, бывали моменты, но ведь каждый раз всё обходилось. Почему теперь должно перестать? К чему сейчас все эти претензии? — Игорь! — тоже повышая голос, ответил Артём, стараясь таким образом немного умерить пыл парня. — Да что? — всё так же резко и непонимающе воскликнул парень и поднялся на ноги, снова скрещивая на груди руки. — Почему ты не можешь просто послушать меня? — Артём, до этого стоявший почти неподвижно, чуть подался вперёд, разводя обе руки в стороны. — Потому что не вижу оснований для твоих претензий! — голос стал тише, но остался таким же резким. И, ко всему прочему, в нём появились нотки обиды. Да и взгляд, которым смотрел парень, выдавал все его чувства в этот момент: там было и непонимание, и обида, и даже лёгкая злость. Не дав Артёму сказать хотя бы ещё слово, чтобы объяснить свою позицию, парень развернулся и направился к двери. Забыв, что она закрыта, Игорь сначала дёрнул за ручку, что-то раздраженно прошептал, повернул торчавший из замка ключ и вышел в коридор, напоследок громко хлопнув. Артём отступил обратно к окну и, проведя рукой по лицу, тяжело вздохнул. Он видел этот разговор совсем не таким. Ведь как-то же получалось у них раньше устранять недомолвки и разногласия, почему же сейчас что-то пошло не так? Ведь, судя по реакции Игоря, Артём его явно чем-то задел и обидел. Чем, Артём так и не смог понять, ведь, по сути, он не сказал ничего злого или обидного, он просто попросил подумать о последствиях своего поведения и о том, что рано или поздно везение может закончиться. Возможно, конечно, тон был слишком резкий, возможно, Артём выбрал не те формулировки, но ведь он это не со зла и не специально. К тому же, если уж на то пошло, повышать голос начал не он. Получалось, что виноватым он, вроде как, и не был, вот только чувство вины никуда не уходило. И что теперь со всем этим делать? Артём вновь посмотрел на стену. Бра теперь, определённо, висело ровнее. Сегодня точно уже не стоило предпринимать никаких действий. Нужно дать Игорю немного остыть. Да и самому привести мысли в порядок. Быть может, завтра или по возвращении домой он и сам поймёт, что был не прав. Во всяком случае, они оба отойдут и обиды будет меньше.

***

Направляясь в свою комнату, которую он, как всегда, делил со Стасом, по пустому коридору, Игорь всё ещё хмурил брови и сжимал губы. Почему-то было обидно. На что конкретно он обижался, Игорь и сам не мог сказать. Возможно, на то, что Артём выдвигал ему какие-то претензии, на взгляд самого Игоря, совершенно бессмысленные. И чего он только привязался к этому поцелую в коридоре? Ну было и было. Что же теперь? Ничего же не случилось. А ещё Игорю было совершенно точно обидно от того, что они с Артёмом поругались в предпоследний день сборов и, кажется, вообще в первый раз с того момента, как начали отношения. Что могло быть хуже? Зайдя в комнату, Игорь раздражённо хлопнул дверью, чем привлёк внимание Тарновского, который лежал на своей кровати и смотрел какое-то видео на телефоне. — Ты чего дверью хлопаешь? — осторожно, заметив, что Игорь, мягко говоря, раздражен, поинтересовался Стас, вынимая из уха наушники. — Ничего, — коротко бросил Игорь, садясь на кровать и проводя руками по лицу. — Ты откуда такой? Случилось что-то? Опять с Марциновым сцепились? — разворачиваясь на кровати так, чтобы быть ближе к другу, спросил Тарновский. — Нет, — непонятно, на какой из вопросов ответил Игорь, но уточнять Стас не решился. — Тогда что? Где был-то? — Ничего. У Артёма… — выпалил парень и тут же, осекшись, добавил: — Сергеевича. — Он ругался что ли? — удивился Стас. — Да, — коротко бросил вратарь, давая другу понять, что разговор доставляет ему неудобство. — За что? Ты ж вроде ничего не делал? — Стас непонимающе смотрел, пытаясь припомнить хоть один случай, когда Артём Сергеевич ругался бы без дела. — Вот именно, что ничего не сделал, — всё ещё на эмоциях выпалил Игорь. Стас ненадолго задумался. Игоря он знал хорошо и понимал, что тот мог что-то сделать, но не придать этому должного значения. И такая реакция, когда ему указывали на ошибку там, где по мнению самого вратаря её не было, была, в принципе, типичной. Правда, в последний раз нападающий видел такое около года назад, потому что Игорь стал заметно спокойнее принимать критику и прислушивался к замечаниям. — Может быть, всё же что-то было, — осторожно начал Тарновский. — Сергеич просто так ни на кого не ругается. — Угу, — недовольно отозвался парень, явно не соглашаясь с этим заявлением. Стас покачал головой и лёг обратно на кровать, вставляя в ухо один наушник. Сейчас говорить с Игорем бесполезно. Остынет и сам всё поймёт.