Том Марволо Гонт 6501

Реклама:
Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Роулинг Джоан «Гарри Поттер», Горец (кроссовер)

Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Миди, написано 248 страниц, 37 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Мэри Сью (Марти Стью) Нецензурная лексика ОЖП Повседневность Попаданчество Смерть второстепенных персонажей Стёб Учебные заведения Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
Описание:
Просьба не ругаться тем, кто ждет продолжение Крида. Это вбоквел. Попадание копии Виктора в... Волдеморта. Сам еще не знаю, что из этого выйдет, возможно гумус. Но Музе не прикажешь.
Итак, ночь 31 октября 1981 года, дом Поттеров.
По многочисленным возмущенным заявкам добавляю предупреждения Стёб и Трэш. Довольны?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

глава 28

21 октября 2018, 19:44
*** “У меня зазвонил телефон. Кто говорит? Слон”, – сама собой всплыла в голове строчка из детского стихотворения, когда на стене в углу комнаты Дария, прямо во время разговора раздался звонок телефонного аппарата. Вот ведь, даже и не предполагал, что монах настолько идёт в ногу со временем. Разговор сам собой утих, пока Дарий шёл к аппарату, пока поднимал трубку и подносил её к уху. – Да, слушаю вас, – сказал он. – Кого, простите? Том, это тебя, – удивленно повернулся ко мне монах, убирая от уха трубку и протягивая её мне. – Меня? – искренне удивился я и подошёл к аппарату. – Том Гонт, слушаю, – произнес я, взяв трубку у Дария и поднеся её к своему уху. – Том, это Джеймс, – раздался знакомый голос моего Наблюдателя. – Надо встретиться. – Хорошо, – ответил я. – Срочно? – Ну… у меня есть информация, которая тебя может заинтересовать. – Уже заинтересовал. – В баре Le Piano Vache на улице Лаплас, недалеко от Библиотеки Святой Женевьевы через тридцать минут. Успеешь? – Вполне, – хмыкнул я. – Знаю это место. Жди, – и повесил трубку. Лили и Дарий выжидающе на меня уставились. – Я отойду на пару часиков. Подождешь меня здесь? – обратился я к Лили. – Кто это был? – хмуро спросила она и нервно поджала губы. – Один мой друг. Зовет пропустить по стаканчику. Мне как раз надо расслабиться, – пожал плечами я. – Довольно информированный друг, – заметил Дарий. – Уж что есть, то есть, – улыбнулся я, снимая плащ со спинки стула. – Я возьму машину, дорогая. – Ты ведь не к нему идешь? Не к Ксавье? – хмуро спросила девушка. – Нет, – покачал головой. – За Ксавье я пойду завтра. С утреца, без лишних эмоций, с “холодной головой, горячим сердцем и чистыми руками”... Кстати, не забыть резиновые перчатки купить и пакеты для мусора… Вроде по пути хозяйственный магазинчик должен был быть, – заглянул я в свой бумажник, прикидывая расходы и покупки. – Ты уже знаешь, где он прячется? – удивился Дарий. – Нет. – Как же ты его найдешь? – Я? Найду, – уверенно кивнул я. Пробирка с кровью этого смертника у меня есть, а дальше просто дело техники. Даже моих нынешних невеликих способностей на простенькое поисковое заклинание школы Магии Крови вполне хватит. Присутствующие об этом не знали, но моя уверенность заражала. – Ладно, скоро вернусь, не скучайте тут без меня, – улыбнулся я, пряча бумажник в карман и беря со стола ключи от Порше. – Но сильно не шалите, а то вернусь – отругаю, – махнул рукой и вышел из храма. *** – Он правда может его найти? – спросил Дарий девушку, когда Том вышел. – Он кого угодно может найти. И где угодно достать. От него не спрячешься и не сбежишь, – вздохнула Лили, спрятав лицо в ладонях. – Уж я-то знаю. Мы с мужем пробовали. – С мужем? – удивился Дарий. – Я думал Том – твой муж. – Том мой второй муж. – А с первым что? Развелись? – С первым? Том убил его. Нашёл и убил. А меня забрал себе. Или вы думали, он шутил, когда говорил о крови на своих руках? Количество его жертв измеряется тысячами. Целые маггловские города исчезали с карты, когда он приходил в них… до последнего человека. Старики, женщины, дети… ни один не сбежал. Многие пытались, никто не смог. – Он не похож на то, что ты описываешь. Поверь, я разных монстров в своей жизни видел. Одним из них был сам. – Это сейчас. Он “держится” уже почти год. Но если сорвется… Его никто не остановит. Вы даже не представляете, с чем имеете дело. Даже учитывая, что он совсем недавно очень сильно пострадал и ещё не успел восстановиться. – Ты боишься его? – серьёзно посмотрел на девушку Дарий. – Я… люблю его… и боюсь того, чем он может стать… – Тогда помоги ему. Первая голова – это очень сложный период для Бессмертного. Особенно, если этот Бессмертный был намного старше и сильнее. Ему сейчас очень сложно. Он сам не понимает, кто он и что он. Том ещё очень хорошо держится. Очень хорошо. Настолько, что это опасно. – Чем опасно? – вскинулась Лили. – Может сильно сорваться. Наделать глупостей, о которых будет позже жалеть. – Например? – Например Ксавье Сенклод. Ему больше восьмисот лет. Он старый и сильный. На его счету не один десяток голов. Он хитрый, изворотливый и подлый… – У него и шанса против Тома нет, – отмахнулась Лили. – Единственное, что он может – это разозлить. И именно этого я боюсь. – Твоя вера в мужа похвальна, – вздохнул Дарий. – Но безосновательна. – Вы просто не понимаете… – откинулась к стене и снова закрыла лицо ладонями. – Этого Сенклода даже я могу убить, не напрягаясь. Он – ничто. Ноль без палочки. Беспомощная жертва… а Том – хищник. И если он почувствует вкус крови… снова… Даже думать о таком страшно. – Я попытаюсь помочь, – задумался Дарий. – Попрошу кое-кого приглядеть за ним. – Вы меня не слушали, – отняла от лица руки и внимательно посмотрела на собеседника Лили. Потом тяжело вздохнула. – Гарри, Гарри, нет! Не тащи в рот эту тряпку!.. – сорвалась она с места и бросилась к ребенку. *** – Здравствуй, Джеймс, – пожал я руку сидящему за столиком с бокалом вина Хортону. – Приятное местечко ты выбрал. Рановато, правда, пока – вечером тут живая музыка будет. – Здравствуй, Том, – серьёзно ответил парень, пока я усаживался напротив и открывал меню. – Попал ты в переплет. Сенклод в ярости. Он поднял свои связи в полиции и уже узнал, в какой гостинице ты остановился… – Тем проще, – улыбнулся я. – Значит, искать его не придется. Сэкономлю время. – Ты действительно не понимаешь? – приподнял бровь Хортон. – Ему больше восьми веков. Он искусный боец и опасный враг. Он плевал на правила. От него можно ожидать чего угодно, любой подлости. – Это ты, видимо, не понимаешь, Джеймс, – опустил меню я. – В той ювелирке в момент ограбления находились моя беременная жена и сын. Этот смертник чуть не убил моих близких. На легкую смерть теперь может даже не надеяться. Это дело принципа. – То есть ты останешься в городе? – уточнил Хортон. – Я правильно тебя понял? – Вполне, – ответил я, поднявшись с места и отойдя к стойке бара, где заказал себе безалкогольный коктейль, с которым вернулся за столик. – Слушай, Джеймс, – пришла мне в голову интересная мысль. – А ты можешь, как-нибудь, через третьи руки, так чтобы самому не светиться, передать ему приглашение? На завтрашнее утро. Место подберёшь сам. И тебе удобнее: не мотаться за нами по городу. И нам. – Уверен, что этого хочешь? – Как в самом себе, – вставил трубочку в коктейль и поднес её к губам я. – Только, если ты докажешь мне свою силу. В противном случае, извини, я устрою Сенклоду проблемы с властями, и он вынужден будет покинуть Париж, – пригубил свой бокал Хортон. – Это несколько некрасиво с твоей стороны. Тебе так не кажется? – немного нахмурился я. – Возможно, – не стал возражать парень и, положив на стол листочек бумаги, подвинул его ко мне. – Иван Кристов? – удивился я, прочитав имя и адрес на этой бумажке. – Убийца, наркоторговец, иногда промышляет “живым товаром” для подпольных борделей, – пояснил Хортон. – Он тебе чем-то лично насолил или это из идейных соображений? – хмыкнул я, припомнив лысого глистообразного “художника” с “оригинальным стилем живописи” из сериала, которого зарубил Ричи. – Один из Наблюдателей… Луиза Шартр… Мы с огромным трудом смогли найти её и вытащить из борделя, в который этот подонок её продал, – отвел взгляд Хортон. – Ну и к чему были такие сложности с “докажи силу, Том”? Мог просто попросить, – пожал плечами я, вынимая трубочку и зонтик из стакана. – Поехали, – залпом допил свой заказ и опустил стакан на столик. – Сейчас? – уточнил Джеймс. – Так: я отпрашивался у жены на два - два с половиной часа, “пропустить стаканчик” с другом. Прошло сорок пять минут. Должны успеть, – прикинул я, глядя на свои наручные часы. – Ты со мной или своим ходом? – Своим ходом, – ответил Хортон, тоже поднимаясь из-за стола. – В Ордене не знают о нашем знакомстве. Пусть так остаётся и дальше. – Хорошо, – кивнул я. – Увидимся, – махнул рукой и первым вышел из заведения. *** Мой белый Порше (так-то жены, но она редко за руль садится) подъехал к ограде особняка, адрес которого дал мне Хортон. Ограда была высокая, выше двух метров, из частых металлических прутьев, оканчивающихся декоративными остриями сверху, и тянулась вдоль дороги. Особняк находился в пригороде и стоял на отшибе, на берегу живописного озерка. Да и за самим участком явно следили: аккуратный зеленый газон, подстриженные кусты и деревья. Люди с огнестрельным оружием в руках, прогуливающиеся по территории. Меня поджимало время. Так-то всё можно было сделать тихо и незаметно, но… в оставшийся час я бы точно не уложился. Поэтому, скинув плащ и бросив его в машину, я легко перемахнул через ограду и прямо, не скрываясь, пошёл к особняку. Меня заметили. Раздались встревоженные предупреждающие крики, почему-то на русском языке. А вслед за криками и выстрелы. Портить одежду не хотелось, поэтому я достал пистолет, приготовленный для Хортона и прямо на ходу принялся сокращать число стреляющих в меня. “Глок-17” – хорошая вещь: легкий, удобный, надежный, разброс пуль небольшой, семнадцать девятимиллиметровых патронов в двухрядном магазине… А сила Кэпа и опыт Виктора – убойное сочетание. Убойное в прямом смысле. Один выстрел – один труп, не снижая скорости ходьбы. Цели кончились быстрее, чем патроны. Сам Кристов появился, когда я уже подошёл почти к порогу здания – пафосно спустился по ступенькам. Был он в свободных светлых полотняных штанах, кедах, тщедушный торс его был обнажён, лысина блестела на ненадолго выглянувшем из-за туч солнце, как и лезвие небрежно закинутой на плечо сабли. – Я – Иван Кристов, – сказал он. – Назовись перед тем, как я тебя обезглавлю. – На х** политесы. Спешу я, – ответил ему по-русски, снова взглянув на наручные часы. После чего подбрасыванием перехватил пистолет за всё ещё тёплый ствол и двинулся к противнику. Тот мои действия понял правильно и атаковал своей саблей, нанося размашистый удар наискось, долженствующий меня располовинить. Я чуть подшагнул, сокращая расстояние, захватил гарду сабли рукоятью пистолета, развернулся параллельно линии атаки Кристова, продолжил его движение, провалил и снова резко развернулся на сто восемьдесят градусов, но уже почти вплотную к нему, рукой с пистолетом отпустил гарду и захватил шею противника в “гильотину”, полшага назад и резкий хруст ломаемых шейных позвонков. Потом отпустил шею, одновременно левой рукой перехватывая рукоять сабли из ослабевших пальцев мертвого тела Бессмертного и на обратном движении, с разрывом дистанции, снес саблей голову, постаравшись сделать это так, чтобы ни одна капля крови не угодила мне на одежду. Голова скатилась, тело упало. Я отошел и воткнув саблю в землю, присел на чистый участок ступеней, готовясь принимать буйство вырвавшейся “животворной силы”. В этот раз всё было слабее. Гораздо слабее, чем с Ормом. И силы было меньше и “душ”. Всего девять штук. Не пришлось даже много времени тратить на очистку разума после ухода девяти искорок в светлый круг. Когда буйство силы со спецэффектами закончилось, я, пошатываясь, встал на ноги, достал платок и старательно вытер рукоять сабли. Затем рукоять и ствол пистолета, после чего бросил оружие на спину обезглавленного трупа. Ограду перепрыгнул в том же самом месте, что до этого, после чего и там протёр платочком все участки, где могли остаться мои отпечатки. За следы на гильзах и внутренних частях пистолета не беспокоился, поскольку создавал я его магией, сразу со снаряженным магазином и после ни разу не разбирал. Неоткуда там было взяться следам. Да и сам он через пару часов исчезнет, вернувшись к прежнему своему виду – воздуху. Как и гильзы, как и пули в телах. Минут десять расслабленно, прикрыв глаза, я полулежал в удобном водительском кресле своего Порше, окончательно приходя в себя. Потом повернул ключ зажигания и уехал. *** Из придорожных кустов вышли два Наблюдателя с “длинноствольными” профессиональными фотокамерами. – Этот твой подопечный – это просто что-то невероятное, Джеймс, – сказал тот, что повыше и с тёмным цветом волос. – Кристов, конечно, в силачах никогда не числился, но всё же, чтобы вот так… Быстро и с равнодушной жестокой эффективностью машины… Без эмоций, без сомнений, без ошибок… он у тебя вообще человек? – Не знаю, Мартин. О Гонте вообще очень мало известно: родился в Ирландии, много путешествовал, стал Бессмертным где-то в горах Шотландии меньше месяца назад. Дружит с Маклаудом-младшим. Во Франции проводит “медовый месяц” с молодой смертной беременной женой и ребенком. От кого дети – неизвестно. Сегодня вот утром зарезал Сенклода при ограблении тем ювелирки. Тот теперь злой, как чёрт, гоняется по городу, ищет его… – Смерть он свою ищет, этот Сенклод, – фыркнул высокий Наблюдатель. – Видел бы он вот это, – обвел рукой лужайку с лежащими на ней телами мужчина. – Уже улепетывал бы из Парижа со всех ног. И надеялся, что бы его самого искать не стали… – Но он не видел, – хищно усмехнулся Джеймс. – И не увидит. – Земля ему гвоздями, этому уроду, – сплюнул высокий Наблюдатель. – Которому? Кристову или Ксавье? – Обоим! *** Когда я вернулся к церкви Дария, Лили выбежала меня встречать. За несколько метров до меня, она перешла с бега на шаг и, подойдя, принюхалась. – Ты где был, Том? – нахмурившись, спросила она. – С другом в баре сидел, – недоуменно ответил я. – А что? – А то, что от тебя порохом пахнет, а не вином. Вот что, – пояснила она. – Ну… у друга моего друга были неприятности. Он попросил меня разобраться… – Разобрался? – Разобрался. – И как звали друга? – Которого? С котором в баре сидел или у которого неприятности были? – уточнил я. В это время к нам как раз подошёл Дарий, ведя за ручку маленького Гарри. – Того, у которого неприятности. – Луиза Шартр, – пожал плечами я. – Один урод похитил её и продал в бордель. Девушку уже спасли, а с уродом… – Попросили разобраться тебя? – понятливо кивнула Лили. – Конечно, кого же ещё просить, как не Того-кого-нельзя-называть? – сарказм и недовольство буквально сочились из её слов. – Том! Ты же хотел измениться! Ты же говорил, что устал от крови и убийств! – Урод был Бессмертный, Лили, – посмотрел ей в глаза я. – Как его звали? – нахмурился Дарий. – Иван Кристов, – ответил я, поворачиваясь к новому собеседнику. – Неприятный паренёк, жестокий, – вздохнул он. – Убийца. Наркоторговля, похищения людей, вымогательство, грабежи… Не так давно обосновался в Париже. Лет тридцать всего, наверное. Возглавил одну из банд выходцев из России и Союза. Они с Маклаудом почти ровесники. Около четырехсот лет ему… было, – я только пожал плечами. – Том… – жалобно посмотрела мне в глаза Лили. – Не становись снова чудовищем… пожа-а-алуйста! Очень тебя прошу! Давай вернёмся в Америку? А? Будешь рисовать картины, заниматься своими боевыми искусствами, учить Гарри, тренировать Маклауда… а хочешь, к Лукасу этому сходим! Помнишь, ты мне о нём говорил? “Звездные Войны”, кажется… Ну их, эти путешествия! Улетим, а? – Конечно, – улыбнулся я. – Если ты так хочешь. – Хочу! Поехали быстрее в аэропорт! – Завтра. Я должен ещё деньги за “Слезу” забрать у Дени. Вечером, – у Лили в отчаянии опустились руки. – Дарий, мы можем у тебя сегодня переночевать? – Конечно, Том, – улыбнулся монах. – А то злющий, как черт, Ксавье уже прознал, в какой гостинице мы остановились. Как бы он нам ночью в номер газ не пустил. С него станется. – Откуда ты знаешь? – удивился Дарий. – У меня хорошие друзья. Информированные, – пожал плечами я. – Тот самый Джеймс? – уточнил он. – Не совсем, – уклонился я от ответа. – Друзья в полиции и Интерполе, – и даже не совсем соврал. На самом деле я обработал легилименцией несколько детективов в Нью-Йорке. Специально на случай необходимости поиска информации. Они теперь считают меня своим самым лучшим другом, которому готовы оказать любую услугу. Но и меня об услуге попросить могут. Мне ведь не рабство и подчинение от них нужно, а сотрудничество. То же самое я проделал и с парочкой агентов Интерпола. Да и тут во Франции, инспектор Лери закладочку в разум тоже получила. Отложенную. Она подействует не сразу, а будет постепенно разворачиваться у неё в голове. Потому что сейчас это было бы слишком подозрительно. И в будущем, где бы ни оказался, я собираюсь продолжать “заводить такие знакомства”. Они очень могут облегчить жизнь. В ближайших планах по возвращении у меня ФБР, а в перспективе и Скотланд-Ярд. – Он ведь не отстанет теперь? Этот Ксавье? – обречённо сказала Лили. Дарий отрицательно покрутил головой. *** Вечером снова звонил Хортон. Продиктовал адрес и время. Я поблагодарил. Спросил, как себя чувствует Луиза. Хортон сказал, что девушка всё ещё в больнице, восстанавливается. Я попросил передавать пожелания скорейшего выздоровления и хороший дорогой букет цветов. Не обязательно от меня. Но обязательно передавать. По деньгам после сочтемся. Хортон обещал сделать. Лили до самой ночи ходила мрачная и со мной не разговаривала. Но к двенадцати ближе её сморил-таки сон. Не без моей легкой помощи, конечно. В шесть утра встал, оделся, взял сумку и уехал я, провожаемый неодобрительным взглядом Дария. Встреча была назначена на десять. Но надо было ещё пробежаться по магазинам, так как накануне из-за непредвиденных дел с Кристовым я этого сделать не успел. *** В половине десятого я начал раскладывать на столе в пустом заброшенном заводском помещении свои покупки: мешки для мусора, липкую ленту, набор инструментов патологоанатома в кожаном чехле, набор инструментов стоматолога, упаковку резиновых перчаток для мытья туалетов, пластиковую прозрачную маску-щиток для защиты лица, какие используют те же патологоанатомы и люди, работающие с электроинструментами типа “болгарки” и цепной пилы, тяжёлый плотный кожаный фартук мясника, клеёнку, небольшой респиратор… Мой охотничий тесак к новым покупкам не относился, но я его положил к набору инструментов патологоанатома. Возникло ощущение близости Бессмертного. В тот же момент под ноги мне подкатилась газовая граната, уже сработавшая и начавшая “дымить”. Я быстро, но без суеты, подхватил её и бросил в алюминиевый двадцатипятилитровый бидон с заранее откинутой крышкой. Соответственно крышку закрыл и затянул. Сам же приложил к лицу респиратор. Молча вышел из-за угла Сенклод в противогазе. Увидев, что я завинчиваю бидон, он противогаз снял. – А ты предусмотрительный, Том Гонт, – сказал он, хитро и самоуверенно щурясь. – Я тоже, – отбросил он противогаз и достал пистолет. – Ты надеялся, что я снова подойду на дистанцию броска ножа? Не выйдет! – сказал он и, прицелившись, выстрелил мне в грудь. Раз, другой, третий. На пятом выстреле он остановился, заподозрив, что происходит что-то неладное. Между нами было около тридцати пяти метров. Стрелок из него не ахти какой. Из пяти пуль в меня попали только две. И это с учётом, что я стоял неподвижно – мне всё ещё трудно держать “железную рубашку” в движении. А то, что он сначала показал пистолет, потом сумничал и только затем начал стрелять, дало мне достаточно времени на подготовку. Ну и легкий бронежилет вполне сыграл свою роль. Хотя, без “железной рубашки” я бы как минимум упал от двух пулевых попаданий по броне. Или нет? Сила Кэпа, всё-таки. А он, помнится, в рукопашную Железному Человеку напинал в “Гражданской Войне”. Тот ещё чит. Но не очень-то хочу проверять на самом деле. – Бронежилет? – удивился он, сделав верный вывод из увиденного. – Ну ничего! Шлема-то точно нет! – сказал он и принялся палить, целя в голову. Нельзя сказать, что я вижу пулю. Нет. Но я вижу, куда смотрит дуло пистолета. И хорошо знаю баллистику. Плюс реакция Кэпа, развитая и улучшенная мной. А ещё – замечательная техника быстрого перемещения со сбиванием прицела в движении против одиночного огня из неавтоматического оружия: “маятник”. Итог: три пули в молоко. А ещё мой кулак выбивший ему одним ударом восемь зубов и сломавший челюсть в пяти местах. Также, что вполне естественно, пистолет, поменявший хозяина, вставший на предохранитель и ушедший ко мне за пояс. Я спокойно наклонился, взял вырубившегося Бессмертного за ногу и потащил по полу к “разделочному” столу, где уже всё было готово. И даже застелено клеёночкой. Голова этого будущего трупа, потерявшего шляпу, забавно при этом подпрыгивала на камешках и неровностях пола. Водрузив всё ещё бессознательное тело на стол, я принялся надевать фартук, маску, вскрывать пачку с перчатками, аккуратно расправлять в приготовленном ведре мешок для мусора, после чего надевать перчатки. Ксавье застонал, зашевелился. Его челюсть рывком встала на место и с небольшим “электростатическим” разрядом “починилась”. Глаза его распахнулись и с ужасом уставились на тесак в моей руке. Он рванулся, скатился со стола в противоположную от меня сторону, громко шмякнувшись об пол. Я вздохнул и, сняв маску, положил её на место. Сенклод откатился от стола, вскочил на ноги и выхватил из-под плаща меч. Японская катана хищно заблестела у него в руках. И такая же хищная, как блеск катаны, улыбка выползла на его лицо. Я отложил тесак на стол. И вышел к нему как был: в фартуке и жёлтых резиновых перчатках до локтя. – Ха-ха-ха! – торжествующе засмеялся он. – В таком виде ты метательный нож не выхватишь! Да и слишком близко мы для броска! – прокричал он и прыгнул, нанося косой рубящий удар сверху. “Вот почему у них у всех такое скучное однообразие в атаках? Нет бы что-то поинтереснее придумать…” – пронеслась в моей голове мысль, пока я делал длинный быстрый шаг вперёд и чуть в сторону, пробивая коленом другой ноги ему в солнечное сплетение. Ксавье задохнулся и выпустил меч из рук, который я тут же и подобрал. После чего сделал два быстрых и чётких взмаха, отсекших Сенклоду обе руки. Потом скользнул за спину и полоснул по ногам, чуть ниже колен, подрубая сухожилия и заставляя того рухнуть на колени. Тот шокированно, круглыми от боли и нехватки воздуха глазами, уставился на меня. А я, всё так же молча и спокойно, вернулся к столу, положил на него трофейный меч. Взял Ка-бар и вернулся к Сенклоду. Схватил его за лицо левой рукой, нажатием на точки под ушами, заставляя открыть рот. Потом той же рукой в резиновой перчатке скользнул в этот самый рот и ухватил за язык, который и принялся под дикое мычание и слабые рывки обессиленного тела отрезать, когда пришло ощущение близкого присутствия Бессмертного. Я закончил отрезать язык Сенклода и повернулся. В дверях стоял Метос собственной персоной. Глядя на меня в фартуке маске и перчатках с ножом в одной руке и отрезанным языком в другой, а также на стоящее на коленях безрукое, но ещё живое тело, он как-то резко передумал заходить. Но сзади его подтолкнули. Метос сделал шаг в сторону и в помещение ввалились ещё двое. Если верить сериалу, а причин ему не верить у меня пока нет, это были Кирдвин и Ребекка. И обе они держали в руках мечи. – Вы не вовремя, Господа и Дамы, – громко сказал я. Их убивать у меня намеренья не было, поэтому можно и поговорить. – Но проходите, располагайтесь. Правда, не думаю, что зрелище будет для вас приятным, – продолжил я говорить, выбрасывая в ведро с мусорным пакетом язык. Потом вернулся и отправил туда же обе отрубленные руки. Тело Ксавье начало заваливаться, так, как из-за большой потери крови он потерял сознание. Я взял со стола его меч, продел под одежду сзади, за шиворот телу и в таком положении воткнул клинок между камнями пола. Тело зафиксировалось и падать перестало. – Том! – взяла слово на правах официально старшей Ребекка. – Тебя ведь Том зовут, правильно? – Именно так, Том Гонт к вашим услугам, – ответил я. – А вы представитесь? Или нападёте безымянными? – Нет, Том, мы пришли не нападать. Нас попросил Дарий, – сказала рыжая красавица. – Меня зовут Ребекка. – Я Кирдвин. – Я Адам. Адам Пирсон, – представился Митос. – Приятно познакомиться, – вежливо ответил я, доставая из набора стоматолога клещи. – Как видите, у меня всё под контролем. – А что ты собираешься с ним сделать? – осторожно уточнил Митос, идя вдоль стеночки и не спеша приближаться в отличие от своих спутниц. – Удалю все зубы, выковырну один глаз, отрежу всё лишнее, без чего он может жить, как Бессмертный, потом оттащу, что останется, в какую-нибудь пещеру поглубже и потруднодоступней, где и замурую. Остальное сделают крысы, темнота и одиночество, – спокойно ответил я, подходя к зафиксированному телу и принимаясь вырывать зуб. Те, которые я выбил, кстати, уже восстановились. Это было занятно. – Что-то как-то слишком жестоко, Том, не находишь? – сглотнул Адам, глянув на окровавленный зуб в клещах в моей руке. – Он посмел угрожать смертью моей семье, – равнодушно пожал плечами я и бросил зуб в мусор. Глянул на обрубки, которые активно, с разрядами, начали рубцеваться. Взял со стола тесак и спокойно обрубил стопы Ксавье, которые тоже бросил в мусор. – И это моё послание всем Бессмертным. Послание, что есть кое-что похуже обезглавливания. И я это самое “похуже” сотворю с любым, кто хотя бы косо посмотрит в сторону моей жены или детей. Двоих-троих самых смелых или глупых накажу, остальные задумаются. Ведь так, Адам, как думаешь? – Звучит ужасно. Выглядит ещё ужасней. На деле вообще кошмар. Но построение стройное и логичное. По-своему красивое и даже гуманное, – вздохнул Метос, доставая меч. – Адам, – повернулся к нему я и вложил в свой взгляд всю тяжесть предупреждения о том, что я с ним сделаю, если он эту железку не спрячет. Даже немножечко легилименцию задействовал, переслав ему образ того, каким я вижу его ближайшее будущее в таком случае. Метос оказался парнем очень понятливым. Он меч тут же убрал обратно под плащ и поднял руки. – Всё-всё! Убрал, Том, убрал! Вот видишь – пустые руки! Я не угрожаю тебе, – быстро проговорил он. – Умный парень. Долго проживешь, – кивнул ему я. – Трус! – бросила ему Кирдвин. – Дамы, – повернулся я к девушкам. – Не хочу с вами ссориться. Вы мне ничего плохого не сделали. Как и я вам. Опустите мечи, пока никто не пострадал. – Он уже пострадал, – кивнула Ребекка на пришедшего в себя и начавшего мычать Ксавье. – Не встревай, – сказал я ему и аккуратно провел бритвенно острым тесаком по его горлу, перерезая его. Ксавье булькнул пару раз и затих. – Он заслужил: пытался отравить мою беременную жену, её сына и четверых работников магазина газом. Потом разыскивал меня по всему городу. Нашёл. Вместо нормального поединка снова попытался отравить газом, когда не получилось, попытался застрелить, опять не смог и только после всего этого решил за меч взяться, но и с ним сплоховал. По-моему я долго терпел, нет? – Том, такой ужасной участи, что ты ему приготовил, никто не заслуживает, – попыталась вразумить меня Ребекка. – Это же вечность мучительной смерти, ад на земле! Лучше просто убей его. – Том, месть разрушает в первую очередь тебя самого. Остановись, пока ещё не поздно! – воззвала ко мне Кирдвин. – Дамы, это звучало бы убедительнее, если бы вы опустили свои мечи и перестали ко мне приближаться. Вы заставляете меня нервничать, – обратился я к ним. – Тогда положи нож и отойди от него на пару шагов в сторону, – сделала встречное предложение Ребекка. – Как скажешь, – покладисто отправил на стол свой тесак, а вслед за ним и пистолет я, после чего отошёл на указанные два шага в сторону. – Так достаточно? – Вполне, – кивнула Ребекка, опуская свой меч. – Мы ведь можем поговорить, как разумные люди, спокойно? – Мне казалось, мы так и разговариваем, – пожал я плечами и снял с головы маску, бросил её на стол, после чего принялся развязывать фартук. – Кто он? – кивнула на стоящее на коленях тело Кирдвин. – Ксавье Сенклод, убийца, грабитель, Бессмертный. Знакомое имя? – сказал я. – Очень даже, – ответила Ребекка. – Он убил одного из моих учеников. – И моего друга, – добавила Кирдвин, немного иначе глядя на инвалида. С несколько меньшей жалостью. – Но это всё равно не повод для такой жуткой участи. Подумай, как ты сам с этим будешь жить? Как ты будешь смотреть жене в глаза? – сказала Кирдвин. – Согласен, – задумчиво кивнул я. – В этом есть доля правды. Меня будут мучить угрызения совести. Но зато я буду смотреть в глаза ЖИВОЙ жены. И любая Бессмертная тварь десять раз подумает, прежде, чем задумать что-то против неё. – А как ОНА сможет смотреть на тебя, зная, ЧТО ты с ним сделал? – сказала Ребекка. Я помрачнел ещё сильней. – Моя жена про меня и похуже вещи знает. Это наше с ней дело и вас не касается! – непроизвольно рыкнул я и чуть набычился. Правота в их словах была. И это задевало, заставляя злиться. – Конечно ваше и ничьё больше, – поспешила исправиться Кирдвин, начиная смещаться в бок, так, чтобы я поворачиваясь за ней, оказался спиной к инвалиду. – Но ты уверен, что она сможет смириться с ЭТИМ? Знать, что пока она с тобой в постели, где-то крысы заживо едят обречённого тобой вечно терпеть эту муку, неспособного умереть, плохого, но всё равно человека, – продолжила настаивать она. Я прикрыл глаза, выпрямился, заякорился, медленно выдохнул… и вмазал ударом Ци в подкравшегося сзади к моей жертве Метоса, уже занесшего меч для обезглавливания. Удар прошёл полностью. Сразу все его внутренние органы одновременно взорвались, как и мозг внутри черепа. Я же резко сократил с ним расстояние и ударил в грудь ногой, всё ещё будучи напитан Ци, применив технику ускорения и вложившись в удар. Метос улетел в стену, врезался в неё и лопнул, как шарик с красной краской, расплескав эту “краску” по пошедшей трещинами стене, и медленно сполз по ней на пол. Точнее то, что от него осталось, а именно: переломанные кости и порванная кожа на них. Ноги уцелели, так как удар пришёлся выше. Череп раскололся и содержимое начало вытекать из него. Он умер мгновенно. Но, как Бессмертный, оставался ещё жив, так как животворная сила на волю не вырвалась. Я опустил ногу и повернулся к мигом побледневшим девушкам, прикипевшим взглядами к трупу Метоса. – Глупо, – сказал я. – Как-то считал его умней. А с вами, дамы, стало быть, конструктивный диалог тоже закончен, – подошёл я к столу, взял шприц и ампулу, верхушку которой тут же сломал большим пальцем той же руки. После этого набрал содержимое ампулы в шприц. Прикинул на глаз массу девушек, достал ещё одну ампулу, тоже надломил и добил её содержимым остававшееся свободное место в шприце. – Что ты собираешься делать? – спросила бледная Ребекка, опасливо глядя на шприц в моей руке. – Обезопасить себя от вас. Раз уж вы оказались способны на “сюрпризы”. Ничего, через пару часов “отпустит”, – утешил я их, в следующее мгновение метнулся на сближение, увернулся от одного клинка, прикрылся телом Ребекки от другого, “протёк” ей за спину и вколол половину содержимого шприца прямо в шею. После этого скользнул к Кирдвин, увернулся от удара, проскочил под мечом и вколол остаток препарата ей в шею, но теперь уже находясь вплотную к ней, лицом к лицу. Все получилось, но удар коленом по яйцам я-таки заработал. Ци-техники контроля тела и боли, помогли перенести болевой шок, но было крайне, крайне неприятно. Чуть в раскоряку, я двинулся к столу, уже не обращая внимания на упавшие тела девушек. Препарат достаточно сильный, чтобы парализовать даже Бессмертного. Пусть не на пару часов, но на час точно. А за час я всё успею. – Ауч-ч-ч! – позволил я себе чуть расслабиться, опершись на стол. – Больно, Дзен! Больно!!! – “Джентельмен назовёт кошку “кошкой”, даже если наступит на неё в темноте” – кстати вспомнилась мне фраза, когда я хотел грязно выматериться. Но не стал. Вместо этого ударил кулаком по столу, вымещая свою боль и раздражение. Снова применил к себе технику контроля тела и сознания. Помогло. Боль отошла на второй план. “Но Ци-технику агента Джони Инглиша “Железные яйца” я выучу! А не выучу, так создам!” – клятвенно пообещал я себе, вновь беря тесак и поворачиваясь к пришедшему в себя Ксавье. – Да что же это за проходной двор-то такой! – ругнулся вслух я, почувствовав приближение ещё одного Бессмертного. И этого я, кажется, знал. – Ты-то что тут забыл, Дункан? – повернулся я к вошедшему. – Лили позвонила и попросила прилететь, – пожал он плечами, даже не пытаясь лезть за мечом. Уж он-то меня хорошо знает. – Глотала слезы и умоляла “спасти тебя от себя самого”. Кто это? – кивнул он на инвалида. – Ксавье Сенклод, – ответил я. Спокойное лицо Дункана тут же закаменело. У него с этим гадом тоже личные счеты. – А это? – кивнул он на кровавое пятно и груду костей под ним, кое-как начавших срастаться. – Адам Пирсон. Друг Дария. Он тоже пришёл меня “спасать”. Но делал это недостаточно аккуратно. – А с Ребеккой и Кирдвин что? – Наркотик вколол, – не стал я лезть в медицинские дебри, решив максимально всё упростить, хотя на самом деле препарат к наркотикам отношения никакого не имел. – Чтобы не мешали. Через часик-полтора “отпустит”. Тебя, надеюсь, “успокаивать” не придется? – Нет, – чуть мотнул он головой. – Это твоё и только твоё дело. Но что ты собираешься делать? – сунул он руки в карманы брюк, не подходя ближе. – Отрезать всё, без чего он может существовать, а потом замуровать в какой-нибудь глубокой пещере. В темноте, в компании крыс. Навечно. – А за что? – Он чуть не отравил газом Лили и Гарри. Не говоря уж о четырёх служащих магазина. Ну, ты его стиль “работы” знаешь. Не мне тебе объяснять. – Вот как? – нахмурился Маклауд. – А Лили знает? О той участи, что ты ему уготовил? – Знает, – нахмурился уже я. – Твоё, конечно, дело. Но я бы подумал, прежде чем это делать. – Над чем? – Над тем, кем ты хочешь быть для неё? Господином. Монстром на которого боязно поднять глаза. Которому страшно сказать слово против, потому, что он может наказать. И наказать СТРАШНО. От которого не сбежишь и не спрячешься? Или мужем. Любимым мужчиной, который может поделиться всем, что у него на душе и с которым можно поделиться тем, что на душе у неё. Которому доверяешь, а не боишься, потому, что он может ПРОСТИТЬ? – я хмурился и молчал, опустив глаза в пол. Хмурился и молчал. – И ещё над тем: а сам-то ты кто? Палач или Воин? Определись, а потом действуй, – я мрачно на него посмотрел и грохнул тесак об пол. – Он твой, – сказал я, сунул руки в карманы и ссутулившись пошёл к выходу. Свистнул меч за спиной. – Ты куда? – раздался насмешливый голос Маклауда. – А прибрать за собой? Бросишь Леди на полу?.. – больше он сказать не успел, так как началось буйство “животворной силы”. – Зараза, – пробурчал я себе под нос и двинулся к лежащим на полу парализованным, но всё прекрасно слышащим девушкам. – Как бы вас так теперь взять, чтобы не обидеть? – почесал “репу” я. – А, была не была. Сил на двоих хватит! – сказал и поднял на руки перед собой сразу обеих. Держать было неудобно, тяжело, но сила Кэпа и длина рук… вроде справился, донеся, не уронив и не помяв девушек до машины. Там аккуратно расположил их на заднем сиденье (благо Поршик мой был кабриолетом со складывающейся крышей, как и Форд Маклауда), закрыл машину и вернулся к Дункану за их мечами и самим Маклаудом, который после обезглавливания Ксавье был не в лучшей форме. Над Метосом раздумывал минуты две. Но гадливость победила: трогать ЭТО я не решился даже в перчатках. Тем более тащить в машину. Навесил над ним легкие магглоотталкивающие чары на всякий случай для очистки совести и принялся уничтожать остатки Ксавье зельем магов-фермеров. Инструменты сжёг Адским Пламенем (оно не столько сил требует, сколько контроля). Огонёк вышел небольшой, всего с кулак, но шустрый и очень прожорливый. За пять минут управился, не оставив никаких напоминаний о том, что тут творилось полчаса назад. Кроме тела Метоса в неприятно выглядящей и неприятно пахнущей луже. Ох и не завидую я ему, когда он встанет и отсюда к дому добираться будет. Процесс будет не из приятных. Но – сам виноват. Нечего лезть было и считать себя самым умным. Девчонки ведь меня уже почти уболтали… ***
Реклама: