Том Марволо Гонт 6503

Реклама:
Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Роулинг Джоан «Гарри Поттер», Горец (кроссовер)

Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Миди, написано 248 страниц, 37 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Мэри Сью (Марти Стью) Нецензурная лексика ОЖП Повседневность Попаданчество Смерть второстепенных персонажей Стёб Учебные заведения Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
Описание:
Просьба не ругаться тем, кто ждет продолжение Крида. Это вбоквел. Попадание копии Виктора в... Волдеморта. Сам еще не знаю, что из этого выйдет, возможно гумус. Но Музе не прикажешь.
Итак, ночь 31 октября 1981 года, дом Поттеров.
По многочисленным возмущенным заявкам добавляю предупреждения Стёб и Трэш. Довольны?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

глава 32

27 октября 2018, 21:39
*** – Здравствуй, Джеймс, – поздоровался я с сидящим за столиком уже другой Нью-Йоркской кафешки мужчиной с соломенного цвета волосами. – Как жизнь? – Здравствуй, Том, – со вздохом ответил на приветствие Хортон, откладывая в сторону газету. – Поздравляю, ты умудрился навеки вписать своё имя крупными буквами в летописи Ордена. – Я случайно. – Даже не сомневаюсь, – хмыкнул он, пока я усаживался напротив и открывал меню. – Но теперь у Наблюдателей только о тебе и разговоров. Видеозаписи с твоими боями пользуются небывалой популярностью. Особенно та кассета, над которой твои спецы трудились, с казнью Ксавье. – А из ЧАЭС есть? – заинтересовался я. – Нет, на территорию электростанции я пролезть не успел. И, как выяснилось, слава Богу. Учитывая, что за светопреставление вы там с Курганом устроили, – нахмурился Хортон. – Ученые и следователи до сих пор не понимают, что там произошло. – Там произошло обезглавливание очень сильного Бессмертного, что спровоцировало взрыв энергоблока, – пожал плечами я. – Это как раз понятно. Не понятно, почему на месте ДВУХ энергоблоков остался только здоровенный котлован, который уже превратился в озеро, между прочим. И где последствия взрывной волны, которая должна была сравнять все с землёй на пару десятков километров вокруг, если бы был взрыв, силы достаточной для создания такой воронки? – “Люди живут на земле долгую жизнь. Только растрачивают её по малым крупицам. Но если собрать её в одно время, в одном месте, то результат может получиться… потрясающий”. Хуан Санчес Вилья-Лобос Рамирес, – процитировал я с улыбкой одного из самых ярких персонажей вселенной Горца. – Сознательное управление Животворной Силой, Джеймс. Рамирес учил этому Коннора, Коннор Дункана, Дункан меня. Такая вот преемственность поколений… Я выжег всё, что осталось от энергоблока. Всю радиоактивную гадость. Пытался хоть как-то уменьшить последствия своей ошибки. – Хм… – задумался Хортон. – Не знал, что Бессмертные так могут. – Не все. Только старые и очень сильные. – А ты к каким относишься? – После убийства Кургана – к “очень сильным”. – Понятно, – что-то для себя отметил в памяти Хортон. – Несмотря на твои усилия по минимизации ущерба, Том, тридцатикилометровую зону вокруг АЭС эвакуировали и закрыли для проживания и посещения. Радиационный фон там сильно превышает норму. Особенно после того, как прошли ливневые дожди, которые не прекращались два дня после аварии. – Ливни? – нахмурился я. Не верю в такие совпадения. А погодной магией владеют только Волхвы и Африканские Шаманы. Африканцам в Припяти делать нечего. Сибирь тоже далеко. И за пределами своих лесов Волхвы сильно ослаблены… Точно! Дурмстранг! Там был один специалист-погодник. Волхв-отступник, изгнанный своими за увлечение Темными Искусствами. Евгений Старицкий его звали, насколько я помню. На один дождик его сил должно было хватить. Особенно, при поддержке других Профессоров и Директора. А почему они вообще решили вмешаться? Так логично же: Болгария от Украины недалеко. А ветер переменчив. Чтобы обезопасить себя, решили “вылить” опасный дождик прямо там, где он и сформировался. Умно. Логично. Рационально. Одобряю. Но грибочки под Припятью теперь лучше не собирать. А то ещё покусают грибника ненароком… – Ливни, – подтвердил Хортон. – Метеорологи в недоумении. По всем законам и закономерностям, радиоактивное облако должно было на Европу отогнать воздушными потоками, но оно эти дни висело над Припятью, как привязанное, пока полностью не вылилось. Иначе как “чудом” это явление не называют. Ты что-то об этом знаешь? – заметил мою задумчивость он. – Нет, – очнулся я от своих мыслей. – Дождь – это уже не я. – Да? – хмыкнул он недоверчиво. – Пусть будет: “не ты”. – Пусть будет, – ответно улыбнулся я. *** Сегодня после общей тренировки, когда все разошлись по своим делам, меня позвал Пух. – Том, есть интересная тема, – рыкнул он, откладывая газету в сторону. – Очень внимательно тебя слушаю, – сказал я, подходя и трансфигурируя себе стул. – Припять, – припечатал он. – Что ты знаешь о ней? – Неожиданный вопрос, – напрягся я, усаживаясь на стул за его столом. – Я взорвал четвертый энергоблок, убив на его крыше сильного Бессмертного. Затем сжёг Адским Пламенем то, что осталось, а маги Дурмстранга, используя погодную магию, заставили всю радиоактивную пыль из атмосферы выпасть осадками над нынешней Зоной Отчуждения. Люди из тридцатикилометровой зоны эвакуированы. Радиационный фон на всей территории выше безопасного. – Вот! – поднял указательный коготь перед собой Пух. – Две с половиной тысячи квадратных километров ничейной земли с дурной славой и условиями жизни непригодными для магглов, – прорычал он, а я крепко задумался. Как-то эту проблему под таким углом еще не рассматривал. И этот взгляд был… свежим. И гораздо более оптимистичным, чем все иные. – А ещё два полностью рабочих энергоблока по 1000 мегаватт каждый. Плюс целый город с полной инфраструктурой, который легко может быть полностью переключен на питание от этих двух блоков. – Очень интересно, – кивнул я. – Продолжай. – А у тебя есть несколько десятков опытных сильных магов, преданных лично тебе. – Это где же? – замер я, хмурясь, в попытке вспомнить “такое добро” в своем хозяйстве. – В Азкабане, – рыкнул медведь и поправил очки у себя на носу. – И как ты предлагаешь их оттуда достать? – хмыкнул я. – Дядю своего же ты как-то достал? - ответил Пух и оскалился, изображая улыбку. Был бы кто нервами похлипче меня – поседел бы. Или обделался от такой “доброй” улыбки. – То – один узник, мало кому интересный: помер и помер. А это несколько десятков опаснейших преступников, – для проформы возразил я. Медведь лишь оскалился чуть сильнее. – Ладно, Винни, я понял тебя. У! Ты мой мохнатый гений! – прислонился я своим лбом к его лобастой башке и почесал его затылок. – Что бы я без тебя делал! – Раз за разом проигрывал “бородатому долькоману”, – спокойно прорычал медведь, когда я его отпустил и поправил очки когтем. – Это был риторический вопрос, – рассмеялся я. – А как же Хогвартс? – Десять-двенадцать лет вполне достаточный срок, чтобы обжиться на новом месте и оставить за себя толкового управляющего, – ответил медведь. – Так самку хочется? – сочувственно усмехнулся я. – Весна, – философски заметил Бенджамин Пухус, снимая очки и протирая их платочком. – Позанимаемся? – С удовольствием, – хмыкнул я, вставая со стула. *** Хмурым майским утром к скалистому неприветливому острову причалила одинокая лодка. Из неё на берег вылез высокий черноволосый мужчина в тёплой мантии и поздоровался со встречающими его двумя волшебниками. Те ответили на приветствие и пригласили следовать за собой к мрачному замку ужасов – Азкабану. В кабинет начальника тюрьмы после вежливого стука в дверь, дождавшись разрешения, вошёл тот самый черноволосый волшебник, что получасом ранее причалил к берегу. – Здравствуйте, мистер Терренс, – поздоровался он. – О, Том! Заходи-заходи, – радостно приветствовал его начальник тюрьмы. – Ты снова к нам? Странно, обычно гости у нас редкость. Добровольные, я имею в виду. – Здесь не настолько всё плохо, как все утверждают, – улыбнулся вошедший, беря от стены стул и усаживаясь напротив сидящего за столом начальника тюрьмы – Кларенса Терренса. – Так считаете вы один, Том, – улыбнулся Кларенс. – Ну, вполне может быть, – пожал плечами гость. – Не зря же меня пять лет назад вся страна знала как Лорда Судеб Волан Де Морта. Мы с дементорами на короткой ноге. – В… В… Волан… – аж начал заикаться Кларенс. – Не произносите это имя! – А почему я должен бояться своего имени? – удивился гость, весело улыбаясь. – Беду накличете! – сделал отгоняющий злых духов жест из религии Христиан Кларенс, выдав себя этим, как магглорожденного или полукровку. – И не шутите так! Сами-знаете-кто умер пять лет назад в Годриковой Впадине! И слава Богу! До сих пор, вспоминая то время, вздрагиваю. Как же хорошо, что этот монстр убился об Гарри Поттера! – Как скажете, мистер Терренс, – спрятал улыбку гость. При этом глаза его смеялись. – Вы по делу, Том? – вздохнул, возвращая самообладание Кларенс. – К сожалению да, мистер Терренс. Хотя и хотелось бы сказать, что всего лишь пришёл распить бутылочку этого прекрасного огневиски, – поставил гость на стол литровую бутылку одного из самых дорогих сортов волшебного алкоголя. Да еще и судя по году на этикетке не менее чем тридцатилетней выдержки. Последовало легкое движение руки гостя, и на столе сформировались два стакана подстать напитку. Дальше гость ловко сковырнул пробку и уверенными движениями налил огневиски в оба. – Ваше здоровье, мистер Терренс, – поднял свой стакан он. – За встречу, – улыбнулся Кларенс и тоже поднял стакан. Стекло мелодично звякнуло, когда мужчины аккуратно столкнули бокалы и выпили. Точнее Кларенс выпил, а гость лишь немного смочил губы. – Эх, хороша, зараза! – поёжился начальник Азкабана. Гость щелкнул пальцами и появившийся домовой эльф принялся быстро выставлять на стол соответствующую напитку закуску. – Так, что за дело, Том? – Давай, ещё по одной, Кларенс, – предложил гость сноровисто вновь наполнил стакан Терренса и чуть плеснул себе. – Давай, – согласился тот. Чокнулись, Терренс опрокинул в себя ещё порцию огневиски, тогда как гость, снова лишь немного пригубил напиток. – Да в принципе ничего сложного, Кларенс, – пожал плечами гость, отставляя стакан и накалывая вилочкой скользкий маринованный опенок с тарелочки. – Все, как в прошлый раз, три года назад. – А на этот раз кто? – подналег на колбасную нарезку начальник Азкабана. – Да ты их наверное и не знаешь, – ответил гость, снова наполняя стакан Терренса. – “Их”? – удивился Клеренс, глянув на своего собеседника и чуть задержавшись на веселых глазах, заметно расслабился лицом. – Да, – улыбнулся гость и подвинул ему свиток. – Вот списочек. – Двадцать восемь человек?!! – возмутился Кларенс, бегло просмотрев содержимое свитка, и снова вскинул голову, упершись взглядом во все так же смеющиеся глаза гостя. – Зато представь: какие деньги! Если за одного было две тысячи галлеонов, то за двадцать восемь, это же целых пятьдесят шесть! – О да… – вяло протянул Клэренс, так и не разорвавший зрительного контакта с гостем. – Но такое большое число одновременно умерших заключенных вызовет подозрения… – А почему они должны умирать одновременно? – удивился гость. – Но как же… – Пусть они себе числятся живыми по всем бумагам и отчётам, – весело улыбнулся гость. – Заодно и финансирование, выделяемое на их содержание, можно будет сэкономить. А ведь это немалые деньги! – О да… – вновь выдохнул Терренс. – А заключённые, опять же в бумагах, пусть умирают по два, по три в год. Это же вполне естественная убыль для тюрьмы с дементорами, не правда ли? – продолжая держать зрительный контакт, говорил гость. – Конечно, Том… – ответил Клэренс. – Конечно. – Деньги на твой счёт в Гринготтсе уже переведены. Так что не будем тянуть, правда? – сказал гость, поднимаясь со стула. – Нам ведь надо ещё успеть прикончить бутылку этого прекрасного напитка! – Конечно, Том… – поднялся из-за стола магглорожденный волшебник Кларенс Терренс, глаза которого были немного менее подвижными, чем обычно. – Конечно... *** Утром Кларенс проснулся за своим рабочим столом, в своём кабинете. Голова у него немилосердно трещала. И причина этого в явном виде присутствовала на этом самом столе: целых три пустых бутылки дорогущего огневиски, остатки обильной закуски на красивых тарелках и одна бутылка, пустая всего лишь до половины. Кларенс прилип к ней взглядом и трясущимися руками схватил ее, после чего жадно припал к горлышку. Спустя две минуты и добрую четверть содержимого бутылки, он отлип от неё, жадно отдышиваясь. Боль начинала отступать, а в голове начинало проясняться. Пришло ощущение блаженства. Кларенс с удовольствием закусил выпитое остатками жареной курицы с одной из тарелок. Прожевал и начал процесс восстановления дня вчерашнего. И повода – с чего же он так напился то, и главное с кем? Спустя пару минут он схватился за волосы и застонал. Он вспомнил! И лучше бы не вспоминал, право слово! На столе справа от закуски, так и лежал вчерашний свиток со списком. Кларенс, отпустив свои волосы, дрожащими руками поднял его, развернул и вчитался в строки. И чем дольше читал, тем сильнее дрожали его руки и безумнее становились глаза. Он же сам, своими собственными руками вчера продал за пятьдесят шесть тысяч галеонов (безумные деньги!!) двадцать восемь Пожирателей Смерти!!! Кому? Тому Гонту… человеку, который прямо называл себя Волан Де Мортом!! Вот Дементор!! А деньги? Деньги, деньги, деньги… Перевел ли он деньги? Не обманул ли? Тут в окно постучалась официального вида почтовая сова. Терренс встал, дошёл до окна, впустил сову, забрал у неё послание и отпустил. Послание было из Гринготтса. Уведомление о пополнении счёта на пятьдесят шесть тысяч галлеонов. Кларенс вернулся за стол, налил себе полный стакан огневиски и залпом выпил его. Всё действительно так и было. Он сам, САМ, по собственной воле, жадности и глупости, выпустил двадцать восемь ПСов… И получил за это деньги. И теперь, кому бы он об этом не заявил, всегда потянется, как соучастник. А это Азкабан. Его Азкабан. Вот только не уютный кабинет вдали от дементоров и пронизывающих сквозняков, а самая что ни на есть камера. С полным комплексом удовольствий… Ни за что!!! Нет! Только не камера. Только не эти твари в балахонах! А значит что? Значит надо молчать. Надо заметать следы. Надо действовать по той самой Дементоровой схеме, которую предложил этот… искуситель. Жизнь продолжается. И за хорошую жизнь следует побороться!!! ***
Реклама: