Лжец

Утро того же дня. Джон в спешке захлопнул за собой дверь и поморщился. Холодный ветер обжигал лицо, и Ватсон, кое-как спрятав голову в капюшон, побрел на остановку. Но там его ждало разочарование. Док опоздал, и теперь он мог лишь взглядом провожать размытый из-за метели силуэт уезжающего автобуса. «Ближайший автобус будет только через 20 минут», — промелькнуло в голове. С этой мыслью и без особого энтузиазма Ватсон двинулся дальше пешком, чтобы не опоздать на смену. От досады он начал пинать снег, но вдруг снова вздрогнул, поежевшись. Ветер залетел к нему под куртку и стал кусать, будто тем самым показывал недовольство содеянным. Так, оставив сожаления на остановке, Джон направился на работу. От восторженных криков детей стало веселей на душе. Часть пути его сопровождала компания радостных школьников, которые в свою очередь маршировали на учёбу. Карапузы хвостом шли за своей мамой, а самого маленького везли укутанного на санках. Вскоре они исчезли из виду, зайдя за угол. Лишь эхом доносящийся, звонкий смех ребят продолжал сопровождать Ватсона, но немного погодя пропал и он. Уже в приподнятом настроении Джон подходил к больнице. Осталось лишь перейти проезжую часть, и вот он уже на работе. «Гораздо интереснее вышла дорога» — подумал Ватсон, фантазируя, что было бы, останься он на остановке. Автобус с толпой потных людей в огромных ватных куртках ждал его там. И обязательно нашлась бы полная леди, которая придавит его к стеклу на резком повороте или на остановке. «Как в банке с сардинами» — приговорил он про себя и резко встряхнул головой, отгоняя от себя эти мысли. Вернувшись в реальность, Джон было уже хотел пойти к пешеходному переходу, но не успел сделать и шагу, как вдруг его что-то сбило с ног. Выругавшись, док повалился на снег и, недолго думая, стал искать причину своего падения. Переглянувшись по сторонам, он вроде ничего сначала не обнаружил. Но следом мельком заметил, что что-то ерзает в снегу и понял, что это что-то, а точнее кто-то, — мальчишка. Негодник решил прокатиться на санках по улице и сбил нашего друга. Встав, Ватсон отряхнулся и подошел к маленькому хулигану. Приготовившись уже отчитывать парня, Джон вдруг передумал. Перед ним на коленях весь в снегу сидел маленький мальчик с большими голубыми глазами. Светлые космы выглядывали из-под вязаной шапки. Такой маленький и беспомощный. Док, глядя на малыша, вспомнил себя в детстве. Он также любил баловаться зимой вместе со своей сестрой. А сейчас они почти не общаются. Вздохнув, Ватсон протянул мальчику руку и помог ему встать. Сорванец тут же взял свой транспорт и побежал обратно в горку, выкрикивая извинения и благодарность. На этот раз без всяких происшествий Джон дошёл до входа больницы и, прежде чем открыть двери, оглянулся, чтобы в последний раз полюбоваться видом. К этому времени ветер уже угомонился. Ещё никем не тронутые сугробы пледом укрывали территорию больницы, а солнечные блики переливались на снегу, из-за чего казалось, что дорожки усыпаны драгоценными камнями. Ватсон уже видел, как во время посещения дети, пришедшие к родным, будут играться в снегу. Как они будут нырять в этом море из ледяных бриллиантов. А солнце, несмотря на время года, грело. Вытянувшись, Док закрыл глаза и дал солнышку поцеловать его. Словно кот, который греется в солнечных лучах, ещё немного постоял так и открыл дверь больницы. На часах было 8 часов. Джон пришёл ровно к началу смены. Сегодня он сидел на приеме у всех поступавших в их больницу пациентов. Работы навалом. Вспомнив еще о том, что пока он будет выполнять свою, ну очень «интересную» работу, Шерлока ждут приключения, Док уже повесил нос, но тут его кто-то позвал. «Доктор Ватсон» — доносилось из-за спины. Джон, повернувшись, увидел молодую медсестру. Девушка лет двадцати пяти стояла возле кофейного аппарата и рукой подзывала к себе доктора. Симпатичная шатенка держала в руке кружку с кофе. Пленённый ароматом напитка Ватсон подошел к ней. Ему больше всего хотелось сейчас выпить чего-нибудь горячего. — Вы сегодня поздно, Доктор. Что-то случилось? — поинтересовалась медсестра, протягивая кофе, — вот, ваш любимый. — Ничего такого, Жанетт. Просто решил прогуляться. Погода просто чудесная, — приговорил Джон, уже попивая кофе. Жанетт работает в больнице только два месяца, и из всех врачей у неё лучше всего сложились отношения с нашим Доком, ведь обаяние Ватсона не оставляет никаких шансов для плохого впечатления о нём. Девушка была довольно худая и маленькая, поэтому халат был ей не по размеру. Но из-за этого она выглядела наоборот ещё милей, словно Дюймовочка, которой один из кротов дал поносить халат. — Не соглашусь с вами, Доктор Ватсон. Когда добиралась до работы, была метель, поэтому я вся продрогла в холодном автобусе, — промолвила медсестра, — надеюсь, вас она не застала. — Прошу вас, зовите меня просто Джоном. Ни к чему эти формальности, — улыбнувшись, сказал «просто Джон», — и я попал только к концу метели, поэтому долго она меня не тревожила. — Хорошо, Джон. Тогда до встречи. Мне пора к пациентам. Девушка ушла в сторону палаты и скрылась за дверью, а Ватсон, вспомнив, что его тоже ждут пациенты, направился к лестнице. По пути его также приветствовали другие медсестры и некоторые врачи, в особенности девушки. Длинный белый коридор отделял Джона от лестницы. Он был пропитан запахом таблеток и какого-то раствора. На этом этаже находились комнаты для персонала, лаборатория и процедурная, из-за чего доктора встречали подмигивания не только милых докторш, но и пациенток. Допивая свой кофе, дамский угодник, подошел к лифту и заметил надпись на нём «не работает». " Почему меня это не удивляет?» — пронеслось в мыслях у Дока, и он вышел к лестнице. Приемная находилась на втором этаже, поэтому уже скоро Доктор подходил к своему кабинету. Пока людей возле его двери не было, Джон вздохнул с облегчением и пробежался глазами по табличке с описанием признаков инсульта и первой помощи, открывая свой кабинет. Расположившись на кресле, он стал ждать пациентов. Нелегко быть врачом общей практики: никогда не знаешь, с какой проблемой к тебе обратятся и что в принципе может учудить пациент. Но несмотря на все трудности, Джону нравилась эта работа. Она обеспечивала ему постоянный заработок. Хоть он был и не такой большой, как благодарности от многих клиентов Шерлока и… Тут он застыл, глядя в одну точку. Ватсон вспоминал. Перед ним восстали воспоминания последних лет. Вот док стоял возле окна, целясь в таксиста. Ватсон наблюдал за собой со спины, но ощущения переживал те же, что и тогда. Лёгким не хватало кислорода и… Нет, он не мог тогда дать Холмсу умереть. Не мог промахнуться. Все же военный опыт давал о себе знать. Внезапно раздался выстрел, и из дула пистолета вышел дымок, как в старых фильмах о Диком Западе. И призрак прошлого растворился вместе с дымом в воздухе. Вместо него возник другой образ. Напротив сидящего Джона возвышался актёр-лицедей (и уж точно не добряк, а настоящий злодей). Джеймс стоял перед ним во всей красе, с дьявольской ухмылкой, вырисовывавшейся на жутком лице. Неожиданно док ощутил какую-то тяжесть на груди. Вдруг он снова оказался в жилете с динамитом. Стараясь быстрее избавиться от этих мыслей, Доктор закрыл глаза и затряс головой. Но это не помогало, воспоминания стали быстро меняться, и лишь голоса были тому подтверждение. Сотни голосов, рассказывающие свои истории, заменялись одни на другие. Тут все замолкло. Джон было хотел открыть глаза, но не стал. Что может ожидать его? Но тут послышался один короткий звук. Звук оповещения. Теперь все окончательно закончилось. И… Это был стон? Ватсон открыл глаза. Это был всего лишь сон. В дверь непрерывно стучали, а возгласы пациентов, казалось, слышал весь этаж. На часах было уже 10 часов. Так не долго думая, док позвал первого человека. В кабинет зашла старуха 70-ти лет. Вся вздутая и сгорбленная она с ненавистью смотрела в глаза Джона. Тут раздался её хриплый старческий голос. — Понабрали лодырей. Никто не хочет работать. А вот в мое время… — Мисс, прошу прощения, что так вышло, — после этих слов женщина с протяжный вздохом опустилась на кресло против Дока, смотря на него исподлобья, — Так, что вас беспокоит? — Спина мучает, милок, — её голос был охрипшим, но еще напоминал скрип, поэтому нельзя было её спокойно слушать, — месяц как болит. — А почему раньше не обратились? — Да, к королеве легче записаться на прием, чем к вам, — в её голосе еще оставались нотки отвращения, но их было гораздо меньше, что давало надежду на отсутствие дальнейшего конфликта. — Ладно. Тогда проходите за перегородку и снимайте верх. Пока женщина выполняла поручение, Джон достал перчатки. Надевая их, он подошёл к ней. Старуха была довольно худая, поэтому её бледное морщинистое тело буквально напоминало ножку гриба. Не хватало только причудливой шляпки, и она выглядела бы точь-в-точь как сморчок. Док стал прощуповать спину женщины, чувствуя через перчатки холодную кожу. Её кожа была неприятна на ощупь даже так, но Джон, как профессионал своего дела, не обращал на это внимание. Больше всего он уделял внимание позвоночному столбу и лопаткам, расспрашивая старуху. Тут он нашел причину обращения в больницу, как только он дотронулся до области между лопаток, старуха взвыла. «Здесь» — прошипела женщина. — А какая боль? — Тупая, — сквозь зубы произнесла Мисс, — а еще болит поясница, так что больно ходить. — Понятно, прошу одевайтесь и… присаживайтесь, — закончил Док, осматривая уже поясничный отдел, после чего отошел в сторону. Пока старуха одевалась, Джон достал лист бумаги с подписью «направление». — Боюсь, я не могу сразу сказать причину боли в спине. Вероятнее всего, она связана с нарушением работы сердечной мышцы, а не с самим позвоночником. Поэтому, чтобы не ошибиться с диагнозом, я выпишу вам направление на рентген, а затем вы сходите к невропатологу. «Ясно» — кратко ответила женщина и без лишних слов направилась к двери. Джон было вздохнул с облегчением, но дверь за ней не закрылась. Сразу после неё в кабинет зашел полный мужчина лет 50-ти. Здоровяк заставил Дока забыть о старой женщине, перетяну всё внимание на себя. Тяжёлые шагами он подходил к Джону и, дойдя до кресла, рухнул в него. Его седина блестела на солнце, густая борода закрывала подбородки мужчины, а красная куртка с белым мехом на капюшоне на коленях придавала ощущение, что перед Ватсоном сидит сам Санта Клаус. Казалось, что здоровяк поприветствует Джона знаменитым «Хо-хо» как настоящий рождественский волшебник, но вместо этого послышался приступ кашля. Мужчина прикрыл рот носовым платком, и Доктор начал сразу его расспрашивать. — Так, добрый день, сэр, — не успев, закончить мысль, Джона перебили. — Мистер Гаррисон. — Хорошо. Что вас беспокоит, Мистер Гаррисон? — В последние месяцы беспокоят приступы кашля, одышка, а также ноги отекли сильно. — В таком случае не буду вас задерживать. Проходите за перегородку и раздевайтесь. Док приготовился было уже достать новые перчатки, но не тут-то было. Мистер Гаррисон чуть встал с тяжелым вздохом и качнулся назад. Джон быстро среагировал и подхватил здоровяка под руку, не давая ему упасть. — Предполагаю вас также беспокоит головокружение, — ответил вместо пациента Ватсон. — Да, Доктор. А еще слабость. Понимаете, я уже несколько месяцев работаю на дому. Без лишних слов, чтобы наверстать пропущенный из-за сна час, Док завёл Мистера Гаррисона за перегородку и помог ему раздеться. Джон сразу заметил синюшность отекших ног и, не долго думая, осмотрел своего пациента. Ватсон так же умел и быстр в своём деле, как и Шерлок. Поэтому осмотр прошёл быстро, и голубоглазый уже сидел напротив Мистера Гаррисона на своём ещё не успевшем остыть кресле. — Что ж, судя по симптомам, у вас сердечная недостаточность, но, чтобы выяснить больше и назначить курс лечения, я выпишу вам направление к кардиологу. — Спасибо, доктор, — с очередным тяжелым вздохом проговорил здоровяк. Так, вскоре за ним закрылась дверь, и Джону оставалось только ждать следующего пациента… Рутина… Прошло несколько часов. Ватсон сидел возле стопки документов, которая, казалось, вот-вот рухнет, и он будет погребен под толщей бумаги. Почти настало время обеда, и Док, повалившись на стенку кресла, тихо простонал и закрыл глаза. Сейчас он выйдет из этого душного кабинета и на час забудет про всех этих людей, которым очень нужно его внимание. Чтобы снова не погрузиться в сон, Джон приоткрыл глаза и увидел, что стрелка часов уже дошла до трех. Значит, пришло время отдыха. Ватсон встал, прихватив с собой ключи от кабинета, и быстро вышел. В коридоре его ждала толпа, поэтому, чтобы выбраться на свободу, ему нужно было пробиваться через людей. «Разрешите пройти. У меня перерыв» — измученно произнес Док, но никто его не услышал. Наоборот, кто-то даже принял его за пациента и начал ругаться. Эти крики подхватили остальные пациенты, и Джона уже толкала разъяренная толпа в конец очереди. Таким вот неожиданным образом Ватсон смог пробраться через казалось не проходимый лес больных. И лишь, когда он зашёл за угол, некоторые пациенты осознали, что это был доктор, но было уже поздно. Джон Ватсон уже скрылся за дверью кабинета для персонала. Тут его ждала пара медсестёр и несколько докторов, они что-то обсуждали. Наш доктор было хотел подслушать тему разговоров, но быстро понял, что это обычная бытовуха. Молодая медсестра вместе со своей коллегой обсуждали проблему воды: в некоторых районах Лондона отключили холодную воду. К сожалению, разговор врачей тоже был не очень интересным, поэтому, проигнорировав их, Джон подошёл к холодильнику и достал свой обед, на этот раз миссис Хадсон приготовила для него лазанью. Она часто готовила для Джона и каждый раз приговаривала: «учти, Джон, это последний раз». Разогрев свой обед, доктор уселся в самый дальний угол комнаты. Ватсон размышлял о чём-то своём, но иногда всё-таки вслушивался в разговор коллег. Но пока их темы разговоров не уходили дальше дырявых носков и неработающих посудомоек, седовласый, попивая свой кофе, рассматривал самих людей в комнате. С другой стороны комнаты на уютном фисташковом диванчике сидели медсестры. Девушка, сидевшая справа, была в персиковом халате из-под чепчика выглядывала заколка в виде цветка. Щеки залитые румянцем делали из неё героиню русских сказок. А сзади лезли густые светло-русые волосы, убранные в хвост. Медсестра была симпатичной и видной, но все портил голос, напоминающий писк собачий игрушки. Её соседка была, напротив, невзрачной. Серая мышь в сером халате, если так можно выразиться. Хотя, конечно, если приглядеться, девушка выглядела довольно неплохо. Красивые голубые глаза с синими прожилками и почти незаметной белизной возле зрачка, из-за чего возникало ощущение, что в них спрятано целое море, которое вот-вот ворвется в комнату грозной волной, оставив за собой лишь легкий запах морского бриза. Бледность лица ещё сильнее подчёркивали жидкие смолистые пряди волос и сам халат девушки, из-за чего она казалось болезненной. Но выделялись при этом тонкие губы, которые бы казались вовсе ниточкой, если бы медсестра не красила их. По сравнению с предыдущими холодными цветами алая помада на губах явно не вписывалась в этот образ, так что в обычной ситуации её могли заметить в толпе только из-за её ярких губ. Бедняжка. И все же у неё были красивые черты лица и фигура, что приносило ей ещё один балл в нашем вымышленном конкурсе красоты. И в конце нельзя не упомянуть голос медсестры. Он был необычайно красив. Джон был готов поставить месячную зарплату на то, что в свободное время девушка занималась вокалом. Ватсон так внимательно изучал подруг, что не заметил, как одна из них позвала его. «Как давно они заметили меня?» — спросил сам себя он и подошёл к ним. — Вы тоже увлекаетесь сериалами, Доктор? — сказала брюнетка, смотря на удивлённого Джона. — Вы тоже смотрите сериал «Мисс Марпл»? — подхватила за соседкой медсестра. — Да, — растерянно произнёс доктор, ещё не совсем понимая, что происходит. — Вы так внимательно слушали наш разговор, — будто хватаясь сказала девушка с русыми волосами. — Вы слышали о смерти Уны Стаббс? — Бедняжка. Она была так талантлива. Медсестры быстро разошлись и всеми способами пытались увлечь Ватсона в дебри сплетен. Они перебивали друг друга, поэтому невозможно было понять, о чем уже идет речь. Их слова сошлись было воедино, и всё превратилось в бесконечный гул. Джон совершенно запутался и уже был готов капитулировать, девушки, заметив это, хором выпалили: «Доктор Ватсон». На это им Док указал на часы, которые уже были на четырех и без лишних слов быстрым шагом удалился из комнаты. Следом за ним из кабинета вышли подруги и сперва попытались догнать несостоявшегося собеседника, но Ватсон затрусил в сторону своего убежища и пропал из их поля зрения. Джон шел, оглядываясь, чтобы убедиться, что девушки не продолжать погоню. Вовсе перестав следить за дорогой, он не заметил, что на него идет парень. Столкновения было не избежать. Парень врезался в Дока и чуть было не упал лицом вперед, подскользнувшись на своих шнурках, но чудом зацепился за рукав Ватсона. Седовласый хотел извиниться, но незнакомец, проигнорировав его, пошел дальше своей дорогой. Джона было задел поступок парня в капюшоне, но сделав шаг, он заметил, что тот обронил свернутую бумажку. Желая все же извиниться, Док пошел следом за парнем и, догнав его, положил руку ему на плечо, чтобы привлечь к себе внимание. Парень был странным. Кофта с капюшоном закрывала его лицо, несмотря на то, что в коридоре было светло. Джинсы были слишком длинными, а из-под штанин смотрели грязные кроссовки. Когда он обернулся, Джон увидел, что руки парня дрожат. «Вы обронили» — сказал Док, показывая бумажку. И все было бы по-другому, если бы в последний момент Ватсону не стало интересно содержимое записки. Протягивая листок, он развернул его. И уже положив бумажку в ладонь, схватил незнакомца за руку и закричал:"Санитары быстрее сюда». Парня затресло, и поняв, что дело плохо, он попытался вырваться, но Джон крепко держал его за руку. «Как ты связан с делом редакции? Почему здесь перечеркнуты имена убитых?» — от возбуждения Ватсона самого потряхивало, и казалось, что сам листок был под напряжением и заставлял обоих мужчин дрожать от прикосновения к нему. Осознав, что подкрепление не спешит, Док отвернулся, чтобы снова позвать на помощь. Решив воспользоваться моментом, парень ударил Джона под колено и, вырвавшись, убежал. Придя в себя, Ватсон направился за незнакомцем. Парень пытался скрыться за пациентами и персоналом, но вскоре остался совершенно один в коридоре. В последний момент он забежал за угол и спрятался в кабинете. Док же отставал, и как на зло именно он попал в поток прибывающих на этаж людей. Кое-как вырвавшись из толпы, седовласый уже не надеялся найти незнакомца, но в этот раз ему повезло. Зайдя за тот самый угол, он увидел открытую дверь в процедурную. Там к его удивлению парень сидел, опираясь о стенку. Подойдя поближе, Джон увидел лицо беглеца. Оно вызывало неподдельное беспокойство. Лицо было ужасно красное, и блестели при свете лампы капельки пота. Зрачки были расширены, а грудная клетка быстро и резко вздымалась. Ватсон наклонился к лицу незнакомца, направил настольную лампу на лицо парня. Его зрачки не реагировали. Док уже хотел померить его пульс, но прежде чем он это сделал он почувствовал запах миндаля. «Цианистый калий» — подумал про себя голубоглазый. И что-то ещё пришло ему на ум, но мысли прервал незнакомец, из которого лезло содержимое его желудка. Стараясь облегчить страдания, Джон снял с парня грязную толстовку и открыл окно, чтобы обеспечить приток свежего воздуха. Он хотел помочь, дойти парню до раковины, чтобы тот прополоскал рот, пока не отключился. Но парня сковал паралич и казалось, что вот-вот придет очередь и дыхательной системы. Тогда ему конец. Положив парня на бок, Ватсон стал рыться в шкафу с лекарствами в надежде найти антидот. Он пытался не отвлекаться, но вопросы появлялись сами по себе. «Кто это? Он убийца? Кто его нанял? Кто его отравил?..». И вот наконец он среди лекарств он увидел пузырёк с необходимым ему веществом. «Почти все», — подумал Док, набирая в шприц противоядие. Приготовив все, седовласый хотел уже обработать место для укола, но он обнаружил, что незнакомец был уже без сознания или… Упав на колени, Джон начал прощупывать парню пульс. Ничего. Может дыхание ещё есть? Наклонившись к лицу «убийцы», он стал следить за его грудной клеткой. Нет, парень больше не дышит. Док опоздал. Ещё надеясь на лучшее, Ватсон вколол содержимое шприца и стал делать массаж сердца. Не может ведь разгадка тайны, которая буквально лежит перед ним, так легко умереть. Раз за разом он пытался вернуть парня к жизни. Отчаявшись, Джон забыл о всех правилах и начал бить парня кулаками по груди, так что еле-еле подпрыгивал лежавший рядом пустой шприц. Нет, уже поздно. Джон прислонился к стене и медленно спустился на холодную плитку пола, направив взгляд в темный угол. Чем дольше он смотрел в пустоту, тем больше казалось, что постепенно она начинает выходить за границы своего угла, расползаясь и пожирая всё, что попадётся ей на пути. Перейдя тонкую границу между светом и тенью, она примется и за Дока, не оставив от него ничего. «Поздно» — эхом раздался голос в голове Ватсона. Эта смерть выбила его из колеи. Безусловно, он и прежде видел трупы, даже бывало, что во время службы его пациенты умирали у него на руках. Но в это раз смерть этого, казалось, ужасного человека, убийцы трёх человек, а может даже и больше, огорчила его. Она лишила его надежды. Этот человек был заключительной частью такой необыкновенной загадки. Парень бы рассказал всё, что им надо, и оставалось бы только задержать нанимателя. Конечно, Шерлок и без этого найдет преступника. Он ведь великий Шерлок Холмс, а Джону лишь остаётся стоять в стороне, наблюдая за гениальностью брюнета. Может показаться, что Ватсон завидует своему другу, но это абсолютно не так. Всё совершенно наоборот. Док хотел быть похожим на своего приятеля. Не быть наркоманом и социопатом, конечно, но хотел видеть больше, замечать все эти маленькие детали, которые, как хлебные крошки, ведут к самому началу истории. Бывает, по вечерам он сидел перед стопкой раскрытых дел и вглядывался в фотографии с мест преступлений, пытаясь найти всё то, что видел Шерлок. Но каждый раз всё равно пропускал самые, вроде бы, очевидные вещи. А может, и сейчас он что-то упускает? «Убийца и наниматель должны были как-то общаться, чтобы никто не мог узнать о их планах. Может быть, у него есть с собой телефон?» — зацепившись за своё предложение, Ватсон подвинулся к уже остывшему телу. Карманы убийцы были забиты мелкими бумажками с именами очередных жертв. «Не очень предусмотрительно с его стороны» — заметил Док, проталкивая руку в очередной карман. Внешний вид покойного был сам по себе неопрятный, так ещё и остатки рвоты с кусками пищи мешали осмотру. Если бы Джон не обладал профессиональной выдержкой, то его и самого сейчас вывернуло бы наизнанку. За всё это время запах в кабинете успел настояться. Просунув руку в последний карман, Ватсон наконец-то вытащил кнопочный телефон. Не долго порывшись в нём, он нашёл то, что искал. Взволнованный и обрадованный своей находкой, Ватсон вскочил и начал набрать на своём телефоне номер Шерлока, смотря переписку убийцы и нанимателя. Потные пальцы скользили по экрану, не давая набирать правильные цифры. Уже поднеся телефон к уху, Джон услышал гудки и голос автоответчика: «Это Шерлок Холмс. Сейчас я занят, поэтому перезвоните позже, если вы не Андерсон или Майкрофт. Тогда не звоните сюда больше». Ещё один гудок, и включается запись голосового сообщения. «Шерлок, я нашёл убийцу и у меня есть телефон с перепиской его и нанимателя. Наниматель это… " Неожиданно дверь в кабинет резко открылась, и в дверном проёме показалась Жанетт с двумя санитарами.