Свет и тьма

Антон нехотя открыл глаза. Страшный сон до сих пор не хотел уходить. Он по-прежнему был рядом с мальчиком и указывал на своё присутствие всем вокруг. Знакомые белые стены, связанные руки и ноги, мерзкий едкий запах, который бил в нос, словно кулак. - Антон, успокойся. Ты же знаешь, что тебе всё померещилось. Возможно, что в больницу ты и попал, но вчерашние гости были лишь игрой твоего воображения. Не больше. Вполне вероятно, что это побочное действие снотворного. - мысленно вел диалог сам с собой парень. - Не бывает такого, что ты видел вчера. Люди просто так не расстворяются в воздухе и не берутся из ниоткуда. Все это мне привидилось. Надо сказать, что Шастуну почти удалось себя убедить. На щеках выступил лёгкий румянец, а губы расплылась в лёгкой полуулыбке. Теперь мальчику не было страшно, ведь это всего лишь сны, а с ними он сталкивался каждую ночь. Уже привык. В сознании резко все прояснилось и даже солнце вышло из-за туч, повествуя о том, что темная страница его жизни почти закончилась. Почти... Шаст просто лежал и любовался меняющимися картинами неба. Все равно в таком состоянии ничего другого он делать не мог, а лазурь неба сегодня была нереально красивой. Одни причудливые облака сменялись другими. Они бегали, словно в догонялки играли. Динозаврики, яичница, расческа, непонятный знак, кружка горячего чая или кофе с молоком. Парень прям-таки чувствовал запах свежесваренного кофе и у него текли слюнки. В мечтах Антон был сейчас на своей кухне и варил себе этот ароматный напиток, добавляя в него молоко и корицу. Вообще-то так не делают, но мальчику настолько понравилось сочетание вкусов, что теперь по-другому он не мог пить кофе. Обед парню принесла не молодая медсестра и кормила его с ложечки. Смутно, Антон помнил её. Помнил, что именно она вколола вчера вечером ему лекарство и он отрубился. Её черные, но уже седые у корней волосы были заплетены в строгую косу, а сам вид женщины не внушал никакого доверия. Она всегда смотрела с неприятным прищуром, а голову наклоняла немного набок, будто хотела рассмотреть тебя со всех сторон. Когда медсестра так делала, Шастун нервно сглатывал. Ему не нравилось ощущения, что тебя насквозь видят, что каждый закоулок твоей души сейчас под микроскопом. Тем не менее есть хотелось невыносимо, поэтому мальчик покорно терпел всю эту зрительную пытку. На обед в психиатрической больнице, а именно здесь сейчас находился Антон, давали какой-то непонятный суп, рис с мясом и компот. То ли еда и вправду была невероятно вкусной, то ли мальчик так сильно проголодался, но столовский обед был съеден за считанные минуты. - Ты пока отдохни, а потом к тебе зайдет врач. Он тебя осмотрит и решит что с тобой делать. - уходя, кинула через плечо женщина и вышла из палаты. Такая перспектива Антона не радовала, но парень искренне надеялся, что доктор объявит его полностью здоровым и отпустит домой, поэтому с нетерпением ждал осмотра. Время тянулось неприлично долго. Секундная стрелка часов медленно перемещалась с одной цифры на другую, потом на третью. За дверью слышался топот, голоса, пение, гоготание и завывания. Вот они. Все прелести психушки. Тут хочешь или не хочешь, а с ума сойдешь. Даже не видя ещё этих странных больных, Шаст понимал, насколько жутко будет находится с ними в одном помещении. Никогда не знаешь, что в следующую секунду выкинет шизофреник. Но вскоре звуки стихли и воцарилась гнетущая звонкая тишина, изредка нарушаемая недоконца закрытым краном в комнате. Даже на улице все было тихо. Ни одна птица не решалась закричать, чтобы нарушить это мертвенное спокойствие. Солнце же светило так же ярко, отчего настроение мальчика ещё больше поднялось. Шаги рядом с дверью в плату заставили Антона вздрогнуть и оторваться от созерцания природы. Дверка со скрипом открылась и в комнату зашёл врач, который принимал Шаста позавчера, и какая-то молоденькая медсестра. Доктор устремил свой тяжёлый взгляд на парня и подошёл ближе. Темные очки не давали понять мальчику какие эмоции сейчас испытывал " добрый доктор", но на всякий случай, Антон вжался в стену и смотрел на врача, как на врага народа, изподлобья. - Ну что, Антошка? Как ты себя чувствуешь? Уже получше тебе стало? - заулыбался доктор, резко переменив своё настроение. "Что он там говорил про перепады настроения? "- подумал Шаст, но вслух не произнес. - Да, уже лучше. Никаких снов и видений. Всё в норме. - соврал Антон и состроил довольную рожу. - Вот как? Отлично! Но я пока что не могу тебя отпустить. Я ещё не уверен в тебе и в твоем эмоциональном здоровье. Вчера ты был нестабилен. И тебя ещё раз пришлось накачать этими ужасными успокоительными. - поморщился врач. - Я предлагаю подержать тебе в этой палате до завтра. А потом перевести в обычную. Если и дальше все будет в норме, то скоро выпишем. Хоть и не все пункты в этом плане нравились Антону, он тут же согласился, услышав заветное слово " дом". - Но пожалуй, тебя стоит развязать. А то тебе так не удобно, наверное. Медсестра послушно выполнила указания доктора и мальчик наконец смог размять затекшие руки и ноги. Врач похлопал Антона по бедру и вышел из комнаты, предварительно не забыв показать все свои 32 зуба. Шастуна же пронзила боль в ноге, но он этого не показал, а как остался один сразу же стянул больничные штаны. На бедре красовался огромный синяк в виде звезды. Тонкая сеть сосудов расходилась от него до самого колена. Внезапно, в сознание парня врезалась вчерашняя сцена, где третий гость прожигал его своим прикосновением. Именно в этом самом месте. Антон сглотнул, понимая, что теперь списать всё произошедшее вчера на сноведение будет невозможно. Потому что теперь есть прямое доказательство того, что незнакомец был здесь и что боль, причененная мальчику им, была тоже настоящая. Отчаяние захлестнуло Шастуна и он схватился руками за волосы. Никогда ему ещё не было так неподдельно страшно. Когда ты не знаешь с чем имеешь дело, когда ты не можешь в этом разобраться и понять... Неизвестность с древних времён ставила человечество на грань скандалов и войн. Инквизиция, сжигавшая столько ни в чем неповинных людей, по сути своей боялась ведьм и колдунов. Боялась, потому что это было непонятно и необъяснимо. Неизвестность всегда была худшим из худших страхов для людей. С ней и столкнулся напуганный до смерти Антон. Качаясь на кровати, как в детстве, он сидел, уставившись в стену. Все его утверждения и убеждения были в одну секунду разрушены. Теперь синяк больно жёг и дёргал. Остаток дня прошел в постоянных размышлениях. Антон старался переосмыслить все и принять то, что наш мир не тот, каким кажется на первый взгляд. Но пока у мальчика нет достаточной информации, он не может ничего утверждать. Шаст верил, что больше к нему не заявятся эти странные гости и всё придет в норму. Ну и что, что он видел всё это. Если этого больше не повторится, то скоро это забудется. От ужина парень отказался, чем вызвал у медсестры подозрительный взгляд и громкое фырканье. Ночь подобралась незаметно. Некогда лучезарное солнце сменилось не менее ослепительной луной. Её лучи освещали палату холодным светом, создавая полумрак, а не сплошную тьму. - Тош, тебе надо поспать. - снова начал вести с собой мысленный диалог Антон, как вдруг, рядом с ним раздался голос. - Да, тебе надо поспать, Тош. - передразнил кто-то. В следующую секунду незнакомец подлетел ( подлетел! ) к окну и луна осветила его лицо. Прекрасные черты лица. Такие правильные, что можно было картины писать. Темные густые волосы, уложенные в стильную прическу. И поразительные глаза, которые в лунном сияние светились ещё ярче голубым цветом. Уголки губ приподнялись в злой усмешке. Антон сглотнул, понимая, что сейчас что-то будет, и лучше бы ему убраться отсюда, пока что-нибудь не произошло, но остался сидеть. Ситуация была безвыходная. Этот гость не из тех, кто просто так сдается. И он явно с темной стороны. Злость и ненависть ко всему ощущались почти физически. Незнакомец хитро улыбнулся и, подняв руку, щёлкнул пальцами. Ногу Антона пронзила нереальная боль, от которой тот просто упал на пол, когда пытался хоть что-то сделать. Гость снова щёлкнул и мальчика отпустило. - Вот видишь. Мне достаточно лишь щёлкнуть пальцами. Всего лишь. И ты почти погибаешь. Ты слаб и жалок, Антоша. - презрительно и самодовольно произнес незнакомец. - Кто ты? - задыхаясь, но все ещё пытаясь отдышаться, задал вопрос парень. - Ах да, где мои манеры? Я не представился. Меня зовут Арсений. И я прислан убить тебя, но мне так нравится наблюдать за тем, как ты мучаешься, что я пожалуй повременю. Всё равно ты от меня никуда не денешься. Ты обречён. - рассмеялся гость. - Жди меня с приходом ночи. Теперь я твой худший кошмар. Злой смех Арсения заставил Антона скривиться. Мозг парня отказывался верить в этот бред. - Ты ничего мне не сделаешь. Я смогу себя защитить. - сам осознавая, какую глупость он говорит, запальчиво прошипел Шаст. - Ты? Сможешь защитить себя? Очень смешная шутка, Тош. Ты не можешь ничего. Ты не можешь даже своим даром пользоваться. Что уж тут говорить о защите? - Кто ты?! - выкрикнул Антон, но мысленно задал другой вопрос. - Ты хотел спросить, кто не я, а ты? Гость приблизился к лежащему на полу Шасту и сел рядом. Его рука легла на грудь парня, и тому туже стало не хватать воздуха. Антон жадно ловил его ртом, но кислород будто кончился и надышаться было невозможно. - Отпусти. - прохрипел мальчик, и Арс тут же убрал ладонь. - Ты... - прошептал гость и наклонился к самому уху парня, отчего у того тут же поползли мурашки по спине. Арсений мягко коснулся губами шеи мальчика, и Антона пробил разряд. Он весь затрясся. Ну зачем это снова делать? Пальцы гостя коснулись ключиц парня и вскоре добрались до запястий, схватив их и не давая Шасту возможности дёргаться. Антона же всего трясло будто под электрошоком. Страх перебивал все остальные чувства. Нос гостя прикоснулся к пухлым губам Шастуна. Арсений почувствовал мягкий запах молочной кожи. Это была ни с чем не сравнимая смесь из шоколада, ванили и теплого молока. Прекрасно, наверное. Только вот Арс не признавал ничего прекрасного. Он был сгустком зла, поэтому любоваться чем-то было явно не в его стиле. У Арсения было задание, которое необходимо было исполнить. Убить мальчишку. Но потом. Сейчас Арсу было важнее ощутить все нотки страдания в душе парня. Сейчас Шаст был для него новой интересной игрушкой. Гость приблизился ещё ближе и положил обе ладони на грудь Антона. Парень закричал и судорожно забился. Глаза его наполнились слезами и ничем не прикрытым ужасом. Арсений вглядывался в зелёные омуты Шастуна. Сначала они молили о пощаде. И Арсу это давало огромное наслаждение. Но потом в них становилось всё меньше и меньше сознания и они преобретали мутный оттенок. Арсению бы следовало остановится, но он не мог. Его слишком заводили эти крики боли и затихающие стоны. Антон же чувствовал, что теряет сознание. Веки стали тяжёлыми, а разрывающие его разряды уже перестали ощущаться. Мальчик из последних сил поднял руку и дотронулся до мучителя. Холодная кожа Арса приятно охлаждала разгоряченное тело парня, а гость же наоборот отпрянул от такого развития событий. - Убей меня... Убей. - прошептал Антон. - Нет. Я не могу тебя убить. - не зная почему, немного испугался Арсений. - Я люблю тебя мучить. Ты теперь мой. - Я не выдержу так долго. - Выдержишь. У тебя нет выбора. - усмехнулся гость и наконец прекратил пытки. К Антону сразу вернулась жизнь, и он приподнялся на локтях, становясь с Арсением на очень близком расстоянии. - Выбор есть всегда. Если ты меня не убьешь, то я сам это сделаю. - Я не позволю тебе убить себя. - заверил мальчика гость. - Ты мой. Навсегда. Сказав это, Арсений провел рукой по шее Антона и исчез. - Я не твой!!!!!! - завопил в пустоту Шастун, срывая свой голос и последние нервы. Вся его прежняя жизнь сейчас горела синим пламенем где-то в соседней комнате. Непонятный дар, Арсений-искуситель и светлые силы. Теперь только это осталось в жизни парня и заполнило всё, что можно было.