Свет и тьма

- В математике, как и в музыке можно найти много красивых "нот". Каждая цифра, знак и линия прекрасны по своему звучанию. Так проходил первый урок математики с Арсением Сергеевичем. Антон не мог смотреть на учителя, поэтому тупо пялился в парту. В его голове было так много мыслей. Причем одна была краше другой. Мальчику казалось, что Арсений пришел в школу только ради того, чтобы ещё больше мучать его своим присутствием, потому что каждый раз, когда парень видел Арсения, сердце его пропускало удары и билось, словно шло на рекорд, ноги подкашивались, как у пьяного, а голова кружилась от недостатка кислорода. А глаза, которые так пристально следили за каждым действием Шастуна, просто сводили с ума. Антон сидел и терпел. Больше он сделать ничего не мог. Несомненно, мысли были не только о том, как сильно парень привязан к своему врагу. Иногда накатывали воспоминания ночных пыток мальчика. От этого он вздрагивал и, бросая быстрый взгляд на учителя, тут же встречался с ним глазами. Почему юноша не замечал, что на шее у преподавателя горит такая же звезда, как и у него самого? Может быть это бы всё облегчило? Да, но Антон не ищет лёгких путей. Ему, наверное, нравится страдать и изводить себя. Мазохист! А не смотрел он на шею Арсения Сергеевича, потому что желания затмевали рассудок, и он боялся сорваться, впившись губами в бледную кожу при всём классе. А почему же Арс тогда не замечал знака под подбородком Шаста? Потому что он боялся того же. Они оба боялись друг друга, потому что страстно желали, но думали, что это не взаимно. Вот же дураки! После звонка Шастун пулей вылетел из класса, не дождавшись даже разрешения учителя. Всё потому, что парню хотелось сбежать от надоедливо-пристального взгляда Арсения Сергеевича. - Антох! Ты чё? Куда ты так рванул? - выдохнул Матвиенко, запыхавшись от быстрого бега. - Скажи, что новый математик круто ведёт? Мне прям даже интересно стало. Я первый раз вообще что-то слушал. Серёга заржал, а Шаст лишь хмуро посмотрел на него, не разделяя радости. Для юноши это был не урок, а пытка. - Ладно, больно ты сегодня разговорчивый. - заключил парниша не русской внешности и похлопал друга по плечу. - Пойдём в столовую? Жрать так хочется. Антон лишь кивнул, и они пошли на первый этаж, где и располагалась святая святых - столовая. - Хм, интересно, а Арсений что-то ест помимо свежей крови? - подумал мальчик и тяжело вздохнул. - Ребята! - окликнул их кто-то. Это был Позов. Он торопился к ним. Вид у него был такой, будто он планировал сообщить какую-то очень важную новость. Нагнал Димка друзей уже возле кассы. - Ух, я сейчас вам такооое расскажу! - громким шепотом проговорил он. - Ну! Говори. - потребовали Антон с Серёгой, но Поз лишь покачал головой и сделал знак, что здесь слишком много лишних ушей. Ребята понимающе кивнули и оставили расспросы. Все расселись и принялись за вкусную ароматную еду. Серега, как обычно, остановил свой выбор на пицце и салате "Оливье", Поз, как будущий врач, не мог есть фаст фуд, поэтому купил суп и овощное ассорти, а Шаст взял себе макароны с отбивной, о которой мечтал уже не одну неделю. Когда парень положил в рот себе первый кусочек, то сразу почувствовал себя лучше. Все проблемы и тревоги отошли на второй план, и даже Арсений Сергеевич его почему-то сейчас не беспокоил. Вот что значит вкусно поесть. После того, как почти вся еда была съедена и друзья перешли к компоту, Димка понизил голос и заговорил: " Ох я такое узнал. До сих пор немного в шоке. " - Да что ты так тянешь? Говори уже! - возмутился Серый и был полностью прав. Загадочность Позова начинала жутко нервировать. - Вы знаете почему нам прислали нового математика? - с грустной улыбкой спросил Дима, на что Серёга и Антон лишь отрицательно мотнули головами. - Так вот. Нашего Вениамина Альбертовича убили в его же квартире! Парни тихо охнули, а Поз продолжал. - Его не просто убили, а высосали! В нем не было ни капли крови, когда его нашли... Матвиенко открыл рот и хотел было закричать, но вовремя сдержался. Шаст же сидел в недоумении и вновь пытался сложить два и два. Когда уравнение наконец-то выстроилось у него в голове, он тоже открыл рот, но потом быстро закрыл лицо руками, стараясь отгородиться от мира и всего самого ужасного в нем. Не было никаких сомнений, кто виноват в гибели их бывшего учителя. Это был Арсений! Точнее, Арсений Сергеевич, который так мило улыбался и смотрел своими ангельскими голубыми глазками. - Когда это было? - каким-то севшим голос спросил Шастун. - Не знаю, вроде бы дня два назад. Нам тогда сразу же нашли нового математика, чтобы не разрывать программу. - протянул Дима, не слишком уверенный в собственных словах. - Насколько я знаю, Арсений Сергеевич очень быстро согласился, что странно, ведь профессор такого уровня в обычной школе... - Ещё бы! - хмыкнул про себя Антон. - Ещё бы он не согласился! Ведь ради этого и был убит ни в чем не повинный Вениамин Альбертович. Бедный мужчина. Он же тут абсолютно ни при чем... Юноше внезапно стало неимоверно плохо, и он что-то быстро кинув друзьям, выбежал из столовой. Серёга с Димкой переглянулись и бросили в сторону друга обеспокоенные взгляды. Шастун несся по коридору прямиком к мужскому туалету. Буквально влетев в него, мальчик остановился возле крана с водой и оперся о раковину. Он открыл воду и опустил голову, наблюдая, как тонкая струйка стекает и пропадает. Плечи парня часто подрагивали, а всё тело пробивала невидимая дрожь. В горле стоял ком. Юноша посмотрел на себя в зеркало. Дрожащие губы,большие темные круги под глазами. Мальчик намочил руки,а затем провел ими по лицу и волосам, чтобы хоть как-то прийти в себя и освежиться. Ему было противно. Противно настолько, что к горлу подкатывал недавний обед и грозился вырваться наружу. Противно Антону было из-за черной грязи, всё больше окружавшей его. Виной всему был, конечно, Арсений. Стоило парню проникнуться к нему какими-то чувствами, как тот буквально сломал мальчика пополам своим поступком. Да, Шастун не может отказаться от него, но и любить Арса он тоже не может. Как можно любить такое совершенное зло? Глаза юноши наполняются влагой, и слезинки одна за другой начинают капать и утекать вслед за водой. Как же Антону вынести всё это? Его детская психика явно не рассчитана на такие события и потрясения. В следующую секунду парень в этом окончательно убеждается, потому что всё содержимое желудка вырывается наружу. Желудок уже давно прочистился, а бедного мальчика всё никак не отпускает. Он весь дрожит. Нет, его трясет, как в лихорадке. От усталости ноги парня не выдерживают, и тот падает на холодный кафель. Туалет темный, страшный. Освещения в нём почти нет, только маленькое окошко проливает свет на события, происходящие в нем. На то, как Шастун рыдает и вся его белая рубашка становится мокрой, на то, как он смотрит прямо в стену перед собой, и на то, как весь мир для Антона вдруг перестает существовать и он падает на пол без сознания... Это всё для него слишком больно и сложно. Он же ещё совсем ребенок... *** - Антон! Тоша! Очнись, пожалуйста! - чей-то голос врывается в сознание парня и неприятно бьёт по голове. - Шастун! Мальчик медленно и неохотно открывает глаза и тут же отскакивает назад, больно ударяясь о стену. Перед ним на корточках сидит мужчина с темными волосами и невероятными голубыми глазами. Сейчас они беспокойно оглядывали юношу с ног до головы. - С тобой всё хорошо? - задаёт вопрос Арсений. Шастун бы хотел сейчас высказать ему все-все, что накопилось за столько времени, но вместо этого говорит простое и лживое "да". - Но это же не так. - отрицает учитель. - Я же вижу, что с тобой что-то происходит. - Нет, всё в полном порядке. - немного раздражённо отвечает парень и старается не смотреть на Арсения. - Просто так люди в обморок не падают. - не отстаёт тот и упрямо гнет свое. - Что случилось? Арс ждёт ответа. Ждёт, что Антон накричит на него и наконец-то хоть что-то станет ясно, но юноша молчит, уставившись в пол своими большими зелёными глазами. - Антош, ты можешь мне сказать. - приторно-сладко говорит мужчина и нежно проводит рукой по щеке мальчика. Тот тут же отпрыгивает ещё дальше и теперь в его взгляде много непонятного. Теперь Арс не может различить, что происходит в сознании парня. - А то вы не знаете, что со мной?! - такой долгожданный для Арсения крик. - Со мной случились вы! Я не могу и не хочу видеть вас, а вы всё время появляется в моей жизни! Появляетесь и все рушится! Вы пришли для того, чтобы убить меня. Так почему же вы не сделаете этого!? Я хочу этого, потому что не могу уже так. Я погибаю морально. Скоро от меня ничего не останется. Последнее предложение юноша произнес совсем тихо и опустил голову. - Вот как? Арсению было сейчас не по себе. Ему было больно, что он заставил так страдать бедного Антона. В зелёных глазах блестели слезы, чего Арс не мог выдержать. Поддавшись порыву, он наклонился и крепко обнял мальчика. Тот дернулся, но остался сидеть. Тепло тела юноши приятно согревало. Арсений прижимал к себе плачущего парня всё сильнее, а тот, как показалось Арсу тоже прижимался к нему. Холодные руки обхватили мужчину сзади и теперь это можно было назвать полноценными объятиями. - Я не хочу тебя убивать. - прошептал Арсений и Антон, отстранившись, посмотрел на мужчину недоверчиво своими мокрыми огромными глазами. В них была надежда. Она теплилась золотыми лучиками возле самых зрачков. - Правда? - очень тихо пролепетал он. - Да, я не хочу тебя убивать, но и не сделать этого я тоже не могу. - грустно вздохнул Арс и взглянул на трясущегося мальчика. Его руки соскользнули со спины мужчины и бессознательно опустились на пол. - Я так и знал, что тебе нельзя верить! - закричал Антон и рванул было с места, но его тут же схватили за ногу и кинули обратно на твердую каменную плитку. Больно ударившись о стену головой, Шастун взвыл. Спасительные шаги где-то в коридоре, и Арсений тут же отходит от юноши. - Мы ещё не закончили. Мужчина вышел, а Антон продолжил сидеть и думать, что как бы ни закончилась его сегодняшняя встреча с Арсом, ему всё равно понравилось, ведь он прижимался к худому телу и не понимал, что может быть лучше...