23:45

Юнги лихорадочно расхаживал от машины до подъезда, пока не прозвенел сигнал, означающий, что из дома кто-то вышел. — Привет, — налетел на парня Мин. — Дозвонился до него? — Нет, — Чон-младший старался держаться, но трясущиеся руки выдавали волнение. — Я даже представить не могу, куда он пошел. Может на работе посмотреть? — Он там больше не работает, — нервно ответил Юнги, параллельно открывая машину и показывая рукой Чонгуку, что бы тот сел. — В смысле не работает? — Уволили. Это долгая история, пусть сам тебе расскажет. Сейчас нужно его найти. Но заехать посмотреть туда можно. — Л-ладно, — Гук продолжил строчить смс и пытаться дозвониться до брата, пока Юнги выруливал из двора. Телефон Чонгука: Чонгук: — Хосок, ответь наконец. Чонгук: — Хо, ну что за прикол. *абонент недоступен* Чонгук: — Где ты? Чонгук: — Мы волнуемся. Чонгук: — Очень. *абонент недоступен* Чонгук: — Мы с Юнги поехали тебя искать. *абонент недоступен* Чонгук: — Ты отхватишь от меня, когда мы найдем тебя. *абонент недоступен* *абонент недоступен* *абонент недоступен*

***

Оставался последний чистый лист, а ведь он взял с собой целый блокнот. Как тяжело подобрать нужные слова, когда руки неимоверно трясутся и не хотят выводить буквы. Сильный ветер разносил черновики вокруг, словно снегопад. Слово за словом, буква за буквой. Это последний лист, других вариантов уже не будет. Но это опять не то, все не то. Нет-нет. На бумаге вырисовываются темные кружочки, появляющиеся от капающих слез.

***

— И тут тоже его нет. Мы уже все объездили, черт я не понимаю. Мне кажется я что-то упускаю, — Юнги откровенно паниковал, переставая скрывать страх. — Тише-тише, если ты выйдешь из строя, это нам не поможет. Давай еще подумаем, куда он мог пойти. — Да куда угодно. — Это да. Это в стиле Хосока. Да что ж он за человек такой… В такой день… — Чонгук сел на лавочку опустив голову на руки. — В какой день? — тихо спросил Мин, присев рядом. Подняв мокрые глаза, Гук прошептал: — В этот день не стало мамы. Юнги пронзило ударом молнии, мысли стали вертеться в голове и ответ пришел мгновенно. — Нет, нет, нет! — Ты чего? — сморкая носом, уставился на него Чон. — Будь здесь, мне кажется я знаю где он! — Я с тобой. — Нет, оставайся тут! И успокойся! — запрыгнув в машину, врач резко вывернул на главную дорогу. — Любишь символичность… Хоть бы успеть.

***

Машина остановилась возле многоэтажного жилого дома. Мужчина выскочивший из ней и привлекший внимание людей вокруг, бежал к домофону подъезда, стараясь вспомнить пароль, который ему как-то называл Хосок. Для многих это должен был быть обычный день. Да почти для всех. Лишь один человек знал, что сегодня день будет отстойным у многих. Уже было довольно поздно, поэтому во дворах находились лишь взрослые спешившие домой и подростки распивающие увеселительные напитки. От волнения руки тряслись, Юнги 4 раза набирал пароль, пока наконец у него это не получилось, но не успел парень открыть дверь, как услышал глухой удар. Дальше только крики и быстро собравшаяся толпа. На трясущихся ногах Юнги направился к месту сбора, заранее понимая, что там увидит. «Я люблю вас. П. Ч. Ю. Вы моя семья, простите» — гласила надпись на руке парня, чье тело неподвижно лежало на газоне. Немой крик в душе. Так больно не было никогда. Человек из которого тяжело было выдавить слезинку, рыдал захлебываясь своими же слезами, сидя рядом. Мимолетный взгляд на часы и вот на руке второго появилась надпись «23:45». Приехавшая скорая забрала лежавшего парня, а Юнги все надеялся, что увидит его улыбку. Он отказался ехать в больницу, парень поднялся на крышу, усыпанную смятыми бумажками. «Привет, это Чон Хосок. Я знаю, что поступаю как эгоист, но я так больше не могу. Вам не передать какую боль я чувствую каждый день внутри, а приносить физическую уже не помогает. Пап, прости, что часто был груб с тобой, ты этого не заслуживаешь. Меня уволили с работы, это так, чтоб ты знал. Один парень меня чуть не изнасиловал там. Чонгук, ты засранец, которого я люблю. Ты давно не маленький мальчик и сможешь выбиться в люди. И прошу, прости за то, что обещал помочь финансово с учебой и так кинул тебя. Ты всегда будешь моим младшим братиком, которого я должен… должен был защищать. Юнги. Мин Юнги, да черт с ним, я влюблен в тебя. Да, влюбился в своего врача. С тобой я чувствовал себя хорошо, но без тебя, ещё хуже, чем обычно. Спасибо, что подарил мне перед уходом поцелуй. Я люблю тебя. Я люблю вас!»

***

Это был самый важный пациент для Юнги… и последний. Громкий уход с работы, под сплетни коллег «ох, он же психолог и морально не смог справиться с провалом? Мы врачи, и нам приходиться иногда видеть смерть». Но Юнги было плевать, там работать он больше не сможет. Что он будет делать? Да сам не знает. Возможно уедет в Канаду и оттуда будет помогать семье Чонов. А может заберёт их с собой. Юнги сомневается, что когда-нибудь сможет полюбить также сильно. А ведь он даже не успел сказать ему. Этот переломный момент в жизни забыть невозможно, как бы не хотелось, особенно когда каждый день ты видишь, красиво выведенную, черную надпись «23:45».