Коньяк 14

Реклама:
Другие виды отношений — сексуальные или романтические отношения, которые нельзя охарактеризовать ни как слэш, ни как фемслэш, ни как гет ни в одном проявлении
Detroit: Become Human

Пэйринг и персонажи:
ОЖП/Хэнк Андерсон, Коул Андерсон, Коннор
Рейтинг:
PG-13
Размер:
Драббл, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: ER UST Ангст ОЖП Психология Смерть второстепенных персонажей Элементы гета Показать спойлеры

Награды от читателей:
 
Описание:
Его сын умер, его жена ушла, каждый год Хэнк приходит в один бар на окраине города и напивается до свиного состояния. Но только в этом году день рождения его сына пошёл не по плану.

Посвящение:
Коулу. С днём рождения, который никогда больше не наступит.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Я очень долго думала стоит ли выкладывать эту зарисовку, или оно того не стоит, она мне кажется неоконченной.
Но сегодня, видимо, тот самый день, когда нужно это сделать.
23 сентября 2018, 13:17
      Андерсон в своей излюбленной манере сидел в одном из баров, куда не мог добраться никто: ни этот приставучий Андроид, ни Гевин, ни шеф. Он зашёл в такие дебри, что ни один человек или железка не догадаются прийти. И ведь так и было. Кроме бармена и нескольких посетителей, маячить перед глазами было некому. Можно пить чистый виски, болтая в стакане лед. Хэнк старался не пить коньяк. Не потому что он его не любил.       Каждый год взрослый мужчина с поседевшими волосами сидел в этом заведении, хлестал виски и глушил разрывающую в груди боль. Седина появилась на его голове слишком рано, не каждый может похвастаться таким цветом волос в 50. Первые отголоски серебристых локонов появились, когда стало известно о болезни. А потом Андерсон поседел полностью. После…       Мужчина всё ещё не готов отпустить ту ситуацию, принять случившееся. Коннор, конечно, стал для него дорогим существом, но никогда не заменит их. Его семью. Маленький сынишка и красавица жена. Сегодня его ребёнку было бы 10 лет.       Потом от него ушла жена, оставив одного с тяжелой раной в груди, с глубокими полосами на сердце.       Хэнк запрокинул голову и тряхнул ей пару раз, чтобы сильное головокружение выбило абсолютно все мысли из головы. Он пришёл почтить сына, пусть и таким ужасным образом, а не вспоминать о женщине, которая так долго жила и до сих пор живет в нем. Возможно, она ушла к другому, родила ребёнка и живёт, стараясь не помнить о прошлом. Как бы тяжело ни было, она старалась мыслить оптимистично, но в тот день даже его возлюбленная не справилась. Без вещей ушла из дома, сказав, что ей нужно быть одной. Но так и не вернулась. Лейтенант до сих пор хранит её вещи, несмотря на переезд. Это тот балласт, от которого мужчина просто не сможет избавиться. Никогда.       Андерсон прорычал что-то, опрокидывая очередной стакан виски и жестом требуя у бармена повторить, и ещё несколько раз двинул головой. Мужчина требовал только виски. Хэнк старался не заказывать коньяк. Не потому что он не вставлял.       — Хэнк, может тебе хватит? — бармен, с которым они знакомы слишком уж много, слегка перевалился через стойку и положил руку на плечо друга, наплевав на субординацию. — Твоя печень не вечна. Хэнк. Остановись.       — Я сказал, наливай. Значит наливай, или ты перестал понимать английский? — несмотря на количество выпитого, мужчина говорил довольно чётко, хоть и медленно. Ком медленно начал подходить к горлу. — Чтобы я вернулся, стакан уже стоял.       После этих слов лейтенант встал и направился в туалет, стараясь подавить рвотный позыв, пока хотя бы не дойдёт до унитаза. Не стоило так трясти головой. К сожалению, Хэнк понял это, после того, как проблевался. Глаза слезились, а ноги просто отказывали держать его нормально.       Мужчина засунул голову под кран с водой, стараясь отойти, прополоскал рот и был готов к новым алкогольным подвигам. Сколько его не было? 10? 20 минут? В любом случае, достаточно для того, чтобы Коннор приехал, дабы забрать его.       — А. Жестянка, у тебя новая программа «нюхач»? Как ты меня нашёл? — пьяный мозг не сразу смог обработать информацию, но Андерсон в итоге прекрасно всё понял. — Морти, ты же знал, что это было единственное место, где я мог быть без него.       Только вот его это совсем не остановило. Плевать уже, пусть знает, куда «Лейтенант Андерсон» сбегает периодически. Сейчас он хочет допить свой виски, чтобы довести себя до полнейшей кондиции. И ему искренне плевать на то, что можно схватить белочку. Да хоть две. Похер!       — Лейтенант, у нас нападение, — Коннор бы не пришёл сюда, честно, после произошедшего бунта, наплыва девиантов, андроид сам стал более человечным. Он прекрасно знал, какой сегодня день и совсем не собирался портить мужчине памятную дату. Но произошедшая ситуация слишком сильно касалась Андресона, так что сам шеф приказал брюнету найти Хэнка и привезти его в больницу в любом состоянии. Так что он обзванивал всех знакомых и сразу выехал, как только узнал адрес бара.       — У меня выходной. Или без меня совсем никто не справляется? Я не в том состоянии, Коннор, приду послезавтра, — мужчина, усевшись с трудом на барный стул, подавил очередной подступающий ком, но всё же взял стакан с алкоголем, но не успел даже приблизить его, как андроид продолжил.       — Покушение было на Вашу бывшую жену, тяжёлые увечья. Она в больнице на ИВЛ. Шеф приказал отыскать Вас, — робот двинулся вперёд и чуть присел, дабы не дать вскочившему со стула лейтенанту упасть.       — Коннор, ублюдок, — мужчина с силой схватил брюнета за ворот, подтягиваясь выше, и злобно посмотрел в чужие глаза. — Это самое отвратительное, что могла придумать твоя железная голова, чтобы вытянуть меня из этого бара.       — Мне жаль, — люди вокруг, сразу же обратившие на них внимание, начали тихо перешёптываться. Хэнк же не слышал ничего, кроме «мне жаль», отдававшегося в голове набатом, похлеще, чем в Бухенвальде. Он всем своим нутром почувствовал, как алкоголь испаряется из его организма, будто по волшебству, оставляя лишь страх и ненависть к существу, которое посмело сделать такое с ней.       — Отвези меня к ней, сейчас же, — Коннор лишь кивнул и, бросив деньги бармену, потащил на себе тяжёлое пьяное тело. Пусть сознание у него начало отпускать, тело отказывалось подчиняться, но это временно. И андроид, и лейтенант прекрасно это понимали, стоило лишь подождать немного.       Когда они приехали к больнице, Хэнку, действительно, было лучше. Не на много. Но ходил он сам, практически ровно. Оказавшись перед железными дверьми, ведущими в реанимацию, мужчина тяжело выдохнул прежде, чем осмелился нажать на кнопку вызова персонала. Он всё ещё рассчитывал, что Коннор солгал ему, но в душе прекрасно понимал, что именно его бывшая жена лежит в боксе.       — Я не имею права впустить Вас, Вы пьяны, — Хэнк осмотрел вышедшего мужчину, который явно был главврачом и чуть ли не прорычал, демонстрируя удостоверение сотрудника полиции:       — Я полностью трезв. Это дезинфекция ротовой полости 96% спиртом. Стоматологи так часто делают. А теперь живо пусти меня, пока ты не оказался на кушетке рядом с Элизабет Андерсон, — его будто по сердцу полоснуло после собственных слов. Они даже не развелись, так что, если она не поменяла паспорт до сих пор носила его фамилию. Засунув в карманы белоснежного халата, который ему выдали, как и всем посещающим, Хэнк прошмыгнул в реанимационное отделение, не дожидаясь ответа врача, и направился в бокс. Элизабет всё так же прекрасна, несмотря на вставленные ей в рот трубки, капельницы, кровавое пятно в районе живота, которое увеличивалось. Хотя ему, наверное, показалось. Медсестры, которые кружились вокруг неё, меряли температуру, давление, брали кровь на анализ, заметили бы увеличение кровопотери, приняли бы меры. Наверное.       — Вооруженное нападение, — мужчина вздрогнул, когда рядом с ним будто из пустоты возник доктор всматривающийся, как поднимается и опускается грудная клетка за счёт поступающего с помощью ИВЛ кислорода. — Возле Мичиган Драйв, 115. Соседи говорят, она просидела на крыльце этого дома не меньше трёх часов с каким-то пакетом в руках, стучала в дверь. Следствие пришло к выводу, что она пришла мирится к бывшему мужу. Когда уходить собиралась, на неё напали. Не смогла убежать. В пакете нашли разбитую бутылку из-под дорогого Хеннесси.       Хэнк старался не покупать коньяк сам. Не потому что не умел выбирать марку. Потому что только Элизабет придавала коньяку изысканность.
Реклама: