Дождь как показатель

Слышу голоса, один из них Наруто и незнакомый женский, вероятно медработник. Говорят негромко, но обрывки фраз долетают, ясно, что обо мне. Медсестра даёт наставления Наруто в уходе, будто я инвалид какой-то. Не нужно мне ничего. Я не открываю глаз, не хочу выдавать своё присутствие, пока не чувствую пристальный взгляд на себе. Ясно, не хочет будить, но и вставать пора. После недолгих сборов и выписки, едем ко мне домой, Наруто не отстаёт и похоже собирается всё время оставшегося отпуска торчать со мной. Жесть. А может и не так плохо, будет как раньше, когда он был один. Будем только я и он… Опять обманываю себя! Никогда не будет только я и он. Всегда будет ещё кто-то… Я открыл входную дверь, и только сейчас вспомнил о разбросанной по квартире мокрой одежде. Она так и валяется на полу, а рядом с вешалкой стоит чемодан Наруто. Перед глазами возникла картина, как он долго трезвонил в дверь, может стучал, звонил на мобильник, а потом открыл своим ключом, лежащим у него на всякий случай… Вот и наступил этот случай. Он проходит в комнату и видит меня… Жуткое зрелище. Меня передёрнуло от такого образа. И можно только догадываться какие страшные мгновения он пережил. Собрав всю одежду, закинул её в таз в ванной, потом надо постирать. Или не надо? Я так и не решил, что делать дальше. Но пока Наруто меня «охраняет» ничего не выйдет. Я разделся и сел в ванную, включая кран и чувствуя приятное тепло воды, скользящей по плечу и руке вниз. Вода помогает расслабиться и теперь мне уже кажется, что не всё так плохо, он рядом, заботиться и переживает обо мне. И пока я могу видеть его, я доволен. В горячей воде тело расслабилось, и я провалился в приятную дрёму, из которой вырвал голос Наруто, зовущий меня. Сил отвечать нет. Но он настойчиво зовёт, а когда понял, что я в ванной, принялся стучать по двери и говорить: - Саске, у тебя всё нормально? - Ага. Ополоснувшись и накинув на влажные плечи полотенце, вышел из ванной. Наруто обнаружился на кухне, рассовывающий покупки по холодильнику и шкафам. При моём появлении он улыбнулся и сказал: - Я сейчас приготовлю, а ты пока иди в комнату, полежи. - Я не больной. Лежать не интересно, а вот наблюдать, как он суетиться на моей кухне ища посуду и другую кухонную утварь очень даже. Когда ещё для меня кто-то будет готовить. Вскоре передо мной появилась целая тарелка варёного риса без соли и специй, а сам Наруто ест с соевым соусом. Я покривился, а он сказал: - Ешь и не ворчи, сам виноват. А кто спорит, только я хотел совсем другого финала и никак не предполагал вот это. Наевшись, поставил греться чайник и посмотрел в окно, дождь всё идёт и ничего не изменилось, мир на месте, всё тот же дождь и та же никчёмная жизнь. Налив чай в две кружки и поставив их на стол, я снова сел на табуретку и пристально посмотрел на него. Интересно надолго его хватит? Наруто выдержал мой взгляд, а потом резко вскочил и куда-то унёсся. Вернулся с двумя бутылками в руках и, поставив их на стол, сказал: - Поскольку мы были на Гоа, купил там их лучший ром, думал, выпьем его с тобой, но раз такая ситуация… - Наливай. - Теме, ты с ума сошёл? – он снова сел, выкладывая из кармана на стол конверт, – тебе нужно восстановиться сначала. - Плевать, наливай, – серьёзно заявил я. - Нет, – также серьёзно ответил он, – тебя выписали под мою ответственность, и ты будешь делать, как скажу. - Отказываешь неуравновешенному больному на голову человеку? – я поднял брови и склонил голову, ожидая его реакции на свои слова. - Ты нормальный, – продолжил он нравоучительным тоном, – просто организм пока слаб и никакого алкоголя, – он убрал бутылки в шкаф и сел обратно, протягивая мне конверт. Я принял его с неохотой, получать подарки на «праздник», от которого я хотел умереть как-то странно… - Пилот? – в конверте оказались билеты на ближайший концерт рок-группы слушанной нами в молодости, хех. - Тебе нравились их песни. - У них хорошие тексты, философские с глубоким смыслом. - Твои стихи нисколько не хуже, и положенные на музыку очень хорошо звучат. - Да брось, это было просто развлечение по пьяни. - А вот и нет, – он поднял кружку над столом и чуть подумав, сказал, – человеку, захотевшему расстаться с жизнью, желать всяких благ очень глупо, поэтому могу сказать тебе только одно - живи. Живи Саске, есть люди, которым ты дорог и… Раз я тебе так дорог, почему не появлялся столько времени и почти не звонил, кроме как на праздники? Я знаю, есть тот, кто дороже и есть, кем занимать всё свободное время. Не говори мне больше ничего, Наруто, не говори, ты только растравляешь мне душу, замолчи, добе, молчи. Я наклонил голову вперёд, так длинная чёлка прекрасно скрывает мои глаза, не надо сейчас в них смотреть. Я стукнул своей кружкой о его, и быстро приложил её к губам, скрывая за ней свои эмоции, рвущиеся наружу. Он понял моё настроение и замолчал, не договорив фразу, тоже отпивая чай и потупив взгляд на стол, рассматривая незамысловатые узоры на старенькой скатерти. Молчаливая идиллия, хех, но помогло снова запихнуть эмоции глубоко внутрь, натянув маску равнодушия. Наруто же принялся мыть посуду, и чтобы разбавить эту гнетущую тишину сказал: - У тебя кран подтекает. - Угу. - Почему ты до сих пор ремонт не сделал? Ты же уже здесь лет семь живёшь? - Семь лет, два месяца и... – я взглянул на настенный рекламный календарь нашей фирмы, – двадцать дней. - Ого, какая точность, – он засмеялся, а потом, поняв, что это дата ровно через двадцать дней после гибели моей семьи, когда я быстро продал наш дом и купил первое, что попалось, добавил, – может пора что-то изменить? - Не для кого стараться. - Для себя. - Пф. Он отставил в сторону почти вытертую тарелку и, повесив полотенце на плечо, подошёл ко мне, присел на соседнюю табуретку, спросил: - Почему ты так не любишь себя, Саске? Не люблю себя? А может наоборот, так сильно люблю, что не могу больше мучить. А вещи, что ж вещи сегодня есть, завтра нет, что заморачиваться на них. Повисла в голове мысль, но озвучивать её жалкое зрелище, поэтому только пожал плечами и отвернулся, своими разговорами он только больше растравляет меня. Наруто положил мне руку на плечо и, выдержав не так долго, чтобы я успел скинуть, убрал сам и вернулся к посуде. - Спасибо, – поблагодарил я его, выходя из кухни, и направляясь в комнату. Что-то устал я, чёртов слабый организм, но, когда надо подвёл, сейчас бы уже не мучился. Лёг на диван и только закрыл глаза, услышал голос Наруто: - Ты звонил на работу? - Нет, – не открывая глаз ответил я. - Они, наверное, волнуются, что пропал, позвони, скажи, что на больничном. - Нет смысла. - У тебя что-то на работе случилось? – он сел рядом, – ты из-за… - Я, по-твоему, дурак совсем, убиваться из-за работы? – не дал ему сделать нелепое предположение, распахнул глаза и уставился на его настороженное выражение лица, – просто накосячил и теперь буду работать бесплатно, пока те не возместят убытки, – уже спокойнее добавил я. - И что? – теперь он завёлся, – Они не имеют права так делать! Что там за косяк такой? - Какая разница? - Надо их засудить! - Ты думаешь, я сам за себя постоять не могу? - Забудь уже это своё «я сам всё могу и мне никто не нужен», – передразнил он меня, – и позволь помочь, тем более я не бить их предлагаю, с этим ты и сам прекрасно справишься, а засудить за нарушение трудового законодательства. Я сел, сложив под себя ноги пока он произносил всю эту длинную речь. Мне всё равно, может и не будет меня скоро, зачем судиться? Но он не может, это его натура, поиск справедливости и помощь людям. Может за это я и люблю его. Пусть делает, что хочет. - Ладно. - Вот и отлично, когда там у вас оплата? - В конце месяца. - Ага, тогда подождём, когда не выплатят, и ещё дай мне все документы, может ещё, что найду. Я указал рукой на ящик тумбочки где у меня хранятся разные документы. Он полез туда и ужаснулся беспорядку, да я просто пихаю всё туда не разбирая. Наруто вытряхнул содержимое ящика на пол и, устроившись там же, принялся разглядывать бумаги, попутно сортируя их на какие-то стопки. Интересно наблюдать за ним, такой сосредоточенный и серьёзный, он профессионал своего дела, и не скажешь, что такой придурок, хех. Разложив бумаги обратно, он посмотрел на меня и спросил: - Трудовой договор есть, хорошо, а вот расчётных листков не вижу, тебе их не выдают? Я пожал плечами. - Ага, а в отпуск, когда ходил в последний раз? - Не помню, – я лёг на спину, подложив руку по голову и смотря в потолок. - Если ты ещё скажешь, что зарплату раз в месяц выдают, нагнём мы твоего начальника. - Ага, – не отрывая взгляда от потолка, отозвался я. - Отлично! – он подскочил и сел на диван рядом, заглядывая мне в лицо, – что-то ты совсем загрустил. - Конечно, ни умереть, ни выпить не даёшь. - У тебя других развлечений нет что ли? - Неа. - Не ври, – он вскочил и в два шага оказался у шкафа, достав оттуда гитару, уселся на краешек рядом стоящего стула, заваленного разным хламом. Он играет простенькую мелодию и поёт мои тексты, старые, ещё не такие мрачные. Старое развлечение от нечего делать. Хотя голос у него красивый. Но слишком много воспоминаний… - Прекрати. - А что? – он остановился и посмотрел на меня, – тебе же нравилось раньше. - А теперь нет. - И что изменилось? - Всё, – я повернулся на бок, лицом к спинке дивана, не желая продолжать разговор. - Ладно, давай другое. Он снова заиграл и запел, но теперь что-то более весёлое. Умеет же он поднять настроение. Я улыбнулся. Но Наруто это видеть не обязательно. Через некоторое время я задремал, чёртов слабый организм и последнее, что помню, как тёплый плед накрыл мои плечи.