Пузико Ким Тэхёна

Тэхёну порой кажется, что Чон Чонгук подрабатывает гребаным ниндзей на полставки. Пока вся группа мирно отсыпается после бесконечных выступлений, съемок и записей, макнэ тихонечко выпрыгивает под покровом ночи в окно и несется легким ветром по крышам навстречу горизонту, размахивая оранжевыми нунчаками, как у Микеланджело из фильма. Чонгук умело подлавливает Кима, когда тот остается на кухне или в общей комнате один, специально пересаживается в машине поближе, на всех последних выступлениях незаметно оказывается рядом, ненавязчиво мелькая перед глазами, во время перерывов на репетициях неизменно вьется рядом и по несколько раз предлагает принести попить водички. Чонгук даже один раз в душ к Тэхёну каким-то неведомым образом просочился, хотя дверь была закрыта, не иначе – через замочную скважину. Хорошо что Тэ просто макияж смывал, а то сбежать было бы довольно трудно. Ким последнюю неделю только и делает, что сбегает от макнэ. Находит разнообразные нелепые отмазки вроде «я утюг забыл включить» или «слишком темно, я тебя не слышу», несет какую угодно чушь, лишь бы только избежать настойчивой просьбы Чонгука. Обиднее всего то, что хёны не верят в коварного макнэ. В их глазах он навсегда останется невинным ребенком с кроткой улыбкой, их застенчивым малышом, любящим банановое молочко. Поэтому старшие просто отмахиваются, смотря на Тэ, как на привычного, немного сумасшедшего пришельца со своими причудами. Ну, захотелось парню внимание к себе привлечь, с кем не бывает... Простим маленький грешок да пойдем по своим делам. Так Ким Тэхён и остался совершенно один в целой квартире. Кто в студии новые шедевры творит, кто хорягу подтянуть ушел, кто просто прогуляться отправился – единственный выходной ведь за последний месяц, наверное. Надо наслаждаться каждой свободной секундой. А Тэ вот уборкой решил заняться, хватит пылевую ферму на всех поверхностях разводить. Потом можно полсезона аниме досмотреть, заедая это все нелегальными вкусняшками, которые ему Хосок обещал притащить в обмен на погонять в приставку. Тэхён уже почти врубил любимую музыку на мобильнике, собираясь кайфовать по полной, но тут царящую тишину нарушил звон разбившейся посуды и очередь из английских матов. По голосу Ким понял, что Чонгук что-то кокнул на кухне. Старшие запрещали Чону материться на родном корейском, поэтому он стал ругаться на неразборчивом английском, чтобы не цеплялись лишний раз. Сердце в груди как-то резко забилось от осознания того, что Тэ дома не один, а вместе с потенциальным нарушителем его законного спокойствия. Мобильник был поспешно откинут на кровать. Парень ведь не хочет случайно прослушать приближающиеся шаги, правда? Минут десять-пятнадцать все было спокойно. Тэхён даже успокоился немного, начиная напевать себе под нос какую-то детскую песенку, что заела с утра в голове, едва он проснулся, и дрыгаться в такт медузкой с припадком эпилепсии. Но то было лишь затишье перед бурей. Костяшки пальцев коротко постучали в дверь, заставляя Кима с радужным пипидастром в руке замереть на месте. – Хён? – Чонгук заглянул в комнату и улыбнулся очаровательно, включая на максимум всю свою харизму, из-за которой каждый день тысячи представительниц противоположного пола ловили зрительные оргазмы. – Ты завтракать будешь? Тэхён кашлянул неловко, выпрямляясь и пряча нелепую метелку за спину. – Нет, спасибо, Куки. Я не хочу. Макнэ обиженно надул губы, становясь милым малышом. – Я старался, между прочим. – Ой, шесть раменов я и сам запарить могу. – отмахнулся Тэхён и продолжил сортировать свою коллекцию галстуков по цвету. Молитвы не трястись собственные руки настырно проигнорировали. – А кто тебе сказал, – неожиданно близко за спиной раздался голос Чонгука, – Что их шесть? Тэ обернулся, нос к носу сталкиваясь с пронзительным взглядом темных глаз, который не предвещал ничего хорошего. Упс. – Ммм, хён? – продолжал давить своей аурой макнэ, нависая грозовой свинцовой тучей. Ким отчаянно уговаривал себя не жмуриться и не пищать испуганно. Он же мужик! – Вообще-то, ты не угадал. – Чонгук лучезарно улыбнулся, вмиг делаясь мягким и пушистым, а Тэ облегченно выдохнул. Просто показалось. – Один рамен вчера схомячил Юнги-хён, а потом спер все на Чимина-хёна. Так что пять раменов. – он продемонстрировал растопыренную ладошку. – Ну, ты идешь, хён? – Нет. – отрезал Ким. – Я занят. Чонгук взглядом проследил за тем, как старший, нарочно не замечая чужого присутствия, принялся заправлять постельное на всегда разложенном диване. Он коротко облизнулся, уже придумав в голове план б. Опершись одним коленом на диван для удобства, Тэхён невозмутимо раскладывал подушки в одном ему известном порядке. Зеленую сюда, синюю по центру, а подушку в виде Таты гордо в уголок, чтоб никто не уволок. Теплые ладони неожиданно легли на живот, а к спине крепко прижались. Тэ словно током шандарахнуло, ноги резко ватными стали, подводя своего хозяина. Он плюхнулся на диван лицом прямо в идеально разглаженное покрывало в полоску и торопливо перевернулся на спину. – Чонгук, ты что творишь? Не смешно! Макнэ расплылся карамелькой при виде раскрасневшегося хёна, который грозно хмурил свои шедевральные брови и выглядел абсолютно недовольным. Но на то макнэ и прозвали «дьявольским», что он хитер и очень опасен. – Никуда не уходи. – бросил он, выбегая из комнаты. Тэ растерянно натянул тонкий капюшон на голову. Что происходит вообще? Чонгук вернулся с ободком в руках и водворил черные кошачьи ушки хёну на голову. – Каваиии~ ~ – пропищал он, быстренько фоткая такую домашнюю прелесть. – Чон Чонгук!! – Хён, хён, а дай на пресс посмотреть? – Опять ты со своими идиотскими замашками! – возмутился Тэхён, приподнимаясь на локте. Серьезно, он не может отделаться от этой дурацкой просьбы младшего вот уже целую неделю. Порядком поднадоело динамить макнэ, сердце ведь не стальное. Но тот все никак не может успокоиться. Настырная мелочь. Чон посмотрел в ответ неожиданно серьезным, даже расстроенным взглядом, словно ему сейчас сообщили, что Санты Клауса на самом деле – о ужас! – не существует... – А ты опять отказываешь. – протянул младший обиженно. – У тебя есть своя стиральная доска вместо пресса, зачем тебе на мой смотреть? – искренне продолжал недоумевать Ким. – Я просто не понимаю... Тем более, мне и хвастаться-то нечем. – махнул кистью он. – Сколько бы я не упражнялся, ничего там не появится... – и вздохнул тяжело. Больная тема все-таки. Мелкому вон всякий раз бешеные крики достаются, когда тот на сцене одежду задирает, даже если чуть-чуть. А Тэ только может завистливые слюни в сторонке пускать. – Хён, – окликнул Чонгук вновь оживленно, явно задумал что-то, – Мне нравится твое пузико. Я просто хочу, чтобы ты знал это. – Неужели? – Тэхён приподнял голову, саркастически вздергивая бровь. – Правда-правда. Чон так неподдельно честно кивал и улыбался, что Тэ невольно заколебался, подкупало все-таки, но задумчиво пожевав губу некоторое время, в итоге согласился: – Ладно, уговорил. Смотри. Чонгук даже рот приоткрыл от удивления. Так просто? Невероятно. А он неделю ходил хвостиком за хёнами, выспрашивая, кого когда дома не будет,чтобы Тэхёна выловить. Чуть с Джином не подрался за священное место рядом с хёном в машине. Рискуя получить выговор от Намджуна и менеджеров, скакал по сцене козликом около Кима, всячески привлекая к себе внимание. Предлагал хёну за водой сходить, а когда тот отказывался, все равно приходилось бегать, старшим ведь не откажешь... Столько трудностей на пути к навязчивой цели. А Тэхён просто взял и перечеркнул все усилия тремя словами. Впрочем, как обычно. Тэ подтянулся повыше, чтобы голову можно было уложить на низкую спинку дивана, и раскинул руки в стороны, покорно дожидаясь своей участи. Но макнэ, кажется, не понял, чего от него хотят. Так и продолжал молча залипать на Кима, которому даже неловко стало из-за столь пристального взгляда. – Чонгук, – позвал он, отворачиваясь, ведь чувствовал, как к щекам приливает кровь, – Давай двигайся уже. – ...Я? – Ну не я же! Это не шоу-стриптиз, вообще-то. – закусил губу Тэ. – Я бы посмотрел. – хихикнул младший, за что получил по голове, пока на четвереньках добирался до хёна, чтобы занять почетное вип-местечко в первом ряду. Тэхён немного обомлел, когда Чонгук бесцеремонно уселся чуть выше коленей, своими знаменитыми ляжками зажимая кимовские бедра. Выглядел парень донельзя самоуверенным и довольным. Тэ смущенно закрыл глаза сжатыми в кулаки руками. Все, теперь ему точно некуда отступать. Чон, прекрасно видя чужое волнение, легко огладил живот сквозь мягкую на ощупь ткань. Он продолжал перебирать пальцами до тех пор, пока хён под ним не расслабился, впоследствии и руки от лица убирая. Тэхёну нравился такой домашний и спокойный Чонгук, нравились его блестящие на утреннем солнце волосы, черной волной падавшие на глаза с подрагивающими ресницами, нравилась чуть оттопыренная сочная нижняя губа, по которой так и хотелось трункнуть пальцем. Сомкнув губы, чтобы ненароком не расхохотаться из-за собственных мыслей, Тэ опрометчиво допустил, что младший нравится ему любым. Только знать ему об этом необязательно. – Хён. – макнэ встретился с блестящим озорством взглядом, ясно говорившим о том, что все в полном порядке. Он спустился пальцами чуть ниже предполагаемого размещения пупка на теле старшего и, собрав мелкими складочками в руки подол длинной распахайки кофейно-бежевого цвета, в которой хён выглядел хрупко, хоть и ненамного уступал самому Чонгуку в плечистости, осторожно потянул вверх. Он готов поклясться, что на миг увидел сияние всех сокровищ мира. Тэхён снова почувствовал, как краснеет все лицо. Не привык он, чтобы на него самого слюни пускали. Хорошо хоть, не в прямом смысле, иначе точно не пережил бы. – Эй, эй, эй, – возмутился он, едва завидев, как макнэ уже потянулся своими загребущими ручками к святому. – Не трожь. – Музейный экспонат, что ли? Ухмыльнувшись, Чонгук бесстыже провел пальцами вниз, тут же чувствуя напрягшиеся мышцы под бархатной кожей. Тэ зажмурился, почти задыхаясь от возмущения. – Мы так не договаривались! – Мы вообще не договаривались, ты сам мне разрешил. – Просто посмотреть, а не лапать! – А я передумал, хён. Чонгук продолжал наглаживать теплую кожу, восторгаясь, как ребенок. Раз за разом очерчивал контур едва заметных кубиков и водил спирали вокруг пупка, осмелев, царапнул нежную кожу почти у самой резинки просторных штанов. Тэхён, зашипев, резко сел прямо. – Ты такой милый в этом ободке с кошачьими ушками. – Чон широко улыбнулся. – Даже со взглядом, мечущим молнии. – он улыбнулся еще шире, слыша фантомный треск, потому что хён покраснел даже кончиками ушей. Не сдержавшись, Чонгук набросился на старшего с объятиями, повалив на спину и крепко прижимая к себе. – Раздавишь... – Тэ захлопал ладонями по чужой спине и спустя мгновение макнэ отстранился, сияя глазами-омутами в паре сантиметров от лица Кима. – Хён, я хочу тебе кое-что сказать по секрету. – серьезно прошептал Чонгук. – И что же это? – сглотнув, тихо поинтересовался Тэ. Губы резко пересохли, а сердце вот-вот взлетит в небеса. – Я хочу тебе признаться... – младший забегал взглядом по маршруту «глаза хёна-губы хёна». – В чем, Куки? – Тэхён уловил кожей чужое дыхание. Неужели сейчас..? – Ты знаешь... – Чон прижался своим лбом к чужому. – Меня жутко бесит то, что у вас с Джином-хёном парные костюмы. Даже если я отказался покупать такой же, когда ты в первый раз предложил, это не значит, что нужно было бежать к другому. Тэ разочарованно нервно выдохнул. – Ты деньги зажопил, а я виноват, так получается, да? Железная логика. – Я не зажопил! – вскинулся Чонгук в ответ. – Просто костюмы же парные, а мы... – он вовремя осекся, проклиная свой длинный язык. Тэхён скрестил руки на груди. Вообще-то сидя это делать было неудобно, но он же должен выглядеть авторитетно, так что потерпит. – Глупенький Куки. Не знал, что костюмы не парные, а просто одинаковые, потому что при заказе так дешевле получалось... Макнэ завис на несколько минут, справляясь с внутренним хаосом пережитых эмоций. – Хён, – он поднял взгляд, – Я реально глупый, ты прав. Ты просто всегда говорил, что так рад тому, что я рядом с тобой... А потом взял и купил с Джином-хёном парные вещи. Я расценивал это как предательство. Тэхён рассмеялся и взъерошил темную копну волос на голове младшего. – Что еще ты себе напридумывал? – шутливо поинтересовался он. – Небось, что мы встречаемся? Младший мило покраснел, но уверенный взгляд не отвел. – Ага. А еще, что Джин-хён тебя в живот целует вместо меня. Дурак, да? У Тэ сердце, кажется, пару ударов пропустило. Он не ослышался только что? – Так ты все это время следы поцелуев, что ли, найти пытался? – догадался Ким. Чон кивнул в ответ, смотря как-то загнанно, словно его на месте преступления поймали. И Тэхён решительно улегся обратно на спину, поборов стеснение, самостоятельно приподнял край одежды. – По идее, ты бы все равно ничего не нашел, ну, если бы только хён засосов мне не понаставил... – лицо макнэ заметно потускнело, поэтому Ким продолжил поспешно. – Но ты можешь исполнить свою мечту. Просияв ярче Сириуса, Чонгук рухнул на Тэхёна, обнимая до треска в ребрах. – Хён, ты самый лучший на свете, я всегда это говорил. – Ты тоже. – Тэ зарылся пальцами в маячившие перед глазами темные волосы. – И я действительно рад, что ты у меня есть, Куки. Ты для меня всегда будешь важнее всех в моей жизни. – Тогда, хён... можно я сделаю фыр-фыр-фыр? – Можно. – не раздумывая согласился Тэхён. – А что это? Еда? – Нет~ – рассмеялся Чонгук, в очередной раз думая о том, что хён такой забавный. Он сполз ниже по старшему и, прижавшись губами к горячей коже на плоском животе, несколько раз фыркнул, отчего засмеялся уже Тэ, умоляя прекратить, потому что это слишком щекотно. Макнэ нехотя оторвался от своего занятия и пристроился подбородком чуть выше пупка, просунул ладони под чужую поясницу, разглядывая счастливого и слегка смущенного хёна. – Тогда... – Тэхён закусил губу. – Можно я тебе трунькну? – Эм... что? – прифигел Чонгук. Не рановато ли? – Ну, – протянул Ким, подтягивая под себя ноги и усаживаясь на колени, – Ты просто посиди спокойно, а я сам все сделаю. – Хён... – обеспокоенно заерзал Чон, но Тэ вскинул ладонь, призывая к тишине и спокойствию. – Окей, делай, что пожелаешь, я весь твой, ты же знаешь~ Тэхён закатил глаза на эти случайные из-за волнения рифмы. Чонгук такой Чонгук... Он придвинулся чуть ближе и под пристальным взглядом макнэ осторожно поднес руку к его чуть приоткрытым губам, отчего парень нахмурился. Хихикнув, Тэ резко провел пальцем вниз по чужой нижней губе. Получился смешной звук, из-за которого Ким свалился в приступе слезоточивого истеричного хохота, а Чонгук покраснел до пятен на шее. Хён катался по всему дивану, не желая утихать, пытался сказать что-то о милых бэйбиках, еще и по давним комплексам Чона проехавшись, в общем, вел себя просто ужасно. Поэтому дьявольский макнэ вновь активизировался. Он схватил Тэхёна в охапку и прижался к растянутым в улыбке губам, мягко целуя. Впрочем, губы старшего вмиг стали податливыми и напрашивающимися, совсем неожиданно страстными. Чон даже чужой нагло вторгшийся язык случайно прикусил от удивления. Мда, с этим котенком, мягким и стеснительным снаружи, но таким соблазнительным и до невозможного чувственным внутри, еще придется повозиться...