Прекрасные создания

В аэропорт мы ехали на машине с открытыми окнами. Январь, а во всегда дождливом Лондоне плюс семь. Пожалуй, мне будет этого не хватать. Как, впрочем, и кучи других вещей, от которых я отказывался, самовольно ссылая себя в ссылку на ближайшие полтора года. На полуострове Олимпик в северо-западной части штата притаился маленький городок под названием Форкс. Я могу с уверенностью сказать, что звание самого дождливого города США присвоено ему не просто так. Солнце здесь очень редкий гость, а небо постоянно затянуто тучами. Оттуда, из этого вездесущего и унылого сумрака мама сбежала, прихватив меня, когда мне было всего пару месяцев. Я не бывал там уже года три, в последний раз я взбунтовался, наотрез отказавшись проводить каникулы в этом мрачном городке, и все это время Энтони, мой отец, забирал меня на каникулы в Атланту или Нью-Джерси, где жил мой дедушка. И вот теперь я вновь возвращался в ненавистный город. Надо заметить, что и Лондон не отличался ярким солнышком, да и я привык за последние два года, сколько здесь живу, к постоянным туманам. Форкс, с его непрерывными дождями не должен сильно отличаться от привычного мне климата столицы Великобритании. Что ж, полтора года, это вовсе не так уж много, ведь так? А там уж какой-нибудь колледж во Флориде или не менее солнечном месте предложит мне стипендию. С такими мыслями и тяжелым сердцем я и покидал родные края, все так же продолжая увещевать маму, что именно этого я и хочу, и продолжая натянуто улыбаться. — Не передумал? Ох, Эдвард, ты ведь знаешь, тебе не обязательно уезжать, — в тысячный раз сказала она, глядя на меня большими ярко-зелеными глазами. Я лишь слабо улыбнулся, покачал головой и в последний раз крепко обнял ее, прежде чем пройти пост Управления транспортной безопасности. Глядя в эти родные глаза, я не смог поверить, что покидаю маму. Такую милую, любящую маму. О ней я мог уже не переживать, Джеб прекрасно позаботиться о ней, проследит, чтобы холодильник вовремя заполнялся едой, а бак в машине не пустовал. Да и я уже не маленький мальчик, хоть в этот момент больше всего хотел еще раз прижаться к матери и попросить ее не отправлять меня к отцу. Глупые мысли пришлось выбросить из головы. Мама заслуживает счастья, а на данный момент ее счастье рядом с Джебом. Нам очень часто говорят, что мы похожи, хотя я совершенно так не считал. Нас объединяло одно — глаза, довольно большие и зеленые. В остальном я отличался от нее: непослушные рыжеватые волосы, которые практически не поддавались расческе, прямой, с горбинкой нос, выделяющиеся скулы. Наверное, кто-то считал это привлекательным. — Не волнуйся, мам. Все будет хорошо, — твердил я. Видимо, оно решила сдаться. — Передавай привет Энтони. — Обязательно передам. Она шагнула ко мне и еще раз крепко обняла, потом я прошел через металлоискатель, и она уехала. Я остался один на один со своими тревожными мыслями на ближайшие четыре часа. Три часа лету от Финика до Сиэтла, час — до Порт-Анджелеса, и ее час езды на машине до Форкса в компании Энтони. О чем с ним буду говорить, я не знал. Ни его, ни меня болтливым не назовешь, в этом я, пожалуй, пошел в отца. Для всех в Форксе Энтони Мейсон — удачливый адвокат, мастер своего дела. Я, как и многие жители дождливого городка, не понимал, почему он решил остаться здесь. С его деловой хваткой он бы достиг больших успехов в своем деле, проживая в более крупном городе, да в том же Сиэтле, например. Что его держит в Форксе для меня оставалось загадкой. — Рад видеть тебя, Эд, — отец, высокий, такой же рыжеволосый, как и я, встретил меня в аэропорту. Он приветливо обнял меня, мило улыбаясь. В этот миг мое заключение в маленьком заштатном городке показалось мне не таким уж ужасным. Я действительно скучал по отцу. — А ты почти не изменился! Как Элизабет? — Привет, пап, — я улыбался, забирая свой багаж, — У мамы все хорошо, дела в туристическом агентстве идут неплохо. Она передавала тебе привет. Отец посмеялся, мы вдвоем взяли мой немногочисленный багаж и понесли его к машине, переговариваясь о незначительных вещах вроде погоды и делах в его адвокатской конторе. Насколько я знал, в Форксе практически никогда не случалось ничего из ряда вон выходящего, поэтому клиенты отца были в основном из ближайших городов. Энтони смеясь похвастался, что слухи о отличном адвокате из маленького городка дошли до Сиэтла, что означало, что в ближайшее время заказов прибавится. Я искренне порадовался за отца. Может я зря так драматизировал по поводу переезда в Форкс? Почти всю дорогу до города мы молчали. Тишина не была тягостной, что радовало и меня, и отца. Слушая песни любимой группы в наушниках, я глядел в окно, рассматривая проносящийся пейзаж. За окном мелькали мшистые стволы деревьев, приветливо качались большие темно-зеленые папоротники, даже асфальт показался мне каким-то зеленоватым. Почему-то это совсем меня не удивило. Зеленый так зеленый. Вскоре смотреть в эти «разнообразные» пейзажи мне надоело. Все-таки мне его долго еще предстоит наблюдать. Я откинулся на сиденье и прикрыл глаза, полностью отдаваясь во власть музыки. Форкс встретил нас слабо моросящим дождем. Ну, здравствуй, родной город, ты совсем не изменился!