Что-то пошло не так...

Как я зашла в логово этой странной дамы, так и не вышла. Мало что реально могло меня зацепить с момента пребывания в больнице, но над какими-то по истине эстетичными вещами я иногда застывала, словно ледышка, отличаясь от той разве что слишком бурными эмоциями. Один роскошный вид из окна чего стоил! Отсюда можно было вечно следить за течением жизни, совершенно не вмешиваясь в её порядок: люди умиротворённо сидели на лавочках у детских площадок, перекусывали чем-то калорийным на ходу, старики задумчиво кормили голубей, а где-то далеко, за высокими постройками и небоскрёбами, даже виднелись части проезжающего мимо поезда. И во мне, понятное дело, поселилась надежда когда-нибудь невзначай забрести на последний этаж, дабы рассмотреть все красоты города, причём, желательно когда короткий день сменится закатом, и многочисленные огни зажгутся в каждом доме. Свободное же пространство кабинета было преимущественно заставлено всякой тёмной мебелью: левый дальний угол смело можно назвать зоной отдыха, так как там располагались развлекательные атрибуты, вроде журналов, книжек эпохи Ренессанса, двух подвесных кресел-яиц, на одном из которых небрежно валялся миндального цвета шерстяной плед, и простой чёрный кожаный диванчик с декоративными подушками; а справа, наоборот, не сыскать ничего лишнего и мешающего - всё для работы. Тишину прервала внезапная классическая мелодия скрипки, что исходила со стола - на чужой невольно оставленный белый смартфон звонил неизвестный номер, который затем быстро сменился уведомлением о сообщении: "Мне предложили другое место, прошу прощения". Непонятная формулировка без какой-либо конкретики. Интерес к адресату быстро иссяк в отличие от включённого компьютера со сканами бумажек - документы некоего Евгения Плющенко. Тот самый, с которым меня чуть ранее спутали. Надо же, мой "конкурент" оказался никем иным как приятной наружности мужчиной сорока лет, а ниже предоставлялся его телефон, который точно совпадал с цифрами недавно звонящего. В голове постепенно складывался пазл из происходящих событий. Буквально через пару секунд все его кусочки встали на свои места: отбрасывая неинтересные детали, выходило, что тёзка отказался работать здесь, сам того не зная, случайно открыв мне путь к своему месту. Но что если эту - я была права, и сложное нерусское имя сразу же вылетело из памяти - не устроило бы моё прошлое? Я взаправду понимала, что никто не захотел бы иметь дело с психом, по-другому и не сказать, состояние которого в любой момент могло ухудшиться, выйти за грани приемлемого обществом, и ответственность за это обязана была взять компания, но... Яркий экран монитора манил к себе, подозрительно знакомым шёпотом подсказывая мне одно из доступных и верных - или всё-таки нет? - решений, и будто ангел и демон сидели на моих плечах по обе стороны разума, как это обычно бывало в мультфильмах, где герою предстояло выбрать меж двух огней. "Сделай это!" или "Не надо! Оно того не стоит." Я машинально крепко зажмурила глаза, но, что не удивительно, ничего не изменилось, а дикие вымышленные внутренние голоса стали лишь громче и настойчивее: "Делай. Нет. Дерзай. Давай! Прекрати! Не слушай. Начинай, она скоро вернётся!" Хватит. Я торопливо нашла в сумочке USB-накопитель, наощупь дрожащими пальцами подключила свою флешку к ноутбуку и перенесла нужные файлы, заменив ими прежние, а сообщение с гаджета начальницы бесследно исчезло, так что восстановить его могли бы разве что спецслужбы. Да. Это казалось правильным. По крайней мере, теперь в мыслях не наблюдалось ничего, кроме невозмутимого штиля. Подобные меры ради своего психического состояния давно стали нормой. Начинать работу со лжи о своей же личности - нехорошо. Даже незаконно и уголовно наказуемо. Но мне нужна была эта работа, а такое стечение обстоятельств мне только на руку. Внезапно скрипнувшая дверь заставила меня малодушно подпрыгнуть на месте, в то время как видная блондинка, оставив верхнюю одежду на крючке напольной вешалки - которая, кстати, абсолютно не вписывалась в общий интерьер за счёт плавности своих линий на фоне угловатой мебели - у входа, медленно проследовала по направлению ко мне. Наверное, со стороны это выглядело, точно бы дикий зверь загнал трусливую добычу в ловушку, и подобная ассоциация заставила меня нервно сглотнуть, испуганно моргая. Она стопроцентно слышала моё учащённое дыхание в тот момент, когда между нами осталось около метра, который, слава богу, как раз занимал этот грёбаный письменный стол. Именно на него она и присела, со зловещей ухмылкой изучая мою реакцию. Она будто бы знала, чем я занималась здесь две минуты назад, и... По всему офису были разбросаны камеры видеонаблюдения; неужели... Я стремительно осмотрелась вокруг, но ни одной подобной не нашла, что не могло не порадовать и успокоить. — Евгения, значит... - она чуть протянула моё имя, закусив нижнюю губу. В целом, выглядела она...необычно: бальзаковский возраст, светлые, почти что белые волосы, вероятно, крашеные, так как у самых корней виднелись скорее русые; минимум косметики, да и одета уж точно не по-деловому - в джинсы-клёш и простой тёплый пуловер. На тонкой изящной шее висел большой серебряный крест, помимо которого из украшений были только кольца - по одному на каждую руку и оба на средних пальцах. Не замужем? Вдова? Она театрально тяжко вздохнула и хлопнула ладонями по бёдрам, подскакивая на ноги: — Может, кофе принести? Или чаю? Зелёный, чёрный, пуэр? — В...смысле? - говорила она на полном серьёзе, но что-то в её поведении выбивало меня из колеи: то ли несостыковка характера со званием, то ли игривость и, наперекор ей, достаточно суровый вид. Высокий рост - думалось, примерно под метр восемьдесят, может, меньше, если не брать в расчёт совсем маленький каблук на полусапожках - знатно так оправдывал худощавое телосложение; плюс острые черты лица, немного ожесточённые, давали понять, что человек сложный, нетривиальный. Она не вселяла доверия, наоборот, глядя на неё, хотелось убежать куда-нибудь, спрятаться, по-детски свернуться в позу эмбриона. И это поражало! Ну как, как она, неприметная, обыкновенная, ничем не примечательная тётенька производила подобное впечатление? Её движения, пусть даже она неумышленно поправляла причёску или касалась ключиц, были чётко вычисленными, каждая эмоция выверена, а последствия фраз учтены ещё до их высказывания. — Начальству надо угождать. А тот, кто сидит за столом начальника - является им. Логично, не правда ли? - мы смотрели друг на друга с вечность: она терпеливо, но с явным довольством, выжидала, а я полностью обескуражена её словами. Наконец, когда до меня дошло, что я занимала её место, мои щеки всяко явили этому миру новый, самый насыщенный оттенок красного. Я мигом поднялась со стула, потупив взгляд, когда со стороны Этери - её же так звали, да? - послышался задорный хриплый смешок. Ребяческий, беспечный. Почему её веселили мои проколы? Почему она не кричала, а ставила меня на место какими-то несуразными способами? Истинная загадка. — Так вот. Будем честны, я даже не читала резюме, - женщина снова хихикнула себе под нос, лениво открывая один из ящиков своего стола, а через секунду достала из него новую упаковку влажных салфеток и протянула мне, продолжив: — И если поправишь свой макияж, то можешь начинать прямо сегодня. Узнаешь у Алинки - это такая миленькая девчушка где-то твоего возраста - что делать и как начать, и вперёд! - я вспомнила об утренней попытке нарисовать ровные стрелки, которые сейчас снова выставляли меня полной идиоткой перед боссом, и опустила пунцовое мордашку в ладони, тем самым пытаясь скрыть смущение. Первый день и такой позор. Оставалось лишь надеяться, что подделка документов в дальнейшем не раскроется. И всё же, пусть от знакомства остались смешанные чувства, Этери оказалась довольно приятной личностью. То есть, да, я её не знала, я не считала её хорошим человеком, ведь таких для меня априори не существовало, однако...она была чуть лучше других, совсем на толику. Например, чем её заместитель, которая сначала ненароком врезалась в меня на повороте, облив чем-то горячим, а потом ещё и нагло обвинила в том, что я шарилась в кабинете шефа, пока та отходила. Я даже не нашлась, что ответить на подобное заявление, потому что все мои сумбурные мысли были о том, как бы не сорваться и не пуститься во все тяжкие. Спасибо Загитовой, что вовремя вторглась в нашу разборку и тем самым стала ангелом-хранителем: уберегла Липницкую от побоев, а меня от повторного заключения, только уже в заведении иного типа. Эта высокомерная девушка бесила, она пыталась докопаться до каждого, кто попадётся ей по дороге, и, по рассказам очевидцев, не найдя себе новую жертву, даже цеплялась к моей малявке, что по совести выполняла все данные ей поручения и изредка в свободное время помогала другим членам дружного коллектива. Это задело меня больше всего: я считала, что как минимум низко срываться на самом слабом. По воле случая мне досталось место рядом с бывшей подругой, чему я была несказанно рада, ведь не пришлось бы узнавать тонкости работы секретарём самой, а достаточно было всего лишь спросить. Да и защитить Алину я могла. За первый рабочий день я узнала, что Этери Георгиевна Тутберидзе - важная персона, с которой шутки плохи; глава компании «Хрусталь», где насчитывалось около сотни тружеников. Сама она любила зелёный чай, обязательно с долькой кислого лимона, и нередко тешилась, гоняла нас туда-сюда, потому что, по её словам, холодный чай не приносил никакого морального удовольствия, но выпить его сразу же она не могла, ибо не смела отвлекаться от поставленных задач. А вот кофе считалось для неё табу по непонятным никому причинам. Эти и другие «интересные» факты наиболее часто упоминались в разговорах коллег, так что я быстро осознала: болтовня о чисто женском вскоре станет для меня ежедневным радио, потому как третий уж несколько лет назад прозвали «Этаж шести стерв», а учитывая прибавление в виде меня, теперь и семи оных. Придётся привыкать...