Босс 155

Веларея автор
Кукся бета
Реклама:
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Bangtan Boys (BTS)

Пэйринг и персонажи:
Ким Тэхён/Чон Чонгук, Пак Чимин
Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Миди, написано 32 страницы, 8 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU Дружба Первый раз Повседневность Романтика

Награды от читателей:
 
Описание:
Для того, чтобы помочь своей семье выбраться из долгов, Чонгук устраивается работать в одну из самых популярных фирм, где его начальником является сам гроза всего финансового рынка- Ким Тэхён.
Что же случится с ними? Какими будут их отношения?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Потрясающий арт от моей читательницы:
https://pp.userapi.com/c847017/v847017267/14a8a2/FtwqQ0chlVg.jpg
Ещё один потрясный артик:
https://pp.userapi.com/c846419/v846419400/1733af/Kaex0q0RjQw.jpg

15.02.19 +100 (ей)))

Часть 2

8 декабря 2018, 22:19

***

      На следующий день Чонгук проснулся в смешанных чувствах. После того случая в архиве он ничего не помнил. Как он извинился перед директором и извинился ли вообще? Так, а вот это уже повод призадуматься, всё-таки есть два варианта событий. Либо Чон подорвался и сбежал, либо Чон подорвался и извинился, а потом сбежал. А что, если не извинился? Это пипец, товарищи. Прощай, карьера, ты даже не успела начаться. Так, надо думать как исправить положение дел, а совет, естественно, даст самый мудрый член семьи — отец. Поднявшись с кровати и приведя тело, но не мысли, в относительный порядок, Чонгук пошаркал в комнату родителей, цокая своим мыслям о том, что он вроде взрослый, а живёт с родителями. Отца на месте не оказалось. Решив пока не мучать свою голову лишними мыслями, Гук решил спросить у матери, куда это делся отец семейства в такой ранний час. Она уже вовсю хлопотала на кухне, что-то нарезая, варя, пока на сковороде что-то с шипением жарилось. Завтрак Гука скромно стоял на столе. — Мам, у нас будут гости? — спрашивает Чон, приподнимая бровь и усаживаясь за стол, беря палочки для риса в руки и приступая к завтраку. — Да, Чонгук, к отцу придут важные люди, от которых будет зависеть наш скромный бизнес, но если всё пройдёт гладко, нам можно будет ожидать высот, — говорит нервно женщина, помешивая креветки, а после переключаясь на другое блюдо. — Вот как? Здорово. Я так понимаю, что мне лучше домой не возвращаться сегодня? — спрашивает Чон, цепляя кусочек бекона, замотанный в жаренное яйцо и отправляя его в рот, удовлетворённо мыча и запивая соком. — Именно. Переночуй у друга какого-нибудь сегодня, ладно? — просит мать Чона, добавляя соли в мясо. — Ладно. Ну, спасибо за завтрак, было безумно вкусно. Пока, мам, — Чон поднимается и обнимает мать, та теребит его за щёки и желает удачи, а после Гук убегает на работу.

***

      Первые мысли Гука, когда он вошёл в свой офис: «Почему так шумно?» Везде и всюду бегали сотрудники, с которыми, к сожалению, Гук ещё не успел познакомиться. Вдруг он почувствовал сильную боль в плече и упал на колени, пока листы бумаг, что были в его руках, разлетались по полу. Чон поднимает недоумённый взгляд оленьих глаз на того, кто его толкнул. Над ним возвышался и с презрением в лице смотрел на Чона довольно странный мужчина. Лицо его было в морщинах, что говорило о старом возрасте, одет на нём был строгий костюм тройка, залысина, губы сжаты в недовольстве. — Неуклюжий мальчишка, смотри, куда идёшь, — говорит грубо мужчина, поправляя воротник рубашки, — не люблю таких сотрудников, — хмыкает он, и, задрав нос, уходит с ещё несколькими мужчинами. Чон выдыхает и начинает собирать бумаги, складывая их в стопочку. И что это только что было? Кто этот мужчина? И почему он вёл себя словно здесь хозяин он? Странно. Чон поправляет круглые очки на носу, подравнивает немного помятые листы документов, а после поднимается и идёт в нужном ему направлении. Все присутствующие продолжают молчать. — «Всё же как-то непривычно работать в тишине», — думал Гук, втянув голову в плечи и усаживаясь за свой стол. На почте уже было три документа на проверку и письмо от директора Кима. Тяжело выдыхая и прикрывая ненадолго глаза, Чон приступает к работе. На самом деле, Гук не понимает, почему таких неучей берут на работу, так как ошибки наиглупейшие. К слову, Чонгук забыл про письмо Кима, о котором вспомнил только во время обеда. Зайдя на почту и открыв письмо, Чонгук приступил к чтению.

«Чон Чонгук, хочу предупредить тебя о том, что мне нужно будет встретиться завтра с коллегами на одной закрытой вечеринке, но я еду не для развлечения, а для делового разговора, и мне нужен будешь ты. Так что будь готов к встрече. Зайди ко мне после работы в кабинет, чтобы обсудить детали.»

Чон выдыхает и, подняв очки, трёт переносицу. День всё веселее и веселее. Но почему-то не радостнее. После обеда Чон распечатывает нужные бумаги и идёт к директору Киму. Постучав в дверь и получив разрешение войти, Гук заходит в кабинет. — Директор Ким, я распечатал нужные бумаги. А так же зашёл поговорить насчёт письма, которое вы мне прислали, я бы… — недоговаривает свою мысль Чон, как его перебивают. — Да, я уверен в своём выборе, так что это не обговаривается, и ты поедешь со мной, а за бумаги спасибо, — вот так вот легко и просто Ким, даже не дослушав Чона, ответил на его вопрос. У директора Кима есть особая сила читать чужие мысли? Это, если честно, пугает, — завтра, как я уже и сказал, в восемь вечера. Будь готов. — Хорошо, а что мне надеть? — смерившись с первым, спросил Гук о дресс-коде. — Будет достаточно, если ты наденешь обычный костюм-тройку, — говорит Ким, осматривая Гука с ног до головы. Ким понял, что говорить им больше не о чем и жестом показал, мол, ты свободен. Чонгук поклонился и поспешил к двери, выходя и кидая взгляд на часы, которые показывали половину третьего. У него в запасе ещё целых двадцать четыре часа, спустя которые наступит конец света. Оставшаяся работа проходит в подозрительной тишине, которую вот-вот нарушат, положив руку на плечо Чона и прошептав холодно: «Ну что? Супостат проклятый, не ждал? А я здесь» и посмеются гаденько. Помотав головой, Чон сосредотачивается на документах, отчётах бухгалтерии, там и тут исправляя всё красной пастой, а после собирается домой, аккуратно складывая бумаги и договора на место. Открыв дверь, Чон сталкивается с тем мужчиной, что толкнул его сегодня. Тот смотрит гаденько, оценивающе и, хмыкнув, разворачивается на пятках и уходит, так ничего и не сказав. Гук смотрит ему вслед и пожимает плечами, мол, ну и ладно, а после закрывает кабинет и идёт на выход. На самом деле, Чону немного неуютно и жутко. Тот мужчина ему незнаком, но уже не нравится, он излучает чувство мнимого превосходства и самолюбия, постоянно будто бы собираясь сказать: «На колени.» От него веет высокомерием и желанием править. Если описывать всё, что о нём думает Чонгук, то это просто Утка. Надутая такая, как их прошлый преподаватель по пиару, что был родом из Тайваня. Поэтому всегда, когда кто-то не мог ответить и он злился, то восклицал своё любимое: — Что за утка?! И все были в святом неведении, пока к ним на поток не перевёлся такой же тайванец. И именно он рассказал всем, что это выражение переводится как «Что за нахуй?» Чонгук, задумавшись о нелёгких буднях бедного студента, выходит из здания и идёт домой, пиная камушки и вздыхая от усталости. День был весьма насыщенным. А он ведь всего лишь второй по счету. Идя, он думал о том, что мама завалит вопросами, а отец начнёт давать советы. Он остановился. Ах, да, сегодня домой нельзя, а идти-то не к кому. Чон выдохнул и грустно поплелся в неизвестном ему направлении. Только вот не успевает он и моргнуть, как врезается во что-то низенькое и пищащее. — Чёрт, смотри куда идёшь и вообще… Ой, Гуки, это ты? — заулыбался Пак, как только увидел Чона, — что-то случилось? Ты какой-то понурый, — заволновался Чим, — Тэхён обижает? — Прости, хён. Нет, ничего, всё в порядке, правда, — неловко заулыбался Чон и уже хотел уйти, как Пак стальной хваткой схватил его за руку и так мило и хитро улыбнулся, кажется, кроша последние целые кости Гука, что юноша понял, что лучше с Паком не спорить, — ну, у родителей сегодня гости. Мне сказали переночевать сегодня у друга, вот только у меня… — У тебя нет друзей. Я понял, ну, что же, можешь переночевать сегодня у меня, — улыбнулся Чим и, кажется, расслабил свою хватку, спасая кости Гука.

…нет друзей.

Кажется, кроме господина Кима есть ещё люди, что читают мои мысли, или я настолько прост, что моё лицо выдаёт меня с потрохами. — Ой, мне неловко перед тобой, да и… — Чон не договаривает, как Пак хватает его за руку и тащит за собой. Чон удивляется настойчивости Пака, поэтому сейчас где-то в астрале и молча следует за Чимином. Минут через двадцать они уже подходят к дому Пака и поднимаются по лестнице, кажется, на третий этаж. Чим открывает дверь квартиры и впускает Гука. — Вот, проходи, чувствуй себя как дома, — улыбается Чим, закрывая дверь и снимая обувь. — Ну, простите за вторжение, — говорит Чон проходя в квартиру и снимая обувь, а также верхнюю одежду, следуя примеру уже раздетого Пака и вешая её на плечики в шкаф. Они прошли в просторную гостиную и Чим вдруг побежал, хватая с мягкого на вид дивана пару рубашек и пряча за спиной. — Прости, не прибрано. Интерьер в квартире Пака весьма уютный и домашний. Присутствуют кофейные и бежевые тона, мебель мягкая. Сразу видно, что дизайнерская; обставлено всё уютно, не слишком дорого на вид, но и не слишком дешево. Было немного неприбрано, даже из-за тех же рубашек, но и этот беспорядок казался каким-то творческим. — Я поставлю чайник и приготовлю поесть, а ты пока сходи в душ, хорошо? — спрашивает Пак, пугая резким появлением перед носом Чона. — А… да, конечно, вот только у меня нет сменного белья, — неловко чешет затылок Чон. — Не беда, у меня всегда лежит в шкафу на всякий случай, если Тэ захочет остаться у меня, — он ойкнул, — но тебе об этом знать необязательно, — он открыл шкаф, — не бойся, они стиранные, пижаму и полотенце я тебе дам, не волнуйся. А постелю тебе на диване, уж прости, но кроватка моя, — улыбается Чим. — Да я и не претендовал, — алея щеками, потоптался на месте Чонгук, принимая вещи и кланяясь в знак безмолвной благодарности. — Душ там, — Чимин показал рукой, в которой были зажаты рубашки со змейкой и лейблом «GUCCI», куда-то в сторону трёх дверей, на ту, что была ближе к стене. — Ох, хорошо, спасибо, эм… хён? Я же могу тебя так называть? — неловко улыбается Чон. Ох, если бы он только знал, насколько громко сейчас Пак пищит внутри. Он просто обожает, когда его называют хёном. Стоит лишь попросить объяснить, почему Пак так любит, когда его называют хёном, и он напишет об этом четыре тома, уж поверьте, он найдёт миллиард и ещё миллион причин. — Конечно-конечно, хоть захёнкай меня, я буду не против, — светится ярче солнышка Пак, поэтому Чонгук жмурится от ощущений рези в глазах от такого яркого хёна, — ах да, вот тебе одежда, переоденешься, — подаёт чистую рубашку Чим. — Ой, спасибо, хён, — кланяется Чон и берёт одежду, а затем идёт в ванну. Он заходит в помещение и закрывается. Положив вещи на машинку, Гук подходит к раковине, над которой висело зеркало. Он смотрит в него. Отражение на поверхности не радует: мешки под глазами, уставший взгляд, бледная кожа, ходячий мертвец. Тяжело выдохнув, Чон снимает одежду и настраивает воду в душе, становясь под струи воды, расслабляющие тело, а все негативные мысли улетучиваются из головы. Прикрыв глаза, Чон лишь прислушивался к своему спокойному дыханию и каплям воды, что разбивались о кафель, пока он намыливал тело вкусно пахнущим гелем для душа. Но неожиданно перед глазами предстал образ директора Кима. Тот как-то жадно смотрел на Гука, что тот аж вздрогнул, открывая глаза и осматриваясь. Один. Выдох. Видимо, уставший мозг даёт о себе знать, пора заканчивать и наконец лечь спать. Смыв с себя пену, Чон надевает рубашку, которая оказывается ему как платье и выходит, вытирая волосы полотенцем, чувствуя вокруг себя запах яблок. — О, ты уже всё? Я постелил тебе на диванчике. Он мягенький, так что не беспокойся, — говорит Пак, указывая рукой на постеленный диван. — Ох, спасибо, хён, прости за неудобства, — Чон снова кланяется. — Всё в порядке, мы же друзья, ой, к слову, ты же наверное голодный, пойдём хотя бы чаем напою, — подрывается Пак и быстро идёт на кухню, а Чон идёт за ним. — Не стоит, я не голоден, — пытается остановить Пака Чон, но это безуспешно. — Садись, сейчас накормлю, — улыбается Пак, расставляя бутерброды и различную закуску на стол, а после и чай. Чонгук благодарно кивнул, отпивая вкусный чай, кажется, со вкусом персика, зажёвывая вкусным бутербродом. — От тебя вкусно пахнет, — вдруг сказал Чимин, — этот гель хорошо сочетается с запахом твоей кожи, как и Тэхёна. Ну, в принципе это его гель. Чон смущённо опустил взгляд, отпивая слишком много и раня язык. — Ну что за ребёнок! — воскликнул Пак. Ребята наболтались, наелись, а Пак даже успел фоток Чона наделать. После того, как они улеглись, Чим отправил эти фото Киму. Всё-таки они же друзья. Только об этом никому. ЧимЧим: Ну разве не лапочка?;) *фото*

Вишня: Согласен, но почему он в моей рубашке? >:) И почему он у тебя?

ЧимЧим: Он остался у меня ночевать, так как у родителей какая-то важная встреча, а в твоей рубашке потому, что она сексуально на нём смотрится;))

Вишня: Это не повод, ну да ладно, мне нравится, ты прощён;)

ЧимЧим: Отлично))) Спокойной ночи~

Вишня: Спокойной~

Эти фотографии ещё долго не дадут Киму спать, так как ночью его фантазия что-то разбушевалась. Продолжение следует…
Примечания:
Ого, это было мега неожиданно, столько ждущих (⊙o⊙)
Я еле родила главу, но скажите спасибо соавтору, так как она помогала мне и давала пинки, чтобы я писала (спасибо, Чиминка))
П. С.: она угрожала мне пиявками
(Спасити ヽ(´□`。)ノ)
От соавтора: и продолжу угрожать ибо мне их всё равно девать некуда)))

Спасибо, что прочли главу, надеюсь, что она вам понравилась, я не хочу спешить с развитием отношений, чтобы растянуть фф))
Да, меня очень долго не было, так как я просто по макушку завалена уроками и долгами! (Прошу понять и простить)
Надеюсь, что вы оставите отзывы. Нам с соавтором приятно, а вам не сложно~

С любовью, Веларея!
Саранхэ~
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
Реклама: