Золотистыми шагами. Акт второй.

      Илфари дернул ухом, недовольно оглядываясь раз-другой. Появившийся длинный хвост нервно ходил из стороны в сторону.       — Брат? — Амира напряглась, глядя на нервничающего оборотня. Да и многие, кто знал именно его, начали оглядываться.       — Кто-то из сородичей в ярости и мне это не нравится… — Внезапно глаза полуоборотня налились синим. — Гир, — и, уже срываясь с места, тело полуоборотня менялось. Энергосистема оборотня наконец-то раскачалась достаточно, чтобы закрепить вторую форму как стабильную ипостась. Пусть он был рожден полукровкой, но гибриды подчас намного сильнее своих родителей, если не умирают молодыми. И сейчас костяной зверь был в ярости. Настолько, что несколько оборотней, что находились в этот момент в столовой, поспешили вжаться в стены и ни в коем случае не привлекать внимания. А то мало ли, что в голову взбредет этому существу.       — Илфари? — Шульц удивленно вздергивает бровь и тут же замолкает, потому что изящная ладошка жены накрывает его рот.       — Удачной охоты, — Матим и Гарц скалятся почти одинаково.       В ответ им достается бритвенно острый взгляд. Но мужчина улыбается уголком губ, а потом с тихим щелчком трансформация заканчивается, и оборотень срывается куда-то прочь.       — Что? — Амира внимательно смотрит на своих учеников.       — Какой-то придурок что-то сделал Гиру, — Гарц разминает пальцы.       — Дяде? — близнецы удивленно хлопают глазами.       — Ять, — устало выдыхает Шульц, чувствуя себя слишком старым для таких потрясений, но срываясь вслед за своей семьей.       Близнецы рванули вперед, на ходу извлекая из ножен мечи. Они, собственно, не слишком удивились, их дядя везде мог найти проблемы на свою голову.       Из-за очередного поворота внесло на полной скорости растрепанную и жутко напуганную Милену. Магичка, тихо пискнув, врезалась прямо в Илфари, побледнела, но тут же зачастила что-то неразборчивое:       — Гир, он… Бежал тут… Вил… На грани… Срыв… Подсобка у второго этажа!       Илфари с рыком оттолкнул девушку в сторону, не сильно, просто чтобы не мешалась и рванул дальше. Запах чужой крови крепчал, и в голове мутилось от ярости. Кто-то посмел напасть на его напарника и пару.       Хлипкая дверь совершенно не могла задержать оборотня, буквально вломившегося в небольшую комнатку, буквально врезаясь в полутрансформированного оборотня, снося его в сторону и вынуждая разжать когтистую руку на чужом горле и выпустить мага на пол. Самого вербера снесло инерцией в стену.       Илфари оскалился, чувствуя как Зверь властно отодвигает от управления человеческую и духовную составляющую. И они обе отступили. Сейчас Зверь был в своем праве.       Демонята одновременно бросились к распростершемуся на полу телу, перевернули на спину, одновременно оттаскивая в коридор. Даже они сейчас осознавали, что это не их бой. Несмотря на то, что даже Векти разорвала бы этого оборотня на кусочки, не прибегая к истинному обличью. Нет, дело было в ином. У якоря больше права мстить за него, и это они понимали оба. И всё же… Криат убрал слипшиеся окровавленные косички с лица и демонята не сдержали испуганного вздоха. В левой глазнице хлюпала кровь, она словно обратилась рваной раной. В которой хлюпали мутная кровь в перемешку с чем-то ещё.       — Риданис! — одновременно воскликнули дети, чувствуя, как и без того едва теплая кожа под их пальцами холодеет… Они оглянулись по сторонам. Он слишком слаб, слишком сильно ранен — из раны на животе проглядывают внутренности. Слишком слаб, чтобы обратиться. Рев пламени, треск костей, и два черных чешуйчатых и красноглазых демона укрыли холодеющее тело своими крыльями.       — Убей его! Немедленно! Риданис умирает! — взревели демоны, стараясь подпитать гаснущее пламя. И не могли. Изумрудное пламя, уникальное, избравшее своим владыкой одного-единственного демона, отторгало их алый огонь. Оно лишь трепетало, не гасло, но и не разгоралось. Секунды таяли, им нужна была жизнь, не зря демоны питались именно ею… Да, это полукровка, и может ли он есть как демон, близняшки не знали, но потерять младшего своего рода, единственного младшего для них — это было недопустимо на самом глубинном уровне…       Лишь на мгновение Илфари обернулся на демонят, а потом вернул все свое внимание врагу, окончательно теряя человеческий облик. Двуногая костяная пума яростно оскалилась верберу, отсчитывая последние секунды его жизни.       А, собственно, метаться этому полусумасшедшему оборотню уже было поздно. Кровь была пролита, да и помещение не способствовало маневрам. К тому же, если учитывать ярость и силу обернувшейся пумы, а еще гибкость и остроту когтей, то у Вильяма и шанса не было.       Амира затормозила на повороте и замерла, глядя на белую костяную фигуру, подтащившую к двум демонам все еще живую, но только и могущую, что хрипеть, тушу. Мягко рыкнул что-то и одним движением пробил грудную клетку и сердце. Вербер захлебнулся скулежом и затих.       Демонята, не сговариваясь, воткнули ладони в кровящую рану уже почти мертвого оборотня и потянули. Нет, не куски сердца, а нечто невидимое. Оно сопротивлялось, норовило отбросить их и улететь прочь, демоны скалились и продолжали тянуть, пропускать чужую, разорванную на части жизненную и духовную силу сквозь себя, по крупицам вливая в умирающего демона. Наполовину израненное тело выгнулось дугой, из легких исторгся протяжный хриплый стон, кожа блеснула перламутром, рана от медвежьих когтей на животе зарастала, многочисленные царапины рассасывались, но… Что-то пошло не так. Это стало понятно, когда уже полностью обращенный демон резко задергался в руках близнецов. Даже полностью обращенный, он не мог вырваться из их хватки, несмотря на то, что у обоих была свободна только одна рука. Они были и оставались физически во много раз сильнее. И всё же он сопротивлялся, фонил страхом, ужасом, паникой, ярым неприятием и пытался отторгнуть передаваемую ему жизнь. Не душу, нет. Они были еще слишком юны для подобного. Поглотить душу сами они могли, но не передать беспомощному, умирающему собрату. Лицо Гира оставалось изуродовано, новый глаз почти вырос, не было век и звездообразный рваный шрам не сходил до сих пор, очевидно вербер задел когтями кости глазницы. Этой силы было слишком мало для спасения этой жизни. Две пары алых глаз устремились на полуоборотня, на уже распростертое на полу тело врага, на лужу крови, расходящуюся под ним. И их хватка на обращенном распалась, они отодвинулись в стороны, позволяя Риданису тихо шипя метнуться вперед, набрасываясь на Илфари, хватая его за шею и расправляя крылья. Изумрудные когти ощутимо прокололи костяную броню…       — Успокой его, ты же его якорь, а он твой! — выкрикнула Векти, стискивая кулаки.       Пума рыкнула и шатнулась под обрушившимся на нее весом. Фыркнула в лицо демона, принюхалась, почти демонстративно. Зверь широко лизнул кровь на перламутровой коже щеки, издал нечто среднее между фырком и ворчанием, и отступил к стене, утягивая за собой Гира, облокотился на нее спиной и тихо заурчал. По коридору прокатилась холодная волна магии духов, а Илфари наклонил голову на бок, предлагая кусать. Мощная костяная броня легко разошлась и сползла с плеч, как у некоторых модниц с плеч сползает платье.       Демон, на мгновение застывший, словно не знающий, как ему быть и что делать, подался вперед, четко очерченные ноздри дрогнули, и он, в свою очередь лизнув открывшуюся кожу, запустил в нее клыки, до удивления правильно, не повреждая мышц, словно мог сейчас хоть что-то соображать… И кровь он пил осторожно, маленькими глотками. Вокруг глаза стремительно регенерировала кожа.       — Как так? Он же не пьет его жизнь! — непонимающе вскрикнул Криат, увидев, как стремительно восстанавливается этот странный гибридный демон.       — Сама в шоке, — искренне пробормотала Векти.       А Риданис, уже полностью восстановившись, слегка отстранился, глядя в глаза Зверю, и медленно, очевидно с большим трудом, проговорил:       — Кто ты. Покажи свое лицо, — и это вовсе не звучало приказом. Он словно не узнавал никого, да, он чуял эту силу и кровь эту уже пил, но сейчас что-то было не так…       Илфари рассмеялся чуть гулким урчащим смехом и тряхнул головой, по плечам рассыпалась каштановая грива. Костяные пластины сползли с лица, оставшись только у ушей да под подбородком белыми росчерками. Зелено-желтые глаза с вертикальным зрачком спокойно разглядывали демона, все с того же привычного лица, может только черты стали чуть жестче и старше.       — Пришел в себя? — когтистая рука аккуратно коснулась подбородка, чуть поворачивая лицо Гира, чтобы четче увидеть тонкий шрам над левой бровью.       Риданис непонимающе уставился на оборотня, слегка склонил голову в одну, в другую сторону, словно пытаясь устаканить в своей голове непривычные для нее мысли. Горящие зелёным светом глаза выражают лишь полное непонимание происходящего. И вместо того, чтобы что-либо сказать или тоже отшатнуться, он запускает пальцы в каштановые волосы, с каким-то удивлением проводя по затылку кончиками пальцев.       — Они же были светлыми? — неуверенно и непонятно зачем бормочет он, глядя в глаза Илфари, стремясь хоть что-то понять.       — Были и будут, — довольно прикрыл глаза и заурчал. — Просто после закрепления трансформы лезет тот цвет, что был при рождении. Может даже матрица тела полностью обновится. Мурррр, не знаю даже, мррррррр, — довольно прижмурился, все еще обнимая демона за талию. Хвост довольно изгибался.       — Я тоже не понимаю… — все больше растерялся Риданис, и внезапно крылья его расправились, подались вперед, укрывая их обоих блестящими серебристыми перьями. — Я не знаю тебя. И я не он, не первый, — эти слова звучали довольно странно и чуждо, но тут он подался ближе, так, словно вновь собирался запустить клыки в эту шею, но вместо этого лишь провел по ней носом, от линии челюсти до линии ключиц, обдавая кожу горячим дыханием и шепнул тихо так, урчаще. — Но ты мне нравишься.       — Мрр, Риданнис-мрррррррр? — прикрыл глаза, устраивая ладони под лопатками у основания крыльев. — Мр, мне тоже нррравишься, теплый… Мягкий… И живой, — губы растянулись в довольной улыбке.       — Да… — тихонько выдохнул демон, отвечая на вопрос и вздрагивая от этого прикосновения, его словно тряхнуло что-то, по позвоночнику от крыльев прокатился жар. И он, вообще без малейших раздумий, подался ближе, слегка приподнимаясь на носочках и касаясь своими губами этой улыбки, настороженно застывая на месте и слегка массируя кожу головы этого странного существа. Всё же Риданис демон, они не склонны сдерживаться…       — Мр? — чуть удивленно приоткрыл глаза. Как-то Илфари не привык к такому поведению Гира, хотя с другой стороны это был не совсем он, а значит и заморачиваться особо не надо. Чуть сильнее вжал в себя уже почти горячего демона и коснулся губ в ответ, не настаивая, но вполне соглашаясь на дальнейшее.       Демон же, наоборот, прикрыл глаза и прижался своими губами к чужим сильнее и целуя… Неумело, но старательно и как-то пугливо, словно боясь ошибиться… Даже у демонов такое бывает, как ни странно…       Мягко и аккуратно перехватил инициативу, умудряясь тихо урчать и ластиться всем телом, ладони сами собой скользнули на основания крыльев.       И тут пространство внезапно дрогнуло и Гириад, уже Гириад, а не Риданис, ошалело застыл на месте, моментально осознавая, что творится что-то, капитально не то. К нему дотрагивались, тискали… А он млел, крылья дрожали, а хвост выделывал заковыристые вензеля… И это было не все. Его настолько ошеломили навалившиеся воспоминания, что он искренне не понимал, что ему делать и почему… какого-то хрена он целуется с этим оборотнем!       А в следующее мгновение Илфари мягко отстранился и чуть мутным взглядом посмотрел на мага. Секунду или две, а потом с тихим хрипом рухнул на колени, судорожно утыкаясь лицом Гиру куда-то в район живота и глухо взвыл, когтистые руки судорожно сжались на чужих боках. Вдоль хребта звероформы принялись расти костяные шипы, не очень высокие, но все еще покрытые кровью.       — Грёбаные мутации! — с трудом прохрипел Илфари, тяжело дыша и не желая отцепляться от мага.       Гир сам взвыл, дергаясь от боли и резко стискивая пальцы на плечах оборотня и используя огонь духа на полную, приводя в равновесие это тело и время от времени громко матерясь…       Илфари, тяжело дыша, уткнулся лбом в солнечное сплетение мага и прикрыл глаза. Тело претерпевало изменения вне желания полукровки. Стабильная форма означала возможность полного оборота, а значит давала шанс стать «знатью». Ну и пофиг, что полукровка, если можешь нормально обернуться и владеть трансформой без сумасшествия. А сейчас скорей всего должно было быть именно так.       А значит, сюрпризы не закончились. Парень только отчаянно желал, чтобы они хоть немного растянулись по времени, иначе было как-то все совсем паршиво.       — Да блядь! — Гир в панике оглянулся по сторонам. — Тут хоть кто-то понимает, что здесь происходит?! — взвыл Гириад, сам опускаясь на колени и обнимая Илфари так, чтобы тот мог уткнуться ему носом в плечо, и стискивая пальцы на его плечах. — Дыши, все в порядке верно? Держись, если тебе так надо! — почти зарычал он, искренне не понимая, почему заботится об этом типе, хотя еще пару мгновений назад хотелось ему душевно врезать…       Илфари внезапно закашлялся и уткнулся ему носом куда-то в основание шеи. На удивление запах мага успокаивал.       — Уже легче… — хриплый выдох, сопровождающийся легким кашлем. Шипы подумали и стали расти в обратную сторону. Илфари только рыкнул от боли и поплотнее прижался к источнику тепла. Своего уже не хватало, тепло утекало вместе с кровью.       Амира неуверенно шагнула ближе, почти рухнула рядом с обнявшейся парочкой, судорожно, но аккуратно касаясь стыков брони и открытых участков кожи брата.       — У него обретение сущности. Или как-то так, я не в курсе, как это правильно называется, — некро сжала побелевшие губы в почти линию. — И сколько это будет продолжаться, я тоже не в курсе. По-хорошему это должно происходить дома с семьей и при присмотре шамана. Но когда у нас все было просто? — она почти истерично хихикнула. — Но брат сильный. Выдержит.       — Если от потери крови не умрет, — Шульц присел на корточки рядом и покачал головой, оценив количество уже набежавшей лужицы. — Так, мелкие, — взгляд мужчины уперся в демонят. — Приводите себя в порядок и как самые умильные дуйте к поварихе. Выбейте у нее побольше горячего сладкого отвара, и если вы по пути случайно заглянете на склад или к местному алхимику за вот этими эликсирами, — некро быстро накорябал что-то на листке бумаги, — цены вам не будет. А мы пока попробуем как-нибудь хоть немного уйти из коридора до ближайшей комнаты. И там будем старательно лечиться и приходить в себя. Все.       — Значит проблема в кровотечении? Я могу здесь помочь… — он каким-то образом смог подняться, заставляя Илфари встать следом, всё же сейчас он был хоть немного, но сильнее, чем обычно. Зло стискивая зубы, не разжимая обьятий и окутываясь зелёным пламенем, он попятился по коридору, вваливаясь в старую комнату отдыха, и все это время он попутно останавливал каждую каплю крови, готовую сорваться вниз. Они рухнули на запыленный, но еще мягкий ковер перед продавленным диваном. Близняшки моментально унеслись прочь, поспешно возвращая себе людской облик. А Гир продолжал лечить. Раз за разом каждую новую царапину, раз уравновесить он это не может, то…       Он продолжал исцелять до тех пор пока до его мутного сознания, не пробились чужие слова.       — Не залечивай все, — рядом присел некромант внимательно осматривая оборотня. — Это не дает его телу нормально измениться. Не зря первая трансформа оборотня происходит с болью, тело должно понимать, как оно выглядит и что для этого необходимо изменить и что будет фатально. Другое дело, что в более молодом возрасте и регенерация пободрее и порог болевой повыше. Да и под присмотром смерть почти не возможна. Но в данном случае… Илфари необходимо чувствовать. Как бы это было не странно, это может спасти ему психику. Я не говорю совсем не лечить. Лечить придется. Но желательно внутренние повреждения. С потерей крови справиться легче, чем с фаршем внутри. — Шульц скинул плащ и размял пальцы на руках. — Эх, не очень я люблю работать с оборотнями. Вечно у них какая-нибудь хрень выплывает в подробностях. Но этот хоть Говорящий, чай не свихнется раньше времени. Да и ты тут, — некро кивнул Гиру. — Это его удержит. Должно по крайней мере, — длинные, достаточно тонкие, пальцы мага аккуратно пробежались вдоль позвоночника и тот поморщился. — Плохо. Кости в произвольном порядке начинают срастаться… Придется править. Держи его, — кивок огненному магу, и некромант, казалось бы, не сильно нажимает на точку на спине рядом с позвоночником, но слышится характерный хруст и оборотень вскидывается с рыком. — Разговаривай с ним, целуй, чеши за ушком, делай, что хочешь, но чтобы он не сильно дергался! — припечатывает Шульц, умудряясь увернуться от хвоста и сломать еще несколько неправильно сросшихся ребер.       — Блядь, — только и отвечает Гир на слова некроманта, но всё же ослабляет исцеление, ограничивая его самым необходимым. О чем сейчас говорить, он не представляет, а потому просто рассказывает истории из своей работы. О том, как он от безнадеги и в погоне за большими деньгами ради исцеления, стал ликвидатором гильдии, о том, как сражался один на один с древним и выжил лишь потому, что смог в последний миг изловчиться и выстрелить древнему из револьвера точнехонько в пролом в щите… И как потом дрожащими руками отрезал голову, боясь, что эта тварь оклемается… Он говорил нервно, сбивчиво, держа одной рукой за плечо, а другой перебирая волосы…       Неприятный хруст повторялся еще несколько раз. Оборотень дергался, старался вывернуться, но замирал под ласкающей рукой и смотрел на мага. Чуть устало с кривоватой ухмылкой под конец.       — Насыщенная жизнь, однако, — хрипло выдохнул оборотень, мягко выпутываясь из объятий, становясь на четвереньки над магом. И в следующее мгновение его, казалось, всего скрутило судорогой. Секунда или максимум две, и отпустило. Зверь уткнулся лбом в плечо лежащего мага, принюхался и поднял совершенно желтые глаза. Внимательно изучил парня, казалось, чуть улыбнулся, а глаза принялись темнеть. В итоге оказываясь цвета морской волны. И потом потерял сознание.       Гириад, тихо вздохнув, слегка приподнялся, садясь, поджимая под себя ноги и, перевернув оборотня на спину, положил ладонь на покрытый испариной лоб, пытаясь подключиться к сенсорной сети, но решительно ничего не мог понять. Нерешительно обозрел некромантов вопросительным взглядом, и в тот же миг в комнату ввалились близнецы. Криат держал обоими руками бадью с клубничным киселем, а Векти прижимала к себе сумку с бутылками и колбочками, они осмотрелись и кинулись к Шульцу. Криат осторожно поставил свою ношу на пол.       — Это сойдет?       — О! Вполне! — отмерла Амира и принялась химичить над бадейкой. — Гир, придержи-ка братца моего. — Гарц с Матимом споро и аккуратно усадили бессознательного оборотня так, чтобы он спиной опирался на мага, и придержали за плечи. Амира же почти легко приоткрыла ему рот, вливая первую порцию эликсиров, смешанную с киселем, что-то тихо приговаривая про себя. Шульц отошел в сторону к приволоченному Гарцем ведру с водой, смывая со своих рук кровь. Вообще, почти вся белая броня оборотня была покрыта кровавыми разводами.       Илфари глубоко вздохнул не открывая глаз.       — Гир, харе себя накручивать. У меня уже спину ломит от непонятно откуда взявшейся злости, — из-под приоткрытых век блеснуло небесно-синим и он опять закрыл глаза. — Кстати, спасибо. Я пробудился благодаря тебе. — Илфари вздохнул, с задумчивой улыбкой выпивая очередную гадость. — И кстати, я знал конечно, что ты сильный, но не думал, что настолько… Иногда это реально пугает…       — Сильный?! — Гириад поперхнулся воздухом, едва не отшатываясь назад. — Ты издеваешься?! Я продул этому оборотню, как ни старался! — по помещению прокатились резкие волны неприятия.       — Сильный-сильный, — оборотень покивал сам себе. — Ведь ты не боевик ближней дистанции, — зевнул. — А умудрился потрепать Вербера, фактически тяжелого танка, которого еще попробуй свали, да еще и травануть его умудрился. Слишком он был заторможенный, когда я на вас нарвался… — в плече зверя что-то хрустнуло и он поморщился.       — Да ничего я не смог, — Гириад едва сдержал когти, рвущиеся наружу — ранить Илфари, он не хотел. Его взгляд упал на тихонько перешептывающихся близнецов и остановился на собственном крыле… Которое тут же начало истончаться и рассыпалось мерцающей пылью. Со вторым случилось то же самое. — Я просто был загнанным в угол зверем… И вел себя соответственно. — Гир поморщился. Его сознание тут же подобрало сравнение. Ага, это был бой камышового кота и медведя…       — Эх… — Илфари откинул голову ему на плечо. — А ты что, предпочел бы умереть? Я говорю тебе, ты — силен. Просто у каждого сила своя. Вот меня, например, почти любой маг сможет уложить при желании, защиты против магии у меня особо нет. Вот и все, — пожал плечами и прикрыл глаза, пережидая легкие судороги в задних лапах.       — Да ты любому магу башку успеешь оторвать прежде, чем у него успеется заклинание, которым тебя свалить возможно! — фыркнул Гир и его ладонь, словно сама по себе, скользнула на лицо оборотня, закрывая ему глаза. А потом тихо произнес: — я, Гириад Вирдас, вызываю тебя, Илфари Костяной, на поединок, — слова прозвучали тихо, но четко и ёмко.       — Блять! — искренне выразил свое отношение Матим и даже постучался головой о ближайшую стенку. — Близнята, у вас такие же тараканы? Тут его понимаешь спасали, жилы рвали, а он вместо спасибо — «вызываю на поединок»! — от некроманта только что искры не сыпались.       — Это тебе необходимо зачем-то? — доверчиво оставаясь под ладонью поинтересовался Илфари.       — Еще один «умный»… — Гарц даже для наглядности сделал «кавычки» пальцами, произнося, последнее слово. Амира только устало прикрыла глаза.       — Да, поединок до первой крови. Никакого оружия, брони и магии. Только когти и возможно клыки, — тихо произнес Гириад, прикрывая глаза и прокручивая в своей памяти тот разговор с Вильямом и последовавший бой.       — Да, выглядит смешно, но в этом он точно такой же, как многие из нас… Те, кто сомневается в своих силах, — пожали плечами демонята, перехватывая друг у друга слова.       А в этот миг Гир сосредоточенно делился своими недавними воспоминаниями. Раньше это казалось бы невозможно, но Илфари же маг Духа… А Гир демон. Все вышло, пусть и слишком призрачно…       — Мг… — несколько секунд пытался осознать показанное, а потом из груди вырвался рык. — Урррод! Хорррошо, что я не ссслышшшал раньше! — Зверь внутри просто был в ярости. Кто-то посмел порочить напарника. Да они вместе еще ни разу не были!       — Что случилось? — вскинулись демонята, озадаченно переглядываясь. Такой реакции в ответ на предложение поединка они как-то не ожидали.       — Ну так как, мне хотелось знать, что бы ты думал о таких словах, но меня всё же интересует твой ответ на мое предложение, — обманчиво мягко протянул Гир. — Ты согласен на поединок?       — Мелкие, а вы его душу сожрали? — кивок на тело вербера. — А то очень хочется объяснить значение слова «подстилка» некоторым… — Илфари зло рыкнул, поднимаясь на ноги и хрустя суставами. — Матим, будь добр, — зверь сделал несколько шагов в сторону и зажмурился, названный некро пожал плечами и нарисовал в воздухе руну воды, обрушивая на оборотня поток воды. Тот встряхнулся, смывая с себя кровь. Броня опять засияла белизной. Костяной шлем легко закрыл голову.       — Проблема в том, Гир, что я без брони физически сражаться не могу. По крайней мере, сейчас точно не смогу ее согнать с тела. Предлагаю тебе воспользоваться магией. Хоть какой-то, и выбери место для поединка.       — Брат! — Амира подскочила на ноги. — Сейчас тебе…       — Все хорошо, мой Алый Цветок, — улыбка угадывалась в словах. — Сейчас я не умру… У кошки много жизней.       — Но ты уже терял не одну… — сокрушенно выдохнула некромантка и покорно отошла на шаг в сторону.       — Душу?       — Такая бяка невкусная! Дядюшку от одной только жизни выворачивало! — поморщились близнецы, глядя куда-то через стену.       Гир зло посмотрел на оборотня и тихо зарычал.       — Ну уж нет, мать твою! Я не собираюсь подвергать тебя опасности! Ты мне жизнь спас вообще-то, — процедил он сквозь зубы и, подойдя к ведру, принялся смывать кровь со своих рук и лица.       — Ясно! — почти радостно. — Архес, радость моя ненаглядная, — Матим еле сдержал улыбку, видя как Хранителя передергивает от обращения, произнесенного таким сладким тоном. — Найдешь эту тварь?       — С удовольствием, — легким холодным шепотом прокатилось по комнате.       — И что это тогда будет? — броня-маска сошла с лица, показывая скептицизм, когда Илфари развернулся к магу. — О равных и достойных условиях мы уже не говорим? Извини, но это уже не поединок… — зло сощурился. — Или ты считаешь, что я настолько слаб, что не достоин видеть твою силу? Ну, прости неразумного полукровку, который в кои-то веки решил, что правда может кому-то на что-то сдаться. И быть чего-то достоин. Хотя бы правды, — от фигуры зверя резануло обидой, горечью и самую малость разочарованием.       — Ты издеваешься? — Гириад вопросительно вздернул брови, а затем, резко подойдя к оборотню, положил ладонь ему на плечо, усилием воли заставляя полыхнуть сквозь броню зелень узоров. — На тебе моя защита, ты с такой легко перенес столб огня, сжегший костяных драконов! И она с тобой еще дня на два, а я не собираюсь сражаться с тобой в магии, потому что прекрасно понимаю — сражаясь всерьез, ты легко успеешь разодрать меня когтями раньше, чем я успею произнести хотя бы самое короткое заклинание. — Гир провел пятерней по запачканным в собственной крови косичкам. — Мне не нужна игра в поддавки, и сражение с тем, у кого на каждом шагу ломаются кости — это низость… Я, может, и был ликвидатором гильдии, а с легкой руки этой падлы Явиры меня теперь знают под прозвищем Аэрив… Но неужели ты считаешь меня таким ублюдком?! — почти прорычал, проводя когтями четыре борозды в броне Илфари на груди. Он даже не понял, что произнес вслух то, чего никто, наверное, не должен был знать. На языке древних, «аэр» значило убийца, а «Риваэ» — истинное название расы древних. Убийца древних, легендарный ликвидатор гильдии, о котором ходили слухи… Это был Гир изначально.       Глубоко вздохнул и сложил руки на груди, глухо стукнула соприкоснувшаяся друг с другом броня.       — И что ты предлагаешь?       — Ух ты! Прикольно. А я и не знал, что мой кумир в Гильдии Магов! — Гарц хлопнул в ладоши и заработал крайне раздраженный взгляд Илфари.       Гир мигом прикусил язык, осознавая, что, мать его так, ляпнул. Прозвище значило не только то, что в его списке три успешно выполненных контракта против древних, но и то, что он работал на древних. И это уже было не пустяком. А затем перевел взгляд на Илфари.       — Бой на открытом пространстве, тогда, когда у тебя, наконец, закончится эта хрень с хрустом костей, — пожал плечами Гир и внезапно, не меняя задумчивой улыбки, без замаха врезал оборотню в глаз. За то, что не оттолкнул едущего с катушек Риданиса!       Фыркнул, чуть тряхнув головой и облизнулся, прикрыв глаза, ожидая, когда пройдет звон в ушах.       — Ну, если таковы твои условия, то я, думаю, минут через пять буду готов. Как раз первичная перестройка пройдет. Но мою броню не так-то легко пробить, до крови особенно. Поэтому зачем тебе этот бой, мне все равно не доходит.       — Не тебе одному, — хмуро заметила Амира, а Гарц все еще почти влюбленно рассматривал Гира.       — А вот я нет. Завтра. А сейчас… — Гир провел ладонью по лицу, нащупывая несколько новых шрамов — на лбу, на скуле и от виска до глаза. Красаааавец! Хорошо хоть глаз отрос заново! И тут он перевел взгляд на Гарца и насупился. — Ты чего это на меня смотришь, как Анечка на торт?       — М? Просто это классно — смочь уничтожить древнего… — потрясающе сияющая улыбка.       — Гарц, выключай модус фанатика, — Шульц нахмурился, внимательно глядя на Илфари. — Иначе собирать тебя по частям буду уже не я.       — Да ладно вам! — отмахнулся парень хотя «сиять» и правда стал поменьше. — Это же реально круто. Своими-то руками…       — Ничего хорошего в этом нет, сражаясь с древним, важно убить его раньше, чем он увидит в тебе угрозу или станет серьезен, — пожал плечами Гир, а затем, заметив обращенный на молодого некроманта взгляд Илфари, выгнул левую бровь дугой. — А чего это ты смотришь на него, будто Анечка, у которой на глазах съели ее торт???       — Да так… Кстати, — Илфари поставил торчком уши. — А кто такая Анечка? Матим звучно припечатал ладонь к лицу.       — О! Ты не знаешь Анечку? — в глазах у Гира заплясали веселые искры. — А может Анриэлла тебе больше известна? — лукаво усмехнулся он, вспоминая самую ненормальную дроу, какую только знал в своей жизни. В Гильдию эта зараза попала года три назад. И у нее оказалось три большие любви. Тортики, кожаная одежда… И молоденькие девушки… — Но если вам так интересно — это магичка, пожирательница духов… На меня она частенько смотрела, как вот ты только что, Гарц, но она неплохая, просто с природой не поспоришь…       — Ну-ну, — хмуро. — Впрочем ладно. Что дальше делаем? — Оборотень оглядел честную компанию и вдруг пошатнулся, удивленно помотал головой. — Надо же, а я и не заметил… Кажется, вербер попробовал меня проклясть… Забааавный малый.       — Да брось, — Гир нервно улыбнулся. — Если там и было проклятие, мой демон всё сожрал… — Гириад несколько нервно улыбнулся, присматриваясь повнимательнее, а затем, глубоко вздохнув, хлопнул оборотня по плечу. Оглянулся на остальных. — И вообще, уходим отсюда, сейчас у нас будут нехилые проблемы. Вильям — сын советника главы клана, и он состоял в ином отделе… Теперь реально будут проблемы…       — Ну, будем надеяться, — Амира вздохнула, украдкой глядя на брата и качая головой.       — Ладно. Веди куда-нибудь, где можно перекантоваться, пока ваше отделение будет бурлить, — Шульц зевнул. — И желательно, чтобы там можно было поспать.       — Поддерживаю! — Матим тоже зевнул вслед за Илфари. — Отдохнуть нам надо всем.       — Отлично, Илфари веди нас куда-нибудь. Я тут ни хрена не знаю, и не разбираюсь толком, это же не мой отдел, а ты здесь работаешь, — он еще более кисло улыбнулся и, разведя руками, взглянул на Илфари. — И неужели ты так обозлился на то, что Вильям про тебя наговорил… Хотя согласен, за такое и раза три повторно убить хочется… — демон зевнул и пошатнулся, хватаясь за стену. Кожа его побелела, волосы опять стали черными… А бурлящая сила уменьшилась на несколько порядков. Риданис окончательно уснул.