Часть 12. Истинный бардак
10 мая 2019 г., 08:00
Начавшаяся суматоха отлично подходила под выражение Векти «полный бардак», во всяком случае, Криат это понял именно так. И если сам он еще мог быть уверен в том, что всех разнесет, две обузы капитально этому мешали и требовали помощи целителя, сражаться с ними на руках или защищать их он был совершенно не готов.
Храмовники носились по округе как тараканы, а он, шипя от злости, передвигался ползком. Телепортировать за пределы невидимого контура храмовников он по-прежнему не мог, точнее, мог, но один, а в этом не было ничего хорошего. Все, что ему оставалось — это перешагнуть контур так…
***
Векти насмешливо хмыкнула и рванулась всей душой в направлении, которое знала, но не ведала. Сначала они возникли на краю обрыва, у реки, затем на опушке леса, и девушка, схватившись за живот, согнулась пополам. — Подождите, я сейчас… Остался один прыжок… — тяжело дыша прошелестела она, оглядывая своих попутчиков. Матим помог девушке разогнуться и влил еще силы. Векти перевела дух, вновь окутываясь алой дымкой… И переместила всю компанию к подножию какой-то горы, на которую вели спиралью вырезанные в ней ступеньки. Вверху что-то загремело, полыхнуло сначала алым заревом, а затем белоснежным светом. Девчонка сплюнула и рванула к ступенькам. Матим молча последовал за ней, как и остальные некроманты.***
Криат уже был перед светящейся линией, готов был перепрыгнуть через нее вместе с раненными, но тихий, спокойный, уверенный голос заставил его замереть. — Ну и куда вы собрались? — Блять, — искренне выдохнул оборотень и аккуратно высвободился из объятий демона, и переступил с лапы на лапу, будто проверяя как зажили, улыбнулся, потянулся с виду лениво, хрустнув броней в боевом облике, и, сложив ладони перед грудью в молитвенном жесте, выдал: — Как можно дальше из этого дурдома, — состроил просительную мордочку. — Отпустите, а? — правда коготки на «руках» малость смазывали благостную картинку. Высокий человек, явно уже не молодой, облаченный в белые, богато изукрашенные легкие доспехи, насмешливо оскалился. — А что, ты забавный, хочешь быть нашим шутом? — с обманчивой леностью вопросил он, переведя взгляд с него на демона, который, презрительно фыркнув, отправил Илфари себе за спину, а чтобы не выпендривался, вручил ему для нагрузки Гира, так, чтобы легко было увидеть почерневшие сквозные раны в плечах. Сам же сделал шаг вперед, с наслаждением потягиваясь. — Дяденька, я сегодня добрый, давайте мы честно подеремся, а потом я заберу мой балласт и пойду? — принялся ломать комедию он, между делом цыкнув на одного недожеванного оборотня. Илфари недовольно заворчал, но крепко прижал к себе Гира и сделал шаг назад. Оборотень уже был вполне боеспособен и считал, что перегрызть горло храмовнику он бы успел. Но все же отступил, по родственным связям Криат был все же ближе. — А вы смешные… — протянул храмовник, внезапно исчезая и оказываясь прямо перед Илфари. Серебристый меч ударил без запаха, метя в Гира, и тут же наткнулся на чёрное лезвие, выбивая искры. Криат, взрыкнув, взмахнул своим клеймором, заставляя храмовника отпрыгнуть назад и тут же ловя полыхнувшим огненным щитом прилетевшие с разных сторон пули. Его шальной, веселый и злобный взгляд метнулся на Илфари. — Беги! Мешаешь! — рявкнул он, весь покрываясь пылающей рубиновой чешуей, ставший массивным хвост ощерился шипами, и демон кинулся на храмовника, который двигался явно не с человеческой скоростью. — А бить слабых нехорошо, дяденька! — обманчиво мягко пропел он прямо в лицо храмовнику, стараясь не морщиться от колоссальной по силе своей чужеродной магии. Да, именно от такого удара он тогда отрубился, но сейчас… — А вот хрен тебе! Я взрослый. Вам всем хана!***
Векти выбежала к вершине горы первая, ее взгляду предстала неприглядная лачуга вдалеке, и послышались звуки, показались вспышки сражения рядом. Присмотрелась. Ее взгляд привлекли фигуры в белых доспехах, около десятка, приближающиеся с разных сторон к сражающимся, выходящие из телепортов. Она, вскрикнув, ринулась вперед, полностью облекаясь алой чешуей и извлекая свой фамильный клеймор. Шульц устало вздохнул, глядя на происходящее и покачал головой. Церемонно подал руку жене. — Госпожа моя, не составите ли мне компанию? — по одежде некроманта текла сила, преобразовывая ее и самого носителя. — С удовольствием, господин мой, — женщина улыбалась, а рядом с ней изморозью покрывалась земля и трава. Гарц только качнул головой, глаза стали полностью черными, а клыки удлинились. Не зря его прозвали Гончей. У ног мага заклубился черный туман, откуда с удовольствием высунули клыкастые морды Адские гончие. Всего три штуки, но и их за глаза хватит, если не ждешь. Матим же только улыбался, правда жутковато, легко поддерживая темп демонессы и прикрывая ее от магических атак. Векти от души шарахнула огненным веером, снеся троим храмовникам сразу божественную защиту, и, сбив одного из них с ног ударной тепловой волной, выгнулась, издавая громкий, рычащий боевой клич. Ближайшие к ней храмовники побледнели. Матим засмеялся, пропуская мимо себя радостно завывших Гончих. Несколько храмовников с криками начали покрываться нефритом, а парочка бледнеть, как-будто под сильным морозом. — О, Учитель тоже с нами! Илфари метнулся в сторону и назад, уходя от шальных пуль и понимая, что сам далеко отсюда не сбежит. Хотя его костяная броня выдерживала пока попадания пуль, но петлять как заяц он долго не сможет, а у Гира и такой защиты нет. И это почти пугало. В конце концов оборотень остановился и, оскалившись, обернулся к стрелкам. Не зря Говорящих побаивались и не зря советовали не выводить из равновесия. Потому что в тот момент, когда Говорящий теряет над собой контроль или сознательно его упускает, разделительная завеса между мирами значительно истончается… А уж какие порождения кошмаров могут оттуда выползти… одним Небесам ведомо. За спиной Илфари затрещало пространство, огромное костяное существо протиснулось на этот план, походя сметая несколько храмовников, пока затаскивало несколько колец своего тела. — Святые небеса, — Архес со щелчком вернул свою челюсть на место. — Костяной Жнец! Огромная костяная сороконожка с вытянутым человеческим черепом на месте головы и огромными косами вместо двух передних пар лап издала громогласный рев. — Какая лапочка… — абсолютно искренне прошелестел немного очнувшийся, но пребывающий в полусне Гир, завидев новое действующее существо. Криат, громко зарычав, поймал удар святого клинка собственным, и, перехватив свой клеймор одной рукой, вытянул другую в сторону подбиравшихся к Илфари врагов, сбивая с них святую защиту и отвлекая от беглеца… Заценил призванную тварюшку, и, грязно выругавшись, едва не прозевал удар храмовника. Сила, а точнее ее природа, никак не свойственная чистокровному человеку, очень скоро стала ему кристально ясна. Этот урод использовал артефакты, созданные из различных существ. Например, странные костяные серьги, были созданы… из костей хвоста Риданиса! Именно это давало человеку столь невероятную скорость! Конечно, Гир даже без обращения был быстрее, но факт такой силы в человеческом теле… выбешивал. Не потому, что люди не имеют права такой силой владеть. Отнюдь. Криат, а точнее владыка алого демонического пламени Кризаднат, был в бешенстве от того, что эта сила черпалась из крови и боли родного ему существа. — Тебе хана, — тихо процедил он, перехватывая охваченную божественным светом ладонь и радостно-безумно скалясь в лицо уже не просто противника, а врага. — А старичок-то умеет веселиться! — захохотала Векти, моментально отбрасывая огненным шаром новых телепортировавшихся храмовников, и, уже не обращая на них внимания, кинулась к ближайшему мраморному кругу, взмахом клеймора раскалывая магическую панель на две равные части и громко смеясь при виде сети трещин. А затем метнулась к еще одной панели. Прибывающие рыцари храма были сами по себе мясом, призванным отвлечь, даже она это понимала, а потому спешила уничтожить все круги. Как-то она не была уверена в том, что они справятся с каким-нибудь патриархом церкви… Или с десятком таких, как тот, с кем сражался ее братик… Третья плита раскололась и оставшаяся четвертая, самая далекая, начала окутываться характерным свечением… Илфари, закованный в полную костяную броню, ловко, танцующим шагом отошел под защиту костяной твари. Косы сдвинулись плоскостями, перекрывая более хрупкое костяное существо под брюхом. Жнец издал ультразвуковой взвизг. Говорящий коснулся хвостом одной из ног существа, обмениваясь образами и мыслями. Костяная голова опустилась, разглядывая лежащего на руках у маленького костяного существа теплокровного. Теплокровный еще не умирал и не хотел, и Жнец, кивнув, принялся стягивать костяные кольца, сооружая что-то вроде кокона из собственного тела. Илфари издал благодарно-радостный щелкающий звук и аккуратно опустил Гира в центр своеобразного кокона на переплетение костей. Устроил поудобнее, а потом одним движением вскочил на подставленное плашмя лезвие косы и прыгнул к последнему кругу телепортации с изрядной скоростью, добавленной взмахом косы. Илфари кувыркнулся через голову, приземляясь и тут же распрямляясь почти из положения сидя вперед, когтями пробивая доспех и плечи одного из ближайших рыцарей. Зашипел довольно, стряхивая со своих когтей человека и перехватывая клинок. Еще через несколько секунд он был уже у круга, а сияние разгоралось все интенсивней. Пустив в клинок магию Духов, он с силой вонзил его в плиту. Портал уже почти развернулся, и если не уничтожить то, хотя бы сбить. И если не всех, то большую часть подкрепления. По мрамору зазмеились черные трещины. Руки обожгло отдачей. — Не успеваем, — закусил губу Матим, а потом присвистнул. — Или уже почти успеваем, — глядя на стремительно приближающегося Илфари, заметил он. Рассеянной волной пространственной магии, прокатившейся по полю боя, разбросало всех и как попало. Векти шарахнуло об Амиру, Матима отбросило к Костяному Жнецу, который в свою очередь тоже пошатнулся, а Криат и его противник полетели кувырком по склону, уже убрав мечи и мутузя друг друга кулаками. Завершил сложившийся бедлам не эстетично шмякнувшийся на Костяного Жнеца некто в облачении настоятеля храма. Векти моргнула, смахнула еще не очухавшегося вражину на землю, и громогласно заорала: — Валим!!! Жнец с неожиданной стремительностью развернул кольца, подхватывая на спину Гира и Амиру, и устремился к краю барьера, туда, куда укатился демон с его противником. Матим на пару с Шульцом подобрали приходящего в себя Илфари. А Гарц, посмеиваясь, сеял панику вместе с гончими между очухивающимися людьми. Векти рванулась следом за своим братцем и тут… Огромное трехметрое световое копье опустилось на вцепившихся друг другу в глотки Криата и его храмовника. Векти вскрикнула, бросаясь вперед, и тут оказавшийся под ее братцем храмовник в последний момент разжал хватку на горле демона, и вытянул руки вперед по обе стороны от рыжей головы. Святую энергию хлопнуло и развеяло. Векти, злобно рявкнув и не дожидаясь продолжения атаки и подхватив этих двоих за шкирки, со всех ног устремилась вниз по склону. Храмовник, отразивший атаку одного из своих, благополучно отрубился. Илфари крепко ухватился за одну из костей грудного скелета быстро перебирающего ногами существа, и внимательно смотрел на уже достаточно далеко возвышающийся холмик и морщился. — Что? — Там тоже рвали завесу, — в глазах Говорящего было неодобрение. — Неаккуратно так… — Что, чувство прекрасного стонет? — Гарц сплюнул. — Ну типа того, — Илфари присел на позвоночник Жнеца и позволил броне стать чуточку менее плотной и сползти с головы. — Как мы? — Херово! — брякнула Векти, забираясь на Жнеца вместе с храмовником под мышкой, Криат, с которого понемногу сползала горячка боя, залез следом, шустро перебирая конечностями. Да, за ними определенно пытались снарядить погоню, но благодаря Илфари святоши были растеряны и нуждались хотя бы в координации своих действий свыше… А в этом тоже был затык, и демонята злорадно скалились. Правда, сейчас их демонятами было назвать сложновато… — Ожидаемо… Амира, радость моя, — Илфари криво улыбнулся. — Устроишь нам снежную метель? — Снежную не обещаю, а вот дождик пасмурно и злобно я им устрою, — многообещающе улыбается некро и закрывает глаза, опираясь на своего мужа. На небе активно начинают стягиваться темные тучи. — Тёть, а давайте мы им огненный дождик забабахаем? — устремились на некромантку две одинаково умильные моськи. — Будет весело, прааавда! — протянули близнята, приобнимая Амиру с обоих сторон за плечи. Некромантка приоткрыла глаза. — Ребят, мы вообще-то просто съебаться пытаемся, а не разнести все нахер так, что бы пепла не осталось… Илфари ударился лбом в костяное ребро. — Сестра моя, — патетично изрек он, а потом со смешком закончил: — Фильтруй базар, радость, с нами дети, пусть подростки, но дети… Глаза женщины расширились и она прихлопнула ладонь к губам. — Ой, извините… Вышеназванные детки переглянулись и громко захохотали. — Тёть, вы такая милая! — всхлипывая от смеха просипели дети и ударились кулаками. За ними на дороге полыхнула трехметровая стена рубинового пламени. — Ну, этого достаточно для сьебаться? — в один голос вопросили «дети» с самыми умильными моськами. — Бляяяя… — тихо похрюкивая со смеху, выдал Илфари, которого медленно отпускали нервы. Тело начинало ныть и жаловаться, и хорошо бы через пару часов быть в горизонтальном положении в каком-нибудь очень теплом, а лучше жарком помещении. Может, тогда хотя бы не так сильно будет ломать. — Ну хм… да… Но это нифига не скрытно! — и тут же с неба хлынули упругие струи дождя. — Ну блиин! — возмутились близнята, но предпринимать больше ничего не стали. — Коосточки… Сколько косточек… — блаженно замурлыкал Гир, осоловело оглядываясь по сторонам, а потом тихо прошелестел: — И куда мы теперь? Вечером сходка у того типа, чью голову нам заказали… Не принесем, на цитадель нападут и мне хана… — пробормотал он, широко зевая. А потом кое-как дополз до Илфари и, растекшись по косточкам рядом, положил ему ослабшую руку на плечо и, не приходя толком в себя, принялся лечить одного сумасбродного оборотня. Оборотень только издал что-то вроде обреченного вздоха и перетянул мага на себя полностью, удобно устраиваясь в выемках хребта Жнеца. — Мы что-нибудь придумаем… Гир благополучно задрых, но даже сквозь сон продолжил залечивать раны Илфари и едва разборчиво бурчать о том, что из-за него все сенсоры от боли воют. Близнята, переглянувшись, тоже растеклись по хребтине, мелко дрожа. Всё же в таком преждевременном взрослении было мало приятного… Костяное существо чуть замедлилось, оглядываясь, и выдало достаточно тихую задумчивую трель-скрип. — М? — Илфари приоткрыл глаза и вздохнул. — Разумно. Куда мы дальше? — А мы-то что? Мы вообще не отсюда… — забурчали близнята и, опять закрыв глаза, продолжили дремать. — У меня есть вариант, но туда на этой красоте не добраться своим ходом. Купол отвода глаз не накинете? Я покажу дорогу… — истошно зевая и не открывая слезящиеся глаза, пробормотал Гир. — Легко, — искренне ответил Шульц, перебинтовывающий Гарца и косящий взглядом на второго ученика своей незабвенной Леди, который втихаря подобрался ближе к близнецам и лег рядом. Отрубился как обесточили. — Сейчас поставлю. — Отлично, городок Мертес — это в лиге от центрального города, — забормотал Гир, по-прежнему не открывая глаз. — Придется идти в обход окраин города… Близняшки же, не просыпаясь, обвили Матима хвостами и продолжили сопеть как ни в чем не бывало. Илфари только кивнул, а Жнец начал плавно забирать влево. — Спи до города, и можешь сбавить поток энергии, моя регенерация должна справиться, — прошептал в волосы оборотень, прикрывая глаза. Среди всех находящихся на спине костяного существа воцарилась тишина. — Я сейчас закончу… А то от тебя совсем страданиями шарашит, — буркнул Гир и усилил исцеляющие чары. Срастил связки, убрал воспаление, жар… И счастливо вырубился. Илфари вздохнул и прижал его к себе, согревая. Гир в который раз отодвинул лихорадку и откат подальше. Но вечно так продолжаться же не может… Не ко времени очнувшийся храмовник схватился за голову и едва от неожиданности не навернулся с костяного монстра, ухватился в последний момент, зашарил взглядом вокруг и впал в замешательство. Его взгляд упал на того демона, которого при нем тащили на допрос. И этот демон лечил того странного оборотня. Демон. Лечил. Паладин проморгался. Но картинка не изменилась. Зеленоволосый безусловно демон глубоко уснул, залечив чужие раны, а тот еще и обнял. Как-то в понятия рыцаря храма подобное плоховато ввязывалось. Он устремил взгляд на рыжего некроманта. Который, как и сидящая неподалеку женщина, в отличие от остальных, был совершенно невредим. Храмовник откашлялся… И сказал совершенно не то, что было нужно: — Простите, а почему я до сих пор жив? — тоном прилежного и накосячившего ученика вопросил он. Амира вскинулась на храмовника, а потом, выдохнув, расслабилась. — Потому, что ты защитил одного из нашей семьи… — пожала она плечами. — А вообще, ты был не нашим противником, не нам с тобой и возиться, — Гарц на пробу аккуратно подвигал рукой, проверяя перевязку. — Благодарю, мой Маршал. — Выключай модус Гончей, — хмыкнул в ответ Шульц. — По крайней мере, его боевой вариант. Нам надо отдохнуть, — перевел взгляд на храмовника. — Как тебя-то зовут, несчастье? — Иверид Мерль… — ошарашенно выдохнул мужчина, во все глаза пялясь на некромантов. А затем опять посмотрел на двоих рыжих существ, лежащих чуть дальше. — Как такое возможно? Те демоны принадлежат вам? Но в таком случае вам не требовалось устраивать разруху! Достаточно было предъявить на злых духов свои права, поводки и заплатить виру за причиненный вашей собственностью вред, — забормотал он явно заученную фразу. — Бля, — Гарц покачал головой, — хорошо, что тебя Матим не слышит. В лучшем случае бы просто шею свернул. Слушай, храмовник, разницу между «раб-собственность» и «член семьи», ты вообще знаешь? — Амира только покивала вопросу. Мол, тоже не против узнать ответ. Шульц потянулся в нагрудный карман, доставая тонкий портсигар и вытаскивая сигарету. — Подождите, это вообще как? — искренне изумился человек, переводя взгляды с близнецов на зеленоволосого с оборотнем, и вновь на некромантов. — Но ведь это же демоны! У них даже душ нет, только сущности! — он брезгливо передернулся. Такое в его голове не утрамбовывалось от слова никак. — Стопе! — Гарц вскинул руки. — Парень, а какая разница между душой и сущностью? И не смотрите так на меня, Учитель, — Гончий укоризненно глянул на Амиру. — Я реально хочу понять, как им говорят. Шульц закурил, улыбаясь уголком губ, и чуть устало прикрыл глаза. Напряженные выдались дни. — Душа, это душа, она возвышенна и бессмертна, после гибели тела попадет в чертоги бога, которому была посвящена при жизни. Она есть у нас, людей… Даже у таких, как вы, она есть… — оттарабанил он возвышенным тоном заученный давно материал. А затем, не зная зачем вообще это делает, продолжил: — А у этих нелюдей нет никаких душ, лишь их подобие, которое исчезнет безвозвратно после гибели их нечестивых тел, они цельные темные сущности, плотные духи с неким разумом и бескрайней тьмой… — продолжил он малость уже неуверенно. Иверид уже давно не был ребенком и, если покопаться в памяти, бывали там странности с этими не людьми… Да и сейчас, тот рыжий парень сражался не столько ради спасения своей шкуры, сколько за тех, кого притащили вместе с ним. И этот. Лечил оборотня до тех пор, пока не обессилел. — О, — Гарц важно покивал, — тогда спешу тебя удивить. Душа есть составляющая всего сущего и наделяет ей Творец единый. Что сотворил все в этих мирах. Я, например, уже малость не человек, и даже не потому, что некромант, а потому, что Адская Гончая… А Душу все-таки имею. Как, впрочем, и все здесь присутствующие и демоны, и полукровки, — парень пожал плечами. — Так контракт все-таки влияет… — Шульц недовольно прикусывает губу. — Ничего страшного, — отмахнулся маг. — Просто после смерти мою душу получит Гончая, и я снова появлюсь на свет уже Гончей. Такое вот оригинальное посмертие. — Идиот! — Амира быстрым движением оказалась рядом с парнем и отвесила ему подзатыльник. Тот поймал ладонь женщины и потерся о нее щекой. — В этом нет ничего такого уж страшного. Правда. — … — Иверид впал в культурный шок, застыв на месте и не зная даже, что говорить. Он боялся, что если сейчас откроет рот, наружу вырвется нечленораздельное бульканье. Человек, который добровольно продал свою душу адским тварям и убежденный в том, что все более чем нормально, в его понятия не вписывался. Нет, он, конечно, знавал немало несчастных, продававших свои души, но никто из них не выглядел настолько живым, как этот странный некромант. — Что, язык проглотил, мужик? — хрипло осведомился проснувшийся Криат, с неохотой открыв один глаз. — Ты тут о таких вещах говоришь… Знаете, может ты и прав… Моя душа, например, неотделима от тела… Но скажи, какая в этом разница? Мы чувствуем, живем и дышим так же, как и вы, в чем-то ярче и лучше, но в целом так… Кстати, ты знаешь, с чего вот та херовина в твоем левом ухе? — рыжий демон душераздирающе зевнул и уткнулся лицом в плечо сестре. — Это один из доверенных мне святых артефактов! — гордо ответил паладин, и едва не прикусил себе язык, когда «транспорт» слегка тряхнуло на повороте. — Херня, мужик, тебе тупо насовали хрена в уши, а ты их еще и развесил… — Криат зло пробурчал это и недовольно дёрнул хвостом, всем своим видом выражая, что будет сейчас спать и в гробу он всех видел. — Но тем не менее, мальчик прав, — Леди-некромант подошла вплотную к храмовнику и коснулась кончиками пальцев одной из сережек. Замерла на миг. А потом ее глаза расширились. — Шульц, сними с него серьги, пока я не вырвала их с мясом!!! — почти прошипела бывшая несколько секунд назад спокойной женщина. — Сейчас! — ловкие чуть прохладные пальцы оказавшегося рядом мужчины быстро расстегнули застежку, и серьги вскоре лежали у него на ладони. — Что они? — Они сделаны из кости, кости живого существа. Которого мы с тобой оба знаем, — женщина все еще полыхала яростью. На мгновение обернулась и кивнула в сторону мага и оборотня. — И кость у него забирали наживо, Шульц, когда он все прекрасно понимал! — Суки! — некромант сжал кулак, и сережки захрустели внутри, из с трудом раскрытой ладони посыпался прах. — Что? — а вот теперь храмовник впал в настоящий ступор. Его взгляд остановился, устремленный в никуда. Почему-то мысль о том, что ему лгут, пытаются подкосить его веру в свои убеждения, надолго не задержалась. — Это… — он устремил потерянный взгляд на старших некромантов и коснулся уха, в котором была серьга с крупной костяной бусиной. — Кость на живо? — он был в шоке. — Ага! — прошипела некромантка. — Белые и благочестивые Храмовники! Илфари открыл глаза и глубоко вздохнул. — Сестра моя, — оборотень устало выдохнул. — Хвост у него опять отрос. Кажется, он при тебе говорил, что храмовники ему его рубили, когда он был еще совсем пацаненком. Или не при тебе, — Илфари устало потер переносицу. — В общем, радость моя, не фони так яростью. А то даже меня пробивает на «пойти и убить все, что шевелится, а что не шевелится — пошевелить и обратить в прах!» Успокойся, а? Женщина медленно выдохнула и кивнула, чуть пошатнулась на костяной спине, хотя Жнец и шел достаточно ровно. Правда на поворотах его все-таки немного заносило. — Хорошо, отдыхайте. — Хороших снов, — покивал Шульц, накидывая легкую вуаль сна на оборотня, тот благодарно улыбнулся и тут же провалился в сон.
