Через тернии к звёздам и от звёзд к терниям

Гет
NC-17
В процессе
302
Размер:
планируется Макси, написано 265 страниц, 39 частей
Описание:
Мир наш достаточно жесток: едешь в поезде — ловишь косые взгляды, идешь по улице — замечаешь нелепые намеки, а дома — вечное одиночество. Ты ведь прав, пути к звёздам нет. Через тернии пробраться невозможно. Тогда... откуда в нас это стремление?
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
302 Нравится 181 Отзывы 75 В сборник Скачать

Часть 2.1.

Настройки текста
С момента аварии прошло шесть дней. Шесть бесконечно долгих дней, в которых каждая секунда отзывалась каким-то гадким чувством безысходности. В мыслях всё так же оглушающе роились слова главного врача: «Его шансы невелики». Голова, казалось, вот-вот от них взорвётся, окрасив бледно-розовые стены в ало-красный. Неутешительный прогноз был озвучен только для Рина, ведь остальные отделались слишком просто — заслуга парня, вовремя вырулил. Основной удар пришёлся на правую часть автомобиля. Виновник ДТП умер в машине скорой помощи, а Рин — дотянул до реанимации и до сих пор оставался без сознания с переломами бедренных костей, травмой внутренних органов и сотрясением мозга. За это время он перенёс две операции. Обе, благодаря усилиям лучших хирургов Токио, прошли успешно. Следующей по серьёзности травм стала Ацуши с переломом локтевого сустава и, бонусом, сотрясением. За ней — Куроо с задним вывихом плеча. Больше всех повезло Югито, и именно «повезло»: рассечение брови без осложнений, без травматизма блуждающего нерва, ведь в ином случае — парализация или остановка сердца были неизбежны. Оставалось только ждать. И самое страшное в этом ожидании — неизвестность, выматывающая, терзающая душу. Засыпать и просыпаться с одними и те же мыслями изводило, лишало сил каждого участника аварии, которому повезло наутро прийти в сознание. Родных и близких — тоже. Однако их поддержка в такой момент по капельке разбавляла эту серость. К Куроо приезжал даже отец, стыдливо отсиживаясь в коридоре, потому что смотреть в глаза сыну не мог. Ацуши надеялась получить сообщение от матери, но тщетно. Так же, как и участие отчима в её выздоровлении: снова полез в бутылку, окунувшись в небытие. Нет, конечно, он навещал, как считалось, дочь пару раз, но вместо благодарности получил: «Пожалуйста, не приходи ко мне, не позорься». Видеть отчима пьяным — последнее, чего сейчас «не хватало». К Югито каждый день приезжали дедушка вместе с мамой. Привозили еду и на десерт — натёртую с сахаром морковку на всех. Отец с мачехой переживали тоже: звонили, бывало, по несколько раз на день, интересуясь её здоровьем и здоровьем ребят. Отходил ото всех известий и Кенма, в какой-то степени чувствуя себя в случившемся виноватым. День рождения, в котором, блять, он чуть не потерял друга, а всё из-за грёбаной приставки. Куроо он ругал тоже: за то, что за каким-то хреном поехал в соседнюю префектуру, потащив за собой Рина, Югито и Ацуши и за слова: « Извини, что заставил нервничать». А нервничать он, хотелось сказать, заставил сильно: до изгрызенных ногтей и искусанной коже на подушечках пальцев. Последним его сообщением в тот день стало: «Скоро приедем», но он не приезжал. Даже Бокуто с Акааши, которые завалились к Кенме с поздравлениями, устали ждать. Однако мало-помалу шуточки в сторону его опоздания стали сменяться беспокойством, нарастающим с каждым пропущенным вызовом. Югито оставалась «не в сети» тоже, и Куроо-сан в поисках никак не помогла, взволнованно ответив: «Я думала, он с тобой». А о том, что он в больнице, — стало ясно спустя пару часов. Из приёмного позвонила медсестра, сказав, что Куроо Тетсуро поступил в Токийскую больницу вместе с парнем, находящемся в критическом состоянии, и двумя девушками. Назвала также часы приёма и заверила, что её сын в удовлетворительном состоянии. Так или иначе, легче от того, что Куроо нашёлся, не стало. Да и сопутствующие обстоятельства угнетали не меньше. Постепенно, когда больше не оставалось сомнений в том, что все трое шли на поправку, приоритеты изменились. Важным стало только одно — критическое состояние Рина, длящееся седьмые сутки. — Бокуто-сан такой шумный… — устало протянула Ацуши, ногами сбрасывая с себя одеяло. — Голова от него разболелась. — Да, согласна… — ответила Югито, слабо улыбнувшись. — Ты ещё не слышала, какой на тренировках. — У меня взорвалась бы голова? — отстранённо спросила, пытаясь пошевелить пальцами на сломанной руке, морщась от боли. — Хотя, можешь не отвечать. Думаю, взорвалась бы. Девушка промолчала, сочувственно бросая взгляд на Ацуши. Да и от Бокуто действительно разболелась голова. Не то чтобы это плохо. Наоборот, с ним им всем весело. Только какая-то странная неловкость и обида на судьбу душила: не в таких условиях должны эти встречи проходить, не в таких условиях парень должен знакомить девушку с друзьями, и не в таких условиях стоит радоваться. Но несмотря на это, каждый пытался делать вид, что всё в порядке, что херня случается постоянно и, раз уж им повезло выжить, то позади останется и такое. Старались, в первую очередь, не для себя, а перед друг другом. Уныние одного — ещё больший пиздец для всех, поэтому Бокуто, в принципе, с нетерпением ждали и вечером. Во время тихого часа в палате громкими казались только мысли. Заснуть мешало беспокойство, проклятое в сотый раз. Однако сейчас почему-то была твёрдая уверенность, что сон вот-вот накроет долгожданным чувством мимолётного успокоения, и получится хотя бы чуть-чуть забыться, но дверь в палату резко распахнулась, а за ней — показалась медсестра: — Ваш друг… — запыхавшись, произнесла. — Пришёл в себя. Его переводят в общую палату. Она ушла так же быстро и неожиданно, оставив девушек в недоумении. Всё это — просто сон или в реальность добавили краски? — Подождите! — подрываясь, прокричала Югито вслед женщине. — А когда его можно увидеть? Медсестра остановилась, зачем-то оглядываясь. Аккуратно, будто от кого-то скрываясь, она подошла к палате, озабоченно смотря на показавшихся из-за двери девушек. — Вообще… — перешла на шёпот, перебирая в руках карандаш. — Сегодня его лучше не беспокоить, но в качестве исключения… первый и последний раз… — подняла на девушек глаза, надеясь отыскать в их счастливых глазах понимание. — После вечернего посещения у вас будет десять минут. У медсестёр в это время что-то наподобие консилиума, и на посту никого не будет… Номер палаты я вам сообщу позже, но, вероятнее всего, его определят в пятьсот шестую. Если не ошибаюсь, к вашему другу. От радости на глаза наворачивались слёзы, и девушки даже не пытались сдержать эмоции. Медсестра принесла не просто хорошую новость: она подарила спасение. Словно вытащила их, погрязших с головой в болоте боли и сожаления, на тёплый песчаный берег, подарив возможность дышать. — К Куроо… — от радости таяли мысли, забирая с собой все слова. — Югито! — Да, Мираи, к Куроо… — осторожно и бережно, чтобы не задеть больную руку, девушка обняла подругу, чувствуя, как слёзы стекают к подбородку. — Надо… ему сказать. — Д-да, Юкки… — согласилась, вытирая ладонями с её лица горячие слёзы. — Тогда… я пойду, ладно? — отстраняясь, стараясь не расплакаться ещё больше, спросила, отпуская Ацуши. — Подожди меня здесь… я скоро… Только скажу ему и сразу же вернусь… Услышав в ответ одобрительное мычание, Югито, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, направилась к лестнице. Через пост медсестёр прошмыгнуть получилось успешно — две молодые женщины обсуждали чей-то день рождения, решая, что выбрать в подарок и, как следствие, закрывая глаза на нарушение правил. Покидать палату во время тихого часа нельзя, но с отчаянными возлюбленными, которых разделяли лишь два этажа, бороться бесполезно. Миновав порожки, впервые кажущиеся такими немногочисленными, девушка подошла к пятьсот шестой палате. Коротко постучав два раза, она тихонько зашла внутрь. Повернувшись лицом к стене, Куроо лежал неподвижно. Вряд ли спал — просто, скорее всего, не обращал внимания на открывшуюся дверь и тихие шаги к его кровати. — Куроо… — сев на край, Югито запустила пальцы в его слегка влажные после дневного душа волосы. — У меня для тебя радостная новость. Парень вопросительно повернул голову в её сторону, слабо улыбаясь. Мешки под глазами посерели, придавая его лицу слишком измученный вид. — Ты плакала? — вполголоса спросил, приподнимаясь на здоровой руке. — Что случилось? — Рин… — на выдохе произнесла с обнадеживающей лёгкостью. — Он пришёл в себя! Скажи Бокуто, чтобы не приходил вечером. Его переведут в твою палату, а там нужен покой и… — Стой, Юю, не так быстро, — разбирая только половину слов, Куроо замотал головой, не веря. — Рин пришёл в себя? — Угум, — промычав, кивнула, зажав губы. — Охуеть… — прошептал, улыбаясь, неотрывно смотря на Югито. — Пиздец, слов нет… Наконец-то… Наконец-то, чёрт, долго же он…
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты