Я в мире Наруто?!ЧАСТЬ 3.

Три года спустя

*Скряб-скряб, скряб-скряб — Мммм. *Скряб-скряб, скряб-скряб — Да что, блин? — простонала я, поднимая голову с мягкой подушки, — Кто это? В единственном небольшом окне спальни, на внешнем подоконнике, появился мопс в синей жилетке. Солнце прямым лучом било в окно, освещая помещение со скудной обстановкой, но приплюснутую мордочку Пакуна я всё же смогла распознать. Потерев ладонями щёки и встав с кровати (предварительно проверив, что на мне есть пижама, а не майка с нижним бельём), я распахнула окно и взяла призывное животное в руки. — Пакун, сколько сейчас времени? — Семь утра. — А почему помощник Шестого будит меня в такую рань? — Совет джоунинов в восемь утра. В зале совещаний. Не дав мне вставить слово, собака небольших размеров тут же выскользнула из рук и испарилась в утренней Конохе. Собрание? С чего вдруг? Вроде в последние дни всё тихо, — всё ещё сонно зевая, я лениво посеменила в ванную. Планировка в квартире немного отличалась от той, в которой я жила до войны. В старую берлогу вернуться было уже невозможно, ведь дом, пострадавший после нападения Пейна, наконец снесли через пару месяцев, когда стало понятно, что ни в одном из трёх этажей, в тот момент, уже больше никто не жил. Но, благо, после моего «возвращения» подвернулся удачный вариант, — одна из главных улиц города, по соседству располагался продуктовый, в конце улицы была раменная, а через четыре дома, ныне, проживала Сакура, и, если меня что-то побеспокоит, то я могла без проблем обратиться к ней. Серые стены, кафельный пол, душевая кабина, туалет и раковина с слишком большим зеркалом для этой комнатушки, — вот из чего состояла уборная. Сунув в рот щётку с каплей пасты, я подняла взгляд и уставилась на 20-нюю куноичи, отражающуюся в зеркале. По сравнению со своей 17-ней версией она довольно сильно выросла: черты лица стали более резкими, подросткового тела не было и в помине, что уж говорить о детской пухлости, что проглядывала ещё несколько лет назад. Да, физически я изменилась. И не только из-за взросления, но и от пережитых когда-то на войне смертельных ран. Прошло уже четыре года, а я до сих пор ходила на осмотр раз в два месяца, а ещё принимала таблетки. Последствия от штыков Десятихвостого доставляли кучу проблем: больная спина, острые фантомные боли, а медикаментов я пила столько, сколько не пила, наверное, даже самая старая и больная женщина деревни Скрытого Листа. Это не отягощало жизнь, как раньше, я привыкла, но всё же было слегка не по себе, — сверстницы ходили во всю цветущими и сильными, а мой организм до сих пор не мог нормально окрепнуть. Врачи всё твердили, обещали, умасливали, что скоро-скоро я буду полностью здорова, но вот заканчивается 3 год, а я до сих пор ходила на миссии с чёртовыми таблетки за пазухой. Запустив руку в волосы, провожу по самым корням. Пальцы неприлично быстро выпутываются из короткой пацанской причёски, усмиряя торчащие пряди, — за год эта длина стала слишком удобной и привычной, хотя, первоначально, я сама от себя шарахалась, смотря в зеркало. Но год назад я вновь вернулась на дорожку, полную жёстоких, долгих и муторных миссий, поэтому от любой длины ниже ушей пришлось отказаться. Управившись со водными процедурами, иду на кухню, быстро разбираюсь с завтраком и семеню обратно в спальню, мимо кладовки и санузла. Комната поменьше и потемнее, чем в прошлой квартире. Как заходишь, сразу слева натыкаешься на шкаф с вещами, у стены слева от окна — рабочий стол, а справа — кровать. На этом вся мебель, если честно, заканчивается. Серую обстановку кое-где разбавляют книги и свитки на рабочем столе, два-три фикуса, которые подарила Яманако, чтобы «всё не смотрелось так мрачно», и фотографии на стенах. Они висят над кроватью, ровно по середине стены, в одинаковом расстоянии друг от друга: клан Судзуки, клан Учиха, 7 команда и общая фотография со всеми друзьями. Открываю шкаф и достаю первое, что попадается под руку: майка, кольчуга, красная футболка с короткими рукавами, серые штаны и джоуниновский жилет. Бандану завязываю на поясе, чехол для кунаев закрепляю на икре, а затем пытливо зыркаю на потрёпанную временем мешковатую сумку. Надо купить новую, эта себя изжила, — в который раз говорю я себе, и в который раз беру аксессуар с собой. Открываю окно и выпрыгиваю на улицу, уверенно перемещаясь с одной крыши дома на другую. Пара шумных кварталов, и вот знаменитая красная резиденция уже виднеется за копной деревьев. Коноха «немного» изменилась за эти 4 года. Как минимум, от воронки Пейна не осталось ни следа, а как максимум — деревня разрослась вдвое: появились новые кварталы, дома, магазины, парки. Первое время было даже непривычно вилять по селению, ведь весь центр строили с самого начала, по новой планировке. Вот, вроде бы, по-привычке идёшь в парк, а приходишь к пруду, идёшь к реке, а оказываешься на главной улице — раньше это раздражало, но сейчас уже стало чем-то привычным. Когда я приземлилась у офиса хокаге, то заметила на площадке ещё нескольких джоунинов, среди которых получилось обнаружить Сакуру, Шикамару и Шино. Ребята подошли ближе и, поздоровавшись, уже вместе со мной затерялись в толпе, входящей в лабиринты коридоров.

***

Зал представлял собой большое помещение, чем-то смахивающее на театр: в конце комнаты находилась небольшая сцена, украшенная гигантскими шторами, двумя мраморными колоннами по бокам и одним массивным дубовым столом по середине для хокаге и старейшин. Вторая же часть зала была похожа на некую ложу для зрителей, только без этажей и кресел в ряд, — вместо этого по всему полу были разложены мягкие серые подушки, на которых мы, джоунины, обычно сидели и слушали объявления со стороны лорда. Для чего нас собрали? — задумалась я, садясь рядом с Сакурой, подкладывая валик, — Меж пятью скрытыми деревнями гармония, маленькие страны не бунтуют, коноховцы ни на что не жалуются, новых врагов на горизонте не видно, да и никакие особые персоны не должны объявиться в ближайшие дни. И вот, что странно, не всех джоунинов собрали в зале. На сколько мне известно, Неджи находится в деревне, Наруто и Сай тоже, вот только их не пригласили… Как только все расселись по местам и в помещении воцарила тишина, на сцену вышел Шестой в сопровождении свиты, — прошло три года, а учителя было до сих пор непривычно видеть в белом одеянии, ведь, даже так, в повседневной жизни, мужчина предпочитал не носить остроугольную шляпу и халат с красной гравировкой его титула. — Спасибо, что пришли, — начал сероволосый, — Что же, не буду тянуть и перейду к делу. В зале присутствуют не все джоунины деревни Скрытого Листа, и на то есть причина. Как вы знаете, уже сейчас выпускники академии проходят итоговые экзамены, после которых им предстоит поделиться на команды. Я вытянулась в лице: Неужели он говорит о… — …и, соответственно, познакомиться с наставниками. Вас пригласили сюда, чтобы предложить кандидатуру учителя для нового поколения шиноби. Вы можете отказаться, но ваш ответ в письменном виде должен оказаться у меня на столе не позднее пятницы. В случае, если вы согласитесь, вам будут представлены досье и другие необходимые подробности. На этом всё, спасибо. — Серьёзно? — выгнул бровь Нара, — А, блин, вот лажа, я же мог ещё поспать… Шикамару было по-барабану на происходящее, а у меня вот в ушах зазвенело, когда в голове всплыла давно забытая мечта. Я… Джоунин-наставник?

***

— Но это же здорово, Чан! — бодро улыбнулась Тен-Тен. — Да! При первой встрече с Какаши-сенсеем ты сама рассказывала, что хочешь этого, — добавила Сакура, поправив полотенце на голове. Вечер четверга был отдан на запланированную встречу с подругами в общественной бане, — она находилась справой стороны деревни, и была буквально выбита из скалы каге. Поговаривают, что источник появился здесь чисто случайно. Просто кто-то когда-то ударил по скале техникой, и из скважины пошла горячая вода, на месте которой и построили место, куда мы теперь ежемесячно ходили в обязательном порядке. Территория базы отдыха делилась на две зоны: несколько бассейнов внутри, которые предпочитали мы с девочками, и парочка снаружи, где обычно бесились мальчики. — Да, но, — я поглубже погрузилась в горячую воду, хмурясь, — Не знаю даже… Всё не так просто. С собрания джоунинов прошло 4 дня, а я так и не дала свой ответ Шестому. — Боишься, что не справишься, Чана-чан? — Хината хотела похлопать меня по плечу, но резко передумала, смущённо прижав локти к груди. Смотря на сея действие, я и не знала даже — мне завидовать, что подруга являлась обладательницей такого пышного бюста, или нет? С одной стороны, большая грудь это, конечно, красиво, но с другой, наверное, жутко неудобно. Да хоть в пример ту же Хину бери, что никак не могла убрать ладони с грудной клетки. Конечно, жаловаться не хочу, у меня было хорошее тело, хвала генетике и тренировкам, но всё равно иногда… Так мыслю не в том русле, — помотав головой, я отругала себя за несосредоточенность. — Да, я действительно боюсь, что не справлюсь. — Ты не должна так о себе думать, — несмотря на смущение, пробормотала Хьюго, — Ведь ты отличный джоунин и хороший человек! — Спасибо за лестные слова, но… Это же всё-таки большая ответственность. Очень большая. Сакура, Шикамару и Шино вот отказались. — Нара отказался, потому что он лентяй, — фыркнула Ино, — Шино, потому что он очень погрузился в помощь Куренай с Мирай, а Сакура, потому что у неё вся жизнь в больнице. — Язык прикуси, свинка! — Лобастая, я сейчас это не для того, чтобы тебя подколоть, а просто констатирую факт. Эй! — Получай! — брызнула в подругу розоволосая, — Ахах! — Девчат, давайте не будем сейчас, — привстала Такахаши, остановив начавшуюся битву водой, — Нам нужно решить проблему Чаны. Ты можешь отказаться, если хочешь, но не будешь ли ты потом жалеть? — Чана-чан, ты ещё можешь подумать, но может тебе стоит сходить к Шестому и поговорить с ним об этом? — Хината права, — кивнула ирьёнин, — Он как никто знает, что ты чувствуешь, сенсей же тоже проходил через нечто подобное. — Хорошо. Я схожу завтра в резиденцию, а там уже и решу. — Ну, вот, другое дело! — улыбнулась девушка с пучками, — Тебе нужно быть увереннее в себе и своих силах, Чан! Позитивный настрой подруг заставил насторожиться, — почему они вели себя так, будто бы я уже согласилась?

***

*Тук-тук-тук — Войдите. Сколько бы ни прошло лет, чтобы не случилось, сколько бы раз враг не разрушал потолок, или не бил стёкла, а этот кругообразный кабинет оставался всё таким же, как и раньше: всё та же куча не подписанных документов и не прочитанных свитков, портреты бывших хокаге, чей ряд дополнила собой Цунаде-сама, на данный момент где-то странствующая, и, казалось, единственное, что временами всё-таки менялось здесь с течением времени, — так это сам владелец комнаты. И на этот раз это был уже не третий, и даже не пятый, а шестой хокаге. Время летит быстро, однако… Я неуверенно сжала листок с заполненной анкетой в руках, а после передала в руки лорду. — Как и ожидалось, — одобрительно кивнул мужчина и, поставив на плотном листе печать, убрал в нижний ящик стола. — Сенсей, почему меня назначили на эту должность? — С чего вдруг такой вопрос? — Просто… интересно, — протянула я. — Хм. Ну, прежде чем созывать собрание, эксперты тщательно рассмотрели досье каждого джоунина в возрасте старше 20 лет, и я лично порекомендовал твою кандидатуру, но, как могу предположить, ты…передумала? — Н…нет. Это… — я хотела начать оправдываться, но перед сенсеем это было делать глупо, — Да… Да, вы правильно подметили, я начала сомневаться, наверное, из-за ран. — Мне кажется, дело не в них. За этот год ты отлично справлялась с миссиями разной степени сложности. — Да, но тогда я несла ответственность только за себя. — Так ты боишься оплошать? Боишься, что ученики под твоим руководством могут пострадать? — До войны я могла с уверенностью сказать, что готова быть чьим-то сенсеем, но… А вдруг в самый неподходящий момент меня схватит судорога, вдруг я не успею спасти ребёнка от летящего куная, или разъярённого врага… — Понимаю. Я подняла взгляд на того, в ком уже вот как несколько лет видела фигуру собственного отца, — в чёрных глазах читалось искреннее понимание и теплота. — Как вы справились с этим, сенсей? — Провёл для вас личный экзамен. После того, как я увидел, на что вы способны, на что способна ТЫ, я просто доверился вам, и, что самое главное, себе… Как видишь, не пожалел. Моё лицо посветлело и я скромно ответила: — Спасибо. — Пока не за что. Ну, что ты решила? — Те колокольчики с нашего первого испытания… Они ещё у вас?

***