Джейд

— Кать, ну ты идешь? Тебя там ждут. — Сейчас, Дим, подожди, у меня торт пролился. — У тебя — торт — что? — раздельно фальцетом спросил Димон, готовясь разразиться особенно долгим и оглушительным смехом. — Говорю, подожди, — я лихорадочно искала, чем вытереть липкую лужу с пола, и все было действительно так, как я сказала. Вчера под вечер я уволокла к себе в номер малиновый тортик в такой круглой пластиковой штуковине, половину съела за прожиганием жизни в Интернете и просмотром сериала, который рекомендовала Джейд, половину оставила. Я еще обрадовалась, представляя, как я его сразу же утром и заточу (испортиться не должен) с водичкой из бутылки (я не прихотливая), и после сразу на съемки. А за ночь штука, которой была залита верхушка с ягодами, растаяла, и когда я протянула ручки к неплотно закрытой упаковке, добрая часть торта вылилась, хорошо, ковров здесь не водится, и кроссовки не пострадали. Побегав по номеру, я нашла, наконец, бумажные полотенца, вытерла лужу, однако, липкость никуда не делась. — Можно зайти? — осведомился из-за двери Димка. — Заходи, не заперто. Димон зашел, послушал эту мою историю, потаращился на сиротливые побледневшие ягодки на коржике, и довольно поржал, хотя не так оглушительно, как планировал. — Я думал, ты употребляешь что-то, мать. — Угу, тортики на ночь. Прекрати меня называть так, ты, сопляк. Сходи мне швабру принеси. — Что и требовалось доказать. Сама иди. И, поняв, что здесь уже неинтересно, он скрылся. В расстройствах о так бездарно прощелканном торте, а также предположениях, как отомстить дерзкому переводчику, я открыла дверь, чтобы идти вниз, и нос к носу столкнулась с курьером. Парень передал мне пакет, в котором было что-то мягкое, и испарился, сплагиатив Димку. Не имея понятия, что бы это могло быть, а главное, от кого, я вскрыла упаковку, и на руки выпали фиолетовый клетчатый сверток с запиской. Красивым почерком, и мне ярко представилось, как, вывернув лист поудобнее, она пишет левой рукой: «Твой день рождения и впрямь еще далеко, придумаю что-нибудь другое». Вниз я не шла, а летела. Примчавшись на площадку к Джеку, я встала рядом, глядя то на него, что-то выстукивающего на планшете, то непосредственно на планшет, и ловя себя на том, какая идиотская у меня улыбка. Джек покосился одним глазом. — Кто пустил на площадку постороннюю лиловую фигню?! — Фиолетовую, — поправила я, осознала смысл фразы и принялась обзываться, не придумав ничего умнее. — О боже, теперь у нас будет две фиолетовые клетчатые фигни, — закатил глаза Джек. — Неправда, Джейд синяя! Тьфу ты, Джек, да ну тебя! Где она? — Кто? — Клетчатая синяя. — Понятия не имею. А Джейд вон там. Я развернулась на сто восемьдесят, чтобы увидеть Джейд, которая улыбалась мне с другого конца площадки, но на нее в этот момент нападали парочка осветителей, гример и актеры, и как бы я не хотела, в ту сторону мне лучше не соваться. Я послала лучезарную улыбку в ответ, помахав руками, мол: видишь, подошла, как раз, и она очень красивая, все супер, спасибо! Джейд поняла, но я все равно тут же принялась строчить ей сообщения, чтобы прям совсем точно. — Смотрю, хорошо, что драйвера на полеты загрузила пару дней назад, да, Кейт? — спросил над моей головой Джек. — Ага, — глядя, как Джейд с успехом отбивается от всех по очереди, но и сама убегает куда-то по новым неотложным делам, довольно отозвалась я. Через минуту от нее пришел смайлик и подтверждение, что мне очень идет. — Ты мне больше нравилась, когда была хмурой и неразговорчивой, — доверительно сообщил Джек. — Все — чтобы тебе было плохо, — подмигнула я, а он сделал вид, будто его тошнит. — У нас промах, — прекратив высматривать что-то в планшете, сказал Джек чуть позже. — Какой? — Скажи, когда ты писала сцену на роликах, с большим количеством людей вокруг, о чем ты думала? Я честно стала припоминать. — Но, впрочем, это неважно, совершенно неважно, Кейт. Потому что мы уже отсняли сцены с массовкой, и тех людей, кто еще здесь, нам не хватает. По графику эти эпизоды сегодня, и ждать, пока кто-то приедет сюда из города, нельзя. Лана и Эд уже знают про сроки, и наши дни здесь очень подсократились. Поэтому кататься вокруг этой парочки будут все, кто не занят процессом. Ты тоже. — Что?! Нет! — Да, Кейт. — Я же не умею! — Да мне плевать. — А… Ну… А если людей не хватает, то и роликов, значит, тоже? — тут же принялась я выдумывать более-менее годные отмазки. — Реквизита хватает! Его готовили в первую очередь! Никаких «нет», все решено. — Я не умею! Джек! Мне плохо! Ой, кажется, правый бок болит, точно, это вилка! Ой, и голова заболела! А слышишь, голос садится? Это опасный вирус, меня надо изолировать и можно даже отправить обратно домой! Ну, Дже-е-ек, — как всегда, услышав про необходимость выйти из зоны комфорта, я стала лихорадочно придумывать причины, а следом просто тупо ныть. — Время тебе — до двух часов дня. Учись! — свернул глазами Джек и удалился, не слушая больше мой бред и легко отмахиваясь, когда я пыталась цепляться за руку. У меня есть клетчатая рубашка, и Джейд выбирала ее для меня. А еще мне придется проехать под камерами на роликах, на которых я каталась давным-давно один раз в жизни, и ничего хорошего из этого не вышло. Какой сегодня, полный контрастов день, хочется смеяться и тут же орать от ужаса. Врагу не пожелаешь. А если попробовать, меня увезут в больницу? Да нет, он не может меня заставить, чушь. Все здесь взрослые разумные люди, и ставить кривую неумеху под камеры гораздо энергозатратнее и хуже, чем найти кого-то, вон, хотя бы из местного персонала. — Два часа! — крикнули надо ухом, я взвизгнула и побежала, сломя голову, в отель — собирать вещи для побега. *** Теория из Интернета, само собой, ничем не помогла. И я, само собой, никуда не сбежала, а до двух часов отсиживалась в номере, вначале надеясь, что обо мне забудут, а потом сунула нос в ноутбук — смотреть по запросу «кататься на роликах». И проклинать, проклинать себя за тот несчастный полет фантазии, вследствие которого получилась сцена в книге, а затем и в фильме. Надо же было так саму себя подставить, следующие работы будут продуманы гораздо лучше на предмет личной безопасности автора. Сообщения с жалобами Джейд не доходили, местная связь оставляла желать лучшего, а попросить кого-то найти ее, или даже позвонить — значило обратить на себя внимание нежелательной бородатой личности, которая вполне могла ошиваться рядом. — Ты идешь? — постучалась без десяти два эта самая нежелательная личность. — Нет! — Почему? — Эм… Ну… О! Живот болит! Вместо ответа, Джек просто нажал на ручку двери, она была не заперта, вошел в номер и выволок меня наружу, не слушая вопли о вторжении и угрозы судом. — Джек, давай я буду за камерами с Ником, а ты кататься, — пыталась предложить я варианты, но тиран был непреклонен. — Люди вокруг не должны загораживать актеров, Кейт, и ты сама это прекрасно знаешь. И я должен быть рядом с Ником, потому что от тебя никакого толка все равно не будет! Надевай коньки. Я с ненавистью смотрела на лежащие передо мной ролики, вспоминая себя на физкультуре в школе — беспомощная неумеха. Неужели, и через столько лет?.. «Катя. Всегда», — утвердительно кивая, сказал личный Северус Снейп в голове. Помогите. *** Сначала вы видите зеленую листву деревьев, пронзительно голубое небо и ослепительные солнечные зайчики. Затем парк с широкой дорогой. Видите, как по дороге на роликах едут двое, держась за руки, а вокруг них снует множество юрких и самых мелких людей из съемочной группы, как того требовал кадр. За ними на полусогнутых, растопырив руки и безостановочно вереща на одой ноте, катится Что-то. Чему-то придал ускорение добрый и отзывчивый режиссер, а как тормозить, не научил, и Что-то уже раз пятьдесят успело попрощаться с жизнью, а также оглушить своими мерзкими воплями всех, кто был рядом. Что-то не смогло стать в один момент храбрым и умелым, как всерьез решило, когда, сцепив зубы в отчаянье, надевало ролики. — Джек, зачем, ведь не получается, — наклонился в это время оператор Ник к доброму и отзывчивому режиссеру. — Постой, постой, почему нет? Ты погляди! Надо еще дубль, — не согласился тот и дал команду по местам. Что-то как катилось, так и продолжало катиться, визжа практически ультразвуком. Вот под конец оно издало басовитый аккорд и затормозило в кустах. Ловить Что-то никого не поставили — много чести, лишних забот, и в качестве мести за непродуманные сцены в своих произведениях. Плюс еще, режиссер до конца не верил, что у Чего-то в самом деле так плохи дела, но наблюдая, пришлось согласиться, что да, ужасны на все сто процентов. — Джек, что вы тут делаете? — вернулась на съемочную площадку Джейд. — Кейт! И она побежала вытаскивать из кустов клетчатую рубашку, которую Кейт не захотела снимать, на удачу, успев тысячу раз пожалеть об этом, потому как угроза порвать была велика. Выпутываясь из кустов, взъерошенная сценаристка что-то безостановочно твердила. Девушка могла поспорить, что весь поток слов был русским матом, которому та учила ее намедни, а некоторые слова вместо запятых Джейд еще не знала, но пообещала себе выучить обязательно — всему свое время. *** — Это ведь легко, — говорила Джейд, стоя передо мной на роликах в красной футболке с логотипом RAMMSTEIN, уперев руки в бока. — Смотри, тормозишь вот так… — Я не хочу смотреть, я хочу умереть, пожалуйста, убей меня, убей, убей, убей… — Кейт! Соберись! Джек сказал, нужен еще дубль. — Нужно убить его, убить, убить, убить! — Кейт, не грусти, зато будет, что вспомнить! Камео и все такое! — крикнул мне издалека этот, я не знаю даже, как его назвать, что-то обсуждая с Ником и актерами. Он дал всем 20-минутый перерыв, во время которого Джейд, во-первых, прикатила меня обратно, во-вторых, сама надела ролики в надежде научить хоть чему-то. «Девочка моя, но ты же понимаешь, что все это абсолютно бесполезно», — думала я, глядя с вселенской тоской. Девочка понимать отказывалась и демонстрировала, как тормозить и как лучше стоять на адских штуковинах. Предложение заменить меня в кадре на Джейд не сработало, Джеку зачем-то понадобилась я, но он разрешил ей быть рядом. «Что за пытки. Зачем это все. Зачем вообще эта жизнь, какой в ней смысл», — патетично думала я, прижимая руку к оцарапанному подбородку. — Кейт, — оказались передо мной смеющиеся синие глаза. — Перерыв закончился. Так, а что, если я просто покачусь в другую сторону? Джейд протянула руку, и побег сам собой отменился. — За руки не держаться! — скомандовал Джек со своего места. — Только актеры. — А как ты предлагаешь мне ехать еще, ты?!. — Как в прошлом дубле. Все, начинаем. Джейд посмотрела с сожалением, отпустила пальцы и закружилась рядом, не выпуская меня из виду. Она такая легкая и быстрая, а я тоже вроде легкая, но чувство, будто вешу больше передвижного ракетного комплекса, с маневренностью асфальтоукладчика. Было ощущение, что Джейд умудряется меня поддержать и не дать свалиться даже на расстоянии. Она накинула свою рубашку, несмотря на ворчание Джека, и я одновременно с тайным замиранием представляла две клетчатые спины рядом, которые обязательно промелькнут в эпизоде фильма на пару секунд, и в ужасе мечтала расщепиться на атомы, удерживая равновесие. — Кейт, две минуты, не упади всего лишь две минуты, — заглядывая в лицо, тихо уговаривала Джейд, а я была рада, что сейчас хотя бы не визжу так громко и отвратительно. Конец прикусу я обнаружу, наверное, когда закончатся дурацкие съемки, сейчас, сжав зубы, я в шоке не чувствовала вообще ничего. Как я могла радоваться съемкам фильма? Это же кошмар. Кто это только выдумал. Зачем это надо, кому это надо? Понятия не имею. Решено — съемки фильма адская дичь, твоего, чужого — неважно. Пока я так размышляла, мы проделали уже половину пути. Ай! Расставив руки и подгибая колени с каждой секундой все больше, я прокатилась по камешку, и хрупкое равновесие едва не накрылось. Сейчас упаду. Вот сейчас упаду. Точно, вот сейчас. Да, я уже падаю. Да говорю же, падаю. Падаю. Па-да-ю. Джек, а ты пи-да… — Снято! Джейд цапнула за шиворот и не дала закончить славный путь в очередных кустах. — Отлично, я обязательно это оставлю! Кейт, ты здорово вписалась вместе с Джейд, одна такая ловкая и шустрая, а вторая кривая скованная неумеха, прекрасно смотритесь. «А ты не жилец, и шляпа твоя, и борода», — хотела ответить я, но вместо этого стала кричать «Ура!», вскидывая руки, и забывая, что ролики никуда не делись. Упасть не дала все та же Джейд, придержав за плечи. — Спасибо, — прошептала я, обернувшись. Она подмигнула в ответ, а я опустилась прямо на землю, чтобы наконец снять ненавистные коньки. — Хочешь, вместе покатаемся? Я научу? — предложила Джейд. — С тобой, хоть на край света, — особо не беспокоясь, что несу, брякнула я. — Только не на роликах. — Можно устроить, — тонко улыбнулась девушка уголочком губ, ветер красиво шевельнул ее волосы, создав весьма коварный и в то же время заманчивый образ. Мне понравилось. Засмотрелась. Я моргнула и наваждение исчезло, а вот в поле зрения появился Джек, вытеснил худышку Джейд своей вредной бородатой личиной, и стал упражняться в моральных унижениях. Ладно, пусть пока думает, что ему сойдет с рук, надо усыпить бдительность, и затем о-очень неторопливым асфальтоукладчиком раскатать со вкусом по всем прилегающим территориям. *** — А потом вот этот кадр, можно все повернуть наоборот, — говорила Джейд, делая быстрые наброски. Она еще и рисовать умеет. Я смотрела на листы бумаги, и поражалась, как тремя-пятью уверенными линиями она могла создать образ человека, да еще жутко похожего на актера, который задействован в этой сцене. Я из трех линий могла сотворить разве что лапу какую-нибудь куриную, а из пяти лысую елку. Рисуя и одновременно объясняя, что происходит в этом кадре, Джейд периодически поднимала голову, почти сталкиваясь со мной лбом, и тогда я по очереди смотрела в ее глаза, считая в них темные крапинки. А иногда в переносицу, чтобы казалось, будто смотрю в оба. Ловила себя на том, что улыбаюсь. А спроси, о чем разговор, я бы затруднилась ответить. Джейд, однако, помнила мою нелюбовь к зрительным контактам и быстро опускала голову обратно к рисункам. — Что делаете? — нарисовался Джек самостоятельно. — Раскадровка, — отозвалась девушка. — Потом покажете. Ко мне сейчас приедут, будет важный разговор. Уберитесь куда-нибудь, или только Кейт уберите, она может испортить положительный эффект от встречи. Черт, уже идет! — углядев в окно какого-то мужчину, Джек бросился встречать, а мы, как сидели в кабинете за столом, так и остались, провожая его взглядом, а затем воспроизводя в мыслях путь с гостем по коридору отеля сюда. Заведя мужика в кабинет и поняв, что никуда не делись, Джек испепелил нас взглядом и предложил расположиться за вторым столом у окошка. Мы поприветствовали прибывшего и вернулись к картинкам. Судя по доносившимся обрывкам фраз, Джека посетил какой-то, то ли продюсер очередного проекта, то ли другой режиссер, и он очень звал его присоединиться к работе в скором будущем. Джек объяснял, что до поры он будет занят на съемках фильма по книге вот этой вот сударыни — кивок в мою сторону. Сударыня в это время нашла маркер и нюхала его с придурковатым видом, а потом попыталась нарисовать Джейд усы. Джейд легко уклонилась, выхватила маркер, погрозила — пришлось вести себя хорошо. Бородатый со своего места послал очень неодобрительный взгляд, вот самый-самый неодобрительный, какой только может быть на свете, неодобрительнее не найдешь, прямо-таки. Я взяла карандаш и, поглядывая то на Джека, то на «холст», принялась размашисто рисовать, чтобы Джек не думал, что я вообще ни на что не гожусь. Талантливый человек талантлив во всем. Сличив в конце бурного процесса оригинал и копию, и важно кивнув, я продемонстрировала Джеку шедевр — нарисованный круг с двумя разнокалиберными кружочками и точками в них, две закорючки, вертикальная и горизонтальная, борода - пять черточек, и шляпа из палочки и полукруга. «Это — ты», — указала пальцем на рисунок, затем на Джека, миленько-миленько улыбнулась, моргая глазками, и изобразила свободной ладонью половинку сердечка. Джек взглянул украдкой, смотрит ли мужик — тот не смотрел — показал мне средний палец и отвернулся. Я возмутилась, стала гладить листик и говорить нарисованному Джеку, ни в коем случае не брать пример с настоящего. — Кать, смотри, я твое триумфальное шествие на съемках на «Ютубе» выложил, — сунул нос в двери Димон, показывая что-то в телефоне. — И первый и второй дубль. Я бросила лист, сорвалась с места и погналась за злыднем, желая отобрать гаджет, хотя чем это могло помочь, не представляю. Вслед донесся взрыв смеха Джейд, а Джеку, мне кажется, не удастся договориться о новом сотрудничестве. *** Димона я так и не поймала, а самостоятельный поиск по ключевым словам ничего не дал, думаю, он врал. Джейд, которая нашла меня после всей беготни, в гостиной отеля, тоже не смогла помочь в поисках, и пора уже было идти на съемки очередной сцены. — Могла бы и не приходить, — прошипел мне Джек, отказываясь колоться, чем закончились переговоры. — Не могла позволить тебе наслаждаться моим отсутствием, — нахально отозвалась я, чувствуя себя в безопасности — больше ведь исполнять опасные для жизни трюки не заставят. Джек кисло поглядел и вернулся к работе, а мы с Джейд за его спиной затеяли игру, кто кого быстрее ткнет в плечо пальцем. Как это водится, бесились все сильнее, пытаясь увернуться, до тех пор, пока не помешали съемкам сцены, и Джек на нас наорал. Пока он высказывал все, о нас думает, я беззвучно хихикала, пытаясь сделать серьезный вид, а Джейд, не мигая, смотрела в небо, закусив губу. Притворяясь, что изо всех сил вникаю, что там Джек орет, я прислушивалась к своим ощущениям. Вспоминала пережитый днем, лично для меня, настоящий ужас, незаметно трогала мягкий рукав рубашки, думала о том, как Джейд удается выглядеть мягким и добрым ангелом, а через секунду в глазах мелькнет что-то демоническое — и все, мурашки по коже — и чувствовала разливающееся по телу счастливое тепло. — Джек, если под твои слова подставить фонограмму из «Бенни Хилла», ты так здорово артикуляцией в темп попадаешь, — на всякий случай, уточнив в телефоне, как будет «артикуляция», потому что мой переводчик до сих пор в бегах, сообщила я. Джек, который замолчал на время, пока я без объяснений лазила в Интернете, по-моему, задымился. А я поняла, что мне тоже надо как можно скорее уходить в подполье и записываться в списки пропавших без вести. — … давно на роликах не каталась, каскадерша хренова?!. — это была лишь малая часть того, что я слышала, удирая со всех ног со съемочной площадки под удивленными взглядами всех присутствующих и Карасика, который шел жаловаться Джейд, что его не кормят. Какой контрастный ужасно счастливый сегодня день все-таки.