Заряд бодрости на всю рабочую неделю 1010

Ler-cha автор
Anel_ko соавтор
Реклама:
Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Ориджиналы

Рейтинг:
R
Размер:
Мини, 7 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: ER Дружба Повседневность Романтика Флафф Юмор

Награды от читателей:
 
Описание:
Многие полезные вещи можно узнать буквально из воздуха. Из того самого, сквозь который скользят солнечные лучи и радиоволны. Не верите? А вот послушайте одну презабавнейшую историю!

Посвящение:
Музе моей Анелечке, сладкая сказка на ночь и пожелание БЫТЬ ЗДОРОВЕНЬКОЙ!
*♥*!!!

Публикация на других ресурсах:
Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию
24 октября 2018, 18:49
      — Сегодня будет солнечно и тепло! — Юрчик ловко стряхнул со сковородки последний оладушек и торжественно водрузил блюдо в центр стола. — Приятного аппетита!       — Солнечно? — Лёха приподнял занавеску. За окном клубилась серая муть, по стеклопластику шустро сползали капли мелкой мороси. — Тепло? Ага, спасибо. Тебе тоже.       — Вкусно? — Юрчик пододвинул Лёхе вазочку с вареньем. — Ешь как следует, а то опять забудешь про обед, знаю я тебя.       — Вкусно, ага, — к чему отрицать очевидное? Лёха вообще мог считать себя везунчиком, наверное, никого из их бригады так вкусно не кормят дома. Ну, может только Ваську-плиточника, у него жена в столовке работает. Но то в столовке, а вот Лёхина вторая половинка — бери выше! — целый шеф-повар в крутом ресторане.       Жаль, что похвастаться нельзя. Ребята в бригаде подобрались мировые, но афишировать свою ориентацию Лёха не собирался. Один раз уже прокололся, открылся лучшему другу. И где теперь тот друг? За десять километров обходит, а если столкнутся нос к носу — этот самый нос чуть ли не кренделем скрючивает.       Ладно, чего с самого утра думать о грустном? Лучше цапнуть ещё один оладушек и запить вкуснятину отлично заваренным чаем — Юрчик даже самые дешёвые чайные пакетики умеет заваривать как-то по-особенному.       — Радость моя, с чего ты взял-то, что солнечно будет? Льёт как из ведра.       — Так по радио сказали!       Лёха только хмыкнул. Юрчик доверчивый и упрямый как баран в некоторых своих заблуждениях. Верить тому, что по радио сказали, например. Да когда по радио что-то путное говорили?       — Опять эти твои любимые Камил и Ада?       — Ну да. Ты же знаешь, что я слушаю только «Радио Пять С Плюсом».       По Лёхиному глубочайшему убеждению, слушать весь этот бред про «гармоничные отношения» и ванильную попсу, которую крутили на «Пятёрке», могли только скучающие домохозяйки и трепетно-романтичные старые девы. Или упёртые оптимисты, типа Юрчика, для которых даже торнадо за окном лишь повод восхищённо заорать: «Вау!». Себя Лёха Абросимов относил к умеренным пессимистам и твёрдым прагматикам. И верил только собственным глазам.

***

      Вот этими самыми глазами, которым он безоговорочно доверял, Лёха уже минут десять пялился на безукоризненно чистое закатное небо с ярким, как желток, солнечным диском. Ни облачка! И жара, как летом. А он припёрся на работу в тёплой куртке, берцах и с зонтом под мышкой. Вот как теперь, спрашивается, шагать по такой жаре три квартала в ботинках на меху? Да ещё с зонтом-тростью! Полный абзац. Про автобус даже думать страшно, там наверняка духотища неимоверная.       А ведь шагать или ехать надо. Не оставаться же ночевать в почти отремонтированной квартире, которую их бригада на следующей неделе сдаст владельцу «под ключ». Хотя можно было бы и остаться, и не в одиночестве… вот если бы ещё мебель там была! Лёха представил, как смотрелся бы Юрчик на какой-нибудь супершикарной двуспальной кровати — в комнате с глянцевым натяжным потолком, выложенным «ёлочкой» дубовым паркетом и затянутыми гобеленом стенами. Ёшкин-матрёшкин, у этой куртки подкладка с батарейками, что ли?! Уф, дышать нечем.       Подрулившая к остановке маршрутка положила конец мукам выбора Абросимова — если в неё втиснуться, то довезёт прямо до самого дома. Лёха втиснулся, хотя на ногах у него потоптались изрядно. Вот и берцы пригодились, даром, что ноги в них уже плавают в поту.       Полчаса кружения по городу вместе с толпой таких же замученных рабочей субботой трудяг Лёха потратил на мысленный подсчёт: сколько им с Юрчиком ещё копить для капитального ремонта их общей квартиры. Не так уж много, если учесть то, что нанимать бригаду Лёха не собирается. Он сам всё сделает, благо, что умеет уже многое. Ещё только Ваську-плиточника напрячь, взять у него пару уроков по фигурной выкладке кафеля. И отработать пару-тройку заказов, с которых можно отложить зелёненьких в кубышку. Хорошо бы опять попался щедрый заказчик, как этот, которому сейчас квартиру делают…       — Так что же можно считать залогом бодрости на целую рабочую неделю? — Лёха даже вздрогнул: голос прозвучал под самым ухом. Тьфу, чёрт, это динамик. Водила радио врубил. Вот блин, так хорошо было ехать без всякой музыки и назойливой рекламы.       — Да, Камил, что?       — А я тебе скажу, Адочка! Но прежде мы попросим наших слушателей, которым ещё нет восемнадцати, заткнуть уши!       — О боже, всё так нескромно?       — А как же! Но зато эффективно!       Опять эта парочка клоунов. Дома Юрчик постоянно врубает на кухне свои «Пять С Плюсом», деваться от них некуда, здесь та же петрушка. Лёха глянул в окно и принялся продираться к выходу. Лучше пройтись одну остановку пешком, чем замусоривать себе мозги всякой дребеденью.       — Ну скажи уже!       — Ты готова совершить открытие?       — Всегда готова!       — Так вот! Как выяснили британские учёные, если заняться с утра в понедельник…       — Чем же?       — А как ты сама думаешь?       — Неужели… о-ля-ля! Я правильно поняла твоё активное шевеление бровями?       — Абсолютно правильно! Если заняться сексом с любимым человеком не в выходные, как многие из нас привыкли — сплавив детей бабушкам и дедушкам, переделав гору домашних дел — а утром в понедельник, то-о-о-о… Та-дам! Заряд бодрости на все следующие пять или шесть рабочих дней обеспечен!       — Вау!       — И, заметь, это не просто предположение! Британские учёные — это просто о-го-го!       — Э-ге-гей!       — И это тоже! Дотошные подданные британской короны измеряли уровень жизненных показателей у целой группы добровольцев, которые начинали понедельничное утро с… ну, ты уже поняла — с чего.       — И что?       — И выяснилось, что эти люди просто горели на работе! Успевали в два раза больше, чем обычно, и даже к концу рабочего дня сохраняли хорошее настроение!       — И что же мы теперь можем посоветовать нашим слушателям, Камил?       — Ну так это же понятно, Ада!..       Совета от эр-джеев Лёха не услышал — в этот момент он как раз выпрыгнул из открывшейся двери маршрутки. Снаружи царило всё то же аномальное для осени почти летнее тепло, но после духоты салона Лёхе показалось, что в жизни он не ощущал такой приятной прохлады.       Впрочем, последние метры до дома вконец сомлевший Абросимов тащился на автомате, волоча ноги в берцах и чиркая по тротуару шпеньком зонта.

***

      Выходные не задались. В субботу Лёха работал, в воскресенье Юрчик вкалывал в своём ресторане — чей-то там юбилей, тьма-тьмущая народа, ещё и напарник Ливанова заболел. Словом, Юрчик притащился домой далеко за полночь и на Лёхины поглаживания-потискивания реагировал как и положено упахавшемуся вусмерть человеку — то есть никак.       Поэтому Абросимов утром в понедельник проснулся раньше будильника полностью неудовлетворённый своей жизнью. Полежал немного, разглядывая остроносый Юрчиков профиль — больше разглядывать было нечего, Ливанов по своему обыкновению свил кокон из их общего одеяла, оставив Лёхе жалкий уголок. Профиль был хорош, чёткий такой, как нарисованный. Но довольства жизнью созерцание даже этакой красоты Лёхе не прибавило.       — Добр-р-рое утро, только проснувшиеся и ещё не ложившиеся! С вами Камил…       — Ада!       — И утреннее шоу радиостанции «Пять с Плюсом»!       Лёха хлопнул по мобильнику Юрчика, вырубая гаджет. Вот фанат, даже вместо будильника настроил автоматическое включение обожаемой радиостанции!       Надо вставать. Надо шагать в душ, включать прохладную воду, чистить зубы… до чего ж неохота. Какой садист придумал эти понедельники? Эти рабочие недели? И вообще всю эту бесконечную, выматывающую, ненавистную работу?       Лёха понял, что ещё чуть-чуть — и утонет в своём недовольстве жизнью с головой. Так, наверное, чувствует себя сдыхающий аккумулятор: вроде искорка какая-то теплится, но если не поставить на подзарядку — ласты склеит и кранты.       На подзарядку… Ещё скажите, что надо сделать утреннюю зарядку, чтоб взбодриться! И так впереди целый день по команде: «Присели-взяли-встали-понесли»! Сегодня строительный мусор вытаскивать из коридора, Абросимова, как самого молодого и сильного в бригаде, эта чаша точно не минует. Любая зарядка отдыхает.       Зарядка — заряд — зарядиться бы от розетки, как телефон. Ну ни на что сил нет, даже депрессовать лениво.       Лёха уже приготовился подняться с кровати, как вдруг какая-то мыслишка промелькнула в голове. Какая-то оч-чень привлекательная мыслишка. Заряд, заряд, заряд… ну точно! Британские учёные доказали. А клоуны-эр-джеи Камил и Ада протрещали об этом на своём вечернем шоу.       А сегодня — утро понедельника. И впереди у Лёхи такая тяжёлая рабочая неделя, что проще сразу удавиться или заранее затариться ящиком энергетиков.       А что, если не соврали — ни высоколобые, ни болтуны с радио? А?       Лёха перекатился набок и решительно сунул сразу обе руки под одеяло.

***

      — Стой, куда? Рано ещё, давай поваляемся!       — Я тебе сейчас вафли испеку, — восторженно обозревая влажное от пота мощное Лёхино тело, отозвался Юрчик. — И шоколадный крем к ним сделаю. Ты лежи, не вставай, я быстро. Прямо сюда принесу! Только не вставай и не вздумай одеваться! А в душ потом пойдём! Вместе!       Лёха покивал, обласкал взглядом поджарые ягодицы и длинные ноги Юрчика — эх, жаль, выскочил за дверь слишком быстро! А потом закинул руки за голову и блаженно потянулся. Так хорошо-о-о… И никакой усталости, хоть и приятной, как это бывает после вечерних шуры-мурчиков — тогда только умяться вдвоём в уютный клубок и засыпать. А сейчас, с утреца, да после таких скачек — вот дайте мне гору, я её одной левой, а потом ещё и правой, и грузите щебёнку самосвалами. Красота!       Юрчик и впрямь управился быстро — видать, тоже энергия бурлила, как в ядерном реакторе на холостом ходу.       А на работу они оба опоздали. Потому что шоколадный крем — это само по себе вкусно, но если его намазывать не на вафли, а на… А потом слизывать… И не просто слизывать, а чтоб до блеска… А уж про то, что потом в душе было, лучше вспоминать, держа под рукой огнетушитель… Ладно хоть начальникам никто из них двоих на глаза не попался — те сами пришли на работу с задержкой.       Может, тоже понедельничное утро по-правильному начинали, а?

***

      — Лёха, у тебя шило в заднице, что ли? — Павел, бригадир, опустился на лестничную ступеньку в подъезде и устало уронил руки на колени. — Всю неделю как электровеник. Да остановись ты уже, хватит мельтешить!       — Ага, я щас, ещё тут полирну, — Лёха заново прошёлся салфеткой по дверному косяку, отступил назад и полюбовался красиво поблёскивающей зелёной железной дверью. — Вот теперь самое то.       — Я тебе премию сверху кину, — Павел вытащил из кармана сотовый, прочитал сообщение, сморщился, как будто лимон целиком в рот сунул. — Тьфу, зар-раза, опять у неё педсовет. Слышь, Лёх, мне за спиногрызом надо в садик. Дождёшься клиента? Ты лучше всех в его хате ориентируешься, покажешь, что да как. Если что… да не, не будет претензий. Дворец мы ему отгрохали, как у падишаха.       — Ага, — Абросимов забрал у бригадира папку с договором и чеками. — Езжай, я дождусь.       — Пасиб, должен буду.       — Сочтёмся.       От скуки Лёха сунул нос в файловую папку, перечитал все пункты аж два раза. Жалко, Юрчику сейчас нельзя позвонить, он на каком-то супер-пупер-мастер-классе. Зато потом приготовит опять что-нибудь мудрёное и офигенно вкусное. Лёха облизнул губы и погладил себя по заинтересованно буркнувшему животу. Ничё-ничё, сейчас подъедет хозяин квартиры, примет работу и можно валить домой, как раз и Юрчик освободится. И впереди три заслуженных выходных, новый заказ они начинают отрабатывать только в понедельник. Вот бы Ливанов тоже отгул на эти три дня взял… м-м-м, сколько всего тогда можно будет начудить!       — Меня ждёте? — жизнерадостно поинтересовался у замечтавшегося Лёхи какой-то толстячок в смешной кепке.       — А вы…       — Камил Церия, хозяин этой квартиры. А вас я помню, Алексей, правильно?       — Ага.       Лёха водил восторженно ахающего и охающего заказчика по его же квартире как по музею, разве что руками трогать ничего не запрещал. На здоровье, пусть трогает, пусть на прочность проверяет — всё сделано на совесть, гарантия десять лет. Но Абросимов своим здоровьем поклясться может, что все двадцать годков, а то и тридцать красота продержится. Если только хозяин отремонтированной квартиры не вздумает разводить в ней сиамских кошек в промышленных масштабах. Или там крокодильчиков каких-нибудь.       — Ну, удружили! Так порадовали! Пожалуй, я ещё доплачу — за скорость. Я-то думал, месяца два ждать придётся, а вы в три недели уложились. И как всё по уму сделали! Всё, точно доплачу! — толстячок вытащил телефон и принялся бодро тыкать в экран. — Вас в бригаде сколько человек?       — Пятеро.       — Отлично. Как раз на пятерых поровну разделится. Больше бы доплатил, честно, денег на карте в обрез.       — Да ладно, не надо было. Вы и так не обидели.       — Знаете, что? А давайте я вас на наш день рождения приглашу! — перед носом Абросимова веером развернулись какие-то разноцветные бумажки. — Держите. Будет неплохой концерт и фуршет, это недалеко отсюда, в открытом кафе на Каштанке.       — На чей день рождения? На ваш?       — Да нет! Нашей радиостанции. «Пять с плюсом», не слушаете?       Лёха обалдело открыл рот. Вот это да-а-а… Точно, хозяина квартиры Камил же зовут! Так это что, тот самый? Взаправдашний-настоящий?!       — Тут десять флаеров, можете друзей привести или с жёнами приходите. С подругами. Я вас ещё раз принародно поблагодарю. Реклама вам точно не помешает! — Камил подмигнул Лёхе.       И страшно удивился, когда Абросимов схватил его за пухлую ручку и так затряс, будто оторвать хотел.       — Спасибо вам!       — Да за что? — Камил рассмеялся и тоже потряс ручищу Абросимова. — Это я так благодарен, что слов подобрать не могу.       — Вы… В общем… Спасибо, короче! Огромное! За всё!       Закрывая за Лёхой дверь, Камил продолжал улыбаться во весь рот. А Лёха нёсся по лестнице вниз, забив на лифт, и на ходу прятал разноцветные пригласилки во внутренний карман куртки. Юрчик от радости по потолку бегать будет, точно! И если не возьмёт себе отгулы на Лёхины выходные, то Лёха ему пригрозит, что они никуда не пойдут. И вообще к кровати привяжет, а директору ресторана сам позвонит и скажет, что Ливанов тяжко заболел, встать не может.       На улице Лёха притормозил, вытащил телефон и нашарил в кармане наушники. Какая там частота у «Пятёрки»? И ничего, что Камил сейчас не на работе, шоу всё равно часто идут в записи, ежу понятно. Надо послушать — вдруг британские учёные ещё чего полезного выяснили про то, что там заряд бодрости придаёт. Вечером в четверг. И утром в пятницу. И в другие дни недели.       Какое познавательное, однако, занятие — слушать радио, ты погляди.
Реклама: