Мальвина

      Мёрдок заглянул в зал и хищно улыбнулся. Туди сидел на диване и смотрел мультики, абсолютно погружённый в происходящее на экране. Отлично.       Осторожно ступая, сатанист подошёл к клавишнику и обнял его со спины. — Ну, здравствуй. — басист уткнулся носом в волосы Туди. — Привет. — парень, потянув руки вверх, обвил ими шею Мёрдока. — Я соскучился.       Сатанист наклонился поближе и стал покрывать плечи клавишника поцелуями. — Подожди, что ты делаешь? — Составляю тебе компанию.       Мёрдок сел лицом к Туди и прижал парня к спинке дивана, продолжая его целовать. — Прекрати, нас же могут увидеть! — Пускай.       Он оставлял засосы на тонкой бледной коже наслаждаясь тихими стонами черноглазого. — Тебе всё недостаточно. — Тобой очень трудно пресытиться. Туди засмеялся. — Какие у тебя милые комплименты. — Прям как ты. Мёрдок был явно доволен собой. — Дурак. Я тебя люблю.

***

      Туди давно не был так счастлив. Поздно вечером он ложился в постель, и спал ровно до тех пор, пока к нему не приходил Мёрдок и не заманивал его к себе, чтобы проснуться рано утром в обьятьях синеволосого, а затем сбегал к себе в комнату и долго улыбался в подушку. Весь день они искали укромные уголки, где целовались в тайне от всех. Мёрдоку нравилось ощущение опасности от того, что их могут обнаружить, а Туди просто наслаждался моментом. Однако, было кое-что, что не давало в полной мере получать удовольствие от этих встреч. Парень понимал, что простых поцелуев басисту явно недостаточно. Он неоднократно намекал Туди об этом, прижимаясь к нему во время ласк, но сделать шаг навстречу клавишник был не в состоянии. Он правда хотел доставить Мёрдоку удовольствие, и всё же не мог пересилить стеснение и прежний, сидевший в глубине души страх. Ужас, раньше всегда сковывавший его при приближении сатаниста перестал быть чем-то естественным, но подпустить его к себе слишком близко Туди не осмеливался. Просто не мог. Более того, был ещё один фактор. Как бы глупо ни было это признавать, но Туди задевало то, что Мёрдок ни разу не признался ему в любви. «Это, наверное, и вправду очень по-дурацки.» Так что парень быстро привык закрывать на такие глупости глаза.       Сейчас всё хорошо. Теперь они счастливы.

***

 — Тише, нас ведь и спалить могут.       Мёрдок прижал стонущего Туди к стене и впился в его губы своими. — Ты же говорил, что это неважно. — парень лукаво улыбнулся.       Он стал сам целовать басиста в шею и плечи, в то время, как тот запустил ладони ему под футболку и поглаживал спину когтистыми пальцами, иногда оставляя на коже следы.       «Может быть сейчас.?» — Туди несколько секунд пребывает в рассуждении, а затем кивает, как бы давая добро самому себе. Он осторожно меняется местами с Мёрдоком, и теперь уже басист упирается лопатками в стену, а парень, продолжая покрывать зеленоватую кожу поцелуями спускается всё ниже и ниже. Он провёл ладонью между ног сатаниста, заставляя того зарычать от удовольствия. Утвердившись в своих действиях, Туди опустился перед мужчиной на колени. — Что ты де… — Мёрдок удивлённо посмотрел на клавишника, расстёгивающего ему ширинку: --Ты серьёзно?! — Да. — он произнёс это беззвучно, одними губами.       Туди впервые делал такое. Когда он видел подобные сцены в кино, ему казалось это чем-то мерзким, неестественным. Но сейчас, двигая губами и языком в такт с покачиваниями таза басиста, он получал удовольствие, наверно, не меньшее, чем его партнёр. Он в первый раз слышал стоны Мёрдока, и, чёрт возьми, как же они ему нравились. Мёрдок водил своей ладонью в его волосах, задавая нужный ритм, а он не сопротивлялся. Тишина прерывалась только частыми вздохами. Сердце стучало как сумасшедшее, кровь бурлила, и непроизвольные стоны вырывались у обоих любовников и эйфория накрыла их с головой. Всё прекратилось слишком резко.       Внезапно Мёрдок вцепился в волосы Туди и стал жёстко насаживать его на себя. Парень начал давиться, из глаз потекли слёзы, но вырваться из когтистых лап ему не удавалось. — Что у вас тут, твою мать, происходит?!       Мёрдок безразлично посмотрел на застукавшего их барабанщика: — Бля, Расс, не ломай мне кайф.       Туди не мог даже вздохнуть; ему было так страшно и стыдно. Лучше бы он этого не делал. Лучше бы он не пришёл тогда к Мёрдоку. Лучше бы он не попал в Gorillaz.       Рассел подлетел к сатанисту и одним ударом под дых отшвырнул его в дальний угол. Наконец получивший свободу Туди никак не мог отдышаться и прийти в себя.       Схватив клавишника за плечи Рассел одним рывком поднял и поставил его на ноги, а затем выволок это почти безжизненное тело за дверь. — Пошли отсюда. Тот только кивнул.

***

— Эй, привет. — Мёрдок заглянул в комнату демонстрируя букет из нескольких рыжих маргариток: — Смотри, что я принёс своей Мальвине.       Не увидев желанной радости на лице клавишника сатанист рассердился: — Так, а где благодарности и лобызания? Я что, зря его пёр?       Однако, никакой реакции на его слова снова не последовало. — Да что с тобой? — Уйди, пожалуйста. — тихо ответил парень. — Что.? — Уйди.       Мёрдок опешил. Он подошёл к Туди, стоявшему к нему спиной, и осторожно прикоснулся к его плечу. — Что с то… — Не трогай меня!       Голос его дрожал, как и он сам: парня колотило, как от сильного мороза… «…или от страха» — мысль появилась в голове басиста внезапно, но в её верности он не сомневался, хотя причины этого страха для него оставались загадкой. — Если это из-за Расса, то не парься, он ничего не понял… — по несчастному виду Туди, Мёрдок понял, что идёт в правильном направлении, но похоже, что не той дорогой. — Просто скажи мне, что случилось? — Я больше не хочу.       Этот ответ привел Мёрдока в ярость: он схватил Туди за футболку и прижал к стене. — Что, блять, значит не хочешь? Всё было в порядке, наконец как люди стали общаться, а выёбываешься, как шлюха после первого раза! Обьясни мне! Я же не смогу снова жить, как раньше! Я тебя люблю!       Внезапное признание опустошило его. С одной стороны облегчение от сказанных наконец слов, и это залитое слезами лицо с другой. — Нет, ты не любишь меня.       Их взгляды пересеклись, и у обоих в глазах блестели боль и обида. — Отпусти меня! — Ладони басиста непроизвольно разжались, выпуская несчастного: — Ты не любишь меня, ты только мною пользуешься! Раньше ты меня бил, затем влюбил в себя, а потом банально изнасиловал! Зачем?! — Голос клавишника срывался, всё тело дрожало, волосы взлохмачены, а по лицу размазаны слёзы: — Зачем? Некоторое время они просто молча смотрели друг на друга. Мёрдок часто дышал, он был в бешенстве. — Зачем? — тихий шёпот становится последней каплей.       Басист резко бьёт кулаком в стену в нескольких сантиметрах от головы клавишника; на лицо и плечи парня сыпится извёстка. Не сказав ни слова Мёрдок вышел, оставив своего солиста наедине с его беспокойными мыслями.       Он так и остался стоять на том же месте, с трудом держась на ногах. Изломанные маргаритки валялись на полу.