Не в деньгах счастье

Ночные огни города завораживают своей красотой и таинственностью, жаль, что такое время длится недолго. Но и белыми ночами можно насладиться сполна. За тонированным окном машины мелькали лишь здания и редкие деревья. Аня особо не всматривалась на дорогу, не запоминала её. А смысл? Всё равно все когда-нибудь умрем, какая разница сегодня или же через сорок лет. Единственное, что сейчас хотелось — это спать. Но, увы, пришлось терпеть, чтобы выглядеть нормально, а не как шаболда после секса (отсылка к тому, шо я пиздец хочу спать). Поэтому из-за гробовой тишины Кислой вновь пришлось заняться самокопанием, вспоминая все ошибки, грехи и страдания прошлого. Из некой медитации или же погружения в себя, Анну вывел голос Саши и лёгкий холодок по её развратно открытому бедру. Подняв голову, она увидела, что Бузе стоит у открытой двери автомобиля, вежливо протягивая руку даме. — Ну, что ж, давай поиграем в пару, — смотря прямо в глаза, шёпотом произнесла девушка, возможно, даже так заманивая Александра и заигрывая с ним. Молодой человек лишь кратко улыбнулся, давая понять, что очередная игра началась. Взгляд упал на неоновую вывеску «Lys Blanc» (Белая лилия). Вначале может показаться, что это обычный ночной клуб для богатеньких или же просто ночной клуб. Но когда вы зайдёте внутрь, вы увидите всё высшего качества: кожаные красные диваны, барная стойка, в которой находится столько алкоголя, сколько вы в жизни не видели, не зря же там два бармена. Не смотря на название внутри красными были не только диваны, а всё. Царила некая интимная атмосфера, а точнее действительно атмосфера ночного клуба, если бы не одно, но — тут находились лишь высшие слои общества для какой-то важной встречи или же обсуждения чего-либо. Аня это легко поняла, так как каждого богатенького папика тут сопровождала молоденькая девушка, но здесь были не только старпёры, но и их «золотые» детишки. Бузе же относился к чему-то среднему. Он ещё не был старпером, но и не является кем-то из «золотой» молодёжи. — Стой тут, а я пока отойду по делам, главное не ввязывайся ни во что и не флиртуй ни с кем, — с улыбкой произнес Саша, будто это была вовсе не угроза. — Ну вот, а так хотелось, — закатила глаза Кислая. На это юный бизнесмен лишь цокнул и ушёл к тем самым богатеньким папикам, дабы поприветствовать их и поговорить о будущем их компаний. — Как вам данное заведение? — от размышлений Анну вывел голос парня рядом, скорее всего администратора, так как на хозяина он был не похож, а простой посетитель вряд ли бы поинтересовался о таком. — Скажу лишь то, что название полностью соответствует тем, кто его посещает, — с небольшой ухмылкой проговорила девушка, так как уже начала представлять бедное и слегка печальное лицо парня рядом, — Ces fleurs sont aussi hypocrites que les gens autour (Эти цветы так же лицемерны, как и люди вокруг). — Et vous? (А вы?) — Pas exception. (Не исключение) — Tant de mal? (Всё так плохо?), — послышался до боли знакомый голос, который не мог не вызвать улыбку на лице Ани. — Я думала ты давно не посещаешь такого рода мероприятия, — она повернулась к источнику голоса, махнув при этом администратору рукой, дав понять, что ему пора идти. — Ну, это мой ресторан, поэтому я вполне имею право проводить тут вечера, — отмахнулся Даниил. — Больше похоже на кабаре, да и название так себе, — заключила Кислая. — Ох, любишь же ты меня критиковать, а особенно мой бизнес, — потёр виски Даня, как бы показывая, как он устал, но улыбка на всё лицо его выдавала, — Название то тебе чем не понравилось? — В Германии существует поверье, согласно которому этот цветок вырастает под влиянием какой-то неизвестной силы на могилах самоубийц и людей, погибших насильственной смертью, — девушка посмотрела куда-то наверх, явно задумываясь о том, а выросла бы белая лилия на её могиле? — В этом вся ты, везде можешь найти какую-то связь со своим прошлым или же просто, чтобы как-то меня подколоть, — заворчал Артемов, — Я брал за основу Древний Рим, там белые лилии считались цветами роскоши и богатства. — А сам-то, богатство, роскошь, по-любому хочешь вернуться под папкино крыло? — буркнула зелёноглазая, явно недовольная тем, что её шеф и по совместительству её хороший знакомый*, слишком много про неё знает. — Может споёшь что-нибудь? — улизнул от темы русоволосый. — А сможет ли твоё кабаре потянуть такого исполнителя? — ухмыльнулась Аня. — За зрителей можешь не беспокоиться, а я уж как-нибудь отплачу, — вновь улыбнулся Даня, протянув руку вперед, как бы зовя на сцену. — Я буду петь «Красота и сила», поможешь вначале? — Без проблем, но помогать буду из зала. — Отлично. Поднявшись на сцену, она заметила два знакомых лица, не считая Даниила. *** Свет погас, посетители подняли головы в поиске причины, но эту причину они услышали, ведь заиграла музыка, которую они вряд ли слышали, не думаю, что высшее общество слушает такое. — Всё, что кажется нам важным — тоже кончится однажды, — начал повторять в микрофон Даня из зала. На этом его роль была закончена. Свет появился лишь на сцене, показывая Кислую, сидящую на стуле у микрофона, с игриво оголившейся ногой и большим декольте. Мне уже совсем не жаль ни головы, ни тела Отсекаю всё, что троекратно устарело Я не помню слов, а может быть, ещё не знаю Только твоё имя я охотно забываю Вспоминаю то, что завтра будет только хуже Чек на кассе точно больше мне уже не нужен Я бы жила вечно в этом злом, холодном мире Я сквозь слёзы удивляюсь красоте и силе — Моё сердце остывает Ярости в нём больше нет Тело всё ещё страдает Я из тьмы иду на свет, — протяжно запела Анна, поднимая голову наверх и протягивая руку ввысь. Свет погас и вновь появился, но на сцене никого не было, зато голос был всё также отчетливо слышен, особенно Бузе. По его плечу прошлась чья-то рука, поглаживая его, хотя он определённо понимал кто это мог быть. Ты вообще не знаешь, сколько твоё время стоит Думаешь, это бабло тебе его удвоит? Все свои мечты ты продаёшь и покупаешь Вижу я всё то, что ты внутри себя скрываешь Только смерть тебя вообще никак не беспокоит Правда, эта карта все другие карты кроет Я бы жила вечно в этом злом, холодном мире Я сквозь слёзы удивляюсь красоте и силе — Всё, что кажется нам важным — тоже кончится однажды, — начал говорить Анна в микрофон, а заодно и Саше прямо у уха, обжигая его шею своим дыханием. Это тепло также быстро исчезло, как и сама девушка. — Я бы воспринял эту песню серьёзно, ведь Аня не выбирает что попало, чтобы спеть. Пение — это её способ выражения эмоций, надеюсь ты хорошенько вслушивался в текст, — сказав это Даня также исчез в толпе. *** Кислая подошла к Артемову и обняла его, поблагодарив за помощь и за то, что смогла выразиться, благодаря песне, а так она частенько делала. А тут еще и драйв, ведь выступала она на публику и была открыта, как книга, показывая всем своё содержание. Но к её сожалению или счастью их милые обжимашки заметил Александр, когда бегал по залу в поиске девушки., а сейчас он уже идёт прямо к ним злой, смотря прямо в зелёные глаза, говоря всеми своими движениями: «Тоби пизда, тикай с города». Не сказав ни слова, он схватил шатенку за руку и потащил на второй этаж, предназначенный для более интимных встреч (ну вы поняли, агада). Зайдя в первую же комнату, Саша резко прижал Аню к стене, из-за чего она ударилась головой, издав тихий стон. Бузе примкнул к её светло-розовым пухлым губам, кусая их до крови и проникая языком в рот. Это был мокрый и пошлый поцелуй, полный чувств ревности и страсти. Девушка же в свою очередь активно отвечала на поцелуй, как последняя шлюха, а может, просто как влюбленная до безумия девушка? Жадно впившись руками в ягодицы, парень поднял его, она же обвила его торс ногами, еще больше нарушая личное пространство и еще более углубляя поцелуй, делая его «тесным». Александр аккуратно положил Кислую на кровать, а Аня разорвала поцелуй, так как воздуха катастрофически не хватало. Она подняла глаза и посмотрела на Сашу. И ей явно не понравился его вид, так как она перевернула его и начала раздевать. Дрожащими руками она расстегивала каждую пуговицу, будто хотя растянуть удовольствие, гладя грудь и пресс руками, вводя то вверх, то вниз, останавливаясь на ширинке брюк, «случайно» задевая пах, как бы дразня Бузе. Голубоглазый не любил, когда он снизу, поэтому одним движения он перевернул Анну на живот, поставив на четвереньки под себя. Соблазнительно медленно он стал расстёгивать молнию на платье, поглаживая нежную, чувствительную кожу, вводя рукой от лопаток до внутренней стороны бедер. Также оставляя мокрую дорожку поцелуев и багрово-фиолетовых засосов. Полностью раздев девушку, он начал любоваться получившейся картиной. Сняв с себя оставшуюся одежду, он достал презерватив из кармана брюк. Раскатав его по члену, он начал водить им между бедер девушки, дразня её ещё больше. Слыша, как комната наполняется вздохами и тихими, но такими соблазнительными стонами. — Умоляй меня трахнуть тебя, — прошептал Бузе, прислоняясь еще больше своим органом к Ане. — Пожалуйста, — простонала Кислая. Намотав каштановые волосы на кулак, он дернул их, подняв голову зелёноглазой вверх. — Я не слышу, детка. — Пожалуйста, я хочу почувствовать тебя во мне, я хочу ощутить твой член, трахни меня, — на последнем дыхании сказала девушка, стараясь ещё плотнее прижаться к юному мафиози. А Саше два раза повторять не надо. Он резко вошёл во всю длину, а после начал набирать темп, то входя, то выходя из лона девушки, не давая ей передышки или перерыва на привыкание. Комната начала заполняться ударами, стонами Ани и вздохами Бузе. Когда Кислая кончила, он вытащил эрегированный орган и сняв презерватив, поднёс своего «дружка» к рту шатенки, перед этим перевернув её на спину, «тонко» намекая на то, что ей нужно делать. Аня поцеловала головку, а после обхватила её своими губами, насаживаясь всё глубже. Вводя языком по члену и доставляя Александру удовольствие. Теперь комната наполнилась стонами Саши и сдавленными стонами девушки, чей ротик парень начал трахать, задавая темп. Кончив, он заставил её сглотнуть всё до последней капли, не давая ей другого выхода.