Всё из-за тебя 182

Wonderlight автор
Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Bishoujo Senshi Sailor Moon

Пэйринг и персонажи:
Кунсайт/Минако Айно, Джедайт/Рей Хино, Зойсайт/Ами Мизуно, Нефрит/Макото Кино, Мамору Чиба/Усаги Цукино
Рейтинг:
NC-17
Размер:
планируется Макси, написана 131 страница, 15 частей
Статус:
в процессе
Метки: AU ER Hurt/Comfort Ангст Драма Занавесочная история Любовь/Ненависть ООС Первый раз Повседневность Психология Романтика Юмор

Награды от читателей:
 
Описание:
Жизненные обстоятельства или глупость толкают людей на разные поступки. Кто-то женится на нелюбимой девушке из-за денег, кто-то заключает нелепое пари и стремится любыми способами его выиграть, а кто-то оказывается втянутым в университетскую интригу. Но какой бы путь ни приготовила Судьба, она всегда даёт человеку шанс найти настоящую любовь.

Посвящение:
Alessandra Boni, без тебя этой истории не было бы))

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Глава 7

23 марта 2019, 22:21
Кунсайт довольно улыбнулся, проходя вдоль ровных рядов десятков абсолютно одинаковых и пока ещё пустых рабочих мест в огромном офисном пространстве. Ему нравилось приезжать на работу ранним утром, когда в здании кроме охраны, уборщиков и нескольких служащих, спешно доделывающих отчёты или презентации, никого не было. Эти пару часов до того, как офис оживал и превращался в гудящий, неутомимый улий, были для Кунсайта самыми плодотворными. Никто не отвлекал звонками, встречами или хуже того — форс-мажорами. Кунсайт успевал сделать себе чашку крепкого кофе, просмотреть статистику по продажам, отчёты по логистике и маркетингу, составить список вопросов, которые необходимо было обсудить с начальниками департаментов, а если того требовала ситуация, то подготовиться и устроить хороший нагоняй подчинённым. Терпкий запах арабики всё ещё чувствовался в просторном кабинете Кунсайта, когда противно запищал телефон и отвлёк от цифр по импорту за последние три месяца, которые Кунсайту не нравились и вызывали вопросы. — Да, — грозно рыкнул он и нажал на кнопку громкой связи. — К вам Мамору Джиба, но у него не назначено, — ровным голосом отозвалась секретарь. — Мисс Кимура, согласитесь, что было бы совсем уж печально, если бы и моему брату нужно было вносить встречу в моё расписание, — с холодной язвительностью отозвался Кунсайт. Ему нравилась собранность, невозмутимость, трудолюбие и ответственность его секретаря, но иногда её приверженность работе казалась даже Кунсайту, законченному трудоголику, одержимостью, лишённой здравого смысла. — Доброе утро, Кунсайт, — Мамору уверенно зашёл в кабинет двоюродного брата и начальника в одном лице. — Не хотел отвлекать, но ты не перезванивал, а дело срочное. — Прости, совсем закрутился с новыми контрактами, — Кунсайт встал из-за стола, чтобы пожать брату руку, ругая себя за непозволительную забывчивость, они и так с Мамору в последнее время не часто общались. — Что за дело? — Я насчёт стажировки Минако, — Мамору сел в удобное, коричневое, кожаное кресло напротив брата. — Какой Минако? — нахмурился Кунсайт. — Айно. Помнишь такую? — Мамору веселила растерянность старшего брата, который привык всё контролировать. — Она же ещё в школе учится! — Кунсайт пытался понять, шутил ли Мамору или говорил серьёзно. — Школу она ещё в прошлом году закончила, в университет поступила, но там что-то с учебой не клеится. Её отец оформил ей академический отпуск и попросил твоего отца взять её на работу помощницей секретаря, — доходчиво объяснил Мамору. — А я-то тут при чём? — Кунсайту не нравилось то, куда клонил Мамору. — Дядя обещал господину Айно, что Минако поработает у нас столько, сколько нужно, — не мигая, глядя в серые глаза брата, говорил Мамору. — И работать она будет у тебя. — Что?! В смысле «у меня»? Тут не детский сад и не курсы кройки и шитья. Работы и так невпроворот, а я должен с малолеткой нянчиться?! Тебе смешно? — Кунсайт перевёл дыхание и строго посмотрел на Мамору. — Немного, — он постарался спрятать улыбку, — если бы ты только видел сейчас себя со стороны. Ну, а если серьёзно, то Минако уже совершеннолетняя, и нянчиться с ней будешь не ты, а твоя ни в чём непогрешимая секретарша. — Если тебе так весело, то может, лучше Минако с тобой поработает? — с ехидной улыбкой предложил Кунсайт. — У меня работа однообразная, и личного секретаря нет, так что — извини. А если тебе идея не нравится, — Мамору жестом остановил попытавшегося возразить брата, — то поговори об этом с отцом. Он меня вчера поставил перед фактом и велел передать тебе, когда вернёшься в офис. Но тебя весь день не было, и трубку ты не брал. Кстати, Минако придёт сегодня к одиннадцати. — Сегодня?! Кунсайта захлестнула холодная ярость, он встал из-за стола и подошёл к панорамному окну, из которого открывался захватывающий вид на город, пытаясь взять эмоции под контроль. Кунсайт ненавидел, когда отец принимал решения за его спиной, не оставляя возможности для маневра или отступления. — Слушай, может, всё будет не так уж ужасно, как тебе сейчас кажется. Если работа Минако не понравится, то она быстро сбежит, а если втянется, то вполне возможно, будет полезной. Лишняя пара рук твоей секретарше не помешает, а Мина всегда была сообразительной, — попытался смягчить ситуацию Мамору. — Да, ты прав. Надо к этому проще относиться, — с показным равнодушием отозвался Кунсайт. — Ну, ладно, тогда я пошёл работать, пока от начальства не влетело, — пошутил Мамору. — Иди-иди, — с усмешкой попрощался Кунсайт. Дверь с легким щелчком закрылась за Мамору, и воцарившуюся тишину в кабинете нарушал лишь мерный гул работающего компьютера. Кунсайт, не шевелясь, стоял у окна, наблюдая за медленно текущими потоками машин и мельтешащими цветными точками раскрытых зонтов, под которыми от утренней непогоды прятались вечно спешащие люди. Тяжёлые, нависающие над крышами небоскребов тучи вальяжно уплывали вдаль, а в узких просветах между ними появлялись кусочки голубого неба. «Как её глаза», — пронеслась в его голове непрошеная мысль. В детстве Минако была невероятно очаровательной малышкой. Одного её взгляда больших голубых глаз было достаточно, чтобы развести Кунсайта на пакетик конфет, большой рожок мороженого или клубничный коктейль с пирожным. Незаметно малышка превратилась в красивую девочку с широкой, искренней улыбкой и звонким смехом, а затем и в очень привлекательную, милую, доверчивую и абсолютно невинную девушку. Она даже не подозревала, какие желания невольно будила в молодых людях. Кунсайт, несмотря на внешнюю холодность и сдержанность, не был исключением, но его пугали неожиданно возникшие чувства к девочке-подростку. Он считал их недопустимыми, даже порочными, поэтому стал избегать общения с семьёй самого близкого друга отца. За последние три года он видел Минако всего пару раз и то мельком, не перебросившись даже парой слов. Кунсайт тяжело вздохнул. Он не мог придумать по-настоящему вескую причину, чтобы отказать Минако в работе, а значит шансов, убедить отца, что идея плохая, у него не было. С другой стороны, у Кунсайта было слишком много дел, чтобы тратить время на девушку, ни с того, ни с сего решившую вместо учёбы окунуться в суровую, взрослую жизнь. Так что она действительно будет головной болью Кимуры, а не его. Возможно, у его секретаря получится воспитать себе помощницу. Ровно в полдень Кунсайт вернулся с совещания и увидел в приемной Минако, досаждающую его секретарю весёлой болтовнёй. Одного взгляда на неё ему было достаточно, чтобы понять, что спокойной жизни в офисе ему не видать, пока не закончится её, так называемая, стажировка. За прошедшие три года Минако заметно изменилась. И дело было не столько во внешности, сколько во взгляде. Она стала уверенной в себе девушкой, прекрасно осознающей свою красоту и знающей, как её подчеркнуть и как ей воспользоваться. От невинности во взгляде Минако не осталось и следа. Несколько мгновений Кунсайт молча рассматривал новоявленную сотрудницу. Белая блузка плотно облегала фигуру и подчёркивала красивую грудь. Сквозь тонкую ткань не просвечивалось нижнее бельё, но зато легко угадывался его кружевной контур. Тёмно-синяя юбка-карандаш хорошо смотрелась на длинных, стройных ногах, и выглядела вполне пристойно, если не считать разреза сзади, который доходил почти до самых ягодиц. Кунсайт готов был поспорить на что угодно, но Минако продумала каждую деталь своего наряда, чтобы всё было на грани — и вырез на блузке, и макияж, и высокие шпильки на лакированных туфлях, но в то же время придраться ни к чему было нельзя. Минако выглядела чертовски соблазнительно, не нарушая при этом рамки офисного дресс-кода. Кунсайт сжал челюсти. Значит, девочка пришла сюда красоваться, развлекаться и искать новые впечатления. Что ж, он её разочарует и заставит по-настоящему пахать, превратит в офисную Золушку. А если ей такая жизнь придется не по вкусу, то дверь всегда открыта, можно уйти в любой момент.

***

Нефрит одной рукой вел машину, ловко лавируя в оживлённом потоке, и время от времени бросал взгляды на сидящую рядом Макото. Она, казалось, была в хорошем настроении, улыбалась каким-то своим мыслям, глядя в окно, но когда он старался завести непринуждённую беседу, Мако общалась с ним как с таксистом — отвечала односложно и рекомендовала больше следить за дорогой. Нефрита забавляло, что Макото в отличие от девушек, с которыми он общался раньше, совсем не старалась произвести на него приятного впечатления, скорее наоборот. Она словно выставляла напоказ сложный характер и подчеркивала свою неженственность, надев потёртые джинсы, старые кеды, бесформенную футболку, спортивную куртку на размер больше и бейсболку в придачу. Нефрит был уверен, что если бы увидел Мако в таком наряде где-нибудь на улице, то точно прошёл бы мимо. Но сейчас его одолевало любопытство, он хотел разгадать, какой Макото была на самом деле, а заодно, если ему совсем уж повёзет, увидеть её в платье. Хотя тогда бы он точно потерял покой и сон. — Ты уверена, что не ошиблась с адресом? — Нефрит в очередной раз покосился на сидящую рядом Мако, которая едва заметно улыбнулась. — Нет, всё верно. Вон там можешь припарковать машину, — Мако старалась не рассмеяться Нефриту в лицо, указывая на свободное место в тени деревьев, недалеко от огромного белого здания. — Это же городская больница. — Ну, да. Я же тебе ещё вчера сказала, что не люблю тратить время впустую. А тут у меня дела, но кофе попить мы тоже сможем, — Мако беззаботно улыбнулась, открывая дверь машины, чтобы выйти, — если ты, конечно, не передумаешь. — Не передумаю, — усмехнулся Нефрит, он не представлял, что же задумала Мако, но она явно старалась заставить его сдаться и отступить. Ещё вчера Нефрит понял, что их свидание не будет обычным. В его голове крутились разные варианты — участие в каком-нибудь спортивном забеге, благотворительная уборка территории или подготовка к очередной ярмарке, помощь в питомнике для животных, ну, или завтрак в самом захудалом кафе Токио, чтобы ещё раз подчеркнуть их социальную разницу, но больница… Нефрит вышел из машины и поспешил за идущей бодрым шагом Мако, которая с удовольствием подставляла лицо утренним лучам солнца. Мако уверено миновала главный вход, и Нефрит на секунду выдохнул, сообразив, что его не потащат развлекать тяжелобольных пациентов. Они вошли в неприметную дверь с торца здания, и в этот момент Нефрит понял, что радость его была преждевременной — они оказались в пункте сдачи крови, о чём свидетельствовала крупная надпись при входе. Сверкающая белизна стен раздражала, а противный запах антисептиков и лекарств заполнял лёгкие, возрождая в памяти неприятные воспоминания. Нефриту было восемь, когда он неудачно упал с велосипеда, сильно поранив ногу. В маленькой больнице на окраине Киото усталый хирург, конечно, сделал перепуганному мальчишке местную анестезию, но сил отвлекать и утешать юного пациента у врача не было. Нефриту врезались в память и резкий запах спирта, и огромный шприц с обезболивающим, и кривая медицинская игла, которой врач умело накладывал швы. Нефрит само собой не чувствовал острой боли, лишь неприятное ощущение стягиваемой кожи, но вот страх парализовал его тело и душу, а стерильный кабинет и поблескивающая в желтоватом свете ламп игла ещё долго снились ему в кошмарах. Конечно, с того момента много воды утекло. Нефрит считал, что в целом преодолел свой детский страх. Ему не становилось плохо от вида крови, он спокойно переносил боль, но больницы всё же предпочитал обходить стороной и без веской на то причины не появляться на их пороге. Нефрит почувствовал, как участился пульс, во рту пересохло, а ладони стали предательски влажными. — Ну, ты что там застыл? — окликнула Нефрита Мако, а затем лукаво улыбнулась, казалось, она почувствовала его смятие. — Тебе необязательно со мной идти, если ты передумал, потому что боишься. Мако говорила громким шепотом, в притворной попытке не привлекать к ним внимание, но Нефрит заметил снисходительную усмешку на лице медсестры и торжествующий блеск в глазах Макото. — Я просто удивился, — он расслаблено засунул руки в карманы брюк. — У меня было много предположений насчёт того, что ты придумаешь, но попасть в пункт сдачи крови я не ожидал. — Ты раньше уже был донором? — поинтересовалась Мако, подойдя ближе к Нефриту. — Нет, но кровь из вены я сдавал не раз, — он старался скрыть нервозность, но от волнения язык прилипал к нёбу. — Тогда перед сдачей тебе нужно будет заполнить анкету, сдать кровь из пальца для экспресс теста и пройти осмотр у врача. Я тебя подожду. — А тебе не надо проходить осмотр? — Нефрит нарочно тянул время, спрашивая первое что пришло в голову, чтобы морально подготовить к предстоящей экзекуции. — Конечно, надо. Без осмотра врача не допускают к процедуре. Но постоянных доноров проверяют быстро, а вот новичков смотрят внимательно, — Мако следила за выражением лица Нефрита, чувствуя, что нащупала его Ахиллесову пяту. — Понятно. — Ну, тогда пошли, если ты готов. С заполнением анкеты в несколько листов Нефрит справился без затруднений. Стандартный набор вопросов о заболеваниях, наследственности, образе жизни и вредных привычках был предсказуем и наводил скуку, которая быстро прошла, когда его пригласила в кабинет врач — строгая женщина за сорок. — И так, мистер Санджойн, экспресс теста показал, что противопоказаний к сдаче крови у вас нет: гемоглобин в норме, тромбоциты и эритроциты тоже. Так, а что у нас по инфекциям и перенесенным заболеваниям? — врач углубилась в изучение анкеты и, казалось, разговаривала сама с собой. — Вы не делали никаких вакцинацией в последнее время, от гриппа, например? Нефрит отрицательно покачал головой. — А общее самочувствие на данный момент? — после детального изучения анкеты спросила доктор. — Хорошее, — соврал Нефрит, чувствуя, как накатывает тошнота от волнения. — Ну, давайте померяем давление и пульс, — с сомнением глядя на побледневшего Нефрита, произнесла врач. — А вот давление у вас по самой нижней границе нормы, а пульс наоборот высокий. Вы уверены, что хорошо себя чувствуете? — доктор пристально посмотрела Нефриту в глаза. — Абсолютно, — бодро ответил он и улыбнулся. — Мистер Санджойн, — врач сняла очки и потерла переносицу, — позвольте быть с вами откровенной. Я так понимаю, что главная причина, по которой вы к нам пришли, это мисс Кино, а не непреодолимое желание помочь ближнему. Но поверьте, если вы упадете в обморок, то произведёте на неё совсем не то впечатление, на которое рассчитываете. — Спасибо за прямоту, доктор Хаяси. Я вас понял, — он вежливо улыбнулся, — но вам не о чем беспокоиться. — Всё в порядке? Ты долго — с притворным участием спросила Макото, когда он вышел из кабинета врача, похоже, она была уверена, что Нефрит сошлется на какую-нибудь проблему со здоровьем и сбежит. — Да, всё отлично. Идём? — незаметно сглотнув, ответил он. Вслед за Мако Нефрит вошёл в просторную, светлую комнату, где вдоль широких окон стоял ряд удобных, кожаных, медицинских кресел. Рядом с каждым из них находился прибор с проводами, похожий на большую железную коробку с монитором. Часть кресел была занята донорами, которые с совершенно невозмутимыми лицами уткнулись в свои смартфоны и не обращали внимания на струйку крови, бегущую в аппарат по мягкой, прозрачной трубке, которая была присоединена к внушительных размеров игле, угрожающе торчащей из вены. Нефрит почувствовал, как по спине пробежал холодок, а ноги вдруг стали ватными. Мако выбрала два кресла в самом углу комнаты, чтобы, как она и обещала, они с Нефритом могли пообщаться, при этом никому не мешая. Она удобно устроилась в одном из них и лукаво улыбнулась бледному Нефриту, который занял самое крайнее кресло, откинулся на спинку, сделал глубокий вдох-выдох и закатал рукав светло-желтой рубашки. — Сожмите руку в кулак, — проинструктировала подошедшая к Нефриту улыбчивая, молоденькая медсестра после того, как наложила жгут, — а теперь глубокий вдох… Всего на долю секунды Нефрит почувствовал, как натянулась кожа, и игла вошла в вену, но боли не было — медсестра действовала очень умело, правда, легче от этого не становилось. Сердце всё также учащенно билось, а воздуха не хватало. — Если вы вдруг почувствуете головокружение, озноб или тошноту, обязательно сообщите, — медсестра ободряюще улыбнулась, проверила настройки аппарата и отошла к Макото. — Знаешь, многие люди не переносят вида крови или игл. В этом нет ничего зазорного, — мягко произнесла Мако, когда медсестра ушла. — Хотя, наверное, мужчинам труднее признать, что они чего-то боятся. — Я не боюсь, — со слабой усмешкой отозвался Нефрит и посмотрел на Мако. — Ты бледный как бумага, — прищурилась она. — Это потому что я в ужасе, — он на секунду прикрыл глаза, стараясь отвлечься от жужжания аппарата, безжалостно втягивающего в себя его кровь. — Но пятнадцать минут я продержусь. — Э-э-э, Нефрит, мы сдаём компоненты крови, — Мако с неподдельной тревогой вглядывалась в его лицо. — Это занимает больше времени, чем обычная сдача крови. Тебе же медсестра пять минут назад объяснила. — Я прослушал. Так как надолго мы тут? — Сдача тромбоцитов обычно занимает час или чуть больше, — под его удивлённым и одновременно осуждающим взглядом Мако стало совестно. — Но зато эта процедура намного легче переносится организмом. После неё, как правило, не бывает обмороков или сильных головокружений, чувство слабости не так ярко выражено, — быстро перечисляла она, пытаясь то ли оправдаться, то ли подбодрить Нефрита. — Процедура происходит фазами. Ты можешь видеть их на мониторе. Сначала у тебя забирают кровь, отделяют тромбоциты, а остальное закачивают обратно. Потом вновь забирают порцию крови… — Давай опустим подробности? Нефрит откинулся на спинку кресла и повернул голову в сторону Мако. Ему нравилось смотреть в её зелёные глаза. Это успокаивало. К тому же, она первый раз смотрела на него по-доброму, даже с искренним переживанием. — Тебе плохо? Может, позвать медсестру? — Мне нормально, — успокоил он, улыбаясь тому, что Мако оказалась не такой уж кровожадной и мстительной, какой хотела казаться. — Да и давно было пора побороть свой детский страх. — С детскими страхами не так просто справиться, как кажется, — печально заметила Мако. — Согласен. Тем более, что это было ужасно, — серьёзно согласился Нефрит, последней фразой распаляя любопытство Мако. — Сколько тебе было? — осторожно спросила она, надеясь ненавязчиво разговорить Нефрита. — Восемь. Он тяжело вздохнул, уставившись в одну точку, как будто оцепенел от ужаса. Выждав положенную паузу, он тихо начал свой рассказ. Мако не сразу поняла, что Нефрит её разыгрывал, и слушала молча, с искренним участием. Он же рассказывал с чувством, смакуя жуткие подробности, вроде хлюпающей в кроссовке крови, и приукрашая события. Так простое здание сельской больницы, где ему накладывали швы, стало ветхим, обшарпанным, спрятанным в колючих зарослях, а усталый хирург в описании Нефрита преобразился в мясника-маньяка. Мако хотела было разозлиться, когда история стала сильно смахивать на одну из детских страшилок, которые рассказывают ночью у костра в лагере или в походе, но Нефрит широко улыбнулся, поняв, что его раскусили, хотя рассказ не прервал. Мако продолжала слушать молча, прикрывая ладонью рот, чтобы сдержать рвущийся наружу смех. Нефрит старался не выходить из роли, но его выдавали глаза, ему тоже было весело. Мако наслаждалась звучанием голоса Нефрита, его театральными паузами и сменой тембра голоса для усиления эффекта. Он, без сомнения, был великолепным рассказчиком, а внешняя привлекательность только усиливала гипнотический эффект его голоса. И в то же время, глядя во всё ещё бледное лицо Нефрита, Мако легко могла представить его маленьким, напуганным синеглазым мальчонкой. — Ладно, сознавайся, ты на ходу эту историю выдумал или она у тебя ещё со школьных времён заготовлена? — широко улыбаясь, спросила Мако. — Обижаешь. История абсолютно правдивая. Я просто приукрасил пару вещей. — Пару?! — задыхаясь от с трудом сдерживаемого смеха, переспросила она. — Ну, может, чуть больше. При случае я покажу тебе шрамы, чтобы ты не сомневалась, — Нефрита вновь по привычке тянуло на откровенный флирт, и он едва не добавил, что ему придётся раздеться, чтобы продемонстрировать доказательство своих слов. Но он вовремя остановился и решил сменить тему и тон беседы. — А как насчёт тебя? Ты здесь по велению сердца, совести или тоже борешься со своими страхами? — Э-э, — Мако растерялась от того, что неожиданно их разговор переключился на неё, а она совсем не была готова говорить о себе или о чём-то личном, — наверное, свои страхи я давно уже победила, и теперь мне просто нравится ощущение, что я делаю что-то важное и нужное для других. — Ты много времени и сил тратишь на помощь незнакомым людям, — задумчиво произнес Нефрит. — А что в этом плохого? — несколько воинственно поинтересовалась Макото. — Ничего. Но если учесть, что ты ещё и работаешь, то со всеми благотворительными ярмарками, бесплатными занятиями дзюдо, донорством и остальными видами волонтерства у тебя просто не остаётся время на себя, на свою жизнь, — мягко объяснил свою мысль Нефрит. — Это и есть моя жизнь, — Мако отвернулась и посмотрела на свои старенькие кеды в зеленоватых бахилах. — Мне нравится ощущение, что моя жизнь не проходит зря, что у неё есть смысл. И если вдруг она неожиданно закончится, я не буду жалеть о бездарно потраченном времени. Со стороны может казаться, что я больше отдаю, чем получаю, но это не так. Просто это трудно объяснить словами. К тому же, когда-нибудь у меня будет семья и, возможно, своё дело, и я не смогу посвящать много времени волонтерству. — И какое же дело ты хочешь открыть? — Магазин цветов, — улыбнулась Мако, — хотя маленькое семейное кафе тоже было бы здорово. Я люблю готовить. А о чём мечтаешь ты? — Меня учили ставить задачи и добиваться поставленной цели, а не мечтать, — честно ответил Нефрит, хотя понимал, что Мако хотела услышать совсем другое. — Грустно это, — покачала головой она, — ведь мечтать это так… так по-человечески. — Я не говорю, что мечтать плохо, и согласен, что мечты бывают прекрасны и доставляют удовольствие. Но мечты часто остаются лишь красивыми картинками в воображении человека, — по взгляду Мако Нефрит видел, что она с ним не согласна. — Недалеко от начальной школы, где я учился, был магазин игрушек. Когда предоставлялась возможность, мы бегали туда поглазеть на полки. Как-то раз я увидел в продаже город из конструктора с подведенной электроникой: зажигающимися фонарями, поднимающимися мостами, двигающимся по рельсам поездом и прочими крутыми штуками. Конструкторы я обожал чуть ли не с рождения, а этот был из ограниченной серии, и набор был просто невероятный и стоил также как и выглядел. Я знал, что, несмотря на астрономическую цену, отец мог мне его купить, и естественно стал его упрашивать в тот же вечер. Но папа сказал, что я уже взрослый и должен учиться зарабатывать сам. Он расчертил лист белой бумаги на сорок пять клеточек и сказал, что каждый день будет давать мне задание, за успешное выполнение которого, он будет рисовать звёздочку в каждой клеточке, и когда звёзд наберётся ровно сорок пять, он купит мне понравившийся конструктор. Сама понимаешь, я не был в восторге от его идеи, но выбора у меня не было. — Да уж, — усмехнулась Мако. — Две недели я прилежно выполнял задания от уборки на чердаке до решения трёх листов задач по математике. А потом мы поехали на ярмарку, и я увидел там большую машину на радиоуправлении со спецсигналами, преодолевающую любые препятствия. Мне захотелось такую, и я стал просить родителей купить её. Отец тогда сказал, что я заработал достаточно звёзд, чтобы позволить себе эту машину, но тогда мне придётся начинать копить на конструктор сначала. Знаешь, что я выбрал? — Машинку? — предположила Мако, которая стала догадываться, куда клонил Нефрит. — Ага. Потом я жалел об этом, начинать сначала было тяжело. Но урок я усвоил не сразу, была ещё пожарная станция, вертолёт и новый, крутой шлём для велосипеда. В конце концов, тот конструктор из магазина пропал. Я очень злился на отца за то, что каждый раз он заставлял меня начинать сначала, хотя мог сразу купить мне то, что я хотел. Какое-то время я с ним не разговаривал и нарочно не делал то, что он просил, но потом как-то смирился. Прошло где-то полгода, прежде чем я смог собрать необходимое количество звёзд, хотя, конечно, делал это без особого энтузиазма, больше чтобы не расстраивать маму. Но к моему удивлению, на следующий день после того, как я заработал последнюю звёздочку, вечером отец позвал меня в свой кабинет, и на его столе я увидел огромную коробку с конструктором. Она занимала практически весь отцовский стол. Мако заулыбалась, видя, как загорелись глаза Нефрита от приятного воспоминания. — Отец тогда сказал, что ему нравится заботиться обо мне и о маме, но жизнь штука суровая, и я должен уметь заботиться о себе и маме. Он сказал, что рано или поздно я должен буду отвечать за свою семью, поэтому я должен научиться ставить цели и добиваться желаемого, не отвлекаясь на сиюминутные желания и не опуская руки. Он учил меня планировать и просчитывать, а не мечтать. Так что если ты хочешь осуществить свою мечту, а не просто предаваться приятным грёзам, то ты должна детально понимать всю её практическую составляющую, должна понимать, на что ты расходуешь такие важные ресурсы как время и силы. — Хочешь сказать, что я никогда не осуществлю свою мечту, потому что много времени трачу на помощь другим? — одновременно грустно и задумчиво спросила Мако. — Не знаю, может и осуществишь, но сильно позже. Ты со мной не согласна? — Не то чтобы не согласна, — Мако посмотрела Нефриту в глаза, — я просто не думала об этом в таком ключе. Мне всегда казалось правильным жить так, как подсказывает сердце, ведь всего в жизни не просчитаешь. И очень важно, чтобы люди друг другу помогали, чтобы никто не оставался один на один со своими проблемами и страхами. Нефрит хотел ответить, но в этот момент его аппарат неожиданно громко запищал, а через пару минут точно такой же протяжный звук издал аппарат Мако, и через несколько секунд к ним подошла улыбающаяся медсестра. — Ну, наконец-то, — с явным облегчением выдохнул Нефрит, когда они вышли на улицу из здания больницы, и сделал глубокий вдох. Мако звонко рассмеялась. — Пойдём выпьем вкусного кофе? Больничный всё-таки не очень, — улыбаясь, предложил он. — Прости, мне надо на работу. Мако действительно было жаль прощаться. Не то чтобы она верила, что между ней и Нефритом могут возникнуть какие-то романтические отношения. Они были из разных миров и, казалось, без точек соприкосновения. Но Нефрит её удивил, и неожиданно для себя она весело провела утро. Богатеньким пижоном она его считать, конечно, не перестала, но вынуждена была признать, что он был умен и обладал хорошим чувством юмора. — Давай я тебя подвезу, — Нефрит достал из кармана ключи от машины. — Спасибо, но на метро будет намного быстрее, а опаздывать мне нельзя, — она сделала жест руками, показывая, что ничего не поделаешь и надо прощаться. — Подожди, Мако, — Нефрит на секунду замолчал, подбирая слова. — Давай, всё-таки выпьем вместе кофе, когда у тебя будет время. Только там, где его хорошо готовят и желательно без игл и людей в белых халатах. Вчера я всё же выиграл честно, несмотря на натирающее и впивающееся между ягодиц кимоно. Она опять рассмеялась, и Нефрит вдруг понял, что её искрящиеся весельем глаза и мелодичный смех сводили его с ума, что он совсем не хотел её отпускать, но и как удержать не знал. — Нефрит, послушай, — Мако перестала смеяться и на секунду опустила голову, отказать ему глядя в глаза, было невыносимо трудно, — я признаюсь, что сегодня хорошо провела с тобой время, но ничего большего я не хочу, потому что… Мако хотела честно сказать, что ей нравился другой, но Нефрит её перебил. — А я и не предлагаю ничего такого. Если не брать в расчет некоторые моменты, я тоже отлично провёл время. Мне нравится с тобой просто общаться, — он чувствовал, что его слова её не убедили. — Слушай, можем куда-нибудь сходить не вдвоём, а с друзьями, позвать, например, твою подругу Усаги вместе с Мамору. Будет просто дружеская тусовка. — Ну, не знаю, — Мако колебалась, предложение казалось заманчивым, потому что она переживала за Усаги, которая неожиданно часто стала видеться с Мамору, но на тему их отношений старалась не говорить. — Соглашайся, — широко улыбнулся Нефрит. — У меня есть отличное место на примете. Думаю, тебе понравится. — Ладно, — вздохнула Мако, — но это будут исключительно дружеские посиделки. — Отлично, — воодушевился Нефрит, — тогда ничего не планируй на завтрашний вечер. Я тебе сегодня ещё позвоню. Мако опешила от такого молниеносного развития событий и уже было открыла рот, чтобы сообщить, что завтра она не может, но поняла, что с Нефритом спорить было практически бесполезно, и если она начнёт, то точно опоздает на работу. — Хорошо, хотя так и не делается, — она посмотрела на него с укоризной. — До завтра тогда. — До завтра. На его лице появилась счастливая улыбка, которая так нравилась Мако, хотя она в этом не признавалась даже себе.