Настоящий наследник Слизерина

Он со вздохом закрыл «Полный, точный и самообновляющийся справочник по генеалогии волшебников» МакНэлли. Похоже, слухи о том, что он является наследником Слизерина, подтвердились: его бабушка по материнской линии появилась на свет после случайной связи пребывавшего в крайнем опьянении Морфина Гонта, зашедшего в маггловский паб, потому что там пиво дешевле (а дорогое ему было не по карману), и некой Мэри Гарднер, тоже напившейся до окосения. И все же в окаменении Миссис Норрис и Колина Криви он виноват не был. То есть кто-то спокойно шастал по школе и спускал на людей ЕГО монстра. На следующее утро все, кто прошел мимо стены с каракулями кошмарным почерком, гадали, как они вообще могли поверить, что предыдущую записку написал Гарри Поттер. Потому что под словами: «Тайная комната снова открыта! Трепещите, враги наследника!» – было дописано почерком Гарри Поттера: «Лапы прочь от моего имущества, придурок! НАСТОЯЩИЙ наследник Слизерина». *** Он бежал по коридору второго этажа в заброшенный туалет, чтобы допросить Плаксу Миртл. За ним бежали Рон и Локонс. У стены он притормозил, достал из кармана маркер и накорябал что-то под последним посланием другого «наследника Слизерина». *** По пути в кабинет директора Люциус Малфой не мог не остановиться у левой стены коридора на втором этаже. Всю ее испещряли надписи горящими ярко-алыми буквами сантиметром по тридцать высотой, представляющими собой спор каких-то двух людей, называющих себя наследниками Слизерина. Переписка начиналась со слов: «Тайная комната снова открыта! Трепещите, враги наследника!» – и заканчивалась многообещающим: «Ее кости навеки останутся в недрах Тайной Комнаты». Однако под последней фразой второй оппонент накорябал: «Хрен тебе, неудачник!» Черным цветом вместо красного. *** Том Реддл – который отчаянно пытался не думать о том, что он занимает тело девочки-подростка, и о многочисленных ОЧЕНЬ весомых недостатках такого положения (выходило как в игре «не думай о розовом слоне», когда начинаешь думать только о розовой слоне) – шел к туалету Плаксы Миртл, где скрывался вход в Тайную Комнату, и увидел ответ под фразой, которую он написал, чтобы умножить страх и посеять панику. Проморгавшись от шока и наконец поняв, что ему ответили, он впал в неконтролируемую ярость и ругался, пока воздух в коридоре буквально не посинел. Наконец успокоившись, он превратил пару рулонов туалетной бумаги в горшок красной краски и кисточку и написал ответ самозванцу, который мог только бросаться голословными заявлениями: «Какое право ты имеешь на это звание? Я потомок Марволо Гонта и истинный наследник Слизерина!» На следующий день Том, известный также как Волдеморт, дождался ответа. Корявым почерком Гарри Поттера на стене стояло: «Я единственный выживший маг из числа потомков ЕДИНСТВЕННОГО сына старшего ребенка и наследника Марволо Гонта Морфина, поэтому я – наследник Слизерина. Хотя, может быть, меня уделает мой кузен-маггл, ведь он единственный сын старшей дочери дочери Морфина». Том ответил через неделю – полуметровыми буквами блестящей в темноте краской из баллончика: «Дочь Морфина была незаконной. Как потомок ублюдка, ты ни хрена не претендуешь на наследие, мелкий говнюк!» Ответ Гарри волшебным образом появился за ночь и был написан очень красивым пурпурным оттенком (ладно, просто профессора Флитвика очень забавляла их перебранка, а еще он заметил, что она немного сняла напряжение после страшных событий Хэллоуина, и он предпочел не замечать парящих в воздухе банки с краской и кисточки, постоянно роняющих капли на мантию-невидимку Гарри Поттера, который опять гулял после отбоя). Под наездом Тома на законность наследования стояло: «Строго говоря, существует прецедент: в 1357 году незаконному внуку бывшего главы Рода был присужден титул Лорда знатного дома Блэков. Конечно, этот титул, как и все дурацкие титулы, за которые дерутся чистокровки, ничего не значит вне магического мира. Я влез в эту бодягу и начал отстаивать свои права на дурацкий титул наследника только потому, что ты, дебил, злоупотребляешь имуществом, которое по законам волшебного мира принадлежит мне!» Через полторы недели на это наконец ответили. После чего Гарри задался вопросом, не ударялся ли другой «наследник Слизерина» в детстве головой, а Том понял, что подпитываться душой одиннадцатилетней девочки, похоже, надо завязывать. На стене красовалась надпись знакомой краской из баллончика, от которой у Филча случился припадок: «Зато я знаю, где Тайная комната, а ты нет. Кто успел, тот и съел. Выкуси!» Через день Гарри приятной киноварной краской ответил: «Я с чего-то решил, что ты Малфой, но я ошибался. Конечно, его попытки вывести меня из себя тоже очень детские, но даже он до такой тупости не опускался». С того дня и до тех пор, как Том заставил Джинни спуститься в Тайную комнату (включая и тот знаменательный день, когда Гарри нанял адвоката и попытался наложить на «лицо, обманом претендующее на звание наследника Слизерина» запрет приближения к Тайной комнате на полсотни метров, а Том разрисовал копию документа целым флаконом красного лака для ногтей с блестками и подписал сверху «Задрот»), надписи состояли в основном из обзывательств.